Алфи и Джордж

– Мяу, – я утвердительно боднул ее в колено.

– Что такое? Что случилось?

– Мяу, – повторил я и повел ее наверх.

– Джордж, какой кошмар! – сказала Клэр, увидев котенка в остатках шарфа. Сокрушенно бормоча, она попыталась его распутать, но ничего не получилось. – Беда, тут не обойтись без ножниц.

Она вернулась с ножницами, которыми стригла ногти Саммер, и стала осторожно резать нитки. Я увидел, как Джордж зажмурился: он явно боялся, что заодно ему состригут шерсть. Когда наконец Клэр его освободила, он отскочил с такой скоростью, какой я раньше за ним не замечал. Наверно, решил не дожидаться еще одного выговора.

– Не знаю, что скажет Джонатан, это был его любимый шарф, – заметила Клэр, выходя из комнаты.

Вечером после ужина Клэр повела Ташу в бар, сказав, что полезно иногда сменить обстановку. Думаю, она надеялась, что там Таша перестанет плакать. Бедняжка, она держалась при Элайдже, но совершенно падала духом, стоило тому заснуть. Я проводил с ней каждую свободную минуту, но совсем не мог утешить, сколько ни ластился. Я понимал, как она страдает – наверно, так же как я, когда остался без Снежки, – и знал, что такие раны лечит только время. Но с ней был ее котенок Элайджа, он должен был помочь ей, как мне помог Джордж.

Мы с Джонатаном устроились на диване. Джордж свернулся клубочком в кресле и спал. Давно мы так не сидели вдвоем, в тишине. Это было приятно.

– Ну что, Алфи, – сказал Джонатан, положил ноги на кофейный столик, включил телевизор и отхлебнул пива. – Отдохнем от женщин и детей. Ты не представляешь, как я рад, что Джордж испортил шарф! Я носил этот ужас только потому, что Клэр заставляла. Колючий, слишком длинный. Хорошо, что она забросила спицы и не свяжет новый. А я себе заведу нормальный из кашемира. Надо будет купить мелкому в награду сардинок.

– Мяу! А мне?

– И тебе, само собой. А пока давай наслаждаться минутой тишины в нашем сумасшедшем доме.

Я кивнул и зевнул. Отдохнуть в последнее время удавалось нечасто.

***

Через некоторое время меня разбудил звук открывающейся двери. Я услышал хихиканье и громкое «Тсс!».

– Ну здрасьте, они напились, – сказал Джонатан, заставляя себя собраться с силами.

Клэр и Таша вошли в гостиную нетвердой походкой. Клэр обняла Джонатана и чуть не упала на него, а потом на меня.

Таша плюхнулась в кресло, едва не раздавив Джорджа. Тот испуганно подскочил, а потом устроился рядом с ней. Таша стала его гладить, и котенок замурлыкал от удовольствия.

– Мы придумали план, – объявила Клэр.

Она и вправду слишком много выпила. Я понял это потому, что она говорила очень громко.

– Придумали, – заплетающимся языком подтвердила Таша.

– Может, расскажете какой? – поинтересовался Джонатан.

– Таша пойдет к твоему адвокату, завтра я запишу ее на консультацию, – речь шла о хорошем специалисте, которого Джонатану посоветовали на работе. – А потом она продаст дом и переедет на Эдгар-Роуд. Скажи, блестящая идея!

– Да, мне пора взять себя в руки, – согласилась Таша и шумно засмеялась.

Для меня до сих пор загадка, что люди находят в алкоголе. Я сам, конечно, не откажусь от валерьяны, как любой кот, но мы все-таки соблюдаем меру.

– А разве на нашей улице продается дом? – поднял бровь Джонатан.

– Представления не имею, – ответила Клэр. – Улица большая.

Мне эта мысль очень понравилась. Я был бы рад, если бы Таша поселилась рядом и у меня появился еще один дом, почти как в старые времена.

– Ну что ж, неплохо. А ты все продумала, Таша? – осторожно спросил Джонатан. – Не хочешь подождать?

– Нечего ждать, Дейв не вернется, – она вдруг зарыдала. Я часто видел, как у людей резко меняется настроение. Вот Джордж лизнул ее в щеку, и она засмеялась, подтверждая мои наблюдения: – Ой, Джордж! Обожаю этого котеночка. И тебя, Алфи, – добавила она, словно из вежливости, но я не обиделся. Я успел привыкнуть, что Джордж всех очаровывает, а я остаюсь в его тени. Думал, что буду ревновать, но, наоборот, радовался, потому что котенок и меня покорил.

– Ну, тогда все отлично. Можешь рассчитывать на мою помощь, – сказал Джонатан. – А сейчас вам обеим нужно выпить по стакану воды и укладываться спать.

Я оставил его разбираться с женщинами, а сам повел Джорджа в корзинку. Мне было приятно, что Таша, хоть и плакала, смотрела в будущее. Я подумал, что и сам так делаю. Снежку мне не забыть никогда, но жизнь продолжается. Как ни хотелось моей раненой душе остановить время, сделать это было невозможно; так уж мир устроен.

И все-таки если бы я повстречал Дейва, я бы обтерся об него с ног до головы – пусть знает, как обижать одну из моих самых очаровательных двуногих знакомых.

Глава 14

Настал важный для нас день: Клэр повезла Джорджа на прививку, а значит, его скоро должны были выпустить на улицу. Несмотря на панический страх перед врачами, я хотел поехать с ним и рассердился, что меня не взяли. Я очень старался, чтобы Джордж вслед за мной не начал бояться ветеринаров – они ведь ничего плохого не хотят, вот только бесцеремонно лезут в разные места. Я сказал Джорджу, что его не обидят, и расписал, как хорошо на улице. Мне хотелось поскорее вывести малыша гулять, похвастаться перед друзьями и показать ему окрестности.

К моему удовольствию, пока Джордж был у ветеринара, кошачью дверцу оставили открытой. Мне важно было сообщить приятелям о своей догадке про кошек со столбов. События приняли тревожный оборот, а я знал, что объявления по-прежнему всех занимают.

Еще я надеялся познакомиться с новыми кошками на Эдгар-Роуд. Отцовство почти не оставляло мне свободного времени, так что я начал ценить каждую минуту. Раньше я занимался чем хотел, а теперь воспринимал такую возможность как подарок. Кроме того, в заботах о Джордже я совсем махнул на себя лапой. Пора было вспомнить, какой я общительный светский кот.

Я заглянул к Тигрице и постучал кошачьей дверцей у нее на крыльце, потому что не мог дотянуться до звонка. Подруга вышла, облизывая усы.

– Я тебя оторвал от обеда? – спросил я.

– Нет, я просто перекусывала, – ответила она.

Тигрица любила поесть, хотя с тех пор, как мы подружились, я убедил ее больше двигаться, и теперь она была не такой ленивой, как раньше.

– Я хотел обсудить с тобой кошек со столбов, но думаю, надо позвать остальных, чтобы не рассказывать два раза.

– Неужели ты что-то выяснил? – заинтересовалась Тигрица.

– Да, я разобрался. Объяснять придется много.

Я зашагал вперед, Тигрица шла рядом. Издали я заметил Элвиса и Родди, а с ними одну из новых кошек. Я оживился. Тигрица была права, мне нравится строить догадки про незнакомых кошек и людей. Я пригладил языком шерстку и подошел.

Невозможно было не заметить, до чего эта кошка хороша; пусть в моем сердце по-прежнему царила Снежка, я все-таки не ослеп! Я заметил, что Тигрица поглядывает на меня искоса, и подумал, не ревнует ли она. Тигрица не любила меня с кем-нибудь делить, хотя вряд ли у нее были на меня виды. Или нет? Я постарался успокоить ее взглядом. Мне сейчас было не до красавиц, и я не знал, когда буду готов к новым романам. Может, и вовсе никогда.

– Алфи, Тигрица, хорошо, что вы пришли. Я рассказывал про новых кошек, вот одна из них. Познакомьтесь с Пинки, – объявил Родди.

– Будем знакомы, Пинки, – промурлыкал я.

Она была той же масти, что и я, но с очаровательной круглой мордочкой и в ярко-розовом ошейнике.

– Очень приятно, Алфи, – она улыбнулась так, что у меня шерсть встала дыбом. – Тигрица, рада тебя снова видеть.

Я подумал, что Пинки прекрасно воспитана. Тигрица хмыкнула, но ничего не сказала.

– Ты здесь недавно? – спросил я.

– Да, мои люди уехали в место под названием «заграница», не смогли взять меня с собой и отдали в другой дом.

– Тяжело тебе пришлось, – сказал я. – По себе знаю, каково это – расставаться с хозяевами.

– Да, я немного слышала про тебя от Элвиса. Но сейчас меня поселили с хорошей женщиной, которая не скупится на деликатесы.

– Рады за тебя, – перебила Тигрица, – но у нас есть дела поважнее еды. Алфи, расскажи всем, что ты узнал насчет портретов.

– Ой, а ты что-то узнал? – спросила, приближаясь, Нелли.

Я встопорщил усы, а все собрались вокруг.

– Да. Портреты на столбах – вовсе не конкурс красоты. Они значат, что кошки пропали.

– Пропали? – ошарашенно переспросил Родди.

– Вот именно, хозяева повесили объявления, не видел ли кто-нибудь их кошек. А значит, дома их нет, – я чувствовал себя очень осведомленным. Остальные слушали, затаив дыхание. – Со мной однажды тоже так было. Джонатан и другие мои двуногие думали, что я потерялся. Они просто не знали, что я попал в больницу. Следовательно, нам надо выяснить, исчезли эти кошки по-настоящему или сами ушли из дома.

– То есть сбежали в поисках лучшей доли? – спросила Нелли.

– Или нашли других хозяев, – предположила Пинки.

– Но их как-то слишком много, – заметил Родди.

– Это правда. Не исключено, что кошки действительно пропали, и мы должны понять почему. Могли, конечно, и уйти к хозяевам получше. Такое случается.

Я был верен своим людям, но они со мной тоже хорошо обращались; а бывает и наоборот.

– Значит, нам надо быть начеку? – спросил Элвис.

– Да, – ответила Тигрица. – Мы думаем, что бояться нечего, но нужно держать ушки на макушке и время от времени делиться тем, что мы узнали. Так будет правильно.

– Тигрица дело говорит, – согласился я.

– Алфи, а угадай, где я познакомился с Пинки, – с гордым видом сменил тему Элвис. Он ни на чем не мог сосредоточиться, сразу отвлекался.

Я удивился: неужели у них с Пинки роман? Вряд ли: она для него слишком юная и хорошенькая.

– Где? – спросил я.

Тигрица ловила свою тень и притворялась, что не слушает.

– У себя в холодильнике.

– В холодильнике? – изумился я.

– Я люблю холодильники, – ответила Пинки. – Сначала хозяйка не выпускала меня на улицу, а когда выпустила, я по ошибке зашла в дом к Элвису.

– Потому что он соседний, – подсказал Элвис.

– И холодильник был открыт, а я просто не могу пройти мимо открытых холодильников.

– Да, а потом моя хозяйка его закрыла, и Пинки осталась внутри. К счастью, хозяйка забыла убрать молоко, открыла холодильник снова, и Пинки выскочила. Напугала ее не на шутку, – Элвис засмеялся.

– Ничего себе история. А ты не мерзнешь в холодильниках? – спросил я.

– Мерзну, но обычно я там не задерживаюсь. Главное не сколько просидишь, а сколько унесешь, – невозмутимо объяснила она.

– Ну вот, я проводил ее домой, и мы подружились, – закончил Элвис.

Тигрица неопределенно хмыкнула.

– Что ж, приятно познакомиться, только в холодильники ты, по-моему, зря лазаешь, это опасно, – предупредил я. – А то тебя случайно закроют, и будет твой портрет висеть на столбе.

– Так вот, я как раз говорил Пинки, что у Алфи нет подружки, – перебил Родди.

– Что? – спросил я.

– Ну, мне подумалось, что Пинки недавно переехала, а ты свободный кот, погулял бы с ней.

То есть теперь приятели решили найти мне пару? Неужели они сразу задались такой целью?

– Извини, Пинки, но я до сих пор не оправился после расставания. Не могу представить рядом с собой другую кошку, – смущенно пояснил я. Мне было ужасно неловко.

– Погоди-ка, – остановила меня Пинки. – Ребята, спасибо, что вы обо мне хлопочете, но знаешь, Алфи, я не стану притворяться: ты не в моем вкусе.

– Не в твоем? – вот теперь Тигрица оживилась.

– Да, я предпочитаю, что называется, более внушительных самцов.

Я обиделся. Внушительных самцов? Это еще в каком смысле? Тигрица безуспешно сдерживала смех, а Родди с Элвисом даже не старались.

– Вообще-то я себя считаю вполне мужественным, но, по крайней мере, мы согласны в главном. А дружить нам в любом случае ничто не мешает, – я собрал остатки уязвленного самолюбия. – Но сейчас мне пора домой, меня ждет котенок. Помните про кошек со столбов и не забывайте поглядывать по сторонам!

Оставив друзей на газоне, я потрусил домой. Ах, я недостаточно внушительный самец? Я выпятил грудь и зашагал вразвалку, чтобы все видели, какой я на самом деле суровый.

Когда я пришел, дома было тихо: Клэр с Джорджем еще не вернулись от ветеринара. Я погулял по комнатам, наслаждаясь спокойствием и простором. Совсем как раньше, когда Клэр с Джонатаном уходили на работу, а я оставался в доме хозяином. Вернуться в те времена я ни за что бы не хотел, поскольку не представлял свою жизнь без Саммер и Джорджа, но приятно иногда побыть в тишине.

Я размышлял о пропавших кошках. Определенно, за всем этим крылась какая-то тайна, которую я должен был во что бы то ни стало раскрыть. Четыре кошки практически одновременно решили уйти из дома – многовато для простого совпадения. С другой стороны, такое могло случиться. Может, хозяева были злые, плохо кормили или заставляли спать в сарае? Любой из этих причин достаточно, чтобы убежать.

Я дремал на кровати Клэр, когда услышал, что открылась дверь. Я потянулся, зевнул, вылизал лапы и пошел вниз.

– Джордж, не бойся, мы уже дома, – ласково приговаривала Клэр.