Лунная ведьма

– Говорят, ты ладен только сладость и снимать, – игриво надула губы Сибил. Она с недовольством поглядывала на Флорентию, до сих пор недвусмысленно трущуюся о тело колдуна.

Лукас отстранился от девушек, нахмурившись:

– И что плохого в том, чтобы попробовать нектар с нескольких цветков, восхваляя каждый? – патетично высказался он. – Может, я просто ищу особенный?

Особенный?

Не прошло и трех часов, как мы были вместе, а Лукас уже так легко от меня отказался. Ох, боги… что же я натворила?

– Хорошенько поищи среди нас, Лукас, – попросила Флорентия.

– Кто знает? Вдруг и найдешь то, что ищешь, – подмигнула Сибил.

Ведьмочки дружно захихикали.

– Все может быть, дамы, – развел руками он. – Все может быть…

А потом задумчиво посмотрел в темноту, именно в то укромное место под елью, где я и притаилась. Будто хорошо знал: появился невольный свидетель их встречи.

Что же он за чудовище?!

Жар в груди нарастал, грозя за несколько мгновений сжечь меня дотла. Сцепив зубы, я изо всех сил сдерживала рвущийся наружу крик. Хотела потихоньку убраться отсюда подальше. Хватит на сегодня позора.

Тело разрывалось от боли, то ли связь, которую я ошибочно приняла за что-то стоящее, рушилась, то ли боги прогневались, и в какой-то момент выдержка подвела. Упав на колени, я неистово заорала, выпуская в мир всю боль и отчаянье.

Земля под руками приятно холодила пальцы. Я зачерпывала ее горстями, извивалась, как змея, и корчилась в муках. Перед глазами все плыло. А боль не ослабевала, словно вознамерилась выесть меня изнутри, изничтожить душу. Ритуал единения, связывает избранников в одно целое, неделимое. Предательство Лукаса ударило именно по мне, как просителю благословения для союза.

Перед лицом всего клана и представителей чужого я билась в агонии.

Вот оно какое – наказание богов… За любовь?

Смутно помню, сколь спешно Лукас натягивал штаны. Его побледневшее до синевы лицо и необъяснимый взгляд долго еще преследовали меня в кошмарах. До того, как тяжелое забытье поглотило полностью, успела заметить удовлетворенную улыбку Флорентии. Подруги, которая, как оказалось, никогда таковой и не являлась.

Дальше события пронеслись, точно в дурмане. На следующее утро, стоило хоть немного прийти в себя, меня отвели в общий зал, где ковен собрался на судилище.

Едва сидя на каменном полу и только силой воли держа прямо голову, безразлично смотрела на всех собравшихся. Внутри меня царствовала пустота.

– Ты – прогневала богов, Ниэла. Ты – накликала бесчестье на весь род, неблагодарная девчонка, – разорялась Агафтия. – И понесешь наказание.

Кто знал, что оно окажется столь изощренно жестоким?

По залу пронесся неясный гул, точно пчелиный улей потревожили.

Агафтия нетерпеливо махнула рукой, воскликнув:

– Пусть это станет каждому наукой! Наш ковен не прощает хулы чести. Послаблений никому не будет. Даже моей племяннице.

Воздух прорезала зеленая вспышка. Сила тетушки метнулась ко мне и…

Верховная ведьма лишила меня чар. Их разделили между кланом, а родовая особенность, каким-то странным образом, досталась Флорентии. Предательница, как только отметила совершеннолетие, уехала попытать счастье в столице. И поступила в Магическую Академию Семи Королевств. Я же, прокаженная среди своих, юродивая среди чужих, стала личной служкой Агафтии.

С того Самайна десятилетней давности Лукаса я больше не видела. Впрочем, мирный договор между альманским и дейринским кланами до сих пор поддерживался. Глупость и наивность сокрушили лишь мою жизнь.

Недаром народ молвит, что ведьмы не должны любить. Опасно это. Слишком дорогой ценой дается хваленная любовь. Особая связь в обмен на половину души и магию… Неравноценно.

Послышался шорох и через мгновение что-то ощутимо стукнулось о мою макушку. Я поморщилась, повертев в руках еловую шишку. Мысленно же горячо возблагодарила лесных духов. Задумалась, погрязла в воспоминаниях… Вот и непозволительно задержалась у дерева.

Всего несколько десятков шагов и я оказалась на поляне, залитой лунным светом. Под лаской ночной госпожи моя кожа испускала слабое фиолетовое сияние. Для лунных ведьм – ничего необычного. А вот я сдержать жгучие слезы не смогла. Так соскучилась по силе. В Самайн вблизи священного источника моя истинная натура проявилась сильнее. И никакие наказания не стали в помеху. Пусть ощущала сейчас лишь жалкие крохи магии, но и им была несказанно рада.

Раз в десять лет Самайн совпадает с полнолунием. Еще реже с кровавой луной. Мне повезло. Эта колдовская ночь ознаменовалась кровавым полнолунием, сутками небывалого могущества лунных ведьм. Даже лишенная чар, сегодня я смогла выстоять против тетушки. Пусть по большей мере коварством…

И думать не хотелось, что всю не столь короткую ведьмовскую жизнь пришлось бы прожить неполноценной, не подвернись такая удача. Нести бремя отступницы без чести, довольствуясь ролью служки Агафтии.

Правое плечо отяжелело. Я успела забыть этот характерный вес фамильяра. Летучей мыши угольно-черного окраса и крайне скверного характера. Неизменного напарника, советника и просто верного друга.

После наказания Бука бесследно исчез. Существовала огромная вероятность, что тетушка его развеяла, устроив благотворительность из моей силы. Но, слава богине, сейчас я уверилась – он жив. Относительно, конечно. Вряд ли прозрачно-зеленое тельце мыши можно так легко причислить к реальному миру.

– Ну, здравствуй, мой хороший, – улыбнулась сквозь слезы. – Я скучала.

Бука фыркнул. В прошлом он нехотя поддерживал со мной беседы, был не из болтливых, все больше слушал. А сейчас, я догадалась, совсем не мог и слова вымолвить. Слишком истощен резерв у хозяйки.

– А ты не скучал?

Фамильяр красноречиво закатил глазки к небу.

– Не верю, – мотнула головой. – Выглядишь, конечно, скверно, мистер мышь.

Бука обнажил клыки и поерзал на моем плече. Если бы он был более материальным сейчас, точно оставил бы несколько кровавых меток острыми коготками.

– Мы это исправим, друг, обещаю, – твердо заверила фамильяра и занялась приготовлениями к ритуалу.

Семь заговоренных на удачу лучин в хрустальных фонариках я поставила в траву, соорудив по периметру полянки своеобразный семиугольник. Каждый светоч по числу объединенных королевств и его главного божественного покровителя.

Раздевшись до белой полотняной рубахи, нанесла семь капель лавандового масла по точкам: между глаз, на губы, под левой грудью, на запястья и стопы. По-осеннему остывшая земля холодила ноги. Не боясь захворать, я опустилась на колени и сосредоточилась. Атаме положила по правую руку, скоро он испробует ведьмовской крови.

Когда с основными приготовлениями было покончено, я пропела заклинание на древнем языке, про себя молясь, чтобы все выговорила правильно. Иначе не только не получу доступ к источнику, но и наживу новых неприятностей. Боги не поощряют неточности в этих делах.

Твердым движением резанула атаме левую ладонь. Ровная тонкая полоска быстро набралась краснотой. Кровь тонкой струйкой потекла в тяжелую ритуальную чашу, которую я поставила в середине многоугольника. А вот боли совершенно не почувствовала. То ли чересчур привыкла к ней за эти годы, то ли совсем опьянела в предвкушении свободы.

Воздух заискрился бирюзовыми светляками. Из слепящего света соткался гибкий женский стан. Лицо разглядеть не представлялось возможным, слишком ярко, слезились глаза.

Богиня пришла! Откликнулась на призыв! Значит ли это, что я прощена?

– Я никогда ни в чем не винила тебя, Ниэла, – в голове раздался приятный женский голос. Ласковый и нежный, как музыка спокойной реки. – Ты шла за зовом сердца. Я покровительствую смелым, искренним, видящим не столь глазами – душой.

Слезы облегчения брызнули из глаз. Так я освобождалась от чувства вины, усталости, обиды.

– Каково твое прошение? Не медли.

– Верни мне силу.

Как плату за обращение к богине я опустила в чашу родовой кулон, готовая пожертвовать мощью, накопленной многими поколениями.

ГЛАВА 2

– Этого ли ты истинно хочешь? – после недолгого молчания спросила богиня, заставив меня усомниться в желаемом.

Сила – защитит, сделает меня свободной, но не избавит от гнетущей пустоты. Как и десять лет назад я продолжала мечтать о любви. Взаимной. Надежной. Исцеляющей. Почему я не могу размениваться на легкий флирт, ничего незначащую страсть? Что со мной не так? Ведьмам любовь противопоказана. Они быстро утрачивают бдительность, доверяют не тем, а после теряют свои сердца. Сила же – не предаст.

И с замиранием в груди я мысленно повторила изначальную просьбу.

– Могу исполнить только одно желание из двух, дитя. Либо сила, либо истинная половинка. Выбирай.

Я закусила губу: нельзя обойтись без сложностей?

В голове раздался тихий смех богини.

Без силы мне некуда, но и скрасить одиночество надежным тылом ужасно хотелось. Верным, предназначенным только мне мужчиной.

– Слушай сердце, Ниэла, – подсказала богиня.

Отчаянно зажмурившись, я никак не могла осмелиться вымолвить желаемое вслух. А вдруг вновь ошибусь? Хотя сердце, глупое и наивное, уже давно решило.

– Ну что ж. Выбор сделан, дитя.

Я осторожно приоткрыла один глаз.

Богиня исчезла. Свет погас. Поляна погрузилась в ночную тишину. А вот родовой кулон покровительница не забрала, он остался сиротливо лежать на сухом дне ритуальной чаши.

Ничего вокруг особо не поменялось. Да и я себя не стала ощущать иначе. Не получилось?

Погрузившись в задумчивость, я едва не пропустила щелчок за спиной. С таким звуком обычно открываются мгновенные порталы-переходы. Незваным гостям никто не бывает рад, вот и я подскочила на ноги, как оголтелая, на ходу оборачиваясь.

Высокий, широкоплечий брюнет в форме стража границ стал настоящей неожиданностью. Замерев в нескольких шагах и готовая в любой момент сорваться бежать, я неприлично пристально принялась его разглядывать. Взглядом сразу же зацепилась за короткий ежик волос, не в пример прославленной мужской моде на длинные волосы. Конечно, разве защитникам пристало гнаться за красотой или комфортом? Они – служат королевству и гибнут за его благополучие.

Незнакомца нельзя было назвать уродливым, но и на красавца он не тянул, скорее напоминал матерого, побитого жизнью зверя. Правильные черты лица отяжелял квадратный широкий подбородок, рваный шрам на левой щеке задевал кончик рта, отчего тот, казалось, постоянно изгибался в кривой ухмылке. Да и мрачный взгляд исподлобья не добавлял мужчине шарма.

Мне бы бросить все и давно бежать по лесу, сверкая пятками. Явно же наткнулась на опасного хищника, даром боялась упырей и остальную нежить. Но что-то останавливало. Какое-то неясное чувство настойчиво щекотало изнутри.

Я прищурилась. Мужчина не сводил с меня глаз, необычного ярко-синего цвета. Он смотрел, как жадный голодный путник на краюху хлеба. С какой-то небывалой тоской и странным обожанием.

– Лукас?! – выдохнула я. Узнавание будто бы выбило почву из-под ног, заставив неловко пошатнуться. – Это ты?

– Да.

Жестко приземлиться на задницу не вышло каким-то чудом. Ноги ослабли, перестали держать, подкосились. Лукас потянулся ко мне, но я резко отбила его руку и выпрямилась, сохраняя равновесие. Он не должен даже рядом стоять, не то что прикасаться! Видимо, мысли кардинальным образом преобразили мое лицо, заставив колдуна отступить.

– Это, правда, ты? – все еще надеясь на чудо, испытующе заглянула в глаза.

Чуда не произошло.

– Это, правда, я.

И даже голос не дрогнул! Не мужчина – каменюка! Когда он успел стать таким непробиваемым?

Не может такого быть! Почему он? Почему сейчас? Где я опять напортачила?! Схватившись за голову, стала расхаживать взад-вперед внутри многоугольника из лучин. Не поддаваться панике с каждой секундой удавалось все сложнее.

Я просила о силе? Просила. И где же, леший всех раздери, моя магия?!

Покосившись на плечо, едва не взвыла от отчаянья. Даже Бука вновь исчез! И чар я больше не чувствовала.

– Но-о… Как? – просипела. Прозвучало обвиняюще. Но остановиться я не могла. – Тебя здесь быть не должно!

Для пущего эффекта еще и пальцем ткнула в его сторону.

Колдун развел руками, мол, извини, но я уже здесь и никуда не собираюсь. Так и бы стерла это спокойствие с его противной наглой рожи! Ух, держите меня! Никогда прежде не испытывала такую всепоглощающую ярость! Даже Агафтия так не выводила из себя! Уж поверьте, злиться на нее мне точно было за что. Более чем.

Богиня что-то намудрила с выполнением желания! Да!

Не могла же я захотеть Лукаса вместо силы?! Не такая же я откровенная идиотка? Или все же…? Последний вопрос заставил сомневаться в собственной здравости. Мельком глянула на колдуна – по-прежнему невозмутимый, как скала. Только крепко сжатые кулаки и потемневший от сдерживаемых чувств взгляд выдавал в нем человека. Не просто воина, но и мужчину, которого я когда-то лю… знала. Или, скорее, совершенно не знала.

На миг мне действительно жутко захотелось обрести истинную пару, но Лукас… Он же не мог… Ох, богиня, где же я столь сильно тебя обидела?!

– Ты жива, – брякнул вдруг колдун.

Браво. Он наблюдательный.

Или так мечтал поскорее спровадить меня за грань? Знал бы сколько раз за эти десять лет от загробного мира меня отделял лишь шаг! Я не переступила эту черту только на чистом упрямстве. И чуточку эгоизме, присущего всем ведьмам. Хотела доказать, как же ковен ошибся, замазав меня, словно кляксу на родовом дереве. Доказала, Ниэла?

– Твоими молитвами, – скривилась, не став и пытаться любезничать.

Лукас озадачено почесал макушку и хрипло выдавил из себя очередное признание не к месту:

– Я думал, ты мертва.

– Как оставил на сеновале, так сразу и померла от счастья? – тут же съязвила я. – Не льсти себе.

Он поморщился. Потоптался на месте, пожевал губами, потрогал шрам и тут же отдернул себя, вернув мне смущенный взгляд. Подумаешь! Точно я только и пялюсь на этот толстый росчерк на его лице! Делать мне больше нечего, чем думать, как и где колдун его получил.

И где же Лукас его получил? В очередной раз для развлечений выбрал не ту дамочку? Хотя… Мне же не интересно, верно? Вот и не буду даже думать об этом!

– Просто ты так кричала тогда… – неожиданно вспомнил мужчина, нервно одергивая воротник белой рубашки, словно ему не хватало воздуха. Неуверенный Лукас? Что-то новое! – А потом я перестал тебя чувствовать… и был уверен…

Давние воспоминания пробуждали ненужные чувства. Может, еще и поэтому ответ вышел грубее, чем мне хотелось. Старалась изобразить безучастие и холодность, а получились: боль, ярость, обида, горячность. Прямо-таки яркий пример безразличия! Да.

Предыдущая глава

2

Следующая глава