Игра в кошки-мышки 2

– Я молчал, – ответил ей.

– Да-а? А мне показалось…

– Кошка, ты дождёшься хорошей трёпки, если в боевой обстановке станешь ерундой заниматься. Я тебе задал простой вопрос: есть ли кто-то рядом с проходом, вот за этим люком, – я топнул ногой по листу железа, который скрывал за собой вход в бункер.

– Ты поднимешь руку на женщину? На меня? – широко распахнула она глаза. – Ладно, не рычи. Надо же мне немного успокоиться. Я только что убила трёх человек… да-да-да, это уже не люди и только выглядят, как они! Но для меня они выглядят по-человечески, одеты по-человечески, ну, почти. И значит, что обычные человеки.

– Кошка!

– Нет, рядом с дверью никого нет. Ближайший, примерно в десяти метрах от нас по прямой, а основная масса вон там, – Кошка махнула рукой в сторону спортплощадки. – Штук тридцать точно собралось, может, больше даже, мне сложно вычленить отдельные фигуры без тренировки.

– Тренировки я тебе обеспечу, – пообещал я. – А пока, отойди в сторону…

– Я здесь не останусь! Я с тобой! – от недавнего дурашливого настроения не осталось и следа, сейчас во взгляде Кошки мелькнул страх, обида, тоска и боль.

– И я тебя от себя не отпущу. Но чтобы мне открыть люк, тебе нужно отойти в сторону, так как железка упадёт, в противном случае, тебе на ноги.

– А сразу сказать не мог? – буркнула она.

– Мне в спину не выстрели, – предупредил я её, открывая нехитрый стопор и подцепляя пальцами ручку, которая была сделана из толстой проволоки и свободно крутилась в кольцах, поднимая сначала её вверх, а затем и люк. – Берегись!

Я отбросил люк в сторону и тут же схватился за автомат… чертыхнулся, когда увидел сплошную черноту впереди.

– Прикрой!

Девушка быстро встала с пистолетом напротив прохода и целилась всё, то время, пока я крепил фонарик на цевьё. Да, забыл об этой ценной и полезной вещи.

– Кто-то идёт, – нервно произнесла девушка. – Сервий…

– Слышу, слышу, – торопливо ответил я, закручивая второй, он же последний, винт на креплении крошечного, но очень яркого фонаря. – Всё, готово. В сторону!

Первого мутанта я свалил без помощи фонаря, так как тот успел почти добежать до выхода. При взгляде в его белесые тусклые глаза, меня по коже морозом продрало. А потом пуля ударила в лоб рослому парню в окровавленном камуфляже и с начавшим изменяться челюстным аппаратом.

После выстрела, я включил фонарик и осмотрел короткий узкий коридорчик.

Вроде бы чисто, но тут до угла не больше пяти метров и бог знает, кто или что ждёт нас с Кошкой за ним. Тьфу, у меня же свой, личный сенс под рукой…

– Кошка, есть кто-нибудь впереди?

– За углом? – догадалась она. – Вроде бы нет, а вот дальше, три или четыре этих существ стоит.

За прямым углом коридор заканчивался толстой железной дверью, толщиной в пару сантиметров, на массивных гаражных петлях. Сейчас она была наполовину раскрыта и за ней кто-то двигался.

В свете бело-голубого узкого луча мелькнула бледная физиономия со следами крови на любу и щеках и тут же пропала. Не успел я выругаться про себя, как лицо мутанта появилось вновь и за ним показалось ещё одно.

Выстрел! Выстрел!

Ударившие по бетонной стене гильзы издавали шум больший, чем лязг затвора, и этим, порядком нервировали.

Получив по девятимиллиметровой пуле в голову, оба заражённых упали рядом с дверью, но на их место встал ещё один, и этот был одет в полное боевое облачение: каска в драном и грязном чехле, плотно застёгнутая под подбородком с помощью чёрных синтетических ремешков, бронежилет с воротником и фартуком, на котором, в штатных карманах разгрузки, торчали края автоматных магазинов.

– Эй, ты нормальный? – окликнул я его, растерявшись при виде солдата. – Эй… твою… блин.

Блеклые мутные глаза сказали сами за себя, а мигом позже, после того как я их рассмотрел, сам боец провёл опознание свой-чужой, попросту заурчав.

Выстрел! Выстрел!

Первая пуля вошла заражённому в левую щёку под углом и не убила, зато вторая, угодила точно под срез каски рядом с переносицей.

– Впереди, никого, – сообщила Кошка из-за спины.

За дверью располагалась небольшая длинная и узкая комната с серыми бетонными стенами, узкими бойницами впереди и справа, и двойником двери, сквозь которую мы попали внутрь. Здесь же мы увидели первые следы драмы, что произошла в бункере: гильзы, отметины от пуль на бетоне, разбитые плафоны с длинными ртутными лампами, белые осколки стекла от них же и кости.

– Меня сейчас стошнит, – прогундосила Кошка. – Тут так воняет!

Что есть, то есть. Запах вокруг стоял, тот ещё, с непривычки любого вывернуло бы наизнанку.

Скорее всего, стрельбу вёл несчастный, чьи кости сейчас украшали пол, так как у экипированного мутанта, все кармашки в разгрузке были полны полностью снаряженными магазинами к «калашникову». Я и автомат с неполным магазином нашёл в углу, коим оказался обычный АК-74М. Ещё два пустых магазина лежали на полу среди костей.

– Пошли дальше… там что?

– Никого, – помотала девушка головой. – Они все дальше.

За дверью начинались бетонные ступеньки очень крутой и узкой лестницы, да ещё и низкой. Я со своим ростом, едва ли не касался головой верхней плиты. Не представляю, как тут какие-нибудь рослые десантники с полной боевой нагрузкой, оружием и снаряжением выскакивают наружу или заскакивают внутрь.

Лестница привела меня в левый угол длинного коридора шириной не более пары метров и с дверями с правой стороны, в самом конце коридора имелась ещё одна, с надписью большими белыми буквами: СШ-2. Пахло здесь ничуть не лучше, чем наверху.

– За третьей дверью кто-то есть, вроде бы, двое там, – шепотом произнесла Кошка. – И в предпоследней тоже… двое или трое.

Комнаты зачистил быстро: мутанты в них оказались сродни тем, что Кошка уничтожила наверху, то есть, слабыми, едва стоящими на ногах. Заметил, что свет яркого фонаря слабо действует на тварей, словно, у них зрение пропало при обращении. Возможно, паразит подстраивает тело под окружающую среду, в данном случае – полную темноту, где глаза играют незначительную роль.

Комнатки оказались спальными кубриками на четыре человека – две двухярусных кровати и четыре тумбочки, поставленные попарно друг на друга, вот и вся обстановка. Все пятеро мутантов носили бронежилеты и каски, подсумки с магазинами, оружие лежало на кроватях: четыре автомата и один ручной пулемёт. Плюс, у каждого был вещмешок или РД, где лежали ещё несколько пачек с патронами, бинты в бумажной желтоватой упаковке, сухпаёк в зелёной пластиковой коробке.

– Кошка, повесь себе за спину. Пусть будет на всякий случай, – я протянул девушке автомат, к которому примкнул магазин от РПК, передёрнул затвор и поставил на предохранитель. – Как пользоваться, не забыла ещё? Патрон уже в стволе, останется только переводчик вниз опустить.

– Не забыла.

За дверью с надписью располагался ещё один Г-образный коридор, и здесь, с момента начала зачистки бункера, мне пришлось туго.

Едва я её раскрыл, как луч фонаря уткнулся в десятки фигур в камуфляже, стоящих в нескольких шагах впереди.

– Чёрт… Кошка! Назад!

Задавить попёршую на нас массу заражённых всего одним автоматом, да и в том лишь двадцать патронов в магазине, не стоило и мечтать.

Сразу трое упали на пол после первой тихой очереди, чем немного придержали пыл остальных.

– Кошк…

В следующее мгновение меня оглушила длинная очередь из автомата. Всего несколько пуль попали в мутантов, остальные ударили в стену коридора, где столпились враги, в потолок над их головами, в верхний косяк двери, от которого отрикошетили с брызгами нескольких красных коротких искр.

Девушка, вместо того, чтобы делать, как я ей сказал, поменяла пистолет на автомат, сняла тот с предохранителя и направила на толпу заражённых из-за моей спины, лишь шагнув немного в сторону.

Оглушило не только меня, но и наших врагов. Пожалуй, на тварей, грохот автомата в замкнутом пространстве, подействовал на порядок сильнее, судя по тому, как они вмиг позабыли обо мне.

Этим шансом я решил воспользоваться, закрыв дверь прямо перед их носом и заблокировав рычагом-стопором, который тут использовался вместо нормальной ручки и замка.

Как только исчезла опасность от мутантов, настала время разборок.

– Я тебе что сказал? – со злостью произнёс я, нависая над Кошкой.

– Я не расслышала, – невозмутимо ответила та, а в её наглом взгляде читалось «мало ли, что ты там сказал».

– Даю слово, как только окажемся на стабе, я тебе обеспечу хорошую порку ремнём, – пообещал я ей.

Я рассчитывал, что в бункере мутанты ослабнут без пищи, ведь много иммунных среди них быть не могло, учитывая, что двоих увёл я. Но что-то пошло не так. Возможно, они потихоньку подъедают самых слабых из своих собратьев. Такого я не видел ни разу за свою короткую жизнь в Улье, но скидывать со счетов не стоило. В основном, мутанты ходят кучками по интересам, то есть, степени развития, и только у элиты имеется своя свита из более низших тварей. При этом, пустыши не жрут пустышей, это прерогатива, к примеру, лотерейщика или топтуна. А в итоге, в бункере вон как вышло, м-да. Оставь тут месяца на три всю эту кодлу, то вырастет здесь, в итоге, страшный элитник и сомневаюсь, что это будет аналог крысиного волка.

Что ж, план А рухнул, нужен план Б.

Перед новой атакой, я вытащил кровати из двух кубриков и соорудил из них завал перед дверью, оставив узкую щель между баррикадой и стеной, чтобы суметь вернуться к Кошке после того, как открою дверь.

– Меня не подстрели, хорошо? – сказал я девушке перед тем, как дёрнуть рычаг стопора на двери. Та нервно кивнула и облизнула губы.

Дверью, как только я открыл замок, меня чуть не прихлопнуло к стене. Оказывается, придя в себя после выстрелов, мутанты всё время давили на неё. Помнили, суки, что за преградой скрылась вкусная добыча.

Ага, вкусная, но такая колючая! Да и не мы тут добыча.

Длинная очередь ударила в стену тел, дав мне время, чтобы протиснуться между стеной и баррикадой, и потом, в эту щель, вставить заранее приготовленную кровать.

– Перезаряжайся и смотри за спиной! – как можно громче прокричал я, обращаясь к девушке. – Дальше я сам!

Оружие уже было приготовлено: РПК на сошках на тумбочке. Мне нужно было только прижать приклад к плечу и ударить длинной очередью в поток тел мутантов, которые в считанные секунды заняли всё пространство между дверью и баррикадой. Сетчатые кровати свободно пропускали пули и не давали заражённым добраться до меня.

От грохота выстрелов и пороховой гари у меня стала кружиться голова и затошнило.

Иногда пуля попадала в железный уголок и тогда либо случался простой невидимый и неслышимый рикошет, либо мелькали красные искры.

Всё было бы замечательно, не носи мутанты бронежилеты и каски. Наверное, каждый второй имел прикрытое слоем титановых пластин и армтканью тело, каждый третий – каску на голове.

Очень быстро магазин в пулемёте опустел, и я сменил его на новый. После второго магазина, я оставил оружие на месте, подхватил «девятый» и стал пятиться назад, к лестнице.

Впереди хрипела, булькала, урчала и шевелилась окровавленная масса живых, мёртвых и умирающих мутантов. Пулемётные очереди, кого убили на месте, кого тяжело ранили, но все, кто выжил, были поголовно контужены и едва понимали, что им нужно делать. Три или четыре твари на покачивающихся ногах ушли назад и, я надеюсь, что это не проблеск разума и тактическое отступление, а животный инстинкт, требующий забиться в щель и там сдохнуть от тяжёлой раны.

Пока уходил, то успел выстрелить пять раз, целясь в головы тем мутантам, которые казались самыми бодрыми и лезли сквозь покосившуюся баррикаду, облепленную живыми и мёртвыми телами.

На улицу я выбрался следом за Кошкой и тут же прикрыл за собой крышку люка.

– Уф, как хорошо! – выдохнула девушка и, зажмурившись, подставила солнцу лицо. – Я этим воздухом готова дышать вечно.

– Не расслабляйся, мало ли какую тварь мы не заметили и она сейчас к нам подкрадывается? А ещё здесь есть кластер с электроподстанцией, и если там прошла перезагрузка в наше отсутствие, то на выстрелы сюда примчатся твари оттуда.

Пара глотков живчика и полчаса отдыха привели нас с Кошкой в норму. В ушах, разве что, ватные пробки стояли, отчего мы разговаривали на повышенных тонах.

– Полезли. Кто рядом есть?

Девушка кивнула и подняла правую ладонь с отжатыми тремя пальцами – большим, указательным и средним.

– Ты открываешь – я стреляю, – сказал я и направил автомат на люк. – Раз, два, три!

На счёт «три» девушка с натугой потянула на себя проволочную ручку на люке, в образовавшуюся щель немедленно пролезли грязные пальцы с нестрижеными ногтями, под которыми чётко выделялась жирная траурная кайма.

Выстрел! Выстрел!

Двое противников замертво легли прямо у порога, один, так даже после смерти положил голову на железный уголок, который выполнял роль косяка в проходе.

Выстрел!

Третий мутант стол в двух метрах от выхода, облокотившись на стенку коридора, пачкая ту своей кровью, которая текла из простреленной шеи, и там же и упал, словив от меня пулю точно в лоб.

– Опять туда лезть? – жалобно произнесла девушка. – Может, выманить их как-нибудь сюда?

– Не опять, а снова! Кого выманим, а кого в бункере придётся зачищать. Готова? Пошли.

В целом, помощь девушки в бункере имела как плюсы, так и минусы. Без неё, я бы под прикрытием своего дара, без поднятия шума, зачистил бы все подземные помещения. Но без её способности сенса, я бы провозился дольше и без гарантии, что не вляпался бы, наткнувшись в темноте на, какого-нибудь, притаившегося заражённого.

Глава 3

До самого вечера мы с Кошкой зачищали тварей в военном бункере. Повезло, что он не был особо большим и не имел разветвлённой сети ярусов и отсеков. Покончив с первой, самой большой, группой заражённых, мы лишь один раз встретили, в дальнейшем, похожую толпу мутантов. К счастью, в этом случае, все они сидели в столовой, которую военные превратили в лазарет. В этом помещении, десять на пятнадцать метров, находилось больше четырёх десятков мутантов и почти все они были одеты в простую хэбэшку, которую пули из «калашникова» не замечали. Всех тварей перестреляли через небольшое окно в поварской подаче, в которую вела дверь из коридора. Выбраться из столовой врагам мешала запертая дверь и железобетон со всех сторон.

Эта группа была самая последняя, до этого, пришлось зачистить коридоры, штабную комнату, радиоузел и операторскую с пультом, где двое мутантов сидели в креслах перед мониторами и там же приняли смерть, не сумев от слабости подняться на ноги.

Большую часть трофеев пришлось собирать на полу и с трупов, причём, собирать мне, так как девушка наотрез отказалась возиться в крови.

Всё оружие, боеприпасы, амуницию и прочее полезное имущество, я выносил на улицу, где раскладывал на плащ-палатках на земле. Особенно много было вещмешков, которые составили настоящую гору выше моего роста.

Меньше всего было боеприпасов. Но опять же, всё относительно. Для каждого автомата, пулемёта или винтовки, прилагалось по три БК – это мизер. Но лично для нашей команды, мне и Кошке, этого хватало выше головы.

В трофеях имелась крупнокалиберная винтовка «Корд» и две сотни патронов различной номенклатуры к ней. Пулемёт «барсук» с двумя типами стволов – простым и с насадкой для беспламенной малошумной стрельбы. Последнюю, полноценным глушителем назвать было нельзя, так как проверочная стрельба показала, что звук, хоть и гасится сильно и не так глушит стрелка, как в сравнении с ПКМом, но ни о какой маскировке не идёт и речи. Две укороченных винтовки СВД в конструкции булл-паб и с несъёмным глушителем. Как и с пулемётом – полностью звук выстрела не гасился, но очень качественно отводился в стороны, что не позволяло определить точное место снайпера.

Один «винторез», но зато с целым ящиком целевых и початым цинком бронебойных патронов. Пять пистолетов-пулемётов «бизон-2», один из которых был с несъёмным глушителем-насадкой и магазином под пээмовские патроны, остальные четыре, снаряжались отечественным вариантом 9*19. Патроны к «бизонам» были двух типов: бронебойные и полуоболочечные. Причём «девятнадцатые», были именно бронебойные, судя по острому иглообразному носику, а «макаровские», всего лишь повышенного пробивающего действия и они же, полуоболочечные одновременно, второй тип «макаровских», был – ПС. Все пистолеты-пулемёты имели по два шнековых магазина.

Пять простых СВД. Пять РПГ-7 с десятью ящиками гранат всех типов, даже тандемные имелись в одном ящике.

Десять РПО «шмель» и двадцать четыре РПГ-26.

Четыре ПЗРК «Стрела-2», с которыми я даже не знал, как обращаться и которые должны цениться рейдерами вроде Янычара. Ведь они постоянно схватываются с внешниками, у коих, порой, встречается не только слабосильная авиация вроде БПЛА, но и боевые вертолёты.

Два автоматических гранатомёта «пламя» с семью ящиками гранат. Два 82-милиметровых миномёта с сотней мин для каждого.