Египетская мифология

— Твоё святилище пусто!* Никто в долине Реки не принесёт жертв на твой алтарь!

Ра-Хорахти был смертельно оскорблён словами Бабаи. Отвернувшись от богов, он лёг на землю и заявил, что отныне он отказывается даже разговаривать с кем-либо из Девятки.

Девятка с негодованием сказала Бабаи:

— Удались прочь отсюда! Преступление, содеянное тобою, весьма велико!

Напутанный собственной дерзостью, Бабаи безропотно подчинился. Боги, видя, что о продолжении суда не может быть и речи, разошлись.

Продолжение суда

Много дней суд не собирался. Ра лежал в уединении, и было сердце его в великой печали*.

На помощь Девятке пришла дочь солнечного бога, богиня Хатхор. Представ перед своим отцом, они открыла перед ним свою наготу* и околдовала его волшебными чарами. Ра забыл оскорбление Бабаи и рассмеялся.

Великая Девятка вновь собралась на суд. Боги приказали Сету и Хору:

— Говорите о себе.

И тогда Сет, великий силой, сын Нут, сказал:

— Я могуч и непобедим. Я стою впереди Ладьи Вечности и ежедневно поражаю врагов Ра. Я уничтожаю Апопа (илл. 105).[43] Ни один из богов не может со мной сравниться! Поэтому сан Осириса должен достаться мне.

И Сет пригрозил, что если сан всё-таки достанется Хору, он, Сет, перестанет сражаться с Апопом и сам ополчится против Ладьи Вечности. [139]

— Он прав! — напуганные угрозой, воскликнули боги. Онурис и Тот возмутились:

— Неужели сан будет отдан брату по матери, когда сын по плоти налицо!?

— А неужели сан будет отдан юнцу, в то время как есть старший брат (Исиды) Сет? — возразил Банебджедет.

Ра присоединился к Банебджедету и бросил в лицо Девятке тяжёлое оскорбление.[44] Боги не поверили своим ушам и испустили великий крик перед лицом Владыки Вселенной, говоря:

— Что это за слова, которые ты сказал и которые недостойны быть услышанными?! Возникло замешательство. Хор, сын Исиды, в отчаянии воззвал к судьям:

— Несправедливо, если я буду обманут и сан отца моего Осириса будет отнят от меня!

— Воистину это так! — подхватила Исида. — Как живёт моя мать, богиня Нейт, и Птах, высокий перьями,[45] сгибающий рога богов, так будут доведены эти слова великому владыке Атуму, находящемуся в Гелиополе, и Хепри, пребывающему в своей Ладье!

— Не огорчайся, ибо будут даны права правому и будет сделано всё, что ты сказала, — сказали Исиде боги Великой Девятки.

Илл. 105. Сет сражается с Апопом. Прорисовка виньетки из «Мифологического папируса Хор-Убена В.»; XXI династия; Египетский музей, Каир. [140]

Услыхав это, Сет рассвирепел и пригрозил богам Великой Девятки:

— Я схвачу свой скипетр весом в 4500 дебенов и буду убивать по одному из вас каждый день!

И он поклялся перед лицом великого Ра-Хорахти, что пока Исида находится в суде, он, Сет, отказывается принимать в нём участие.

Первая хитрость Исиды

Владыка согласился с требованием Сета и приказал Девятке богов переплыть Нил и продолжить разбирательство на острове. Исида же должна была остаться на берегу.

Когда лодка причалила к острову, боги сказали перевозчику Анти (Немти):

— Не перевози на остров никакой женщины, похожей на Исиду, иначе мы тебя сурово накажем.

После этого боги удалились в пальмовую рощу и предались пиршеству.

А Исида тем временем приняла облик дряхлой старухи, надела на палец золотое кольцо и, хромая, сгорбившись, подошла к переправе, где в ожидании путников дремал в своей лодчонке Анти.

— Перевези меня на остров, — обратилась к нему Исида. — Я несу еду юноше, который смотрит за скотом.[46] Он там уже пять дней и сильно проголодался.

— Мне приказано не перевозить никаких женщин, — хмуро ответил Анти.

— Но ведь этот приказ касается только Исиды, а я — старуха. Ты только посмотри на меня!

Анти подумал и спросил:

— А что ты мне дашь, если я тебя перевезу?

— Я дам тебе вот этот хлеб. [141]

— К чему мне твой хлеб! — презрительно поморщился лодочник. — Стану я нарушать приказ Великой Девятки ради какого-то жалкого хлеба!

— Ну, хорошо, а если я дам тебе золотое колечко, которое у меня на пальце? — спросила Исида и показала лодочнику кольцо.

Глаза Анти вспыхнули жадным блеском.

— Давай кольцо! — сразу согласился он.

Переправившись на остров, Исида укрылась в зарослях акации и стала наблюдать за пирующей Девяткой. Среди богов она увидела и ненавистного Сета. Она произнесла колдовское заклятие, обернулась молодой девушкой, такой прекрасной, каких нет ни среди людей, ни даже среди богинь, — и покинула своё укрытие.

Сет, едва увидал её, сразу воспылал к ней страстью. Оставив богов, он подошёл к Исиде и сказал:

— Я здесь, с тобою, о девушка прекрасная!

— О нет, мой великий господин, — кротко возразила Исида. — Что касается меня, то я была женой пастуха стад и родила сына, и юноша взял скот своего отца.[47] Но однажды пришёл чужеземеи, и так сказал моему сыну: «Я побью тебя, я отниму скот твоего отца от тебя, и я выгоню тебя вон!» Так он сказал ему. Но я хочу, чтобы ты был ему защитником.

Желая заслужить благосклонность девушки, Сет сделал возмущённое лицо и воскликнул голосом, полным негодования:

— Неужели будет отдан скот чужеземцу, если сын хозяина налицо?[48]

В тот же миг Исида приняла облик птицы Хат и с радостным возгласом взлетела с земли. Усевшись на верхушку акации, она крикнула Сету:

— Плачь о себе! Ибо вот твои собственные уста сказали это, и твой собственный разум осудил тебя! Что же тебе теперь ещё?! [142]

Сет разрыдался и пошёл к Ра-Хорахти — жаловаться на Исиду.

— Эта коварная женщина обманула меня, — сказал он и поведал солнечному богу о случившемся. Ра-Хорахти озабоченно промолвил:

— Что же теперь тебе делать? Ведь ты осудил сам себя.

— Пусть приведут Анти и жестоко его накажут, — сказал Сет.

Девятка согласилась. Привели Анти и больно его избили палкой по подошвам ног.

С тех пор Анти проклял золото, и с тех пор в селениях, где чтут Анти, на золото наложен запрет.

Битва Сета и Хора в образах гиппопотамов

Девятка переправилась на западный берег Реки и ушла в горы, чтобы продолжить разбирательство там.

Ра-Хорахти вынужден был признать полное поражение Сета. Он сказал богам:

— До каких же пор вы будете спорить без толку? Так вы заставите этих юношей кончить дни свои в суде. Возложите <...> корону на голову Хора, сына Исиды, и возведите его на место отца его Осириса.

— Не бывать этому! — вскричал Сет и опять обрушился на богов с угрозами. Но те спокойно ответили ему:

— Уйми свой гнев. Разве не должно поступать согласно тому, что сказал Атум, Владыка Обеих Земель в Гелиополе, и Ра-Хорахти?

И под негодующие вопли Сета они увенчали Хора Белой короной Верховья.

— Остановитесь! — возопил Сет. — Неужели сан будет отдан моему младшему брату,[49] в то время как налицо я, его старший брат?! Снимите корону с головы Хора! [143]

И Ра-Хорахти снял корону с головы сына Исиды. Тогда Сет сказал:

— Решим наш спор путём состязания: обернёмся гиппопотамами и нырнём в Нил. Кто вынырнет раньше, чем пройдут три месяца, тот будет считаться проигравшим, и его противник получит сан владыки.

Хор согласился. Оба врага тут же обернулись гиппопотамами и нырнули в пучину.

Исида испугалась за сына: ведь облик гиппопотама — это облик зла, родной облик Сета. Он может попросту убить Хора под водой! Не мешкая, богиня изготовила гарпун, привязала его к длинной верёвке и со всей силы бросила гарпун в воду — в то место, где нырнули Хор и Сет.

И гарпун вонзился в Хора.

— О Исида, мать моя! — закричал из водной глубины Хор. — Призови свой гарпун, да отпустит он меня! Это ведь я, Хор, твой сын!

У Исиды похолодело сердце, когда она поняла, что по ошибке ранила сына. Богиня приказала гарпуну:

— Отцепись от него, смотри: это сын мой Хор, это дитя моё!

Гарпун отцепился. Исида вытащила его из глубины, размахнулась и снова бросила в воду.

На этот раз удар оказался точным: медь глубоко впилась в тело Сета.

— Что сделал я против тебя, сестра моя Исида? — взмолился раненный бог. — Позови свой гарпун, да отпустит он меня, ибо я брат твой по матери, Исида!

Дрогнуло сердце доброй Исиды, пожалела она Сета. А Сет всё взывал к сестре:

— Неужели же ты любила чужого тебе больше, чем брата по матери Сета?

Не выдержала Исида и сказала гарпуну:

— Отцепись от него. Тот, в кого ты попал, мой единоутробный брат. [144]

Страшно разгневался Хор на свою мать. Он вынырнул из воды; лицо у него было разъярённое, как у пантеры Юга,[50] а в руке он держал топор в шестнадцать дебенов весом*. Исида даже вскрикнуть не успела, как Хор одним ударом отсёк ей голову.[51]

Тогда Исида приняла облик каменной статуи без головы. Хор же, испугавшись своего преступления, совершённого в гневе, схватил голову матери, убежал в западные горы и спрятался в одном из ущелий.

Тем временем Ра-Хорахти, увидев каменную статую, спросил своего писца Тота:

— Кто эта пришедшая, у которой нет головы?*

— Это Исида, — сказал Тот. — Хор, её сын, отрубил ей голову.

Солнечный бог ужаснулся содеянному злодеянию и воскликнул громовым голосом:

— Пойдёмте накажем его строго*.

И Великая Девятка отправилась на поиски Хора.

Сет первым нашёл своего врага, схватил его, повалил на землю, вырвал ему оба глаза из глазниц и закопал их на горе. Глазные яблоки <...> приняли вид луковиц и проросли цветами лотоса*.

Вернувшись к богам, Сет солгал Ра-Хорахти:

— Я не нашёл Хора.

— Тогда я найду его, — сказала Хатхор и отправилась в пустыню. Вскоре ей удалось найти сына Исиды. Он лежал в пустыне и плакал. [Хатхор] поймала газель, подоила её, затем влила* свежее молоко в глазницы Хора — и Хор прозрел. [145]

В сопровождении Хатхор он вернулся к богам и предстал перед Девяткой.

И сказала Девятка богов:

— Пусть призовут Хора и Сета на суд*.

Хор в гостях у Сета. Вторая хитрость Исиды

Ра-Хорахти устало обратился к Сету и Хору, говоря:

— Слушайте, что я вам скажу. Ешьте, пейте и дайте нам покой. Прекратите свои каждодневные ссоры*.

— Да, — согласился Сет и дружелюбно сказал Хору: — Пойдём ко мне домой. Мы проведём прекрасный день и хорошо отдохнём.

— Поистине, я так и сделаю*, — сказал Хор.

Весь день Сет и Хор пировали и веселились. Когда же пришла пора идти спать, слуга Сета постелил широкое ложе, и боги улеглись вместе.