Двериндариум. Мертвое [СИ]

— Клятва принята. Благо Двери, лорд Аскелан, — протянул наставник.

Бесцветный задумчиво глянул на свое запястье и вернулся на место.

Следующей поднялась его сестра — Рейна.

За ней потянулись остальные ученики, кто-то — бодро улыбаясь, кто-то — хмурясь. А кто-то — дрожа, словно заячий хвост, и это была я. Неизвестные свойства камня меня пугали, а ну как за попытку назваться чужим именем в мой лоб прилетит молния?

Но деваться было некуда, пришла и моя очередь. Ожидая худшего, я повторила слова клятвы, пробубнила имя и положила ладонь на булыжник. Пальцы обожгло болью, и на запястье зазолотился полукруг — знак Двериндариума. Он вспыхнул и погас, но я нутром чувствовала — обет связал меня навсегда.

— Клятва принята, госпожа Левингстон, — сказал наставник, потому что я продолжала стоять на подиуме и таращиться на свою руку.

Чуть ли не вприпрыжку я вернулась на свое место и увидела лист бумаги, лежащий на столе.

«Эта форма скрывает слишком многое, Ардена. А жаль…»

Строчки поплыли перед глазами. Я уставилась на белый лист, словно передо мной лежал ядовитый слизняк. Шею закололо — верный признак чужого пристального взгляда. Медленно повернулась и прищурилась. На меня с улыбкой смотрел светловолосый красавчик. В его левой мочке сверкнул зеленый камушек, вторя цвету глаз. Я вспомнила имя, которое он произнес, давая клятву — Альф Нордвиг, третий сын кого-то там и житель столицы. Ну и судя по наглой улыбке — знакомый истинной Ардены, будь она неладна!

Альф поднял бровь и послал мне воздушный поцелуй. Я в ответ демонстративно разорвала его записку и отвернулась, успев увидеть, как парень нахмурился. Но я на него больше не смотрела, сосредоточив внимание на учениках.

Самыми родовитыми, как я и думала, оказались бесцветные близнецы. По значимости рода к ним приближалась темноволосая красавица Каприс-Ливентия Осхар, тот самый Альф-Стефан Нордвиг и… я.

Остальные ученики были попроще. Уже знакомый мне Итан Клейт — сын состоятельных, но неродовитых промышленников, Сильвия Уит — дочь известного кораблестроителя, остальные — дети богатых торговцев и промышленников.

Из общего ряда выбивались лишь двое.

Первая — худенькая девушка, больше похожая на испуганного воробья, Мелания Верес. Красивое имя — единственное, что досталось девушке от погибших родителей. Она выросла в монастыре Святой Ингрид — древней великомученицы, которой поклоняются за Перевалом. Монастырь и отправил девушку в Двериндариум. На миг я даже испытала что-то вроде уважения к монахам, позаботившимся о сироте.

Вторым был мрачный темноволосый гигант с вороньими глазами. Он оказался безродным жителем Эхверского Ущелья, где в каменных лесах добывали ценную руду. В этих местах проживали шахтеры, туда же ссылали на рудники неугодных и преступников. Темноволосая красавица Ливентия презрительно скривилась, когда парень хрипло пояснил:

— Ринг. Меня зовут Ринг. Только имя, потому что я сын ссыльного. У нас есть только имена.

— Отвратительно, — хмыкнула красавица Ливентия, блестя влажными карими глазами. У нее были изумительно длинные ресницы, в волосах синели лиловые прядки, а шею украшали ряды сапфиров. На нее хотелось любоваться, как на картину, вот только презрение на прекрасном личике портило впечатление.

— Откуда у сына преступника деньги на Двериндариум? Наверняка, они тоже добыты нечестным путем! Наставник Бладвин, вы уверены, что подобное соседство… безопасно для нас?

Ринг на подиуме сжал огромные кулаки, с ненавистью глянул в сторону красавицы, отчего та отшатнулась. Выпрямившись в полный рост, этот парень оказался настоящим гигантом.

Серые старческие глаза наставника внезапно стали острее стекла.

— В Двериндариуме мы все равны, госпожа Осхар. Вам стоит это запомнить прежде, чем вы откроете Дверь в Мертвомир. Потому что там не имеет значения ваш род и ваше богатство. Ничего из этого вы не сможете взять, ступая за Дверь. И ничто из этого вам там не поможет. Садитесь, Ринг. Ваша клятва принята.

От слов наставника в лекторной повисла напряженная тишина. Сильвия — большеносая девушка с пушистой косой — подняла ладонь.

— Вы хотите сказать, что за Дверью опасно, наставник?

— Вы знали это и раньше, — молодой старик обвел взглядом притихших учеников. — Дары надо заслужить. Иногда это бывает непросто. И наша задача вас подготовить. Поэтому возьмите чистый лист и начинайте записывать. Дары делятся на три категории. Дар Умения, Дар Знания и самый удивительный — Дар Преображения. Начнем с Даров Умения. Запишите…

Ученики ожили, придвинули к себе листы и взялись за перья. Скосив глаза, я заметила, что Альф снова меня рассматривает, но сделала вид, что не вижу его настойчивого внимания.

А потом наставник принялся сыпать сведениями, так что мне пришлось забыть обо всем и постараться ничего не упустить.

ГЛАВА 9. Осложнения

Из лекторной я выползала уставшая, словно поле вскопала! Моих навыков письма не хватало, пальцы слишком быстро уставали, запястье ломило, а каракули выходили совершенно нечитаемыми. Иногда я путала буквы, не знала, как пишутся некоторые слова, и жарко краснела от стыда, если рядом останавливался наставник Бладвин и кидал взгляд на мои записи.

Но учитель лишь молча проходил дальше, я выдыхала и торопливо пыталась записать следующее предложение. От усердия несколько раз кусала перо, а потом опомнившись, радовалась, что оно не оставляет пятен, иначе лекторную я покинула бы не только уставшая, но перемазанная чернилами.

Но стило мне вывалиться в коридор, как образовалась новая проблема в виде настойчивого поклонника.

Альф Нордвиг дернул меня за рукав, увлекая за мраморную статую какого-то великого февра, и жарко прижал к себе.

— Я едва выдержал этот скучный урок, Ардена! — выдохнул он, пока я барахталась в его руках. — Ты невероятно похорошела с нашей последней встречи! Какая удача оказаться вместе в этом отстойнике, согласись? Теперь я начинаю верить, что это проклятое заключение вдали от столицы будет хоть немного занимательным! Ну же, скажи, что рада мне! Да что с тобой?

— Пусти! — я наконец отпихнула парня и уставилась в его удивленное лицо. — Не смей ко мне прикасаться!

— Но почему? — теперь он выглядел уязвленным. — Нам было хорошо вместе, разве не так, крошка?

— Было и сплыло, — буркнула я, делая шаг назад. Но за спиной находилась стена, в которую я и уткнулась. И произнесла осторожно, пытаясь нащупать почву: — Мы давно не виделись.

— Два года — не срок для любви, — промурлыкал Альф. Сейчас он напоминал сытого зеленоглазого кота, который вдруг обнаружил живую мышь.

Я выдохнула. Два года! Значит, знакомство состоялось до ссылки Ардены в Орвинскую Обитель.

— Ты так неожиданно исчезла, моя дорогая Ардена. Куда ты пропала? Агния утверждала, что ты подхватила смертельную болезнь, стала страшной и некрасивой и потому вынуждена скрываться в глуши. — Парень снисходительно рассмеялся, показывая, что думает об этих женских россказнях. — Думаю, она бы этого хотела. Агния всегда завидовала твоей золотой красоте, милая, — лукаво прошептал он. — Так где ты была?

— Как и утверждала Агния — в глуши, — оборвала я. — И эта глушь сделала меня совершенно иной. Так что советую забыть о прошлом… Альф!

— Разве можно тебя забыть, Ардена? — снова промурлыкал парень, улыбаясь. Зеленый камушек в его ухе подмигнул бликом. — Кажется, ты сама меня соблазняла, разве нет? Я готов снова… поиграть в твою любимую игру. Тем более что здесь больше нечем заняться, скука смертная.

Я мысленно помянула добрым словом наследницу Левингстонов. Ох, не зря отец отправил ее в Орвинскую обитель! Совсем не зря!

— Это в прошлом, больше никаких игр, — процедила я. — Дай пройти!

— Нашла себе более интересный объект? — протянул Альф, прищурившись. — Неужели решила поточить коготки об этого бесцветного лорда? Брось, он совсем не в твоем вкусе! Даже на вид он холоднее мороженой трески!

Я попыталась прошмыгнуть мимо, но наглец уперся рукой в стену, не давая пройти.

— Я сказала — прочь с дороги. Иначе — пожалеешь, — прошипела я.

— Ах, как страшно, крошка. Это новая игра? Ты убегаешь, я догоняю? — рассмеялся Альф, показывая великолепные зубы. — Я предпочитаю поцелуи. Для начала… Ну же, не упрямься…

«Всегда будут те, кто захочет тебя обидеть, мелкая, — вспомнила я слова Ржавчины. — Ты должна научиться убегать. И бить».

Вдох — и я прикидываю шансы. Я встречала таких, как этот Альф. На улицах Лурдена находились желающие «пообщаться» с юной и одинокой приютской девчонкой. Несомненно, те приставалы были гораздо беднее моего теперешнего собеседника, не так привлекательны и надушены, да и родовитостью не блистали, но нутро мне было знакомо. Я знала таких, как он. Альф Нордвиг привык получать свое. И не отстанет, что бы я ни говорила. На таких как он, действует лишь один аргумент.

Я быстро глянула за плечо Альфа, но коридор был пуст, ученики уже дошли до лестниц. Холодно оценила парня. Жилистый, крепкий, бесшабашный. Небрежно распахнутая жесткая форма открывает шелковую рубашку с пеной кружев. У горла блестит самоцветами драгоценная булавка. Слишком опасно — может впиться в кадык… Значит…

Выдохнула и резко двинула парню кулаком в живот, одновременно наступив каблуком на ногу. Красавчик согнулся пополам, натужно пытаясь вдохнуть и вытаращив глаза, которые сейчас напоминали две плошки. Неописуемое выражение изумления на красивом лице подняло мне настроение.

— Уже не так весело? — прошипела я ему в лицо. — Не приближайся ко мне, Альф.

Вытащила из сумки яблоко, которое все-таки стащила из лекторной, откусила.

И оттолкнув парня, выбралась из-за статуи. И тут же споткнулась. Возле узкого окна стоял мрачный гигант Ринг. Его черные вороньи глаза внимательно смотрели в мою сторону. И несомненно, с его места была прекрасно видна разыгравшаяся сцена. На миг наши взгляды встретились и сцепились. Так смотрят друг на друга бродячие собаки, столкнувшиеся на узкой тропе. Безмолвно и жестко, решая, кто отступит первым.

Ринг склонил голову набок и хмыкнул.

Я развернулась и пошла к лестнице, размышляя, от кого будет больше проблем. От моего «брата», от обозленного Альфа или от этого странного Ринга?

Ворованное яблоко оказалось червивым, но я все равно его съела, не оставив и огрызка.

* * *

Судя по выданному всем ученикам расписанию, следующий урок состоится на первом этаже, где-то в южном крыле Вестхольда. Древний замок внутри напоминал лабиринт, от хорошо освещенного центрального холла со статуей расходилась сеть узких коридоров, ведущих в неизвестность. Так что я обрадовалась, когда заметила белоснежные волосы бесцветных близнецов. Лорды колючего Архипелага двигались сквозь людей, как две острые льдины сквозь морские воды. Не обращая внимания ни на взгляды, ни на препятствия в виде человеческих тел. Одинаково узкие спины брата и сестры, затянутые в жесткую форму, отличались лишь цветом. Длинные белые волосы и россыпь рубинов в них притягивали внимание. Близнецы двигались уверенно, так что я пристроилась за ними, радуясь, что нашла столь приметных проводников. И подумала, что надо и впредь держаться ближе к бесцветным, похоже, они знают, что делают.

«Льдины» вывели меня к черной двери, за ней обнаружился просторный зал. Здесь не было ни столов, ни резных подножек, ни шелковых панно. Черные камни стен оказались увешены оружием, в углах громоздились булыжники и горы палок. Несомненно, это была тренировочная, и похоже, на этом уроке перья и бумага нам не понадобятся.

Здесь же уже собрались знакомые мне ученики. К моему удивлению, Ринг оказался в зале раньше меня и уже подпирал могучим плечом черную колонну зала. А я ведь считала, что Ринг остался за спиной, однако тренировочную он нашел раньше. Впрочем, неудивительно. Если парень вырос в Эхверском Ущелье — лабиринтами и темными ходами его точно не удивить. В мою сторону сын каторжника не посмотрел, но я не знала, стоит ли этому радоваться.

Альф вошел последним и двинулся в мою сторону, расталкивая всех, кто попадался на его пути. Я благоразумно переместилась подальше, и неизвестно, чем бы закончились наши догонялки, но в тренировочном зале появился наставник. И все головы повернулись в его сторону.

Моя — тоже.

Но Кристиан лишь скользнул по мне взглядом и отвернулся.

Вместо жесткой формы февра на нем была ее легкая копия — свободные штаны и мундир-халат из мягкой ткани, не стесняющий движения и снабженный поясом. Обуви не было, как и оружия. Впрочем, его хватало на стенах вокруг нас.

Кристиан наклонил голову в приветствии.

— Я — февр Стит, и с сегодняшнего дня ваш наставник по практическим занятиям.

Я сдержала улыбку. Ну, хвала Привратнику, хоть буду знать, как зовут брата!

— Именно я отвечаю за вашу боевую подготовку. Сегодня я проверю, насколько каждый из вас готов открыть Дверь.

— Я могу сделать это прямо сейчас! Я готов и прошу вас, февр Стит, подтвердить это. Защищайтесь, — шагнул вперед Киар Аскелан. Еще шаг — и сбросил мундир формы, оставшись лишь в брюках и рубашке. А после сорвал со стены двойные клинки идар. Два узких лезвия сверкнули, рукояти слабо засветились.

Мелания Верес тихо ахнула, парни напряглись.

Я завороженно уставилась на два лезвия в руках бесцветного. Про идары знаю даже я, в приюте мальчишки бредили этим оружием. Я помню, как в детстве мы дрались на палках, воображая, что в наших руках легендарные обоюдоострые мечи. На самом деле, вживую я их даже не видела. Идары — оружие аристократов, говорят, что рукоять из рога морского чудовища светится, признавая старший род, и лишь такому воину подчиняются идары. И сейчас мы все видели слабое свечение, охватившее рукоять и запястья северного лорда. Свет погас, но связка с оружием уже состоялась.

Лицо Кристиана осталось бесстрастным, словно вызов бесцветного его даже не удивил. Он неторопливо снял со стены вторую пару клинков, и слабое сияние связало его руки с оружием.

Лорд Аскелан атаковал первым. Стремительно и четко, норовя выбить клинки из рук Кристиана. Но тот легко уклонился, левой рукой обводя вокруг лезвия противника, правой — атакуя. Мы все затаили дыхание, глядя на поединок. Февр и бесцветный лорд казались полными противоположностями. Темноволосый, смуглый и голубоглазый Крис против беловолосого и красноглазого Киара. Оба высокие и хорошо сложенные, но северный лорд кажется более худощавым и гибким. И нападает он чаще, в то время как Кристиан пока лишь спокойно сдерживает атаку, не переходя в наступление. Но одно было точно. Оба парня являлись искуснейшими воинами. Идары в их руках пели свою смертельную песню, а движения сильных тел завораживали.

Все взгляды сейчас были прикованы лишь к этим двоим. Даже Альф забыл про меня и напряженно следил за поединком. У девушек были приоткрыты рты и округлены глаза, кажется, Ливентия и вовсе не могла дышать, жадно рассматривая парней.

И я ее понимала. Мне казалось, что я вижу танец двух хищников или смертоносных кобр. Это было слишком опасно и слишком красиво, чтобы не любоваться. И я смотрела. На… Кристиана. На его движения, темные вьющиеся волосы, яркие глаза. На крепкие запястья и пальцы, обхватывающие рукояти клинков. На мужское тело — гибкое, сильное, совершенное. Я пялилась совершенно откровенно, жадно подмечая каждую деталь. Двигающиеся под шелком мышцы, напряженную шею, стойки, удары, выпады. Мне хотелось влезть ему под кожу, чтобы научиться тому, что умел он! Я смотрела и не могла удержать восхищения. Хотела бы я так сражаться! Так двигаться, так владеть своим телом! Божественный Привратник! Никто и никогда не посмел бы меня обидеть, если бы я умела так биться! Мне даже дышать стало нечем, глядя на Кристиана.

В приюте дрались постоянно, но те схватки были обычными грязными потасовками и заканчивались расквашенными носами и кровавыми плевками. В них не было ни красоты, ни притягательности. Я много раз видела, как дерется Ржавчина. Видела, как двигается его тело — напористо и грубо. Но Кристиан… Это было нечто совершенно иное. Он был иным. Я не знала, дело в его Дарах или же в нем самом, но при взгляде на него внутри рождалось что-то новое. Странное.

В какой-то момент лорд Аскелан бросился вперед с удвоенной яростью, пытаясь сокрушить противника. И показалось, что у него получится. Что блестящие обоюдоострые клинки войдут в тело Кристиана, распорют его сверху донизу. Кто-то вскрикнул, кажется, Ливентия…

Я же просто застыла, давя в себе безотчетное желание броситься вперед. И вдруг Крис посмотрел в мою сторону. Лишь на миг. На столь краткий миг, что его след на часах мироздания был бы ничтожным, словно пыльца. И все же мне его хватило. Чтобы понять — февр лишь играет. Что он даже не вспотел, сдерживая яростные атаки северного лорда. И стоило мне это понять, Кристиан сделал что-то невероятное. Его левая и правая рука словно принадлежали разным телам и действовали совершенно независимо друг от друга. Молниеносное обманное движение левой, атака правой, и клинки лорда Аскелана выбиты из рук. А сам Киар ошеломленно смотрит на февра.

Парни взорвались одобрительными хлопками, девушки выдохнули. Рейна хмурилась, но выглядела удивленной.

Кристиан сделал шаг назад и склонил голову, признавая мастерство соперника.

— Я наслышан о вашем умении, лорд Аскелан, — с улыбкой проговорил он. — И слухи не врут. Вероятно, вы один из самых искусных мечников Империи.

— И все же именно мои идары валяются на полу! — возразил бесцветный. Белоснежные пряди выбились из тугой косы, а на бледных щеках даже появился румянец. Глаза отливали багровым, и выглядело это жутковато.

— Самый искусный среди людей, — поправил Кристиан. — Не среди февров.

— Так дайте разрешение открыть Дверь, чтобы я скорее стал им! — процедил Киар. — Меня не страшит Мертвомир, вы видели, на что я способен с оружием в руках!

Кристиан протер идары мягкой тряпочкой и вернул на стену. Повернулся к нам.

— Проблема в том, что в Мертвомир вы войдете без оружия, лорд.

— Что?

— Мы пойдем за Дверь с голыми руками? — возмутилась Рейна. — Я не войду без моего кинжала!

На лице Кристиана мелькнула странная улыбка. Я нахмурилась, пытаясь понять, в чем дело. Подвох. Во всем этом точно был какой-то подвох! Вот только нам не собирались о нем говорить! И это нравилось мне все меньше.

— В Мертвомир вы войдете с пустыми руками, — подтвердил Кристиан. — И сможете рассчитывать лишь на силу и ловкость своего тела.

— Мне это подходит, — ухмыльнулся гигант Ринг, сжимая огромные кулаки.

Я содрогнулась. Склирз ползучий, да он может раздавить человеческую голову, не прилагая особых усилий! Жуть!

— Для начала я должен понять, на что каждый из вас способен, — Кристиан заложил руки за спину, осматривая притихших учеников. — Прошу вас снять верхние мундиры. В следующий раз для тренировки вам выдадут форму, похожую на мою. Сегодня я лишь проверю ваши возможности.

Я пожала плечами и расстегнула жесткую ткань. В Двериндариуме и парни, и девушки были одеты одинаково. Узкие брюки, заправленные в сапоги, рубашки и сверху — мундир зеленого или синего цвета. Он походил на платье до колен и отлично скрывал формы. Но сейчас мы разоблачились, ощущая себя моллюсками, оставшимися без жесткого панциря. Мелания покраснела и топталась на месте, испуганно пряча глаза. Рейна стояла, по обыкновению гордо выпрямив спину. Впрочем, смущаться ей было нечего, ее фигура была такой же гибкой и ладной, как и у брата. Ливентия на миг закусила губу, но тоже сняла мундир, и Ринг уставился на ее пышную грудь, обтянутую белым шелком рубашки.

— Не смей на меня глазеть, отребье, — прошипела красавица.

Ринг отшатнулся, восхищение ушло из его темных глаз, и они снова стали злыми. Он молча отвернулся.

Я ощущала мужские взгляды и на своем теле, но меня они совершенно не трогали. Равнодушно пройдя мимо парней, я встала в круг.

Нас выстроили парами, лицом друг к другу.

— Атакующий и защитник, — пояснил Кристиан, двигаясь внутри круга. — Первый пытается ударить, второй блокирует. По моему сигналу пара меняется. Начали!

Я подавила веселье. Ну вот! А я врезала Альфу тайком, знала бы, что мы будем делать это по приказу наставника, дождалась бы тренировки!