Казанова, или Развязка для одной новеллы

Фламия. Ваш общий любимец Казанова, кажется, предпочитает другую маску…

Сантис. Злоречивые уста моей жены сейчас изрекут что-то новое…

Фламия. Совсем не новое. Казанова теперь выступает в роли шута, и об этом говорят давно все, кто его знает…

Сантис. Ты сегодня не в духе? Что бы это значило? (Анине.) Казанова встречает Фламинию в третий раз. Обычно он так легко воспламеняется, но к ней он равнодушен. Это ее и злит.

Фламия. Поосторожнее. Ты можешь раззадорить меня… Но я равнодушна к этому шуту.

Анина. Почему вы упорно называете его шутом?

Фламия. Посудите сами… Можно ли верить той басне, что за столом он потчевал нас, будто он бежал из венецианской тюрьмы, куда был заперт, и очевидно, поделом…

Работал и сверлом он, и пилою, Скользил, карабкался, бросался вплавь, — И этого не видят и не слышат, Не узнают его, и в лунном свете Сидит на крыше он. Какая чушь!

Анина. Но все же он бежал?

Фламия. Почем нам знать?

Быть может, он и не был в заключенье, А если был, то отсидел свой срок. И если он бежал, то как проверить, Что удался побег? Что не упал он с крыши И не утонул?..

Анина. Но он же жив?

Фламия. Быть может, умер.

Анина. Так значит здесь поддельный Казанова?

Фламия. Поддельным Казанова был всегда.

Анина. Но вы были с ним знакомы давно и должны были привыкнуть…

Фламия. Знакомы? Да… Я виделась и говорила с ним. Вернее, говорил всегда он один. По-моему, он чужого голоса вовек не слыхал. Так вот, всякий раз он приступал к рассказу о побеге теми же фразами и в том же тоне… И осенью прошлого года, и два года тому назад, и семь, когда я встретилась с ним впервые в Риме…

Сантис. Какой милый разговор. (Анине.) Я всегда говорю своей Фламинии: если две такие пары, как вы и синьор Басси, как я и моя дражайшая супруга, сойдутся на почве общих развлечений, сколько пользы мы могли бы из этого извлечь!

Анина(смеется). Да какая же практическая польза в нашей болтовне?

Фламия. Сколько вам лет?

Анина. Семнадцать.

Фламия. Наивный возраст… А мне двадцать пять… Десять лет прошло с тех пор, как я и Сантис… Ах, какой я была глупой!.. Сантис говорит, что синьор Басси достоин быть моим наставником.

Анина. Наставником? Но в чем же?

Фламия. Неужели не ясно?

Анина. В картах?

Фламия. И в других вещах…

Анина. Но раньше он не брал карт в руки.

Фламия. Ах, милая…

Анина. С некоторых пор он стал играть, но это не является его пагубной страстью… Скорее он склонен к мечтам, размышлениям… (Пытается как-то заинтересовать Андреа разговором, но тот по-прежнему мрачен и держится в стороне.)

Фламия. Вы путешествуете, а в поездках на чужбине можно смотреть на вещи легче… Поверьте, милая, ничего не может быть забавней, чем лежа рядом… (взглянула на Сантиса), в тесных объятиях, поверять друг другу свои проделки… (Смеется.)

Анина(так же смеется, хотя делает это скорее для поддержания беседы; настроение Андреа начинает ее беспокоить). И все же, в каких вещах синьор Басси может быть для вас наставником?

Сантис. Однако время крутится уже вхолостую. Погода дивная, и я сегодня устраиваю обед. Я распорядился накрыть стол в парке.

Фламия. И разумеется, уже пригласил этого Казанову…

Сантис. Утром я наведался к нему. Он крепко спал, очевидно, совершенно забыв свое вчерашнее фиаско.

Фламия. Какой же обед без россказней о побеге, о крыше из свинца!..

Сантис(он тоже обратил внимание на поведение Андреа). Однако у синьора Басси вид и вправду такой, будто он обманулся в своей вчерашней удаче… Как ваша верховая прогулка, синьор Басси?

Андреа. Благодарю. Превосходна.

Сантис. Но нас еще ждет сегодня поездка после обеда. Мы все решили устроить небольшой праздник на опушке леса.

Андреа. Настроение у меня не праздничное, но я готов принять участие. (Хватает шпагу.) Не лишней будет и вот эта шпага! Мы ведь знаем, чем иногда заканчиваются подобные празднества!

Фламия(Сантису). Посмотри, как дико загорелся его взор. Он явно не в себе. Синьор Басси, мы надеемся, что эта прогулка поднимет ваше настроение — ведь нас ожидает столько услад…

Андреа. Да, да, конечно… С наступлением ночи среди деревьев начнут парить нагие нимфы… Нам, смертным, они будут расточать свою любовь… Надеюсь, господа, утром мы не будем так наивны, чтобы узнавать их. Разумеется, не обойдется без карточной игры. С той лишь разницей, что игорным столом станет пленительное тело женщины….

Фламия. Кажется, Сантис прав… синьор Басси действительно может быть моим наставником…

Сантис. Фламиния, нам пора. (К Андреа.) Мы ждем вас в парке, там уже расставляют столы… (Анине.) Надеюсь, вы расправите морщины на озабоченном челе вашего супруга. (Тихо, Фламинии.) Пойдем, здесь ожидается ссора.

Уходят.

Картина третья

Андреа(спокойно, твердо). Ты ему писала… О чем?

Анина. Я тебя не понимаю…

Андреа. Ты послала письмо Казанове?

Анина. Ах, вот ты о чем…

Андреа. Я видел, как у комнаты Казановы ошивался мальчишка Тито. Потом он исчез за дверью. И я разу понял — предчувствие меня еще никогда не обманывало, — ты с ним послала записку этому новоиспеченному дворянину.

Анина. Меня заинтересовали кружева, которые по доступным ценам поставляет его брюссельский друг.

Андреа. Я готов тебе поверить… Вчера за игрой действительно шел разговор об этом, но…

Анина. Моя необдуманность заключается лишь в том, что письмо я передала через Тито, этого юнца, искушенного во всех пороках…

Андреа. Ты даешь челяди пищу для насмешек над собой. И надо мной! Я офицер, и моя честь…

Анина. Тебя только это волнует?

Андреа. Не только! Этот балованный плут решит, что ты под предлогом покупки кружев ищешь с ним новой встречи!

Анина. Напротив! Кружева здесь вообще ни при чем… В письме заключалась только просьба…

Андреа. Просьба? Какая?

Анина. Чтобы Казанова покинул имение…

Андреа(не сразу). Что это значит?

Анина. Выслушай меня…

Андреа. Я, кажется, понял… Ты испугалась второй встречи с ним! Тебе она кажется неотвратимой. Я ведь заметил, как загорелась ты, когда Казанова, этот дамский угодник, вызвался быть твоим посредником при денежной сделке. И что же он написал тебе в ответ?

Анина. Я не жду ответа. Я только попросила его покинуть имение дяди.

Андреа. Напрасно ты посылала с этим гонца. Если ты напрашиваешься на встречу, могла бы, не стесняясь, просто пойти к нему… Какая разница, что при этом подумал бы я. Ведь я для тебя ничто? Так, Анина?

Анина. После того, что ты мне сейчас сказал… что я способна вот так, просто пойти к нему…

Андреа. Ты для меня потеряна. Он наверняка не уедет, и тебе останется выбор: я или Казанова!.. Впрочем, о чем я… Я ухожу первым…

Анина. Вторым. Казанова уже ушел.

Андреа. Ты в этом уверена?

Анина. Хотя ты и сомневаешься в его титулованности, но он благородный человек и наверняка уже выразил мне свою благодарность.

Андреа. Какую еще благодарность?..

Анина. Именно в знак благодарности я просила его уехать.

Андреа. Но за что он должен благодарить тебя?

Анина. За то, что в эту ночь я отдалась ему…

Андреа (ошеломлен, затем подходит к Анине, останавливается; после паузы разражается смехом).

Плохая шутка, не идет тебе! Фламинии обязан я, должно быть. Ты жаловалась ей, что я тебя Терзаю ревностью, и подучила Она тебя комедию сыграть, В которой бы развязка доказала И глупость недоверчивого мужа, И верность добродетельной жены. Но, право, не к лицу тебе кривлянье И не по вкусу мне! Пускай она И ей подобные играют чувством, Какого не вмещают их сердца. Любовь для них обычно — ремесло! Забава иль минутная утеха. Во мне вскипела желчь, когда С бароном Сантисом вот здесь Она кривлялась! Милое соседство!

Как ты решилась их принять? Якшаться с такой четою!.. Я никогда не мог себе представить, что ты можешь сблизиться с людьми такого сорта!..

Анина. Ты сам бутылку за бутылкой распивал с бароном! Сел играть и так увлекся, что только утром нашел дорогу в постель.

Андреа. Со мной это случается редко. Мне везло и не хотелось прерывать эти сладостные волнения. Взгляни, каков итог!.. (Открывает столик.) Этих денег хватит на целый год путешествий. А это место, где нависла угроза нашему счастью, мы должны покинуть. И немедленно! Собирайся!

Анина. И ты думаешь, что нам по пути?

Андреа. Никакие соблазны меня здесь не удержат. Я вообще теперь буду их избегать, и ты должна в этом мне довериться.

Анина. Ты нарочно не хочешь меня понять? Ты готов поверить, что мною руководили гнев и месть, чтоб сочинить подобную историю, которой на самом деле не было? Я, правда, и сама не совсем понимаю, что случилось… Но пойми… это было! Было!!!

Андреа(ошеломлен, затем хватает шпагу, бросается к ней). Потаскуха!..

Анина. Бей! Я готова ко всему.

Андреа(на секунду застыл, словно громом пораженный, затем медленно отходит, кладет шпагу, трет виски — весь его вид говорит о том, что он хочет взять себя в руки). Список женщин, уступивших желанию Казановы, пополнился еще одним именем… Твоим! (Вкладывает шпагу в ножны.) Я в галеры его сошлю! Как преступника!

Анина. Ты можешь поступать, как считаешь нужным. И ты решишь, должны ли мы расстаться или нет. Но я хочу все рассказать. (Смотрит на него, ожидая его согласия.)

Андреа, подумав, кивает и садится на диван.

Слушай… Я долго ждала тебя, не могла уснуть и все прислушивалась, не идешь ли ты. Вдруг я услышала, как хрустит песок под чьими-то шагами… Я бросилась к окну и вижу, что под окном стоит другой… не ты! Я хотела закричать, но дальше все произошло так молниеносно… Ты слушаешь?

Андреа. Ты сразу узнала, что это был Казанова?

Анина. Конечно. Он был освещен луною… Он вскочил в окно, стал что-то шептать… Я не могла разобрать, я только понимала, что это были мольбы и заклинания. Все было, как в тумане… он целовал меня. Уговаривал, просил прощения и снова целовал… Я словно потеряла сознание, ничего не могла поделать с собой… Это было наваждение, я утратила всякую память и как будто погрузилась в небытие…

Когда проснулась я во мгле рассвета, Одна лежала я, открыв глаза И сознавая, что случилось ночью… Не только свет, Андреа, — я сама Себя за час до этого сочла бы Преступницей. И не пред одним тобою. А между тем душа моя была Легка и радостна. Как странно это! Еще вчера я так была полна Одним тобой, что мне противно было Нескромный взор мужчины выносить; Сегодня ночь в неистовых объятьях Чужого человека проведя, Не чувствую раскаянья, проснувшись, Как если бы я детским сном спала.

И все же я думаю, что достойна твоей любви… Если бы ты смог смирить свой гнев и погасить боль… Андреа, пойми меня, ведь в сущности ничто не изменилось, я люблю тебя, я всегда была верна тебе…

Андреа. Только одного не пойму, зачем ты здесь?

Анина. Андреа…

Андреа. После всего, что было…

Анина. Это безумие, и оно никогда не повторится…

Андреа. Довольно и одного случая. Что толку, что ты услала любовника? Он уедет с воспоминанием дикого блаженства, а в кругу друзей на пирушке еще и похвалится, как соблазнил невесту, пока жених резался в карты. То-то смеху будет!..