Меч Лета

Я разозлился.

На кофейном столике лежал блокнот в кожаном переплёте под названием «Техподдержка клиентов».

Я принялся его листать. Первые десять страниц отвели на обслуживание номеров. Далее шёл список телевизионных каналов, почти такой же длинный. Затем я наткнулся на карту отеля, которая была настолько извилистой и фрагментированной, что я так ничего и не понял. Что в действительности меня коробило: там не отметили аварийные выходы, гласившие: ВЫЙДИТЕ ЗДЕСЬ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ К ПРЕЖНЕЙ ЖИЗНИ!

Блокнот полетел в камин.

Пока он горел, на кофейном столике появилась его новая копия. Дурацкий зачарованный отель даже не позволял мне должным образом громить его имущество. В ярости я перевернул диван. Кто бы мог подумать, что он покатиться колесом аж в другой конец комнаты и врежется в дальнюю стену.

Я уставился на кучу разбросанных подушек, перевёрнутый диван, потрескавшуюся штукатурку и дымящийся кожаный след на стене. И это все моих рук дело?

Диван не восстановился волшебным образом. Он остался там, куда я его зашвырнул. Г нев покинул меня. Я только что усложнил работу какому-то несчастному работнику вроде Хундинга. Это было несправедливо.

Я зашагал по комнате, размышляя о намерениях Сурта завладеть моим мечом. Хотел бы я думать, что он погиб вместе со мной и также застрял в какой-нибудь дыре. Однако меня грызли сомнения. Оставалось лишь надеяться, что мои друзья (ну и дядя Рэндольф, куда же без него) успели уйти вовремя...

А меч? Куда он запропастился? Обратно на дно реки? Отель «Вальхалла» смог воскресить меня с плиткой шоколада в кармане, но не с мечом в руке. Делодрянь.

Согласно древним легендам, Вальхалла была своего рода раем для погибших в бою героев. Это все, что я помнил. От героя во мне было мало. Я получил пинка под зад и пушечным ядром по кишкам. Проткнув Сурта мечом и сбросившись с моста, я конкретно все запорол. Храбрая смерть? Ха-ха-ха. Я застыл.

Идея поразила меня силой кувалды.

Мама... если кто и умер храбро, то только она. Она защищала меня от...

Кто-то постучал в двери.

Та отворилась и внутрь вошла девушка - та самая, что кружила надо мной во время сражения на мосту, а после тащила через чёрную пропасть.

Только вот теперь на ней не было ни шлема, ни кольчуги, ни светящегося копья. Зелёный платок она обернула вокруг шеи, что позволяло её длинным каштановым волосам свободно ниспадать ей на плечи. Ворот и манжеты её белоснежного платья были расшиты рунами викингов, а с её золотистого пояса свисали топор и связка старинных ключей. Если кратко, она походила на подружку невесты на свадьбе в стиле «Мортал Комбат».

Она бросила взгляд на перевёрнутый диван.

— Мебель тебя чем-то обидела?

— Так значит, ты реальна, - подметил я.

Девушка погладила собственные руки.

— По всей видимости, да.

— Мама. - начал было я.

— Какая я тебе мама, - отрезала она.

— Да нет же. Моя мама. Она здесь, в Вальхалле?

Губы девушки сложились в беззвучную букву «о». Она отвела от меня взгляд и помедлила с ответом:

— Мне очень жаль, но Натали Чейз не является одной из избранных.

— Но она была храброй. Она пожертвовала собой ради меня.

— Верю, -глаза девушки скользили по связке ключей. -Однако будь она здесь, я бы знала. Нам, валькириям, не позволено забирать всех храбрецов. Это сложно объяснить... слишком много факторов, слишком много загробных жизней...

— Тогда где она, если не здесь? Я хочу быть рядом с ней. Я не герой!

Она бросилась в мою сторону, оттолкнув меня к стене так же легко, как ранее я перевернул диван, и приставила локоть к моему горлу.

— Больше никогда так не говори, - прошипела она. - НИКОГДА, СЛЫШИШЬ?! Не вздумай сболтнуть подобную глупость сегодня за ужином.

Её дыхание пахло мятой. Глаза были диво-дивными: то ли темными, то ли светлыми. Они напоминали мне ту ископаемую штуковину, которую носила моя мама - рассечённую надвое половинку моллюскоподобного существа, называемого аммонитом. Оно, казалось, сияло изнутри, как если бы поглотило миллионы лет воспоминаний, лёжа под сырой землёй. Глаза девушки отдавали тем же блеском.

— Ты не понимаешь, - прохрипел я, - я должен...

Она сильнее надавила локтем на моё горло.

— Чего я не понимаю? Твоего горя по матери? То, что мир несправедлив? Или то, что ты застрял там, откуда предпочёл бы бежать, и имеешь дело с людьми, которых бы вовек знать не хотел?

Ответа не последовало. Во-первых, я был в ступоре. Во-вторых, я не мог дышать.

Наконец она отпустила меня и принялась измерять шагами прихожую, скользя по ней безразличным взглядом, пока я давился и откашливался.

Топор и ключи покачивались на её поясе.

Я потёр свою ушибленную шею.

Ты идиот, Магнус, сказал я себе. Новое место - новые правила.

Я явно был не в том положении, чтобы ныть и требовать от неё правды. С расспросами о местонахождении моей матери нужно было повременить. Если подумать, этот отель ничем не отличался от незнакомых мне приютов, палаточных лагерей и кухонь в церковных подвалах. Новое место - новые правила. Мне предстояло изучить структуру власти и здешнюю иерархию, ознакомиться с именами тех, кто мог меня зарезать или заколоть. В общем, нужно было научиться выживать, даже если я уже был мёртв.

— Ты извини, конечно, - выдавил я. В горле першило, будто я заживо проглотил какого-то когтистого грызуна. - Но какое тебе дело до того, герой я или нет?

Она ударила себя по лбу.

— Что ж, ладно. Может быть потому, что именно я притащила тебя сюда? Моя карьера и так не идёт в гору. Ещё один промах и.... - она прикусила язык. - Проехали. Как только тебя представят здешним гостям, выполняй все то, что я тебе говорю: держи рот на замке, кивай головой и старайся походить на храбреца. Не заставляй меня пожалеть о том, что я сделала!

— Хорошо. Только не забывай, что я не просил твоей помощи.

— Одинов взор! Ты умирал! Мог попасть в Хельхейм или Гиннунгагап... - она вздрогнула. -Скажем так, есть места и похуже Вальхаллы. Я видела, что ты сделал там, на мосту. Признаешь ты это или нет, но ты поступил храбро: пожертвовал собой, чтобы спасти множество невинных жизней.

Слова её были комплиментом, тон же говорил о том, что я идиот.

Она подошла ближе и ткнула меня в грудь.

— У тебя есть потенциал, Магнус Чейз. Не разочаровывай меня.

Звук рога из динамиков на стенах прозвучал настолько громко, что загрохотала фотография на каминной полке.

— Что это? - спросил я. - Воздушная атака?

— Ужин, - девушка выпрямилась и, глубоко вдохнув, протянула мне руку. - Начнём сначала. Привет, я Самира Аль Аббас.

Я моргнул.

— Не пойми меня неправильно, но это не похоже на викингское имя.

Она натянуто улыбнулась.

— Можешь звать меня Сэм, как и все остальные. Сегодня вечером я буду твоей валькирией. Рада познакомиться с тобой должным образом.

Её рукопожатие было настолько сильным, что костяшки моих пальцев захрустели.

— Я проведу тебя на ужин, - все так же натянуто улыбалась она. - На заметку, если ты посмеешь опозорить меня, я прикончу тебя своими же руками.

Глава XII.

ЧТО Ж, ЗАТО Я НЕ ДОЛЖЕН ГОНЯТЬСЯ ЗА КОЗОЙ

В коридоре начали появляться мои соседи. Томас Джефферсон Младший выглядел примерно моего возраста: долговязый парень с короткими кудрявыми волосами и винтовкой, перекинутой через одно плечо. Его синее шерстяное пальто украшали медные пуговицы и шевроны на рукаве - форма времён Гражданской войны в США, догадался я. Он кивнул мне и улыбнулся.

— Как ты?

— Судя по всему, мёртв, - ответил я.

Он рассмеялся.

— Ничего, ты привыкнешь к этому. Зови меня Ти Джей.

— Магнус, - представился я.

— Пойдём, -сказала Сэм и потащила меня за собой.

Мы миновали девушку, должно быть, Мэллори Кин: вьющиеся рыжие волосы, зелёные глаза и зубчатый нож, которым она размахивала перед лицом двухметрового парня у двери с табличкой Х.

— Снова ты за своё? - говорила она со слабым ирландским акцентом. - Икс, думаешь, мне приятно видеть погрызенную свиную голову всякий раз, как я выхожу из своей комнаты?

— Я не смог доесть, - прогромыхал Икс. - И она не помещается в мой холодильник.

Лично я бы не стал спорить с этим парнем. Он походил на взрывчатку замедленного действия.

К слову, если у вас случайно завалялась лишняя граната, предложите её этому громиле. Думаю, он бы с удовольствием ею подкрепился. Его кожа была цвета акульего брюха, усеянного мышцами и бородавками, а лицо покрывала сеть глубоких рубцов. Я даже принял один из них за его нос.

Мэллори Кин и Икс остались позади, слишком увлечённые своим спором, чтобы обратить на нас хоть какое-либо внимание.

Как только мы оказались вне поля их зрения, я начал донимать Сэм вопросами:

— Эй, а кто этот серокожий громила?

Сэм приложила палец к губам.

— Икс - полутролль. Он немного комплексует по этому поводу.

— Ну ничего себе, а такие вообще бывают?

— Как видишь, - ответила она. - И он заслуживает находиться здесь не меньше твоего.

— Да я и не сомневаюсь. Просто спросил.

Интересно, с чего это вдруг она его так защищает?

В комнате Хафборна Гундерсона, по-видимому, происходило настоящее веселье. Оттуда донёсся приглушенный смех и последующий удар топором по двери.

Мы с Сэм подошли к лифту, и она затолкала меня внутрь, вытеснив оттуда нескольких других эйнхериев.

— В следующий раз, ребят.

Копьевидные двери лифта закрылись. Сэм вставила один из своих ключей в поцарапанный слот на панели, затем нажала на красную руну, и лифт поехал вниз.

— Мы окажемся в столовой задолго до того, как туда пожалуют все остальные. У тебя будет время изучить обстановку.

— Эм... круто. Спасибо.

Откуда-то с потолка доносилась простенькая скандинавская музыка.

«Что ж, прими мои поздравления, Магнус, - подумал я. - Добро пожаловать в рай для воинов, где можно слушать скандинавское подобие Фрэнка Синатры ОТ ВЕКА ДО ВЕКА!».

Я все раздумывал над темой для разговора, желательно такой, чтобы моя шея не пострадала. Да, я дорожил своей трахеи.

— Эм... ребята с девятнадцатого этажа выглядят моими... ну или нашими сверстниками, - заметил я.

— Вальхалла что, принимает только подростков?

Самира отрицательно покачала головой.

— Все эйнхерии разбиты на возрастные группы. Ты входишь в младшую: лица до девятнадцати. Есть ещё две: взрослые и пожилые. Ты будешь нечасто с ними пересекаться, так что считай, тебе повезло.

Взрослые не воспринимают подростков всерьёз, даже если они пробыли здесь на триллионы лет дольше.

— Впрочем, ничего нового, - ответил я.

— Что касается пожилых воителей... они не всегда находят общий язык с другими постояльцами. Представь себе скопище вспыльчивых стариков.

— Да легко. В приютах таких пруд пруди.

— В приютах?