Двериндариум. Мертвое [СИ]

Напротив меня встала Мелания.

— Ты атакуешь, — подсказала я, потому что девушка бледнела, краснела и ничего не делала. — Давай же, ударь меня.

— Я не могу, — с отчаянием прошептала она.

— Еще как можешь! Давай, просто сожми кулак и врежь мне!

— Нет! — в глазах Мелании отразился такой ужас, что, казалось, она сейчас грохнется в обморок. — Я послушница Святой Ингрид! Мы против насилия! Я не могу ударить… живое существо!

Я покачала головой. Да уж, вот так повезло девчонке!

— Если ты не ударишь, то тебе не разрешат открыть Дверь, — торопливо проговорила я, кожей ощущая взгляд Кристиана. Он смотрел в нашу сторону, но пока не приближался. — И все усилия твоего монастыря окажутся напрасными. Монеты вам уже не вернут, а ты останешься без Дара.

— Но я не могу… — залепетала Мелания. — Насилие — зло… Нельзя его множить, нельзя способствовать… Каждое зло разрастается подобно опухоли и плодит новое зло…

Я закатила глаза, обрывая эту проповедь. В приют заходили странствующие монахи Святой Ингрид, и каждый раз мы с Ржавчиной благополучно засыпали во время их нудных вещаний.

— Ты либо ударишь, либо покинешь Двериндариум, — буркнула я.

Глаза девушки наполнились слезами, и я досадливо вздохнула. Вот же повезло с первой напарницей!

— Слушай, представь, что я дерево. Просто представь!

— Деревья живые и тоже чувствуют…

— Вот же засада… — я попыталась вспомнить хоть что-нибудь о великомученице Ингрид. — Слушай, твоя святая права, и все такое, но ведь и она делала зло, если оно было во благо, верно? Иногда одно маленькое насилие необходимо, чтобы свершилось большое и благое дело! Понимаешь?

— Есть сказание об Ирхемоне, которого Ингрид убила, дабы спасти город… — неуверенно произнесла Мелания.

— Отлично! — обрадовалась я. — Считай, что ты сейчас тоже совершаешь насилие ради спасения вашего монастыря.

— И все же это неверно….

Я закатила глаза.

— Думать будешь потом! Давай, просто ткни в меня кулаком — и разойдемся!

Мелания зажмурилась, выдохнула и почти неощутимо ударила меня в живот.

— Отлично, — подбодрила я. — Вот видишь, молния тебя не поразила, а я жива-здорова. Двигай к следующему и помни, зачем ты здесь.

Ошеломленная послушница шагнула влево, а напротив меня встала Ливентия. Мы покосились друг на друга и обменялись вялыми осторожными шлепками. Детей богачей учат сражаться, это все знают. И Ливентия, и настоящая Ардена должны были учиться искусству боя. Но судя по сегодняшней тренировке, девушки считали эти уроки лишь досадным недоразумением.

И снова я ощутила взгляд Кристиана. Он наблюдал за мной. Почему? Страх холодом стек по спине. Неужели подозревает, что я способна на большее? Но я ни за что себя не выдам! Буду размахивать руками, как Ливентия, делая вид, что ни разу в жизни даже не видела реальной драки.

Пышногрудая красавица сменилась тощим парнем, имени которого я не запомнила. Этот и вовсе боялся ко мне прикоснуться, и мы ограничились короткими безболезненными тычками. Потом его место занял привлекательный шатен, но и он лишь улыбнулся и ушел, не причинив мне вреда. Краем глаза я видела другие пары. Альф против Ринга — и серия неплохих ударов. Итан против Киара — и кровь на губах первого…

Пары снова сменились. Мелькнула белоснежная прядь. И в мою голову полетел сжатый кулак. С силой, способной отправить меня в беспамятство. Мое тело отреагировало раньше, чем разум осознал атаку. Я уклонилась от руки Рейны, уходя влево. Но гибкая, словно змея, бесцветная ударила другой рукой. Почти без паузы. Тоже метя в голову. Этот удар я почти пропустила, сумев уйти от него в самый последний момент. Склирз! Она что же, решила меня убить? Новое нападение — и кулак Рейны скользнул по моим ребрам, обжигая болью. Ярость вспыхнула внутри. Я ненавижу, когда меня бьют. Ненавижу столь сильно, что эта ненависть меня меняет. Делает способной на убийство. Еще один удар, от которого я ушла, нырнув под руку бесцветной. Вывернулась, схватила ее за белую косу, дернула, почти сдирая скальп. Обернула вокруг своего кулака и сделала подножку, повалив девушку на пол. Она вскочила почти мгновенно, она была действительно сильной. Но я была злой. И еще леди Колючего Архипелага явно никогда не дралась со сворой приютских мальчишек. Ее движения были рассчитанными и выверенными. Мои — инстинктивными и грязными.

«Никаких правил, мелкая, — шепнул в голове Ржавчина. — Бей сразу и изо всех сил. Второго шанса может не быть…»

Белая коса в моей руке… красные глаза, в которых внезапно появляется страх… Рассыпанные по полу алые рубины. И кровь… Чья? И холодный кинжал, распарывающий воздух рядом с моим горлом…

— Хватит!

Рейна отлетает в сторону, ее клинок катится по полу. Я стою на коленях, все еще готовая броситься в атаку. Медленно обвожу взглядом лица. И вижу изумление, страх… восхищение. И еще что-то, чему пока не могу дать названия.

Вскочила. И ощутила легкое жжение в ноге. Опустила взгляд. Моя штанина распорота на бедре, и кровь сочится сквозь ткань.

— Леди Аскелан, вы сейчас же отправитесь к верховному наставнику Вестхольда и попытаетесь объяснить свое поведение! — рявкает Кристиан. Его лицо кажется спокойным, но зрачки сужены в точки, а на шее яростно пульсирует голубая жила. — Что вы тут устроили? Я приказал убрать оружие! Вы проигнорировали приказ наставника и за это можете быть отчислены из Двериндариума!

Лорд Аскелан, нахмурившись, шагнул к сестре и сжал ее предплечье.

— Идем, Рейна, — приказал он.

Сестра сбросила его руку и сама пошла к выходу.

Но проходя мимо меня, обернулась.

— Не смей даже смотреть на моего брата, — выплюнула она.

Я опешила. Что? Смотреть на Киара? Да о чем она?

Понимание окатило водой. Великий Привратник! Да эта бесцветная дрянь заметила мой взгляд во время поединка! И решила, что я глазею на ее брата. Но ведь я смотрела на… своего!

Смотрела с жадным восхищением и даже страстью, мечтая научиться так сражаться!

Вот только северная леди явно расценила мой взгляд по-своему! Ну конечно, не могла ведь я так пялиться на своего родственника! А может… Может, она слышала предположение Альфа о том, что я возжелала лорда Аскелана? И решила преподнести мне урок? Вот же ненормальная! Да она чуть не прирезала меня!

— Идем, тебя надо перевязать, — оказывается, рядом стоял Кристиан. — Остальным — оставаться на месте! Меня заменит наставник Нейл.

Он быстро отдал распоряжения и протянул мне руку, но я проигнорировала.

— Сейчас не время для наших распрей, — вспылил февр и сжал мою руку. — И прекрати дергаться! Проклятие!

За колонами была еще одна дверь, ведущая в узкое помещение. Здесь стоял стол, на который Крис меня и усадил. Я поежилась. Ярость битвы схлынула, оставляя понимание и страх. Нет, не страх. Ужас! Я дралась, да еще и прилюдно. Схватила Рейну за волосы, треснула ее коленом… Что теперь будет? Крис понял, что я самозванка? Он догадался? Почему он молчит? Может, уже через минуту сюда ворвутся другие февры и меня отведут в казематы? Запрут за решеткой, пока не выяснят правду?

Надо бежать… Бежать!

Кристиан как раз вытащил склянку и развернулся ко мне, когда я спрыгнула со стола. Рана обожгла болью.

— Что ты творишь! — рявкнул февр. — Куда это ты собралась? Да что за проклятие… Ардена! Сядь на стол!

Я выдохнула, ощущая холодную испарину на висках. Ардена? Сердце стало стучать чуть тише. Немного.

— Прекрати так дрожать, порез совсем неглубокий, — буркнул Кристиан. Он вклинился между моих ног и осторожно разрезал ткань, обнажая рану. Осмотрел и приложил смоченную каким-то настоем ткань.

Я поморщилась от неприятных ощущений.

— Похоже, ты не понравилась этой бесцветной северянке.

— Да она сумасшедшая! Их колючий архипелаг выстужает не только страх, но и мозги! Чокнутая! Она решила, что я жажду заполучить ее брата, — возмутилась я. — Нужен он мне сто лет!

— Вероятно, она слышала о разбитых сердцах, которые устилают дорогу позади Ардены Левингстон, — холодно произнес февр и поднял голову.

Наши взгляды встретились. И я вдруг ощутила желание отодвинуться. Или наоборот — придвинуться ближе. Это чувство тоже было странным и доставляло мне неудобство. Мне оно не нравилось. Я нахмурилась и отвернулась.

— Я не могу изменить свое прошлое, — бросила со злостью. — Но меня теперь всегда будут за него судить, так? Все вокруг. И знаешь, когда все считают меня дрянью, уже не хочется меняться. Пусть будет так! Считай меня, кем хочешь, мне наплевать!

Наплевать не было. Но я лишь задрала повыше нос, сдерживая дрожь.

Кристиан тоже нахмурился. Он промыл мой порез и наложил чистую повязку. Я опустила взгляд. Рукава тренировочной накидки февр закатал, обнажая запястья. Правое обвивал черный рисунок, прячась под широким кожаным браслетом с серебряными нашлепками-шипами и застежками, некоторые из которых были открыты.

Я завороженно уставилась на пугающее украшение. Неужели это запирающий браслет?

Хотелось рассмотреть подробнее, а еще лучше — потрогать. Провести пальцем по острым шипам и по черным линиям на руке. Что они значат? И что изображено на груди парня, черным хвостом выглядывая из-за выреза рубашки?

Но конечно, я не стала ни трогать, ни спрашивать.

Странное украшение притягивало взгляд и почему-то отлично сочеталось с Кристианом. И эта мысль мне тоже не понравилась. Она была какой-то… опасной.

Руки февра замедлились на моей ноге. Он как-то странно дернул головой и втянул воздух, словно принюхиваясь. Ну да, обеззараживающая настойка пахнет не слишком приятно.

— А у тебя хорошая реакция. И неплохой удар, — вдруг произнес Кристиан. — Я не знал.

Липкий страх обнял щупальцами, но я тряхнула головой, прогоняя его.

— А ты способен порезать на куски даже такого выдающегося мечника, как северный лорд. И я тоже не знала. Кто ты, Кристиан?

Он поднял голову, внимательно глядя в мое лицо.

— Мы многое не знаем друг о друге, — задумчиво протянул парень. — Ты… удивляешь.

— Ты тоже не совсем чудовище, — буркнула я. Окинула его пристальным взглядом. — Хотя, что это я… верно, ударилась головой! Конечно, ты чудовище. Даже смотреть противно!

Кристиан втянул воздух. И вдруг рассмеялся. По-настоящему. Смех у него оказался раскатистый, красивый, какой-то слишком живой. Он забирался под кожу и вплавлялся в вены. Я ощутила, как краснеют щеки.

— Ты совершенно невыносима… Иви.

— Придется потерпеть, Кристиан, — промурлыкала я. Оттолкнула его руки, все еще лежащие на моем бедре, и слезла со стола. — Да! И даже не надейся, что стану называть тебя Стит! Мне не нравится это имя.

— Я знаю, Иви, — насмешливо отозвался он.

— Мог бы и предупредить, что ты один из наставников.

— Это временно. Пришлось заменить наставника Филда.

— А что с ним случилось?

По лицу Криса словно рябь прошла. Мой невинный вопрос ему не понравился, и я задумалась, почему.

— Он… погиб.

Дверь открылась, впуская хрупкую женщину с целительским саквояжем в руках и прерывая наш разговор.

— Иви, познакомься с главной врачевательницей Вестхольда, Самантой Куартис, — представил ее Кристиан.

Мой рот, кажется, открылся.

— Леди Куартис? Та самая? Самый сильный целительский Дар в Империи? Но разве вы не живете во дворце императора?

Крошечная женщина весело рассмеялась.

— Император слишком редко болеет, мне с ним невыносимо скучно! Рада знакомству, Ардена, хоть и при таких обстоятельствах. Давайте я посмотрю, что с вами, думаю, здесь ничего страшного…

Я удивленно ахнула, когда целительница взяла мою руку и прикрыла глаза.

— Так-так… все понятно. Как я и думала, порез неглубокий и чистый, никаких ядов. Вам надо лучше питаться, дорогая, и меньше переживать. Хотя понимаю, в Двериндариуме это непросто!

— Вы ощущаете мою рану? — изумилась я.

— Весь ваш организм. Не переживайте, Ардена, с ней легко справится моя мазь.

Поверх плеча врачевательницы я посмотрела на Кристина и насмешливо улыбнулась.

— С некоторых пор я предпочитаю имя Иви, госпожа Куартис.

Февр хмыкнул и вышел за дверь, оставив меня наедине с целительницей.

ГЛАВА 10. Сны и чувства

Остаток дня пролетел незаметно.

Врачевательница наложила на порез какую-то воняющую мазь, отчего боль почти прошла, перевязала рану и отправила меня отдыхать.

— К утру порез затянется, ты сможешь отправиться на занятия, — сказала целительница

Хотя ее чудодейственное средство работало, я прихрамывала, но почти не ощущала боли, когда шла к дому.

Он встретил меня пустой тишиной, Кристиана не было. И я ощутила облегчение. Странное чувство, которое я к нему иногда испытывала — пугало. Я не хотела его. Нутром ощущая, что это слишком опасно, я даже не желала дать этому чувству имя.

На кухне, под полотенцем, обнаружилось в кастрюльке мясное рагу, теплый хлеб и свежие овощи — настоящий пир! Я с удовольствием поела, вымыла за собой тарелку и поднялась в свою комнату, прихватив из гостиной какую-то книгу. Это оказался сборник мифов, но читала я без интереса. Мысли сбивались. То на размышления о Двери, то на новых учеников, то на Кристиана. Моя жизнь так резко изменилась, что я не была уверена, как относиться ко всему происходящему.

— Надо просто выжить, — прошептала я, глядя в медленно гаснущее окно. — Получить Дары и выжить!

От тяжелых мыслей разболелась голова, и я решила, что лучшее, что могу сегодня сделать — это как следует выспаться. Переоделась в шелковую сорочку, распустила волосы и забралась в постель.

Завтра будет новый день. И пусть он будет хорошим!