Я другая

— А я была, — просто сказала Майя. — На первом курсе. Паша тогда был не такой разборчивый, как сейчас. Специализировался на студентках. За год многих с курса попробовал. Потом ему это стало неинтересно, и он перешел со студенток на более трудные цели. Приходит в клуб, например, и склеивает самую неприступную красавицу.

— А чего же он тогда вдруг с Ирой связался, если студентки для него — пройденный этап?

— Спроси чего полегче. — Майя помолчала. — Ты видела такую анимешку — «Парень со свинцовыми глазами»? Там, где очень крутой парень по имени Кинджи пришел учиться в колледж и начал там всех девчонок цеплять направо и налево?

— Конечно, видела.

— Мне иногда кажется, что этот мультик с Паши рисовали.

Разговор медленно перешел на японскую анимацию.

Вернувшись в бунгало, Элен, предварительно постучав, заглянула в маленькую комнату, где жили Илья, Петр и Никита, и обнаружила черноволосого толстяка, расхаживающего по комнате и пытающегося найти носки. Его долговязого соседа не было, а Илья крепко спал.

— Не твои ли носки там снаружи купаются? — подсказала Элен.

— Мои! — радостно закричал Петр, выглянув на улицу. — Как они там оказались?

— Наверное, Никита выкинул. Ради прикола. Он вчера вообще был невменяемый. Не знаешь, кто ему глаз подбил?

— Павел. Они вместе выпивали, а Никита нажрался и на него стал наезжать. Ну, ему пришлось отбиваться.

— А ты откуда знаешь?

— Я там был. Вчера не мог заснуть — взял, оделся да сходил к ним.

«И ты, Брут… — все, о чем смогла подумать Элен. — Неужели только нас с Илюхой тошнит от всех этих пьяных бренчаний на гитаре?»

День прошел так скучно, как он вообще мог пройти. После обеда в столовой опять началась общая тусовка. Элен разрывалась на части: с Ильей ей было тоскливо, а стоило ей отойти от приятеля хоть на шаг — допустим, поболтать с Майей или Петром — он исчезал. Потом вдруг приходил обратно и как ни в чем не бывало продолжал разговор — например, отвечал на вопрос, который Элен задала полчаса назад.

Ближе к ночи они опять отправились на прогулку.

Пирс. Лунная дорожка поверх воды. Огоньки вдалеке на другом берегу Блинского моря — кто-то жжет костры.

Илья стоит, опершись на перила и низко наклонив голову.

Элен берет его за руку. Рука очень холодная, как у зомби.

— Ты меня избегаешь? — спросила Элен.

— Не тебя, а их, — голос Ильи угрюм. — А ты, если хочешь, можешь с ними развлекаться, я не против.

— Я хочу быть с тобой… — за последние дни Элен так вжилась в роль девушки, влюбленной в Илью, что последнюю фразу она произнесла так, будто сама в нее верит.

— Зачем тебе это?

— Илюша! — Элен вдруг поняла, что хочет откровенности, а для этого нужно самой сыграть в открытую. — Ну что я сделала не так?

Илья молчал.

— Это из-за Иры, да?

— Кто тебе рассказал? Майка? — сдержанно удивился Илья. — А, какая разница! Можешь считать, что из-за нее.

— Как у вас с ней вообще что-то началось? — не удержалась от вопроса Элен.

— Да я сам не понял как. Как-то раз она меня попросила съездить с ней в библиотеку, подобрать материал для реферата. Мы съездили, потом она мне предложила посидеть в кафе. Домой возвращались уже поздно вечером, я проводил ее до подъезда, и она меня… — следующее слово Илья проговорил с огромным усилием, словно оно царапало ему язык, — поцеловала… Так, слегка. Потом мы еще раз встретились вне учебы. И еще.

«Как я и думала, инициатива шла целиком от Иры», — отметила Элен. И тут до нее дошло: Илья — все еще девственник. Поэтому он до сих пор не умеет обращаться с девчонками и позволяет им себя разводить.

— А что было потом?

— Не важно.

— Вы спали? — нелюбезно перебила Элен. Впрочем, ответ был очевиден.

— Нет.

— Потом она тебя бросила, да? Илюша, ведь ты сам понимаешь, что ей просто захотелось с тобой поиграть.

Он как-то странно усмехнулся:

— А ты так уверена, что это она меня бросила, а не наоборот?

— Илюш, я не понимаю. Хочешь сказать, это ты ее бросил? Но почему? Она очень красивая.

Илья молчал.

— Илюш, ну я же вижу, как ты из-за нее страдаешь! Ну почему ты мне не хочешь ничего рассказать?

— Не из-за нее на самом деле.

— А из-за кого же тогда?

Молчание.

— Вот вы где! А я вас ищу! — воскликнула Майя. — Элен, без тебя так скучно! Пойдем!

— Без него я никуда не пойду, — отреза-ла та.

— Иди, я не против, — сказал Илья.

— Он не против, слышишь? Пойдем!

— Сейчас. Майка, оставь нас на минуту.

Майя кивнула и ушла с пирса.

— Илюша, у тебя все будет хорошо. Пойдем. Посидишь со всеми за столом, винишка попьешь… — Элен громко сглотнула, потому что в горле пересохло от волнения. — Я тебя поцелую. Обещаю.

Илья повернул голову к Элен. Луна сверкнула в его очках.

— Илюша, ты не думай. Я не как Ира. Я другая. Я не хочу сделать тебе больно. Ты мне просто очень нравишься. Ты мне всегда нравился.

Она подняла глаза и при свете луны увидела, что Илья улыбается:

— Ты мне тоже, Ленок. — Он вдруг щелкнул ее по носу, как совсем мелкую шмакодявку. — Но это ничего не значит. Если бы ты только понимала…

Он рассмеялся, хотя ничего смешного вроде бы не случилось.

Элен вдруг вспомнила, как они расстались в прошлый раз. Илья просто перестал ей звонить и писать по электронке, а она сама была слишком хорошего мнения о себе, чтобы выходить на контакт самой и набиваться на встречу.

— Ты только над собой ничего не делай, — предостерегла она на прощание.

— Не дождетесь, — фыркнул Илья, которого словно зарядили какой-то злой, но мощной энергией на год вперед.

Элен все-таки поцеловала его на прощание. В подбородок. И ушла вместе с Майей.

— Лена, вот честно: что ты в нем нашла? — спросила она по дороге.

— Лучше парня я не встречала, — уверенно ответила Элен.

И пусть Майя передаст эти слова всему своему курсу!

«Эх, Илюша, что же с тобой не так? Ты так и не сказал!»

В столовой продолжалось веселье. Выпивки опять было вдоволь: наверное, съездили за ней в ближайшую деревню.

— Элен, давай к нам! — предложил Павел.

— Да, попробуй! — воскликнула Ира.

Они играли в невесть откуда взявшийся игрушечный дартс, прицельно метая дротики в висевшую на стене круглую пенопластовую мишень.

— Я не умею, — хмуро ответила Элен. Несколько человек захохотали, громче всех — Л.Д.

— Ну, ты умора! — заливался графоман. — Чего тут уметь? Бери да кидай!

Элен готова была голыми руками распотрошить этого картавого, самодовольного, неостроумного толстяка. Она лишь головой мотнула, но Паша и Л.Д. уже подхватили ее под руки и подвели к проведенной мелом на полу черте.

— Давай, Ленок, у тебя должно получиться! — Паша вручил ей дротик.

Элен никогда в жизни не метала дротиков. Она примерилась, сощурив один глаз, швырнула. Дротик ударился острием о стену в нескольких сантиметрах ниже мишени и упал на паркет.

Л.Д. опять захохотал. Он умел находить смешное в самых простых вещах.

— Не так, Леночка. — Паша вложил в руку Элен новый дротик, при этом слегка приобнял девчонку за талию.

— Да пошли вы все! — Элен оттолкнула Пашу, швырнула дротик на пол, выхватила из сумочки «Вырвиглаз» и принялась палить в мишень.

Первые несколько пулек ударились в черный центр мишени, вырывая из него куски. Затем мишень соскочила с гвоздика и упала на пол — даже после этого Элен продолжала палить в нее и остановилась, лишь когда кончились патроны.

Никто больше не смеялся и не разговаривал.

Элен убрала пистолет в сумочку, схватила со стола чей-то стакан с выпивкой, молодецки отхлебнула, потом зажгла сигарету и уселась за стол рядом с Петром и Майей. Эх, жалко, Илюха не видел!

Первым пришел в себя Паша.

— Так, с дартсом не получилось, — бодро произнес он как ни в чем не бывало. — Давайте в города на раздевание!

— Лучше танцевать! — предложил кто-то. Никто больше не смотрел на Элен, кроме Петра и Майи (все поняли негласный приказ Президента: вести себя так, словно ничего не случилось).

— Классно ты их огорошила, — прошептал Петр. — Слушай, у тебя с Илюхой все серьезно?

— Спроси у него, — ответила Элен.

В тот вечер ни Паша, ни Л.Д. ее больше не трогали. А Элен больше не пила спиртного. Она знала, что в эту ночь что-то случится. Особенно пристально наблюдала она за Ирой и Павлом.

Вот они сидят вместе, голова Первой Леди лежит на плече Президента. Вот Павел, Л.Д., Ира и еще кое-кто из приближенных вышли покурить в вестибюль столовой, когда веселье уже приутихло и народ стал потихоньку покидать помещение — мелкими группами по двое.

Вот Л.Д. и остальные возвращаются в обеденный зал. Президента и Первой Леди нет. Пора выскользать из столовой. Цифровая камера уже приведена в боевое положение.

Вот и августейшая чета — два высоких силуэта. Куда это они? Конечно же, в сторону домиков! Собираются устроить маленький секс-сейшн. Это непременно нужно запечатлеть. Для потомства, скажем так.

«Илюша, если я хоть чем-то смогу отомстить им, я это сделаю», — мысленно поклялась Элен.

Они исчезают в бунгало, где живет Ира. В ее комнате вспыхивает свет.

Теперь осталось только подкрасться к окошку, высунуть камеру и молиться, чтобы не заметили.

Павел и Ира разговаривали совсем не как влюбленные: не шепотом, а в полный голос. Слышно было не очень хорошо, но разборчиво.

Долгое время Павел и Ира сидели в разных концах комнаты с видом смертельно уставших людей. Павел — в кресле, Ира — на кровати. Они были хорошо видны сквозь полупрозрачную занавеску.

— Эта Ленка такая чума, — ни с того ни с сего сказал Президент, откинув голову так далеко назад, словно ее наполовину отсекли.

— Да… — как-то безразлично согласилась Первая Леди и так же невозмутимо поинтересовалась: — Ты ее хочешь?

Павел засмеялся:

— Вот еще! Не мой формат. Типа твоего Илюхи.

— Не смей так говорить: «твой Илюха», — голос Иры стал злым. — Он такой же мой, как и твой.

— Зачем же ты с ним путалась?

— Не твое дело! — теперь она была готова заплакать. — Мне так все надоело!

— Мужика тебе надо приличного! — заключил отставной моряк.