Камарад [СИ]

— Тяжелый! — крякнул я, отрывая от земли девушкин груз.

— Ничего, из самолета вытащить смог, так что не прикидывайся!

Волоком дотащил ящик до задней двери машины, девушка распахнула дверь и присвистнула:

— Так ты затарился?! И что же тут у нас? — она посмотрела на меня.

— Увы, как бы интересно не было, но клиентские грузы не досматриваю, — ответил ей и оторвал ящик от земли, сделал вид, что пытаюсь закинуть его в кузов. — Черт! Помогай! Не удержу! — воскликнул.

Как и ожидал: видя, что ящик балансирует на краю, а я кряхчу и пытаюсь его удержать, Вика бросилась мне на помощь, забыв, что держит меня на мушке. Одной рукой прижал ее к себе, так чтобы дуло пистолета больше не смотрело в мою сторону, второй рукой удерживаю ящик.

— Больно! — выдохнула она.

— Потерпи, — хмыкнул я, понимая, что сжал ее сильнее, чем требовалось и теперь ее ребра дают о себе знать. — Зачем же ты меня решила использовать? — прошептал ей на ушко и, не удержавшись, поцеловал мочку.

— Кир! — попыталась она вывернуться.

Задвинул ящик в кузов одной рукой, продолжая прижимать к себе Вику. Потом отобрал у нее оружие и отступил на шаг в сторону.

— Что? Теперь меня в расход? — вздернула она подбородок вверх, а в глазах слезы от боли.

Похоже, перестарался, морщится она от боли и даже губу прикусила, слишком сильно к себе прижал, но с другой стороны у меня других вариантов не имелось.

— Извини, — пожал плечами, а потом захлопнул дверь в кузов. — Разговоры отложим на потом, сейчас нам стоит отъехать подальше. Иди в кабину.

Девушка какое-то мгновение помолчала, но, как и следовало ожидать, распоряжение выполнила. Да и нет у нее другого выхода. Не оставаться же одной и без оружия в лесу, где станет легкой добычей для любого, будь то хищника или мародера. Кстати, еще и неизвестно, кто для нее в такой ситуации покажется лучшим.

Камарад завелся с полпинка, после чего я его неспешно направил по старым следам. Минут пять ехали молча, каждый думает о своем. Я никак не могу понять, что же за груз мне всучили и как поступить дальше. Вика же косит глазам в мою сторону и на лежащие рядом документы и карту, но говорить опасается. Тем временем из леса мы выбрались, и началось поле, мне необходим какой-нибудь островок из деревьев, где смогу спокойно поразмыслить. Лес хорошее укрытие от мартышек, но вот двуногие могут подобраться незаметно и дать бандитам отпор в лесу сложно. Уверенно свернул к островку из нескольких березок, стоящих в отдалении.

— Немного потрясет, — предупредил девушку.

Ехать по полю, через старые колеи и кочки — удовольствие то еще, особенно, когда подвеска жесткая, зато обзор получим на триста шестьдесят градусов, и подобраться к нам никто незаметно не сможет. Кстати, у этого островка «оазиса» не я один уже останавливался, видны относительно свежие следы, но среди деревьев машин не видно, место не занято.

— Приехали, — сказал я и, заглушив мотор, вышел из машины.

Ну, как и ожидалось — место обжитое. Угли от костра и наезженная колея от… Присел и рассмотрел протектор — грузовик тут останавливался и как понимаю — часто. А кто у нас в этих краях в одиночку катается? Хм, Артемка на Газ 53-м! Правда, от привычного газона там ничего не осталось. Движок от трактора, но это не удивительно, а вот то, что он все борта и кабину обшил металлом! Получился этакий бронивичок, с бойницами и закрытыми колесами. Правда, соляры жрет он у него! И проходимость стала не такой уж хорошей, но прет как танк, главное в грязюке не сесть, а то его только откапывать лопатами, никто такую дуру не вытащит. Хоть и знаю Артемку, что минами он не балуется, но стоянку осмотрел внимательно — мало ли что! Нет, все чисто.

— И чего стоишь? — спросил Вику, которая вышла из кабины и теперь стоит и смотрит на меня.

— А что мне, плясать? — криво усмехнулась та.

— Ох, — вздохнул и покачал головой, — как же с вами тяжело!

Стал ломать ветки бурчать себе под нос, но так, что попутчица все смогла расслышать:

— Вот благодарность! Спасай ее! Виски пои! А потом она тебя же и стволом тычет! Такая вот благодарность за все хорошее!

— Ладно! Хорош бурчать! Извини, — присоединилась ко мне девушка.

— Вик, — кинул наломанные ветки наземь и посмотрел на нее, — ты понимаешь, что окажись на моем месте другой, то тебя там и прирыл?

— Кир, — она отвела взгляд, а потом тряхнула головой, — другой меня бы уже у самолета прикопал, после определенных действий.

— Да? — деланно потер щетину, делая вид, что ничего не понимаю. — А каких действий-то?

— Ну, — она чуточку покраснела, — сам что ли не понимаешь?

— Не-а! — не смог сдержать я улыбки, но хоть в голос не заржал, благо она смотрит в сторону.

— Да, трахнул бы меня любой на твоем месте не перевязывая и виски не поя! Ты же прям динозавр какой, которые давным-давно вымерли! — взглянула она мне в лицо.

— Слушай, так может я этого и хотел? — сделал серьезное лицо и прищелкнул пальцами в воздухе. — Просто желал тебя подпоить и расположить к себе! А ты так подло взяла и отрубилась!

— Ага, заливай! — улыбнулась она. — Хотел бы, то я бы проснулась без одежды.

— Так еще не поздно, — сделал к ней небольшой шажок.

— После того, как я пыталась тебе оружием угрожать? — недоверчиво скривила Вика губы.

— Да, — потер затылок, — придется тебе постараться, доказывая ко мне лояльность.

— Еще раз прости, — потупила она глаза. — Боялась, что ты заказ мой не возьмешь, а меня продашь.

— Глупо, — пожал плечами, и присев стал разводить костер.

Девушка походила вокруг березок, а потом вернулась к разгорающемуся костру.

— Ты чего такая хмурная? — поинтересовался я.

— Тут даже кустиков нет, — пожаловалась она.

— За машину отойди, подглядывать не стану, — встал я с земли. — Только документы возьму, и делай свои дела.

— Мне бы умыться еще, — попросила она.

Дошел до машины, взял документы и прихватил двухлитровую бутыль с водой.

— Держи — умоешься, — протянул ей воду, а сам перебираю документы и направляюсь к костру.

Так, что тут у нас? Мелко отпечатанный шрифт на бумаге поставил меня в тупик. Хрень полная! Такое ощущение, что у кого-то слетела кодировка на принтере, а он продолжал иероглифы печатать. Но вот только в наше время рабочий компьютер является такой редкостью, что… да не встречал ни одного за все время! А уж о принтерах и говорить не приходится. Старые добрые печатные машинки попадались, но там никаких кодировок нет, чистая механика и ломаться по большому счету нечему! Или это какой-то неизвестный мне язык? Нет, китайский с японским мне не ведом, хотя на ресторанах и кафе с азиатской пищей их символы видел, и подобных в тексте нет. Может это шифр? Но чтобы прочесть три страницы, его неделю дешифрировать придется. Бред! Потряс головой и развернул карту, которая вогнала меня в ступор.

— Кир, а не опасно костер на ночь жечь? — задала вопрос подошедшая девушка.

— Не опасно, — протянул я, — теперь уже бояться этого не стоит.

— Ты чего разглядываешь? — присела она рядом и протянула руки к костру.

Хоть погода днем и жаркая, но ночи прохладные, можно сказать морозные. Перепад температуры сильный, как когда-то на море такое было, но никак не в центральной части России. Хоть и сложно привыкнуть к таким перепадам, но человек ко всему приспосабливается.

— Мне всучили заказ, от которого, увы, отказаться невозможно, — обдумывая сложившее положение, ответил Вике.

— Почему? А как же я и база?

— Текст знаком? — протянул ей бумаги с иероглифами.

Девушка удивленно хмыкнула и внимательно изучила бумаги.

— Что это? — спросила она.

— Документы на груз, — ответил я ей. — Что скажешь?

Она молча пожала плечами и вернула бумаги мне.

— А это карта и маршрут, — развернул карту и показал ей.

— Почему на ней мигает желтая точка?

— Вот и я бы хотел это знать, — задумчиво ответил ей.

Карта выглядит новой, но на ней типографической краской нанесены все известные мне населенные пункты. Не те, которые имелись до катастрофы, а ВСЕ! Поселения, расположения банд и организованных общин. Мало того, зеленым мерцающим пунктиром отмечен маршрут, который, как понимаю, предстоит мне пройти, чтобы доставить груз. А вот мерцающий желтый огонек…

— Так это он указывает на наше месторасположение! — воскликнула Вика, которая продолжает изучать карту.

— Угу, — мрачно согласился с ней, понимая, что ничего не понимаю.

— Кир, откуда она у тебя?

— Заказчик дал, — потер я щетину. — И очень настойчиво советовал не отклоняться от маршрута более чем на тридцать километров.

— И что тогда?

— Боюсь, что тогда произойдет неприятность и мы с тобой взлетим на небо.

— У тебя машина летать умеет? — нервно хихикнула девушка.

— Ты вот умеешь, почему бы и нам не научиться.

— А если серьезно?

— Серьезно? Что-то это мне совершенно не нравится, — кивнул головой на карту и поднялся. — Пойдем-ка, посмотрим, что нам с тобой за заказ всучили.

— А я-то тут причем? — искренне удивилась та.

— Да, вот как-то мы с тобой оказались в одной лодке и, боюсь, что к твоему заказу вернемся только после выполнения этого.

Отпускать Вику мне ужасно не хочется, за последнее время поговорить с красивой и вменяемой женщиной не получалось, а тут все в одном флаконе и есть надежда, что она согласится разделить со мной не только дорогу.

Залез в кузов и подсвечиваю себе фонариком, Вика с кряхтением не отстает. Эх, жаль, что у нее ребра болят, а то так бы и полапал, правда, спешить не хочу, как бы не спугнуть. С другой стороны, ей и податься некуда, но вот брать ее против воли не собираюсь. Другие у меня принципы и понятия.

Луч фонаря выхватывает квадратную бочку-бак, там явно соляра. Пара канистр — вода и две большие сумки-холодильники. А вот у кабины стоят два ящика из перламутрового и ребристого железа. По контору пробегают искры, а сами они как в инее. Осторожно дотронулся до поверхности — холодные.

— Что это? — спросила девушка и сама коснулась ящика. — Ледяные! Там, что во льду что-то?

— Хрен его знает! — отвечаю ей, а сам рассматриваю знакомые иероглифы, выбитые на крышке, которая, такое ощущение, запаяна прямо на заводе. Шов сварки идеально ровный и тонкий.

Попытался схватиться за контейнер и приподнять, но чуть не ладонь не заморозил — холод собачий! Стянул с себя куртку, предварительно вытащив из карманов оружие и сунув его и фонарик в руки Вике. Нет, в данный момент не рисковал, так как эти два пистолета разряжены, а вот из кобур под мышками револьверы извлекать не стал. Ничего, сейчас проверю спутницу на реакцию и лояльность. При желании она меня ими оглушить сможет, но надеюсь, что не станет. Краем глаза заметил, что зрачки Вики от моего поступка расширились, но оружие она взяла за стволы и не сделала попытки направить в мою сторону. Я же обмотал руки курткой и приподнял один из контейнеров.

— Килограмм тридцать пять-сорок, не больше, — вынес вердикт, а потом осторожно тряхнул контейнер. Там что-то застучало о стенки со звоном.

— Небольшое и плотное, — подытожила девушка. — Вскрыть попробуешь?

— Боюсь, что бесполезно, — покачал головой и вернул контейнер на место.

В одной сумке обнаружилось мясо, причем как сырое, так и сыровяленое. Там же нашелся кусок масла, колбаса и несколько пачек… пельменей в заводских упаковках. Я покрутил эти диковинки и присел на пол, озадаченно тря щетину.

— Кир! Тут еще ящик! — воскликнула девушка, которая потянулась ко второй сумке. — Смотри: вино, коньяк, шоколад и лимонад.

Точно, в переложенном пенопласте блестит стекло бутылок и тоже в заводском исполнении. Насчет определения напиткам можно поспорить, так как на этикетках, как и на пельменях, прочесть ничего невозможно — символы нам неизвестны, но вот по рисункам и форме…

— Устроим пир? — прошептала Вика, шурша плиткой шоколада.

Глаза у девушки горят, а сама она не сводит с меня просительного взгляда.

— Неужели за это богатство, ты меня в живых решила оставить? — неловко пошутил я.

Плечи девушки поникли.

— Ты теперь меня, все время этим попрекать станешь? — спросила она.

— Нет! Трех пацанов мне родишь — считай в расчете! — усмехнулся я.

— Ах, ты! — замахнулась она на меня.

— А за это еще и девочку, — рассмеялся я. — Ладно, бери, чего хочешь и пошли, стресс необходимо снять.

Мы с ней выбрали пельмени, пару плиток шоколада, бутылку коньяка и вина. Насчет непонятных иероглифов запариваться не стали. Пахнет приятно, на языке никакого отвращения к напиткам нет, я бы даже сказал — наоборот, что такие вина и коньяки раньше стоили немало. Мои домыслы подтвердила девушка, которая наблюдает за закипающими в котелке на огне пельменями и потягивает вино.

— Подобный букет мне не попадался, — катая вино на языке, произносит Вика. — Но знаешь, в старые добрые времена, такую бутылку не каждый бизнесмен мог себе позволить.

— Возможно, — согласился с ней я, сделав приличный глоток коньяка прямо из горла. По пищеводу прошелся огненный вулкан, оставив после себя приятное послевкусие. — Это не тот самопал, которым тебя поил! За нас! — усмехнулся ей и отсалютовал бутылкой.

Девушка чокнулась со мной стаканом (из горла она пить не стала — интеллигентка!) и пригубила вино.

Пельмени — вкуснотища, умяли всю пачку, в которой, по мои прикидкам, килограмм точно находился. Закусывая вино шоколадкой и, глядя на костер, Вика задумчиво произнесла:

— Знаешь, а я рада, что мне мартышки повстречались, и не смогла до базы дотянуть.

— А уж как я-то доволен! — усмехнулся ей и подсев ближе, обнял девушку.