Будда слушает

Барбара вежливо улыбнулась:

— Спасибо за приглашение, Мик, я подумаю. Если честно, сейчас у меня не самое подходящее настроение.

Похоже, Мик не очень-то и рассчитывал на ее согласие. Он понимающе кивнул:

— Хорошо, без проблем. Дай мне знать, если все-таки решишь.

— Конечно.

— Ладно.

— Пока.

— Пока, Барби. Береги себя.

Он тронулся с места, и Барбара судорожно вдохнула. На протяжении всего разговора она была так напряжена, что едва дышала.

Патрульная машина, отъехавшая было вперед, неожиданно остановилась, и Мик начал сдавать назад. Барбара сосредоточенно следила за тем, как он возвращается.

Из открытого окна показался локоть, а затем голова Мика. Он кивнул на задний бампер:

— Багажник.

Во рту моментально пересохло.

— Что?

— Багажник, говорю, открыт.

— А, — Барбара придала своему голосу девичьей легкомысленности. — Спасибо, я не заметила. Сейчас закрою.

На этот раз Мик Джефферсон уехал. Она провожала его взглядом, пока его черно-белый автомобиль не свернул на перекрестке. Потом рванула к багажнику и дернула вверх крышку. Там было пусто. И чисто. В нос ударил несильный запах хлорки.

Этот Джейк, кем бы он ни был и какие бы цели ни преследовал, — действительно сделал то, что обещал. С каждой минутой Барбара понимала все меньше. Но что ее удивляло куда сильнее, чем поступок малознакомого мужчины, — так это ее собственная реакция. Стоит перед багажником, где еще недавно лежал труп, рассуждает о вариантах дальнейшего развития событий — и ни на одно мгновение даже не подумала о жертве. Черт возьми, она ведь убила человека, пусть тот и бесил ее до потери пульса. Почему она не испытывает ни малейшего сожаления о его судьбе? Возможно, совесть начнет терзать ее позже, — например, когда ее посадят…

Она захлопнула крышку багажника и села за руль, заставляя вести себя так, словно ничего не случилось. Сделать непроницаемое лицо, заблокировать болезненные эмоции, включить режим робота и ждать. Этому процессу она начала учиться еще в детстве, когда отец доставал ее нравоучениями.

Вот так иногда живешь, изо дня в день повторяя привычную рутину, иногда выходишь из зоны комфорта, млея от собственной смелости, но в конечном итоге все это напоминает бег по замкнутому кругу. Пока в один момент не случается что-то невероятное, нереалистичное, что-то, чего никак не могло произойти в твоей персональной вселенной, — и у тебя нет ни малейшего понятия, как с этим жить, как вести себя.

Барбара завела двигатель и вырулила на влажную после ночного дождя дорогу, бросив взгляд на дом, где она снимала квартиру. Она почти не сомневалась, что больше сюда не вернется.

— Это где ж ты такие пробки нашла? — накинулся на нее Зорино, едва она миновала ресепшн спортзала. — Можешь мне объяснить?

Барбара неожиданно улыбнулась, подумав о том, как отреагирует истеричка Зорино, когда за его сотрудником приедут копы и обвинят в убийстве. Наверное, перепугается до усрачки, ха-ха.

— Тебе весело?

— Извини, Алекс, форс-мажор. Затор на 145-м хайвее. Давай потом поговорим, как я провинилась, а сейчас мне нужно срочно на тренировку! — И она впорхнула в раздевалку.

Перевалило за три часа после полудня, за пять и за шесть, но никто не торопился арестовывать Барбару. Она отвела несколько запланированных тренировок, изо всех сил стараясь не казаться озабоченной, хотя от Эми ее состояние не укрылось:

— Ты сегодня какая-то рассредоточенная, — заметила она мимоходом. — Чем ты занималась всю ночь? Отвезла меня домой, а сама поехала развлекаться с горячим парнем?

Барбара отшутилась и, едва закончилась ее смена, засобиралась домой. С самого утра ее преследовала навязчивая мысль — сперва невнятная, неоформленная, но с каждым часом становившаяся все четче и яснее. Она зрела с той самой минуты, когда Барбара открыла глаза и вспомнила минувшую ночь. И с этой мыслью следовало что-то делать.

Небо уже темнело, окрашиваясь у горизонта в красно-лиловый, когда Барбара вышла из зала. Над огромной парковой у торгового мола, где располагался спортзал, кружили чайки. Барбаре отчаянно захотелось рвануть к озеру, куда-нибудь в уединенное место, посидеть на берегу, — ни о чем не думать, просто наблюдать за волнами и угадывать в их монотонном шелесте намек на светлое будущее. Будущее, которого у нее может не быть, учитывая, какую глупость она совершила.

Она нырнула в салон и решительно завела двигатель. Озеро подождет, пока Барбара не разберется в ситуации и кое-что для себя не прояснит.

Она гипнотизировала листок с номером телефона уже, наверное, минут пять, будто надеялась, что ответ придет сам собой. Затем взяла мобильный и набрала номер.

— Да? — раздался уже знакомый мужской голос.

— Это Джейк? — на всякий случай уточнила она.

— Он самый.

— Это Барбара.

— Не ожидал тебя услышать.

— Шутишь?

— Вполне серьезен.

— Надо поговорить, — она помолчала и добавила: — Не по телефону.

— Само собой, — охотно согласился Джейк. — Где?

— Знаешь заправку у 60-й улицы и Бурлей-стрит? Та, что у пустыря Вандерерс?

— Найду.

— Я буду там через полчаса.

— Понял. — Джейк повесил трубку, а Барбара еще минуту сидела с телефоном в руке, чувствуя нарастающую тревогу. Целый день она владела собой, контролируя эмоции, а теперь вдруг разволновалась. А все из-за этой проклятой мысли, которая настойчиво требовала внимания.

Она пошла в спальню, легла на пол, пошарила рукой под кроватью и вытащила небольшую коробочку.

Вообще-то это был не пустырь, а кладбище, туда и днем редко кто-то наведывался, а по вечерам и подавно — хорошее место, чтобы поговорить без свидетелей. Барбара припарковалась в дальнем углу автозаправки. И почти сразу же увидела Джейка. Он стоял неподалеку с банкой газировки в руке и махал ей. Она вышла из машины, указала на пустырь и направилась к широкой аллее, ведущей в глубь территории. Джейк последовал за ней.

— К чему эта конспирация? — Он быстро нагнал ее и зашагал рядом. Скосил глаза на джинсы и широкую толстовку. — Прошлой ночью ты была наряднее.

— Прошлой ночью много чего было.

— Ты в порядке?

Она резко остановилась, посмотрев в упор на мужчину.

— А ты как думаешь?

Он пожал плечами, нарочно не замечая ее взвинченного состояния.

— Думаю, тебе не о чем волноваться.

— Вот об этом я и хотела поговорить. — Барбара быстро огляделась. Они уже успели отойти от дороги на приличное расстояние.

— Валяй. — Джейк выглядел расслабленным.

— Что ты сделал с моей машиной и… — она запнулась, — с ее содержимым?

— Тачку починил и вымыл, — отвечая, он смотрел на нее с нескрываемым любопытством. — Содержимое уничтожил.

— Как уничтожил?

— Зачем тебе эти детали?

— Джейк.

— Да?

Барбара помолчала, собираясь с духом. Затем сунула руку в карман и достала пистолет.

— Воу-воу, — отшатнулся Джейк, театрально поднимая руки. — Полегче. Зачем тебе эта штука?

— Просто ответь мне честно. Почему ты решил мне помочь? Что ты задумал? Для чего ты в это ввязался?

— Слушай. — Он шагнул чуть ближе, но рук не опустил. — Я просто вошел в твое положение…

— Не заливай.

— Клянусь тебе, никакого подвоха! — Джейк сцепил кисти в замок, заложил за голову и несколько секунд стоял, прикидывая что-то в уме. Затем машинально уронил руки, заставив Барбару дернуться. — Эй, спокойнее, — он показал открытые ладони. — Спокойнее, а то еще и правда пристрелишь случайно.

— Я начинаю нервничать. — Барбара собрала остатки воли, чтобы ее голос не дрожал. — А когда я нервничаю, мои пальцы становятся деревянными и могут случайно нажать на спусковой крючок.

— Может, спрячешь ствол?

— Отвечай!

— Я уже ответил! Ты что, никогда никому не нравилась? Что такого удивительного, если парень, которому приглянулась девушка, решает ей помочь?

— Приглянулась, как же.

— Ну, лицо, я признаюсь, разглядел не сразу, но твои умопомрачительные ноги в коротком платье сложно было не заметить даже издалека.

Увидев на ее лице мрачное решительное выражение, Джейк неожиданно посерьезнел:

— Ладно.

Повисла пауза.

— Мой брат, младший, однажды сбил выбежавшего на дорогу пешехода. И его упекли на пять лет. Понимаешь? Это был даже не пешеходный переход, брат едва превысил скорость, ни один здоровый человек не помер бы от такого удара, но у того чувака было больное сердце, и он откинулся прямо там, посреди дороги. Понимаешь? Из-за какого-то урода я уже несколько лет не могу обнять своего брата.

Барбара напряженно слушала.

— Мы все совершаем ошибки. Иногда дерьмо случается не по нашей вине. Так что же теперь, спускать в канализацию собственную жизнь? А? — Он вопросительно посмотрел на Барбару. Она по-прежнему молчала.

— Слушай, я знать тебя не знаю. Может, я и правда сглупил и ты меня сейчас прихлопнешь здесь от избытка чувств или сдашь копам. Но вчера ночью, на той пустынной дороге, я сделал то, что считал правильным. Если у тебя другое мнение, ну… — Он развел руками и умолк посреди фразы.

— Если у меня другое мнение, то что? — медленно произнесла Барбара.

— Значит, я ошибся и неверно истолковал вчера твое поведение.

— Что ты имеешь в виду?

Повисла пауза.

Джейк покрутил головой, приметил лавку и направился прямиком к ней под недоумевающим взглядом девушки. Сел.

Барбара подошла к нему и замерла напротив, опустив руку с пистолетом и совершенно об этом позабыв.

— О каком поведении ты толкуешь?

— Я ведь говорил тебе, что видел, как все произошло?

— Да.

— Видел, как ты схватила телефон и начала набирать «911». А потом…

— Да что потом-то, черт тебя возьми?

— А потом ты засомневалась.

— Что?

— А потом. Ты. Засомневалась, — медленно повторил Джейк. — Ты начала мыслить логически и прикидывать последствия. Именно поэтому я и решил вмешаться.

Барбара потрясенно выдохнула. Мысль, терзавшая ее целый день, теперь уже вопила во всю мощь, игнорировать ее было практически невозможно. Эта мысль, простая настолько же, насколько циничная: «Я не хочу в тюрьму».

Да, она совершила преступление. Гадкий, чудовищный поступок. Но это еще не повод ставить крест на собственной жизни. И если для своей защиты требовалось еще разок переступить черту дозволенного… Что ж… Она не возражала. А с совестью она как-нибудь договорится. Попытается, по крайней мере.

— Что ты сделал с телом? — спросила она, усаживаясь рядом.

— Отвез в лес, облил бензином и сжег. То еще удовольствие, учитывая дождь. Закопал останки. Если найдут, улик там все равно никаких не осталось.