Бывшие «сёстры». Зачем разжигают ненависть к России в бывших республиках СССР?

Летом – осенью 2000 года, после начала второй чеченской войны, Москва вновь подверглась жесткой критике со стороны США. Россию чуть было не исключили из Совета Европы. За год Чечню посещают 35 международных делегаций, которые обвиняют российскую сторону в чрезмерной жесткости. При этом никто на Западе не вспоминает ни о поведении НАТО в Югославии, ни о том, что это было не просто вмешательство во внутренние дела другого государства, а настоящая вооруженная агрессия.

Весной 1999 года формальным поводом для натовской агрессии против Союзной Республики Югославии стало нежелание Белграда предоставить независимость краю Косово и обострение межнациональных распрей в этом регионе. К слову, Косово – историческая область сербов, и лишь к концу XX века большинство ее населения составили этнические албанцы.

В том конфликте Россия встала на сторону сербов и черногорцев. 12 апреля 1999 года парламент Союзной Республики Югославии проголосовал за присоединение республики к Союзу России и Белоруссии. Российский парламент в экстренном порядке полностью поддержал эту просьбу. Однако Борис Ельцин был против: политик наложил вето на принятую Думой инициативу направить на территорию Югославии российских военных летчиков и снаряжение.

Весь 2000 год Запад настаивает на прекращении военных действий в Чечне, но российские военные заявляют, что на этот раз победу у них не украдут. В начале апреля взят под контроль последний крупный оплот боевиков – город Шатой. 20 апреля 2000 года Генштаб заявил об окончании войсковой части контртеррористической операции в Чечне и переходе к спецоперациям. Очередного кровавого развода в семье народов, населяющих Российскую Федерацию, не получилось.

По некоторым данным, в огненном круге чеченской войны погибли 12 тысяч военнослужащих федеральных войск, десятки тысяч были ранены – почти столько же, сколько за 10 лет кровопролитной войны в Афганистане. Потери среди мирных жителей составили до 60 тысяч человек, о количестве погибших боевиков официально никогда не сообщалось. Пределы республики вынуждены были покинуть более 600 тысяч беженцев. Во что России обошлась кампания по наведению конституционного порядка – строжайшая государственная тайна.

23 ноября 2002 года в Москве здание концертного зала на Дубровке взято в оцепление. По тревоге подняты все подразделения антитеррора, со всех концов города стекаются кареты «Скорой помощи». Группа чеченских террористов взяла в заложники более 800 человек и заминировала здание с требованием вывода всех российских войск из Чечни.

Очередной бой с террористами проигран: в Москве, под самым носом силовиков, подготовлен и осуществлен теракт, какого еще не знала Россия.

Мемориал событиям ноября 2002 года. Участники митинга против терроризма у Театрального центра на Дубровке в Москве

Через полчаса после захвата заложников в Театре на Дубровке все российские каналы вышли с экстренными выпусками новостей. За происходящим мир следил в прямом эфире, равно как и террористы. Из репортажей с места событий они узнавали, где во Дворце культуры входы и выходы, через которые может пойти спецназ, какие спецоперации готовятся.

Когда бандиты объявили о своих требованиях вывести российские войска из Чечни, все поняли, что это было невыполнимым ультиматумом. Заложники обречены. Их родственники требуют от властей пойти на уступки бандитам – единственный шанс спасти своих близких.

После применения какого-то сверхсекретного газа концертный зал взят. Перед входом в здание вповалку складывают потерявших сознание людей. Цена победы была поистине ужасающей: погиб каждый четвертый заложник. Все террористы были убиты. Быть может, пять лет назад именно это обещал террорист Басаев в Буденновске, и корни «Норд-Оста» лежат там.

Утром 14 июня 1995 года в Буденновске Ставропольского края улицы небольшого городка с неохотой просыпаются. Спешат на работу люди, собираются в школу дети – ничто не предвещает беды. В половине первого дня городскую тишину разрывают выстрелы и взрывы, на улицах возникают вооруженные головорезы. Жители в шоке, страна, через пару часов узнавшая о происходящем, в оцепенении. Первые строчки в мировых сводках новостей – массовый захват заложников в больнице и родильном доме Буденновска. Вооруженные мужчины прикрываются женщинами и детьми, отстреливаются из-за спин рожениц. Главарь бандитов – Шамиль Басаев. Террорист требует вывода российских войск из Чечни и методично убивает в больнице заложников.

Вмешательство политиков и неразбериха в руководстве силовых структур приводят к гибели 150 мирных граждан и триумфу террористов.

Москва приняла ультиматум Басаева: прекращение боевых действий в Чечне, амнистия всем без исключения боевикам, личная безопасность группе Басаева на пути в Чечню.

12 августа 2000 года в Баренцевом море разыгралась другая трагедия. Казалось бы, эта черная дата в истории российского флота никак не связана с бушующим в стране террором. Гибель атомной подлодки «Курск» сразу обросла массой слухов – от столкновения с американской субмариной до диверсии на борту. Так заявил Мовлади Удугов, бывший министр информации и печати Ичкерии и один из идеологов ваххабизма в Чечне.

Он утверждал, что взрывное устройство якобы привел в действие Мамед Гаджиев, инженер-конструктор из Дагестана, который был на борту «Курска» и испытывал одно из своих изобретений. В итоге выяснилось, что эта версия была просто «уткой»: «Курск» погиб от самопроизвольного взрыва торпеды на борту.

Однако провокация Удугова достигла своей цели, и многие россияне поверили в «кавказский след» в гибели подлодки.

В Нью-Йорке 11 сентября 2001 года самолеты врезаются в башни-близнецы. После этих терактов мир стал другим, и в борьбу с терроризмом включились все ведущие державы. Независимо от истинных целей тех, кто готовил преступление, данный теракт, возможно, ставил своей целью развести мусульман и христиан, что могло бы иметь катастрофические последствия. В войне религий никогда не будет победителей.

Трагедия 11 сентября затмила другое событие: от рук наемных убийц погиб известный афганский полевой командир Ахмад Шах Масуд. Бывший враг к 2000 году стал союзником Москвы, и у его соратников не было сомнений, что его убили те, кто совершил теракт в Нью-Йорке. Гибель Масуда могла обернуться катастрофой. Если бы радикальные исламисты вторглись в страны Средней Азии, то следующей стала бы Россия. Ахмад Шах Масуд не один год воевал с талибами, именно он контролировал север Афганистана, не давая им прорваться к бывшим советским республикам.

7 октября 2001 года началась военная операция США и их союзников в Афганистане. К началу 2002 года режим талибов пал, и они перешли к партизанским действиям против военнослужащих НАТО, которые и поныне расквартированы в Афганистане.

Кроме официальной цели – разгромить режим радикальных исламистов, укрывавших Усаму бен Ладена, операция вторжения должна была усилить влияние США в Центрально-Азиатском регионе, в том числе и в бывших советских среднеазиатских республиках. Как результат, в 2001 году американцы открыли военные базы в Узбекистане и Киргизии, для транзита также использовался аэродром в столице Таджикистана Душанбе.

Тем временем конфиденциальные источники сообщали, что американцы ведут тайные переговоры с Казахстаном и Таджикистаном об открытии своих баз в этих республиках.

В 1991 году Таджикистан обрел независимость, и с тех пор тесное военное сотрудничество Душанбе и Москвы не прерывалось, хотя российское военное присутствие в Таджикистане было скорее вынужденным. Сначала необходимо было остановить гражданскую войну, а затем не допустить в страну вооруженные формирования исламских фундаменталистов из соседнего Афганистана. До 2005 года у Таджикистана просто не было своих пограничных отрядов, и Россия взяла на себя охрану границы.

С начала 1990-х по 2005 год на таджикско-афганской границе было почти две тысячи боевых столкновений и обстрелов со стороны Афганистана, в которых погиб 161 российский пограничник и почти 400 были ранены.

Двадцатилетие, минувшее с момента краха СССР, не оставило народы этой республики в стороне от бракоразводного процесса в бывших союзных республиках. Сегодня в семимиллионном Таджикистане проживает около 50 тысяч русских, хотя когда-то их было 400 тысяч. Не так давно президент этой страны предложил снять с русского языка статус межнационального, но что тогда будет с десятками русских школ в Таджикистане? Сегодня русский преподается там как иностранный, а в школьной программе отсутствует такой предмет, как «русская литература». На это есть и объективные причины: многие учителя русского языка и литературы не смогли выжить на мизерную зарплату и попросту сменили профессию или уехали из страны. При этом гастарбайтеры без русского языка все едут и едут в Россию.

В марте 2002 года в Чечне ученик Усамы бен Ладена Хаттаб был одним из самых жестоких боевиков чеченской войны. Он приехал в Чечню творить джихад неверным и не подозревал, что его собственные дни сочтены. Хаттаб не был в безопасности даже в окружении самых проверенных людей, хотя его долго спасали деньги. Через него шли главные финансовые потоки из-за границы, на его счету были самые крупные боевые операции боевиков. Ликвидацию Хаттаба российские спецслужбы считали делом чести.

Подойти к нему было очень сложно: использовались различные силы и средства, включая боевое оружие в виде яда или письма. Спецслужбы перехватили сверхсекретное письмо, отправленное ему из Саудовской Аравии, и поняли – это шанс. Бумагу обработали ядом и отправили по назначению. От курьера письмо Хаттабу доставил его личный помощник. Послание было столь важным, что Хаттаб немедленно удалился в свою палатку и вскрыл конверт.

Первая информация о его смерти появилась 11 апреля 2002 года. Позднее в качестве доказательства ФСБ предъявила общественности видеопленку, на которой записано прощание ближайшего окружения с «черным арабом». Террорист оставил после себя много учеников, которые по сей день продолжают сеять смерть по всему миру.

Хаттаб

15 декабря 2003 года на границе Дагестана отряд одного из самых жестоких чеченских полевых командиров, Руслана Гелаева, пытается захватить несколько сел. Боевики не отказались от намерения ввергнуть Кавказ в кровавый развод с Россией. Наткнувшись на сопротивление пограничников, бандиты пытались укрыться в горах, но были блокированы федеральными силами.

Гелаев скрывался в горах до конца февраля 2004 года, а потом решил пробираться в Грузию, против которой когда-то воевал в Абхазии. Но вскоре «Черный ангел», как его звали боевики, наткнулся на пограничный наряд, уходя от которого в перестрелке получил ранение. Перетянув жгутом истекавшую кровью руку, он принялся лихорадочно засвечивать фотопленку, жечь какие-то бумаги, явно не желая, чтобы они попали в чужие руки. Гелаев слишком много знал.

Тем временем без содействия Гелаева уже разрабатывался новый теракт, который должен был унести жизни сотен людей.

9 мая 2004 года в Грозном на переполненном стадионе проходило празднование грандиозного торжества по случаю Дня Победы. Отвыкшие от веселья люди робко оглядываются по сторонам, и не случайно. Взрыв прогремел на центральной трибуне – там, где сидел президент Чечни Ахмад Кадыров. Террористы снова скрылись, а Чечня оказалась на грани хаоса и большой крови.

В Северной Осетии 1 сентября 2004 года Беслан, как и вся Россия, отмечал главный школьный праздник. Нарядные первоклашки спешат на свою первую в жизни линейку, повсюду цветы, белые банты и детский звонкий смех. Через несколько минут все прервется выстрелами. Так началась страшная кровавая драма, которая заставила содрогнуться весь мир. Ответа на вопрос, почему трагедия стала возможна, до сих пор нет. Только самое большое в мире детское кладбище – единственная реальность, которую не опровергнуть, о которой не умолчать. Три дня страна смотрела, как террористы мучили детей, и ничего не могла сделать.

Пока официальные власти продолжали скрывать истинные масштабы трагедии, родители заложников сами принялись составлять списки, благодаря которым выяснилось, что в школе насчитывалось более тысячи женщин и детей, а не сто-двести, как официально сообщалось.

3 сентября, когда в школе прогремели два чудовищных взрыва, произошло то, чего не должно было быть никогда. Спецназ пошел на штурм здания вперемешку с обезумевшими отцами детей-заложников.

Во время боя в бесланской школе бойцы «Альфы» и «Вымпела» потеряли 10 человек убитыми, 26 человек были ранены. До Беслана за всю тридцатилетнюю историю «Альфы» погибло 19 бойцов.

Теперь все признают: в таких условиях операция была обречена на стопроцентный провал. Контакт с террористами налажен не был, в неразберихе брать ответственность на себя никто не хотел.

Однако у бесланского теракта была еще одна дикая цель. В те страшные дни среди убитых горем людей стали активно распространяться слухи, что среди террористов много ингушей, и в осетинском Беслане вновь вспомнили о конфликте с ингушами в 1992 году. Вооружены здесь все, и достаточно лишь искры, чтобы огонь войны заполыхал по всему Кавказу.

В ночь на 4 сентября 2004 года президент Путин прилетел в Беслан, посетил больницу и отдал указание немедленно перекрыть административные границы Северной Осетии. Власти сделали все для того, чтобы предотвратить новый конфликт. Спустя неделю после кровавого Дня знаний Шамиль Басаев публично взял на себя ответственность за этот теракт.

До сих пор тайна следствия окутывает бесланское дело, обрастая слухами и догадками. С чем следствие определилось сразу, так это с авторами кровавого сценария, которыми оказались Масхадов и Басаев. Спецслужбы России объявили на них охоту.

8 марта 2005 года спецназовцы оцепили поселок Толстой Юрт в 20 км от Грозного. Масхадова выдал один из боевиков, захваченных накануне. Срочно сформирована группа захвата, и дом-бункер, где скрывался Масхадов, окружен. Дальше события развивались следующим образом. Накладным зарядом вход в этот бункер был подорван, в результате чего произошло обрушение части крыши и боковых стен, образовался завал, который не позволил подойти к этому лазу. Но военным удалось запустить в лаз зонд, через который на телеэкране ясно было видно тело лежащего человека.

Так закончилась охота за Масхадовым. Однако невыясненным осталось одно странное обстоятельство: Масхадов погиб от пуль, а не от осколков гранаты или под обломками здания. Считается, что его убил его же охранник.

Неуловимый Шамиль Басаев проживет недолго. Человека, за голову которого ФСБ назначила самую большую премию в истории России в размере 10 миллионов долларов, ликвидируют 10 июля 2006 года.

Возмездие неотвратимо настигло «псов террора».

3 марта 2006 года премьер-министр Украины Юрий Ехануров подписал молдово-украинский протокол о новых таможенных правилах, в соответствии с которыми приднестровские предприятия смогли бы вывозить свою продукцию, только зарегистрировавшись в Кишиневе. Фактически это была экономическая блокада Приднестровья.

Республика оказалась на краю экономической, социальной и политической пропасти. На митинги вышли десятки тысяч жителей, на границах с Молдовой и Украиной выстраивались пикеты. Люди разбивали палатки, на «буржуйках» готовили пищу. Им предстояло отстоять здесь не одну неделю.

Положение дел в республике становилось все серьезней. К середине марта в больницах стал ощущаться дефицит лекарств, в дошкольных учреждениях – нехватка продуктов. Молдова и Украина заявляли о первых успехах нового таможенного режима, а Москва собирала гуманитарный груз.

Летом 2006 года на границе между Молдовой и Приднестровьем было спокойно, но отнюдь не безопасно. Гарантами сохранения мира являются миротворцы Молдовы, России, Приднестровья и Украины.

В маленьком помещении штаба миротворцев сегодня обсуждаются многие проблемы, которые возникают в Приднестровском регионе. Ответственность за их решение возложена на четырех полковников, представляющих четыре миротворческих штаба – приднестровский, украинский, молдавский и российский.

Молдавская сторона не прекращает попыток заменить российские миротворческие силы на международных гражданских наблюдателей. В то же время большинство населения Приднестровья не мыслит себя без России.

Тем временем 700 тысяч граждан Молдовы уже живут в разных регионах России. Главным образом это гастарбайтеры, то есть те, кто приехал сюда на заработки, не имея возможности дома прокормить свои семьи.

Сегодня, спустя более 20 лет после той войны в Таджикистане, понятно, что от судьбы Сирии или Афганистана республику спасли советские пограничники. После развала СССР часть Советской армии осталась на таджикско-афганской границе. Западные политтехнологи предполагали, что остатки советских войск после развала Союза деморализованы и не окажут серьезного сопротивления боевикам, однако расчет оказался неверным.

Российские военные возглавили ополченцев «Народного фронта Таджикистана», организовав сопротивление исламистам. Попытки дестабилизировать Таджикистан не прекращаются и сегодня. Бывший замминистра обороны страны генерал Абдухалим Назарзода возглавил группу террористов, попытавшихся совершить военный переворот. Боевики напали на отделение внутренних дел города Вахдата и на центральный аппарат минобороны Таджикистана, однако под натиском правительственных сил бросили оружие и скрылись в печально известном Ромитском ущелье. Именно там был убит и беглый экс-замминистра обороны Таджикистана генерал Назарзода.

Это означает только одно: Запад все же надеется на экспорт исламской революции из Афганистана в Таджикистан. Более того, через эту республику оккупанты хотят проникнуть в Узбекистан, Киргизию, Туркмению, Казахстан и создать на их территориях исламский халифат.

Несмотря на участие России в улаживании конфликтов на территории бывших союзных республик, а зачастую и благодаря этому, нашу страну повсеместно считали и до сих пор считают угрозой. При этом новоявленные государства не задумываются, сколько сил, средств и человеческих жертв было принесено для того, чтобы восстановить мир на территории бывшего Советского Союза. Быть может, лишь по прошествии многих десятилетий действия России во время вооруженных конфликтов в Приднестровье и на Кавказе будут оценены по достоинству.

Глава 3

Судьба Нагорного Карабаха

Во второй половине 80-х годов в Советском Союзе поднялась митинговая волна с требованиями демократических и экономических преобразований, с головой накрывшая и Армению, и Азербайджан, в частности одну из его областей – Нагорный Карабах, извечную болевую точку СССР. Глухое недовольство бродило здесь еще с далекого 1923 года, когда автономная область, населенная в основном армянами, была включена в состав Азербайджана. С началом перестройки нарастающее негодование переросло в кровавый межнациональный конфликт, который нередко называют первой советской гражданской войной.

Начало конфликта было положено 13 февраля 1988 года, когда на одном из митингов в городе Степанакерт – административном центре Нагорного Карабаха – открыто прозвучали призывы присоединить Карабах к Армении. В Ереване с одобрением отнеслись к этим лозунгам, и вскоре сессия народных депутатов Нагорно-Карабахской автономной области потребовала от Москвы срочного и детального рассмотрения данного вопроса.

Нагорный Карабах на карте

Однако проблема приобретала более широкие масштабы. Как выяснилось, армянская община и армянское лобби Соединенных Штатов оказывали колоссальное давление на американское правительство, в связи с чем армянский вопрос на переговорах между М. С. Горбачевым и властями США стоял особенно остро. Урегулирование этого вопроса стало одним из условий сближения Америки и Советского Союза, и тогда партийным лидерам в Азербайджане стало ясно, что сторонники отделения Карабаха заручились мощной международной поддержкой, против которой их республике в одиночку не устоять.

В итоге Политбюро ЦК КПСС признало требование о включении Нагорного Карабаха в состав Армянской ССР проявлением экстремизма и сепаратизма, однако конкретных действенных мер по нормализации конфликта предпринято не было.

25 февраля 1988 года из Агдама (поселение близ карабахского города Аскеран) в Степанакерт выдвинулась группа вооруженных и агрессивно настроенных мужчин с единственной целью: найти и проучить тех, кто выступал за отделение Карабаха от Азербайджана. У Аскерана их уже ждали противники, также вооружившиеся холодным и огнестрельным оружием. В ходе конфликта были убиты двое мужчин.

Непростая ситуация обострилась после телевизионного выступления заместителя Генерального прокурора СССР А. Ф. Катусева, находившегося на тот момент в Баку. Он объявил, что в Аскеране убиты двое азербайджанских юношей, «забыв» при этом упомянуть, что один из них погиб от рук азербайджанского милиционера.

Весть о стычке у Аскерана молниеносно разнеслась по Армении и Азербайджану. На следующий день в Ереване прошел крупный митинг, в котором приняло участие около миллиона человек. Параллельно в азербайджанском городе Сумгаит широко распространились слухи о том, что здесь вскоре должно произойти нечто страшное, и слухи эти были небезосновательны.

26 февраля 1988 года в Сумгаите начались беспорядки и погромы, основной целью которых был отлов местных армян. Как выяснится позже, город был к этому готов. С грузовиков повсюду сбрасывались булыжники, на местных предприятиях была заранее заточена арматура, изготовлены пики и топоры. В это время местная милиция бездействует, а в некоторых случаях даже участвует в погромах.

В центре города началась настоящая кровавая бойня: погромщики останавливали автобусы, вытаскивали оттуда людей и заставляли произнести слово «фундук» по-азербайджански (считалось, что армяне не могут выговорить звук «ф»). Так, тех, у кого это не получалось, хватали и избивали до полусмерти. Самосуд вершился прямо на улицах, за несколько дней были сожжены дотла сотни автомобилей и разграблены тысячи квартир.

Однако при этом некоторые менее радикально настроенные азербайджанцы пытались оказать помощь ни в чем не повинным армянам, пряча их в своих домах, тем самым рискуя собственной жизнью. Из детских садов водители-азербайджанцы десятками вывозили армянских детей.

Только в конце дня 29 февраля в город прибыла рота морских пехотинцев Каспийской флотилии и воздушно-десантный полк с приказом избирательно использовать спецсредства и стрелять только холостыми патронами. В результате беспорядков десятки военнослужащих были ранены, а в городе введен комендантский час – беспрецедентное для советского времени решение. Общее число убитых, по официальным данным, составило 32 человека, около 500 человек получили ранения. Однако, по заявлениям местных моргов, погибших было не менее 70, а армянская сторона считала, что жертв было еще больше.

Тем временем в городском руководстве Сумгаита также царили беспорядки. В этот тяжелый для страны час первый секретарь горкома партии покинул город, отправившись в отпуск по разрешению первого секретаря ЦК. Сам секретарь ЦК при этом приезжает в Сумгаит и проводит трехчасовое совещание, собрав всех руководителей заводов и предприятий, тем самым фактически «обезглавив» город в тот момент, когда толпа уже буйствовала на улицах.

Реакция Москвы на события в Азербайджане была неоднозначной. М. С. Горбачев с неохотой отнесся к предложению отправить в Сумгаит российские войска и медлил с принятием мер. По всей видимости, в Кремле не были готовы к решительным шагам. Нежелание идти на уступки кому-либо Михаил Горбачев позднее объяснял тем, что в стране на тот момент было 19 потенциальных очагов межнациональной розни и уделять особое внимание одному из них нецелесообразно.

В те дни, когда в Сумгаите царила жестокая травля армян, кровавые события разворачивались и на их исторической родине. Армянские поселения, где жили азербайджанцы и курды-мусульмане, подверглись массовым организованным нападениям, в ходе которых не обошлось без раненых и убитых. Попытки терроризировать азербайджанское население случались в районе населенного пункта Масис и в Нахичеванской республике. Количество жертв, разумеется, не шло ни в какое сравнение с тем, что было зафиксировано в Сумгаите.

Казалось, чтобы не провоцировать дальнейшее ухудшение и без того плачевной ситуации, было достаточно четкого политического решения руководства страны, которого, однако, не последовало. Виной тому была то ли недальновидность Москвы, то ли зреющий заговор против Михаила Горбачева, то ли нерешительность самого Генерального секретаря. Как бы то ни было, Кремль стоял перед фактом: две республики вступали в братоубийственную войну, что было на руку тем, кто рассчитывал на скорый крах Союза.

Претензии армян на изменение статуса Карабаха – отнятие Карабаха у Азербайджана и передача Армении – отвечали интересам тех сил, которые жаждали изменений в Советском Союзе. Естественно, западные аналитики прекрасно понимали, что такой серьезный конфликт не может не способствовать разрушительным процессам в СССР. Однако у данных процессов была и другая подоплека.

7 декабря 1988 года будто сама природа воспротивилась кровавому армяно-азербайджанскому противостоянию: в Армении случилось небывалой силы землетрясение. За считаные секунды погибло около 25 тысяч человек, полностью уничтожен город Спитак.

Но поселившаяся в сердцах людей ненависть к вражескому народу была сильнее горя. В Азербайджане тысячи людей собирали средства, чтобы помочь пострадавшим, однако Армения отказалась принять от них гуманитарную помощь. Вместе с тем в Баку нашлись люди, которые устроили фейерверк по случаю такого наказания армян. Казалось бы, здесь, в эпицентре землетрясения, среди руин и трупов, не место политическим дискуссиям, но это было не так.

На место происшествия прибыл Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев. В общении с потерпевшими глава выяснил, к своему удивлению, что даже в этот тяжелый час карабахский вопрос стоял все так же остро. Несмотря на тяжелое физическое состояние и огромные материальные потери, проблема статуса Нагорного Карабаха продолжала волновать население едва ли не больше прежнего. Позже в прямом эфире Горбачев возмутился рвением «бородачей» к власти, имея в виду комитет «Карабах» – общественное движение в поддержку требования о передаче автономной области из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР. В дальнейшем было дано указание об аресте членов этого комитета.

Горбачев в городе Ленинакан после землетрясения

В начале 1990-х годов армяно-азербайджанское противостояние достигло своей наивысшей точки. Время митингов ушло в прошлое, и теперь в Закавказье по-настоящему льется реками кровь. Некогда братские народы были разделены стеной трупов, не осознавая, что горе у них было общее. Понимание того, что слезы армянских матерей такие же горькие, как слезы азербайджанских женщин, потерявших своих сыновей, придет гораздо позже, но это будет уже другое время.

Растерянность власти, всплеск жестокой национальной розни и оправдание самых мерзких злодеяний волею своего народа повлекли за собой тяжкие последствия. Улицы стали открыты для представителей преступного мира, которым было все равно, под чьими знаменами воевать; их интересовали лишь насилие и деньги.

Тем временем союзные республики, почувствовав слабость Центра, стали предпринимать попытки самостоятельного решения обрушившихся на них проблем. Неуклюжие старания Москвы вернуть авторитет соседей и повлиять на них обернулись крахом.

12 января 1990 года радикалы из Народного фронта Азербайджана выступили по Центральному бакинскому телевидению. С телеэкрана звучали недвусмысленные заявления о том, что Баку переполнен бездомными азербайджанскими беженцами из Армении, тогда как тысячи армян жили в столице в незаслуженном комфорте. Призыв к действиям был понят с полуслова.

Сутками позже на площади Ленина – центральной площади Баку – собралось около 50 тысяч человек. Агрессивная толпа, разделившись на группы, стала методично, дом за домом, «очищать» Баку от армян. На город хлынула волна беспорядков, массовых драк и погромов. Людей выбрасывали из окон, вытаскивали из квартир и безжалостно забивали до смерти. Местных азербайджанцев предупредили: кто будет помогать армянам, тому, мягко выражаясь, несдобровать.

Кровавая история Сумгаита повторялась спустя два года. Судя по всему, и здесь погромщики подготовились к бойне заранее: они быстро и уверенно перемещались по городу, безошибочно находя и определяя своих жертв по спискам. Радикалы были вооружены обрезками металлических труб, заточками из арматуры. Вскоре становится ясно: среди погромщиков мало коренных бакинцев. Как и пару лет тому назад, во время погромов в Сумгаите, кровавое «правосудие» вершили приезжие. По словам очевидцев, внушительную часть радикалов составляли еразы – ереванские азербайджанцы, которых сами бакинцы, к слову, отнюдь не жаловали.

Однако в толпе буйствовали не только так называемые еразы. Часто улицы громили и те, кто пострадал от армянских боевиков в Нагорном Карабахе и потому жаждал мести. Дело в том, что еще в конце 1988 года армяне начали изгонять азербайджанское меньшинство. В сельских районах совершались набеги на азербайджанские деревни, жителей жестоко избивали или убивали, а их дома поджигали. Кто успел спастись, тянулись в Азербайджан, где, как выяснится, теплый прием их также не ждал.

Настоящим бичом того времени стало похищение обеими сторонами заложников и использование мирных жителей в качестве живого щита. К концу 1988 года в сельских районах Армении были покинуты десятки азербайджанских деревень, выдворено более 200 тысяч постоянно проживавших в Армении азербайджанцев и курдов. Навстречу им потоком шли армянские беженцы из Азербайджана.

В Баку все так же лютовал «черный» январь 1990 года. На улицах продолжала хозяйничать обезумевшая толпа, которой местная милиция отвечала преступным бездействием. Городским буйствам решались противостоять лишь единицы, в том числе и здравомыслящие представители Народного фронта Азербайджана. Они задерживали бесчинствующих и передавали их в руки правоохранительных органов. Кроме того, в те дни в Баку находились представители московских силовых структур, которые, однако, мало чем помогали в восстановлении порядка. Не требовалось никаких особых способностей, чтобы понять то, что было шито белыми нитками, – московским властям нужен повод для ввода войск в Баку.

Скорее всего, Москва не искала повода: для нее он уже был. Но Центр, как и вначале, продолжал проявлять нерешительность в отношении конфликта, всячески противясь введению войск в столицу Азербайджана. Семь дней в Баку шла настоящая кровавая резня, а местные и центральные власти все решали – что делать? Брать на себя ответственность за жизни людей никто не хотел, кивая на Горбачева, от которого ждали, наконец, решения.