Гномка в помощь, или Ося из Ллося

— А я повторюсь… — ответил третий, самый высокий и худой, — она затаилась здесь. Пусть охранный периметр нарушен, но дом никто не покидал.

Это обо мне! Меня ищут… Сапоги чуть не выпали из руки, но тихое «у-у-у» быстро привело меня в чувства.

— Не согласен! Дом я не только осмотрел, но и отсканировал! — настаивал басовитый.

— Я тоже, — вскинулся придушенный. — Хочешь сказать, что не веришь сканерам?

— Хочу напомнить, что сканеры, как и периметр, работают в той же системе плетений. Следовательно, повреждены.

— Быть не может!

— Проверим, — хмыкнул третий и исчез.

Растворился в воздухе без какого-либо портала, взмаха рук или пары озвученных рун. Двое других растаяли следом не так быстро, но тоже страшно. Превратились в черный дым, что кляксой расползся в стороны и выцвел до прозрачности, оставив запах гари и предчувствие беды. Как же не вовремя я сюда попала. Почти сразу наверху огромного дома раздался шум, вслед за ним звук торопливых шагов и грохот.

Ищут! Точно меня ищут. Святые угодники, а если найдут?!

Кинулась к двери, затем к ближайшему окну, но тщетно, не удалось даже сдвинуть щеколду. В страхе вновь отступила к стене и только там, длинно выдохнув, ощутила, что лобастый тянет меня за косынку и лапками упирается в плечо..

— Что? — сняла его на ладонь. Кроха фыркнул, указал налево и выдал тихое: «у».

Уточнять не стала, аккуратно завернула в коридор и из него протиснулась в неприметную узкую дверь. За ней оказался кабинет без окон, с тяжелым креслом, чуть мерцающей лампой и полками от пола до потолка, сплошь забитыми книгами, фолиантами, свертками и мелкими шкатулками. Χорошее местечко для чтения. И для наблюдения тоже. Сквозь щель в двери отлично виден холл, неприступная входная дверь и… тень, полупрозрачная, застывшая посередине.

Уж думала — демон, оказалось, кто-то очень испуганный и суматошный. Как и я, тень подергала дверь, проверила прочность окон, ничего не добилась, отступила влево. Чтобы через миг ворваться в мое убежище, воскликнуть «Ой!» испуганным женским голосом, отдавить мне ногу и рухнуть в единственное кресло. Как на грех, вслед за вскриком в холле объявился демон, в этот раз настоящий. Соткался из темноты, сделал шаг в сторону коридора и застыл; не то принюхался, не то прислушался.

Святые угодники, спасите!

Я прикрыла дверь, не оставив щелки. С беспокойством посмотрела на лобастого, а его след простыл. Пропала моя подсказка и поддержка — маги очнулись. И не только они… Тень, будь она неладна, выудила из-под себя маленькую шкатулку, открыла ее и растаяла, оставив в кресле чуть растрепанную герцогиню Леройскую.

— Вы кто? — вопросила дама высшего света, если, конечно, это она.

Давно я не видела герцогинь в черной судейской мантии, домашних тапочках и изящной шляпке с пером. Что подчеркивала идеальную прическу, волосок к волоску, и глаза, сохранившие живость в неполные шестьдесят.

— Я?.. Я тут мимо проходила, — честность не вредила еще никому. — А вы кто?

— Я герцогиня Леройская, — ответила она надменно.

— Чем докажете?

— Что?! — аж поперхнулась. Ввозможно, ее впервые заподозрили во лжи.

— Чем докажете, говорю.

— Я герцогиня. Это мой титул. Мой дом. Моя охрана…

— Да ну? Что ж вы прячетесь в своем доме от своей охраны? — не сдержала я смешка.

— На то есть причина! — надменности в голосе прибавилось, однако она не возымела никого действия. И герцогиня нехотя сдалась: — Я должна попасть на Совет глав. Но венценосный зять запретил мне там появляться и выделил свою охрану, — последние слова она не произнесла — процедила и грациозно поднялась из кресла. — А у вас?

— У меня причин две. И обе лежачие, — поделилась я со вздохом. — Эх, знала бы, что на вас здесь облава, я бы в столицу через Бурфо пошла. Так хоть и долго, но есть карета.

— Бурфо? — Леройская заломила бровь и неожиданно широко улыбнулась. — Неужели я вижу помощницу Ρеггена! Вы Ося из Ллося, я права?

— Не-е… — начала я, заметив лихорадочный огонек в стальных глазах. И не успела отказаться от собственного имени, как она прищурилась.

— Вы не ответили на мое приглашение, более того, вы не пришли. Я требую сатисфакции. Завтра в девять часов…

— А давайте как-нибудь потом? — прошептала, спиной вжавшись в дверь в слепой надежде спрятаться в ней. Прав был Врадор, от претензий герцогини одними цветами не отмахнуться, ей что-то повесомее подавай. — Неизвестно, будет ли завтра свободен граф. Вот сейчас, к примеру, он уже сутки у главы контроля в… в гостях.

Леройская поджала губы. Чует мое сердце — недобрый знак.

— То есть Урген Врадор вернулся из отпуска, — вычленила она из сказанного, пристально разглядывая меня. — В таком случае, Совет подождет. Что это у вас в руках, Ося? Торрон? Прекрасный выбор, — похвалила она дубинку и вдруг огорошила: — Я иду с вами.

А вслед за ней пойдет и верная рогатая охрана? Ну уж нет! Мне такого счастья не надо.

— Не стоит, — произнесла как можно мягче. — Вы замерзнете, устанете, захотите пить или в кустики!

— За кого вы меня принимаете? — нахмурилась она. — Впрочем, пить хочется, скрывать не стану, но в остальном… — произнесла с укором и вдруг просияла: — Или вы боитесь использовать торрон при свидетеле? Поверьте, я сделаю вид, что не слышала и не видела ничего.

— Чего? — не поняла я. Как можно пугаться дубинки? Это же обычная деревяшка.

Именно в это я верила раньше, именно так думала сейчас, за миг до того, как дверь неожиданно открылась, и к нам заглянул рогатый надзиратель. Именно поэтому я споро врезала ему по голове, заглушая басовитое «Нашел!». «На» он озвучил громко, «шел!» уже шипя, а через три удара сердца демон бестелесным туманом упал к моим ногам. Заклубился и растаял, оставив на ковре вмятину от тела и ключи.

— Святые угодники! — задрожав, прошептала герцогиня Леройская. — Я этого не видела! Вот этого я точно не видела. Так бездарно использовать скользящее оружие… Нет-нет, о таком я даже его создателю рассказать не смогу. Никогда… — всхлипнула она, возможно, от горя.

— Да делайте что хотите. А мне пора… — я потянулась за ключами, но ухватила пустоту. Пол пошел трещинами от вмятины, оставленной басовитым охранником, провис и кусками стал осыпаться. — Что за?..

Еле успела отступить, когда передо мной образовался внушительный провал в цокольный этаж с обстановкой как для игорного клуба. А из него не менее маленький провал в подвал со стеллажами. И в нем, судя по очертаниям, тоже была дыра, причем огромная, ведущая в непроглядную темноту. — Это что?!

— Торрон! Твердо-опорный разрушитель рунно-охранных наслоений, — с восхищением произнесла герцогиня, и одновременно с этим на весь дом прогремело: «Радия Окрад! Только попадитесь мне…».

— Ой! — Она закрыла шкатулку, тенью перелетела все увеличивающийся провал и схватила меня за локоток. — Бежим!

— Куда? Ключи внизу!

— Они нам не нужны. Пока дом перестроится, мы вольны проходить сквозь стены! Главное, безмолвно.

Не успела я глазом моргнуть, как сама стала размытой тенью и без проблем влетела в полки, а затем и в каменную кладку стены, оттуда в каминный дымоход и резко вверх, на крышу, где, словно бы нас дожидаясь, вспыхнул портал. Шаг, и мы оказались за старой крепостной стеной столицы! Среди руин, вековых дубов и ночной темени, полной шорохов, скрипа и тревоги — самое то для засады на медведя.

— Оторвались? — спросила я, оглядывая территорию и привычно отмечая удачные места для схрона.

— Нет!

Меня потянули дальше. Вначале вдоль стены, затем в саму стену и крошечную камеру с решеткой, прогнившим деревянным полом и еще одним порталом. В этот раз мы вышли в одном из центральных районов столицы, пролетели квартал и остановили карету. Вернее, остановила ее я, герцогиня, памятуя о несуразности собственного облачения, отказалась выходить из тени.

— Потому что вы без обуви? — догадалась я, когда мы сели на сиденья.

— Все несколько сложнее, — смущенно заметила мадам. — Я без одежды. Шляпка, халат и тапочки — вот то единственное, что мне оставили ничтожные демоны.

— А мантия?

— На свое счастье, я нашла ее в старом чулане, когда пряталась от Мара в прошлый раз.

— В позапрошлый, — неожиданно раздалось в пространстве над нами, и мрачный голос третьего демона произнес: — Бесценная Радия, далеко собрались?

— На Совет глав.

— Вас здесь нет! — отчеканил, по всему выходит, Мар.

— За покупками, — продолжила герцогиня, и в ответ на мой беззвучный вопрос «Он здесь», продемонстрировала шкатулку. «Он далеко?» — кивнула.

— Мы проверили ваши любимые магазины…

— И кондитерские?

— Их первым делом, — демон глухо кашлянул и продолжил учтивый допрос. — Так куда вы делись?

— На прогулку!

— Без одежды? — не поверил он.

— О, я бы не хотела об этом говорить.

— … и без белья, — в голосе послышалась усмешка, а вслед за ней сердитый вздох, — но в шляпке.

— Именно, — без стеснения ответила герцогиня, захлопывая шкатулку. Тень исчезла, передо мной вновь объявилась Леройская. Поправила шляпку и с досадой призналась: — Тенью более пользоваться нельзя. Выследят за неполную минуту.

Тут она стукнула кучеру, чтоб остановился у «Толстяка». Лучшей ресторации столицы, куда меня не взяли ни подавальщицей, ни поломойкой, ни вышибалой, ни бойкой девицей, следящей за шубами гостей.

— Вы хотите поесть? — спросила с опаской. Кто знает этих герцогинь.

— Я хочу напрямик попасть к племяннику. Когда он уезжает, ему порталом поставляют из ресторации еду.

— А как же трое поваров и двое поварят? — припомнила я его хвастовство.

— Отдыхают.

Карета вскоре остановилась, мы вышли. И не успела Леройская коснуться двери, как та уже распахнулась, и раскрывший объятия владелец «Толстяка» шагнул навстречу герцогине. Обнял, закружил.

— Мадам, как прекрасна становится ночь, когда к нам прилетаете вы! — и тихо, на грани слышимости: — Мар заходил.

— А мы мимо проходили, — ответила она, ощутив под ногами снежный наст, и потянула меня в ресторацию.

Поворот, поворот, лестница вниз, огромная кухня, узкий коридор, тупиковая площадка и дверь с двумя сотнями портальных шариков вокруг рамы. Герцогиня без промедления нажала верхний пятый шарик и уверенно шагнула в расплывшееся зеркальное полотно. Я следом.

В этот раз мы вышли не в шаге от дверей, а в шаге от витых ворот огромного особняка способного поспорить красотой с королевской летней резиденцией. Врадор не врал, дом его был прекрасен. Барельефы на чуть светящихся стенах, высокие стрельчатые окна, резные балконы и парапеты делали его ажурным, а сдвоенные тонкие колонны — возвышенным. И только тяжелая мраморная лестница роднила это великолепие с землей, а ещё полупрозрачный магический купол, что вспыхнул, стоило герцогине подойти к калитке.

— Охрана включена… Ося, вы уверены, что Врадор дома? — спросила мадам и сама себе ответила: — А впрочем, да, будь он в гостинице, о которой писали газеты, мы были бы сейчас подлее нее, а не здесь.

Мелькнула мысль, что корреспондента из газетенки «Выжимай» сведениями о Врадоре снабжали в ресторации. Мелькнула и пропала. Ибо, если глава контроля на тайном задании вызывал еду из столицы, то и в прочих услугах он вряд ли себе отказывал. Вот и засветился, вопреки чаяниям Эллен. Уверена, вести переговоры с бывшими подельниками она собиралась из-за границы, а никак не на той же территории. Интересно, она вернулась в Дагатию или уехала навсегда? Именно этот вопрос я задала герцогине, пока Леройская тщетно пыталась вскрыть защиту дома.

— Не знаю, я не видела ее два с лишним месяца, — простучала она зубами.

Не может быть!

— Как? Погодите… но в последний раз Регген встретил ее у вас. Семнадцатого числа! Они даже уехали вместе, — севшим голосом напомнила я, прищурилась пытливо. Ведь именно так она должна помнить. Неужели передо мной не герцогиня, а кто-то подставной, пытливый и много знающий. Если так, то нападение — это та же защита…

Дубинка взметнулась вверх.

— Ах, этот вечер… Его я помню смутно, или даже не помню, — неожиданно ответила герцогиня и обернулась. Оценила мой замах, посмотрела скептически. — Нет, торрон здесь не поможет, охранная вязь здесь более чем крепка. Куда крепче, чем моя память, — она улыбнулась. — Согласно карточкам семнадцатого числа, меня посетило без малого десять человек, среди них инкогнито моя дочь с супругом, прибывшие для примирения.

— Так вы помирились с королем! — обрадовалась я и опустила дубинку.

— Они говорят, что да, а я не могу подобного припомнить, — перестук зубов был прерван громким чихом.

— А ваши слуги помнят?

— Всех обуял точечный склероз, — поправила перо на шляпке и грустно произнесла: — Вот почему король поменял охрану и не дает мне шагу без надзора ступить. И это вместо того, чтобы извиниться повторно! — всплеснула она руками и вновь взялась за охрану дома.

Негодование придало ей сил, а холод упорства, защита разлетелась под тонкими пальчиками мадам, попутно уничтожив пару пуговиц на правой перчатке и шляпку, от которой осталось только перо. Урона герцогиня не заметила, как и медленно сползающей с лица иллюзии, шмыгнула носом и за локоток потянула меня к дому. Легко поднялась по ступенькам, стукнула в дверь, вызывая рябь рун на деревянном полотне. Мелкие и крупные, яркие и бледные, они кругами разошлись от центра, а затем со вспышкой соединились в одну точку. В медную фигурку фея, что сидел на дверном молотке. Облаченный в форму пажа, он вдруг встрепенулся и поднялся на худые ножки.

— Это что еще такое? — спросила я, во все глаза рассматривая мелкое чудо.

Как живой, медный фей фыркнул, надвинул остроконечную шляпу на лоб. Покосился на нас и для важности сложил руки на груди, а затем еще и одну ножку выставил вперед.

— Неупокоенный дух, — сквозь чих ответила Леройская. — Пару лет назад был спасен Ургеном и сам себя воздвиг в хранители входной двери. Наглый, в меру обидчивый и вечно недовольный. Единственный плюс — родственников пропускает даже в отсутствие хозяина дома. Или когда он крепко спит, как сейчас.

— А вас фей знает хорошо? — с сомнением посмотрела на старушку. А сейчас мадам была именно старушкой восьмидесяти лет, а не претенциозной дамой, пусть и в мантии на голое тело, зато с макияжем, прической и кокетливой шляпкой.

— Несомненно, — она потерла слезящиеся глаза, тряхнула растрепанной косой и шмыгнула красным распухшим носом. — Ося, у вас с собой нет платка?

— Кто пожаловал в столь позднее время? — вопросил фей.

Я протянула герцогине салфетку, что взяла для затирания следов, и простодушно ответила хранителю двери:

— Мы.

— Имена? — продолжил настаивать фей.

— Ося из Ллося и Радия Окрад, герцогиня Леройская.

— Кто?!

Взглядом указала на утирающую нос мадам. Самопровозглашенный хранитель подался вперед и чуть не рухнул с молотка, зацепился в последнюю секунду.

— Ты что, слепая? — возопил он, хмуро глядя на меня.

— Откуда подобные выводы? — удивилась знатная дама незнатного вида и вскинула на нахала пронзительный взгляд. — Я герцогиня.