Половинка

И резко перевернул меня на спину. Теперь он склонился надо мной, закрыв широкими плечами окно и оказавшись в нежно-розовом ореоле рассвета. Мы словно окунулись в этот чудный небесный свет в преддверии длинного дня. В душе что-то дрогнуло и потеплело: хороший знак — вот так встретить рассвет, буквально купаясь в нем. И в объятиях самого прекрасного в мире мужчины.

Пока я любовалась Хейго, забыв обо всем, он решил за нас: смял мои губы в жарком поцелуе, тесно-тесно прижавшись. И — о, боги! — наконец позволив ощутить тот самый, важный и с такими загадочными улыбками обсуждавшийся мамиными фрейлинами, бугор.

Конечно, я наивная, но обрадовалась, что у меня все как у всех, вернее, у него, и утонула в своих ощущениях, которые дарили губы и руки Хейго. Казалось, он касался меня везде и одновременно, как ласковый летний ветер: гладил, мягко сминал, зарывался в волосы, пил меня, мою душу, тепло… Я чувствовала, что взамен жара, в котором полыхало мое тело, в меня вливалась прохлада. Но удивительно, она не успокаивала, не остужала — а сонмом будоражащих мурашек носилась по моему телу, делая кожу невыносимо чувствительной, отзывчивой на любую ласку моей половинки.

В какой-то момент я очнулась, поняв, что мои ноги лежат на бедрах Хейго, целующего меня в шею и мнущего мою грудь… уже под рубашкой. Я судорожно сглотнула и попыталась одернуть слишком задравшийся подол, а то сквознячок, холодивший секретные местечки, дал понять, что мои женственные «тайны» для Хейго скоро перестанут быть таковыми. Сомкнула ноги и, резко перевернувшись, дернула в сторону.

И тут же по моей обнаженной попе прошлась его широкая ладонь в собственнической такой ласке, а следом прозвучало ласковое:

— Трусишка ты моя.

Хейго накрыл меня одеялом и спеленал так, что не дернешься. А сам привычно касался кончиками пальцем моего лица, наслаждаясь этой незатейливой лаской. Такой мягкой, нежной и… только нашей.

— Прости, но…

Мое смущенное извинение он прервал с улыбкой:

— Я помню, сначала брак и честь, а потом брачная ночь.

Я замотала головой, потом запоздало вспомнила про честь и закивала, затем зажмурилась, восстанавливая дыхание, возвращая ясность мыслям, и призналась:

— Просто я не могу вот так сразу. — Наверняка мои щеки стали свекольного цвета, перед тем как решилась сказать: — Я не знаю, насколько ты… опытен по части… хм-м-м… заведения детей. У меня самой в этом вопросе мало… если честно, то никакого опыта. И… боюсь.

Хейго навис сверху, обнял мое лицо ладонями и, всматриваясь мне в глаза, прошелестел, явно волнуясь:

— Верь мне! Всегда! Я не подведу никогда!

Вон как «змейки» забегали от меня к нему… Правда, они больше не пугали. Их суть я себе уяснила.

— Пытаюсь…

Улыбка у меня вышла кривоватая.

— Я понимаю, что порой наши поступки вызывают у вас раздражение…

— Выбивают дух, ты хотел сказать! — ехидно парировала я.

— Может, и так, но ты — третья женщина-половинка. Лилия с нами всего год, а она очень сдержанна. Наш опыт отношений в браке или со своей женщиной основывается большей частью на поведении Тьяны. Мы научимся всему, узнаем женские повадки, предпочтения, выберем более приемлемую линию поведения перед и после слияния и инициации…

— Было бы неплохо хоть в общих чертах предупреждать об этой вашей инициации. Я чуть со страху не умерла! — напомнила я обиженно.

— Спорный вопрос, — улыбнулся Хейго. — Люди склонны воображать лишние страхи и потом сами пугаются.

— Хейго, ты меня слышишь? Нет? — возмутилась я. — Я тебе как женщина говорю, что с нами так нельзя. Ваши иномирные сюрпризы заставляют половинок бежать сломя голову, стоит только опомниться. Это уже из личного опыта!

— Отрадно, что моя леди наконец научилась называть меня по имени, — довольно прошелестел он.

— Я не шучу, — добавила голосу строгости.

— Ягодка моя, нежная, ласковая, — страстно шептал Хейго, целуя мои щеки, виски, глаза, лоб. — Такая чувственная, мягкая, моя. Как же приятно просто касаться тебя. Мне кажется, я сойду с ума от наслаждения, когда смогу взять тебя полностью, как женщину…

Закрыв глаза, я поймала себя на том, что тянусь за губами Хейго, радуясь прикосновениям, теплу и немыслимым ощущениям, которые они дарят. И мне уже не до всяких там инициаций и прочих сюрпризов от темных. Душу охватил чистый восторг.

Все-таки я смущенно прошептала:

— Подобное приличным, невинным леди говорить не принято…

И замолчала, потому что осознала, как мне сказочно повезло. Ведь королевским отпрыскам редко удается жениться по любви. Чаще вступают в брак по расчету, вопреки душе, сердцу и желаниям тела. Мою двоюродную тетку со стороны мамы отдали за старика в залог мира с южным соседом. Этот брак долго не продлился. Не потому что супруг умер — тетку отравила юная и коварная фаворитка старого сластолюбца.

Я вцепилась в руки Хейго и утонула в его глазах. Забота, невероятная нежность и желание, которые не спрятать. Любовь, царившая между двумя другими парами, подарила мне надежду на счастливое будущее. Надежду, что и меня так смогут когда-нибудь полюбить. И мои собственные чувства, что глубоко проросли в душе, только укрепили эту надежду. Ведь Хейго — он такой… такой невероятный… мой. Целиком и полностью! И даже со всеми его секретами и тайнами…

Даже выбрав принца из тех, что могли одобрить родители для семейной жизни, я вряд ли обрела бы даже сотую долю единения, как с моим темным. И на неизменную верность рассчитывать точно не могла. И на полное доверие, когда ошибки одни на двоих.

Радостно вдохнув полной грудью, я вскинула руки и, обхватив лицо любимого ладонями, погладила, с восторгом принимая его для себя. Вот именно сейчас и целиком. Мой мужчина — как же много в этом коротком, но таком важном, всеобъемлющем слове. Моя половинка…

— Да, я твоя половинка, — улыбнулся Хейго.

Надо же, кажется, я призналась вслух. И сразу вспомнила о важном деле:

— А когда помолвка?

— Пошли прямо сейчас, — не раздумывая, предложил он.

Я обняла его за шею и притиснула к себе крепко-крепко.

— А давай!

— Мы вчера нашли ее сами, — осторожно сообщил Хейго про сокровищницу. — Проверили все уголки дворца, чтобы не осталось затаившихся монстров или ищущих… Ты можешь только обуться и шубу накинуть. Мы Тьмой пройдем.

Я невольно передернулась, но желание быстрее попасть туда буквально подталкивало, снедало в нетерпении. Махнув рукой на приличия и этикет, кивнула и, освободившись из мужских рук, поспешила за сапогами и шубой.

Вскоре мы переместились в подвал, где находится королевская сокровищница Цветаны. Я была в нем не раз, вот и сегодня с ностальгией огляделась в просторном подземелье, освещаемом магическими светляками темных, зависшими под потолком.

Множество полок со старинными рукописями и книгами в золоченых окладах — важнейшие королевские грамоты, государственные договоры и прочие исторические документы, с которыми подробно знакомилась сестра. Знаю только, что в библиотеке им не место по причине большой важности и ценности. Сундуки, ларцы, ящики — все вроде бы на своих местах. Столы для хранителей и главного казначея. Высокий стул для короля, что бывало «наводил шороху» на придворных, проверяя те или иные записи.

Папа говаривал: «Деньги любят счет и не любят суету».

Хейго прошел со мной к шкафу с фамильными драгоценностями Малина. Затаив дыхание, я провела ладонью по черненым, причудливой чеканки створкам, запуская родовое охранное заклинание. Щелкнул замок — двери распахнулись, приглашая меня, последнюю из династии Малина, взглянуть на сокровища. Ничего не поделать, теперь они не мои…

Хейго спокойно, словно смотреть на королевские драгоценности для него самое обычное дело, окинул взглядом несколько полок с великолепными гарнитурами, коронами, браслетами, украшавшими блистательных Малина во время коронаций, торжественных приемов, свадеб, балов, и поразил до глубины души:

— Вчера вечером, когда мы вошли сюда и ознакомились с содержимым и этого шкафа, запертого вашим заклинанием, Совет Риира принял решение: передать его тебе, законной наследнице.

— Все-все?.. — Моему удивлению и потрясению не было предела. — Ты знаешь, сколько они стоят? Ведь эти украшения собирались моими предками веками и связаны с наиболее значимыми событиями в жизни королевской семьи: бракосочетаниями, коронациями, мирными договорами, рождением наследников… Для казны Риира этот дар будет огромной потерей. Тем более над ними работали лучшие мастера, гранившие и оправлявшие камни редкой чистоты и красоты.

Хейго внимательно смотрел на меня, пришлось даже отвернуться, чтобы скрыть повлажневшие глаза. Наконец он поведал:

— Мы подумали о том, что в этом шкафу хранятся не столько бриллианты, оправленные в драгоценный металл, сколько часть истории твоего рода, крепко связанной с самой родиной. Последней наследнице Цветаны должно остаться хоть что-то от ее дома, родных. Что будет только твоим, Оли. Не общим, не для народа, а на память и для наших наследников.

Я посмотрела на мамину парюру с сапфирами, в которой она обычно выходила на люди, и разрыдалась. Потом спрятала лицо в ладонях и уткнулась в грудь Хейго, прохлюпав:

— Спасибо вам!

— Не за что, — мягко ответил мужчина, родной, сразу заключивший меня в тесные объятия. — Поверь, для риирцев это не дорогой подарок, мы не видим в холодных камнях и металле большой ценности. А вот любовь и тепло наших половинок — самое огромное сокровище, ради которого мы готовы убивать, меняться или менять целый мир.

— Не сильно меняйте, ведь именно этот мир дарит вам половинок. Такими, какие мы есть, — тайком вытерев нос рукавом рубашки, посоветовала я.

— Кольцо выбираем? Или уже не нужно? — немного иронично поинтересовался моя темная половинка.

— Помолвка — это очень-очень серьезное и важное событие, — всполошилась я, быстро пробегая взглядом по своему наследству.

Как же у темных все быстро меняется. Была нищей принцессой, а стала одной из богатейших.

— Ты уверена, что хочешь именно это кольцо? Оно какое-то тяжелое, грубоватое… — засомневался Хейго, когда я взяла из бархатного ложа довольно увесистое кольцо с голубым топазом и множеством мелких алмазов.

Полюбовавшись искорками, вспыхивающими на гранях камней, словно приветствуя меня, я счастливо выдохнула:

— Уверена! С детства о нем мечтала! Оно не простое, это сильнейший защитный артефакт…

— Тебе не нужны артефакты, я сам убью любого, кто только подумает о том, чтобы причинить вред моей половинке! — мрачно заявил Хейго.

Я торжественно положила вожделенное кольцо ему в руку и раскрыла тайну:

— Оно должно было беречь любовь. Это кольцо Феодос Малина, чей облик запечатлен в тебе, лично изготовил для будущей невесты. Он был не только сильным воином, но и не лишенным романтики магом — искал любимую. Жаль, так и не встретил.

— А я нашел, — хрипловато прошелестел Хейго.

— А ты нашел, — кивнула я, невольно краснея, и протянула ему руку, нарочно разведя пальцы.

— Только надеть? На любой? — переспросил Хейго, разглядывая кольцо.

— Да… И можешь поцеловать потом, — шепнула я, счастливо улыбаясь.

Кольцо — истинный артефакт — село как влитое. Жених меня обнял и поцеловал, закрепляя помолвку. И я даже не заметила, как вновь очутилась в спальне, где бережливая и расчетливая половина, нет, пожалуй, четверть принцессы Малина всполошилась:

— Ой, а мой шкафчик?

— Пусть там остается, все равно без твоей магии его никто не сможет открыть. Совет Риира уже дал тебе право владеть. Не волнуйся, он только твой! Темный никогда слова не нарушит.

Ну и ладно, в сокровищнице даже надежнее. Тем более неизвестно, что тут наверху во дворце твориться будет в ближайшее время. И все же, скрепя сердце я спросила еще раз:

— Хейго, вы действительно понимаете, насколько… как дорого они стоят…

— Да! — прекратил он мои попытки подобрать слова. — С вашими представлениями о жизненных ценностях мы ознакомились в первые годы пребывания на Эйре. Скажу больше, я могу прямо сейчас, недолго посмотрев на содержимое твоего шкафчика, сказать примерную стоимость «потери», — последнее слово он произнес с ехидцей. — Не переживай, понадобится — мы еще больше найдем…

— Где? — вытаращилась я.

— Где-нибудь, — пожал он плечами. — Мест, что ли, мало?

— Неужели украдете? — подозрительно прищурилась я.

— Найдем! Люди привыкли доверять земле свои сокровища. По всему Эйру не счесть схронов, кладов, тайников, щедро политых кровью, проклятьями и прочими атрибутами, которые наша Тьма особенно остро чувствует.

— Невероятно! — Я смотрела на своего темного с восторгом. — И все равно передай, пожалуйста, членам Совета от меня искреннюю благодарность за столь щедрый дар.

— Они догадывались, что тебя порадуют. И Рииру это пойдет на пользу…

Восторги поутихли, и я недоуменно переспросила:

— Польза? А какая польза в том, чтобы вернуть мне… наследство? Пусть и частично.

Хейго усмехнулся и покачал головой. Кажется, «частично» его немало позабавило.

— Теперь представители Риира обязаны присутствовать на всех коронациях. Нам будут давать первые клятвы правители, вступающие на престол, трон — у кого как принято.

— Ну и?!

Я поторопила Хейго, уже догадываясь о цели щедрого дара.

— И будет правильно, если пока единственные принцесса и княжеская дочь будут выглядеть достойно на подобных торжествах. Вам с Лилией придворные традиции известны, поэтому станете нашими официальными представителями. У Лилии есть семейные украшения, и мы решили, что у тебя тоже должно быть что-то свое… родное. Статусное!

— Понятно, — вздохнула я. Ну да, конечно, сюрпризы от темных всегда с перчинкой. И уточнила еще один любопытнейший вопрос, вспомнив, что темные слов на ветер не бросают: — В каком смысле «пока единственные принцесса и княжеская дочь»?

Хейго одной рукой скользнул под шубу и положил ладонь у меня между лопаток. А второй теребил кружево на вороте ночной рубашки, напомнив о неподобающем внешнем виде невесты на помолвке. Впрочем, меня это смутило лишь на миг. Слишком хорошо и уютно стоять в объятиях любимого мужчины.

— Наш договор с людьми гласит: любая половинка принадлежит Рииру, вне зависимости от сословия, статуса или происхождения. Может статься, со временем породнимся со многими королевскими домами Эйра. Не только принцессами, но и принцами. Ведь наши дети будут не только мужского пола, но и женского…

— О-о-о… сложно представить, каким станет новый Риир, — задумалась я.

— Со временем увидишь, — успокоил Хейго. — Риир станет колыбелью многих народов, культурных особенностей, традиций. Но всех нас будет скреплять Тьма Риира, а значит, мы будем сплоченными, едиными и тем сильны! Мы не королевство в традиционном представлении, мы страна свободных духом!

— Пока это только мечты, — улыбнулась я.

— Жители Риира никогда не бросали слов на ветер и впредь не намерены. Все, кто с нами уже начал работать, знают: свое слово мы держим твердо.

— Я надеюсь, — кивнула уверенному в светлом и благополучном будущем Риира мужчине.

— Верь мне! У тебя и наших детей будет все самое лучшее.

Хейго приподнял мое лицо за подбородок, вглядываясь в глаза. И в этот момент я увидела знакомую серую нить. Моя половинка замолчал и «прислушался» к собеседнику, затем сообщил:

— Сегодня завтракаем у Тьяны и Шейго. Как только приведем дворец в порядок и обезопасим, переберемся обедать в большой зал. А сейчас прости, но нам пора на… службу. Все ждут твоего участия в захоронении погибших.

Тяжело вздохнув и вымученно улыбнувшись, я ответила:

— Вчера я тщательно все обдумала и предлагаю провести обряд обращения к богам…

— Что это такое? — насторожился Хейго.