Я выбираю смерть

— Больше не кому. Понятия не имею, что он задумал, но…

— Мы летим следом, — перебила Елари. — Сможешь вывести на бортовой компьютер координаты для преследования?

— Уже занимаюсь, — проворчал Хирт. — Думаешь, мне хочется его потерять?

Фарид, слушая в пол уха этот разговор, запустил двигатели корабля. Металлическая махина грузно тронулась с места, как пушинку смела останки полицейского кораблика и выкатилась на летное поле. Снегоуборочники резво прыснули в разные стороны.

— Пристегните ремни, — посоветовал Фарид. — Рвану вертикально.

На десять секунд сила притяжения увеличилась многократно. Никто не мог ни говорить, ни даже дышать. Пальцем шевельнуть и то казалось немыслимым подвигом. Боковым зрением Фарид успел заметить парящий над космопортом корабль без опознавательных знаков. Он исторгал потоки плазмы на давно опустевшее здание в какой-то бессмысленной, жуткой ярости.

«Апачи» таранил небеса, постепенно наращивая скорость. Вот мелькнули облака, сгустилась синева, постепенно чернеющая, и, наконец, перегрузки закончились. Корабль распрощался с атмосферой Ваграна и лег на заданный курс. Фарид глубоко вдохнул и отстегнул ремень. Хирт сидел справа от него, на месте второго пилота. Пушка покоилась у него на коленях, ствол недвусмысленно смотрел в сторону Фарида.

— А если бы ты выстрелил случайно? — спросил Фарид.

— Ты бы умер. Мы, скорее всего, тоже. Жаль, конечно, мы так молоды, у нас еще могут быть дети…

— Мы догоняем их? — вмешалась Елари, сидевшая по левую руку от Фарида. Это было место стрелка, хотя девушка вряд ли об этом догадывалась.

— Кого, черт побери, мы должны догонять? — поморщился Фарид. — Что это за координаты? — Он стукнул пальцем по монитору. — Чушь. Надо возвращаться на Иргил, такое мое мнение.

— Разрыв сокращается. — Хирт проигнорировал Фарида. Он, сдвинув брови, переводил взгляд с браслета на монитор и обратно. Фарид проследил за его взглядом и сразу же понял, что озадачило узорга.

— Это же браслет Лейста, так? — спросил он, показывая на точку на радаре, которая постепенно отделялась от другой, большой точки.

— Сука такая! — крикнул Хирт, вскакивая. Пушка упала на пол. — Он его сбросил!

Елари отстегнула ремень, выпрыгнула из кресла и остановилась, осознав свое бессилие. Умоляющий взгляд ее глаз остановился на лице Хирта. Тот прикусил губу и отвернулся. Судя по лихорадочным движениям зрачков, в его голове мысли мелькали со скоростью света.

— На корабле есть сеть? — спросил он.

— Есть, конечно, — пожал плечами Фарид. — Только не говори, что собрался брать на абордаж гинопосца. Ему это не…

— Я хочу, чтобы ты развернул корабль на угол девяносто градусов к курсу с сохранением инерционного движения. И готовь сеть.

План Хирта был достаточно прозрачен, чтобы Фарид сразу его разгадал.

— Ты псих? И не подумаю.

В затылок ему с силой врезался ствол пистолета.

— Делай, — коротко сказала Елари.

— Он уже…

Она размахнулась и ударила Фарида в висок рукояткой пистолета. Фарид вскрикнул, схватился за голову и почувствовал, как между пальцев струится кровь.

— Аккуратно, — сказал Хирт. — Не выруби его.

— Делай! — Голос Елари стал хриплым, страшным.

Фарид, скрипнув зубами, взялся за штурвал. Елари и Хирт пошатнулись, когда корабль резко изменил положение, но устояли на ногах.

— Сеть! — заорал Хирт. Точка вплотную приблизилась к центру радара.

Елари с грохотом вытащила из-под сиденья аптечный чемоданчик и бросилась к выходу. Фарид сработал сетью почти вслепую. Показатели приборов слабо дрогнули, показав, что какой-то объект захвачен. Сеть убралась, и мгновение спустя загорелся индикатор, сообщавший о выровнявшемся давлении.

— Он пробыл там не меньше минуты, — тихо сказал Фарид, возвращая корабль в прежнее положение. — Какой смысл?

Хирт подобрал ружье и сел на свое место, взяв Фарида на мушку. Лицо узорга было серым от пережитого волнения.

— Десять секунд, ну, одиннадцать — еще был бы шанс, но минута…

— Закрой пасть и подумай о детях, — перебил его Хирт.

— О каких детях?

— Которые еще могут у тебя быть.

Глава 41

Когда жаркое солнце закатилось, расторопные солдаты в считанные минуты подготовили полигон для соревнований, принесли скамьи, и весело галдящие подвыпившие политики расселись в предвкушении зрелища. Аргеной и Сонлер сидели на длинной скамье в одиночестве, никто не спешил преждевременно декларировать свое доброжелательное отношение к гостям из далекого космоса. Даже Далиа куда-то подевалась.

Зажглись прожекторы, осветив наспех устроенное стрельбище. Аргеной не мог видеть, но чувствовал, что за каждым прожектором скрывается снайпер, призванный обеспечить безопасность. Главнокомандующий нахмурился. Конечно, такая мера была вполне обоснована, но все же неприятный холодок пробегал по спине. Только теперь, воспользовавшись сгустившейся темнотой, к Аргеною подсел глава Триумвирата Ремил Ланс.

Раньше Аргеной встречался с этим человеком один-единственный раз и не смог составить о нем целостного впечатления. Запись с этой встречи была передана для анализа специалистам по психологии и физиогномике, но те смогли только развести руками. Все они сошлись в одном: Ремил Ланс, несомненно, принадлежал к расе хищников. Он мог смеяться, мог заискивать, мог открыто идти навстречу, но при этом его взгляд оставался холодным, изучающим. Такой человек мог ввести в заблуждение кого угодно, и Аргеной полагал, что Ланс обманул всех своих избирателей. Судя по записям интервью и обращений к гражданам галактики, для них он был этаким добрым папашей, достаточно строгим, но очень справедливым. Взгляд говорил о другом. Ремил Ланс никогда бы не сделал ничего такого, что не принесло бы ему выгоды.

— Приношу свои извинения, что не поприветствовал вас раньше, — глухим голосом произнес Ланс. — В связи с грядущими переговорами приходится решать множество вопросов. Как вам понравился фуршет?

«Как вам понравилась Далиа?» — вот что услышал Аргеной. Слишком уж напряженно старик ждал ответа.

— Мне было весело, — отозвался он. — Но все же надеюсь, что переговоры понравятся мне больше.

Ланс наклонил седую голову, выражая солидарность с надеждами собеседника.

— Вас как будто что-то беспокоит?

— Десять снайперов, что сидят за прожекторами. Я бы хотел, чтобы пять из них были заменены на моих людей.

— Два.

Ланс ответил так быстро, словно ждал этого весь вечер.

— Пятьдесят на пятьдесят — по-моему, так честно.

— Вы все-таки на нашей территории, и моя задача обеспечить максимальную безопасность собравшимся людям.

— Тогда пусть будут трое.

— Хорошо.

Браслет Ланса тускло блеснул в темноте, и секунду спустя подбежал солдат. Ланс шепнул ему несколько слов.

— Сходи с этим парнем и позаботься, чтобы трое наших парней из резерва заняли места за прожекторами, — обратился Аргеной к Сонлеру. — Отбери любых, все прекрасно стреляют.

Сонлер и солдат скрылись в темноте.

Тем временем действо начиналось. Стрелковые позиции заняли космодесантники, и Лейст с интересом смотрел на них. Парни не совершали лишних действий. Зарядили оружие, прицелились, и по команде практически синхронно спустили курки. Спустя секунду огласили результаты: из десяти стрелявших девять попали в «десятку», один условно говоря выбил «девять и пять».

— Впечатляет, а? — спросил Ланс, вновь заставляя Аргеноя напрячься. Как лучше отреагировать?

— Я и не сомневался, что ваши солдаты покажут прекрасные результаты во всем.

Ланс хмыкнул, но ничего не сказал. Космодесантники покинули стрельбище, и на позиции вышли гинопосцы. Они взяли предложенные винтовки и изготовились к стрельбе. Внезапно несколько прожекторов изменило свои позиции — свет ударил в глаза солдатам, слепя и сбивая с толку. Мишени потонули во мраке.

— Надеюсь, вы не обидитесь? — подал голос Ланс. — Я решил немного усложнить задачу вашим ребятам. Поймите правильно, мы слишком много слышали о ваших боевых навыках, потому хотели бы воочию увидеть эти чудеса.

«Ты можешь увидеть чудеса, старый хрен, — подумал Аргеной. — Мне достаточно одной мысли, чтобы все десятеро разрядили винтовки по прожекторам и за две минуты устроили полную зачистку территории». Но за этой злобой Аргеной сам от себя прятал растерянность. Как должны поступить солдаты? Если этого не знает он, то откуда догадаться им? Где та грань между честью и благоразумием?

Раздались выстрелы. Не одновременно, как у десантников. Один, два, три… Когда десятый солдат отстрелялся, прожектора вернулись в исходное положение. Объявили результат: семь целых пять десятых. Никто не попал в «десятку», но никто и не промахнулся мимо мишени. Аргеной услышал гул уважения и внимательно присмотрелся к лицам своих солдат, складывающих оружие. Они могли лучше, он знал это. Почему же без команды слили стрельбу?

— Не осуждайте их, — посоветовал Ланс. — В темноте мишени слегка передвинули. Но все равно — впечатляет.

Аргеной заскрипел зубами. Проклятый старикан вертел ими, как угодно. У него однозначно был и какой-нибудь план на случай стрельбы по прожекторам — это уж как пить дать.

Дальше следовали соревнования по физподготовке. Мишени убрали, вместо них на поляну понесли гири и штанги. Пока велись все эти приготовления, Ланс снова повернулся к Аргеною.

— Как ваши дела с Винчу Хиртом? Я слышал, там возникли некоторые проблемы?

— Да, взять его на Иргиле не удалось. Сейчас мы ведем преследование и, думаю, в ближайшие часы он будет схвачен, — тщательно обдумав свои слова, сказал Аргеной.

— Хорошо. Если с моей стороны потребуется какое-нибудь содействие — обращайтесь. Как я понимаю, вскоре после этого все закончится?

Аргеной медленно повернулся к Лансу и встретил его взгляд.

— Вы же понимаете, что это означает? — спросил он.

— Это будет происходить вне нашей галактики, так что… — Ланс пожал плечами.

— Здесь тоже полетит немало голов. Собственно, они уже летят.

— Что ж, это неизбежное зло. Ваши люди действуют достаточно аккуратно. Мне, конечно, приходится решать некоторые вопросы с недовольством населения, но это мелочи.

Космодесантники принялись подбрасывать гири, выжимать штанги. Это зрелище не увлекло Аргеноя. Соревнования по физподготовке? Бред. Еще бы состязались, кто лучше умывается утром.

Вернулся Сонлер, коротким кивком дав понять Аргеною, что проблема решена. Главнокомандующий опять обратился к Лансу.

— Вы можете как-то прогнозировать результаты переговоров?

Старик помедлил, делая вид, что заинтересовался тем, как самый здоровенный десантник выжимает лежа трехсоткилограммовую штангу. Не бог весть какое достижение, если, конечно, снаряды делались не с учетом местной гравитации.

— В целом, — заговорил Ланс, — настроение глав ближе к плюсу. Они все понимают, что с вашей помощью нам удалось выйти из весьма щекотливого положения. Также для них очевидно, что Гинопос — серьезная военная поддержка. В конце концов, если мы дождались двух визитеров извне, то когда-нибудь может появиться и третий.

— Но?

— Вы правы, «но». Они боятся. Завтрашние переговоры, без сомнения, будут очень важными, но я хочу, чтобы вы приготовились к тому, что они не станут последними. Может быть, придется подождать.

— Мне это не очень нравится.

— Я понимаю. Поэтому предупреждаю заранее, чтобы завтра вы смогли как следует замаскировать свое недовольство. Здесь у нас всем правят вежливость и улыбка. Клянусь, если мне когда-нибудь вонзят нож в спину, то убийца улыбнется и попросит прощения за причиненные неудобства.

— Я умею держать себя в руках. Но прошу не затягивать. Мои ребята… Они стосковались по земле. И они ее заслужили.

Соревнования по силовой подготовке закончились. Победил Гинопос — с незначительным перевесом, как и приказал Аргеной. Снаряды убрали, солдаты двух держав выстроились друг напротив друга. Начиналось самое интересное — спарринги. Аргеной, прищурившись, смотрел вперед, стиснув зубы от волнения.

Прозвучал сигнал к началу драки. Солдаты не тронулись с места — видимо, и те и другие получили от своих начальников приказ работать в обороне. По рядам сидящих пробежал смешок.

— Работаем, парни! — крикнул кто-то.

Космодесантники рванулись в атаку, и — все, как один, полетели в траву. Тут уж Аргеной не мог себе позволить подставляться. Гинопосцы были бойцами, но не актерами. Попытка поддаться была бы видна даже непосвященному.

— Недурно, — прокомментировал Ланс. — Виан Лейст ведь тоже был космодесантником.

Аргеной вздрогнул. Старик явно не оговорился — он отвечал за каждое свое слово.

— Каков его статус в галактике? — спросил он.

— Разыскивается за угон полицейского корабля и похищение двух полицейских. Если твои люди помогут его поймать — мы скажем спасибо. Если Лейст пропадет без вести — мы сделаем соответствующую пометку в документах и спустим информацию в архив.

Поединки заканчивались один за другим. Дрались до десяти падений, и космодесантники быстро достигали этого лимита. Несколько гинопосцев все-таки пару раз шлепнулись, приличия ради, но погоды это не сделало. Гинопос одержал убедительную победу.

— Думаю, на этом все, — громко сказал Ланс, поднимаясь. — Благодарю солдат за участие — все вы показали прекрасные результаты, ваши командиры должны гордиться вами. Уважаемые зрители, прошу вас пройти к своим апартаментам. Наши уважаемые гости — позвольте прислуге проводить вас.

— Со мной шесть человек личной охраны, их комнаты должны быть рядом с моей, — заговорил Аргеной, поднимаясь. — Кроме того, вот этот человек, Сонлер, должен быть в пределах шаговой доступности.

— Все ваши требования уже учтены, господин, — послышался вкрадчивый голос словно из-под земли возникшего дворецкого в белых перчатках. — Проследуйте, пожалуйста, за мной во дворец.

— Как насчет остальных солдат? — поинтересовался Ланс.

— Тридцать человек останутся здесь, нести стражу наравне с вашими, — отозвался Аргеной. — Остальные двадцать будут дежурить на кораблях.

— Справедливо. Разумно, — покивал председатель. — Что ж, не буду вас утомлять. Желаю спокойной ночи и удачи завтра. Всем нам — удачи.

Аргеной не успел толком расслабиться в своих апартаментах, как в дверь постучали.

— Да? — спросил он, подойдя к двери.

Из селекторного устройства послышался голос Далии.