Малыш Гури. книга вторая. Мы в ответе за тех…

   Он помолчал, внимательно меня рассматривая.

– Ты не обманешь! Я знаю! Клянусь, быть тебе верным. Но вот я должен точно знать, что ты меня не впихнёшь в животного или особь женского пола! Я не хочу ими быть. Пообещай, хозяин! – простонал он.

   О, боже! Мало мне Хэрна с Мартином, так ещё это создание себе на шею вешаю.

– Ладно, договорились! – проронил я – А теперь, к делу! Видишь эту девушку?

– Да-а, ну и видок! Ты что с ней сделал? – задумчиво проговорил он.

– Я, как раз, ещё ничего особенного не делал, а вот ты, наверное, сможешь. Посмотри, на неё наложено заклинание, причём его она сама себе умудрилась навесить. Представляешь? Врождённые способности. А плетение немаленького ранга. Максимальный уровень, девятый. Я придумал и сделал вот эту штуку, – я вытащил из кармана кулон – надо бы это плетение впихнуть в него, тем самым освободив тело девушки от его действия. Что скажешь?

– А приманка? Приманка нужна! Ну-ка покажи, что ты там напридумывал? – Он уверенно взял в лапу кулон. И так повернет, рассматривая, и так. – Плетение хорошее, но его недостаточно. Крови своей добавь. Запусти его, а потом пару капель на него вылей. С одной стороны только на тебя завязано будет, с другой стороны, есть опасность, что плетение на тебя перекинется. Но, в последнем, я тебе помогу. И это, ошейник сними с неё. Мешать будет. Непростая штучка. Явно, мои хозяева руку к нему приложили! Сейчас помогает, а когда плетение снимать будем, то… подожди-ка, а если именно его и прицепить к кулону? На время, пока плетение снимать будем! Но вязать их между собой надо таким же металлом, как и основание кулона. Может получиться. Но кровь свою все-таки используй. Плетение сильное, надо ограничение поставить, чтобы другим не досталось! Никто, кроме тебя, пока ты жив, им воспользоваться не сможет, если ты его, конечно, сам им активированное не подаришь, или временно попользоваться не дашь!

   Я задумался. Риск велик, а вдруг это тело меня разводит? Но, с другой стороны, ему тогда тоже хана. Рискнуть, не рискнуть? А у меня, что, есть альтернатива?!

– Хорошо! Я тебя завтра позову. А пока, за это время приготовлю ошейник с кулоном. Бывай!

   Хлопок и мартышка исчезла. Прикольно!

   Сняв с Мани ошейник, вышел искать Марфу. Хозяйка готовилась к вечерним занятиям. У меня в комнате накрытый стол, постель заправлена в новые простыни и количество подушек увеличено. Она как раз надевала наволочки на них, когда я вошёл. Какие формы! Даже балахонистый халат не портил фигуру женщины. И когда нагибается, полы халата подскакивают, открывая прекрасный вид на ножки. Неплохо!

   Я подошёл и положил руки ей на талию. Она дёрнулась

– Фу, ну ты и испугал! – схватилась она за сердце. Уселась на кровать и привлекла меня к себе. Я дотянулся губами до её лица и дальше долгий, одурманивающий поцелуй.

– Я ошейник с Мани снял! – прошептал я – Ты меня чуть из памяти не вынула! Она сейчас проснется, если уже не проснулась. Её надо покормить и процедуры разные … ну, ты понимаешь, провести. А потом спать отправить. Я завтра кулон доработаю, в церкви подзаряжусь, и завтра, сразу после посещения церкви, будем снимать плетение. – Марфа прижалась лицом к моей груди. И вздохнула. Я обнял её за плечи и рукой гладил волосы. – Не беспокойся, всё будет хорошо. Ты пока Мани займись, а я к сегодняшним занятиям подготовлюсь, раз уж у нас завтра посещение церкви намечается. – я поцеловал подставленные губы и, не удержавшись, погладил мягкую податливую грудь.

– Ах! Осторожней, проказник, мне ещё за дочкой ухаживать! А от тебя я сегодня утром и так на еле гнущихся ногах вышла. Ах! Ну что ты делаешь?!!! – уже двумя руками сжал прелестные полушария. Нет, надо отстраняться, иначе Мани точно окажется голодной или ещё чего похуже.

– Ошейник на Мани одеть не забудь! Завтра с самого утра снимешь. И, прежде чем утром уходить, не забудь меня разбудить. Всё, беги! Я мыться и работать. Если зайдёшь, и я с тобой не разговариваю, то не пугайся, я просто работаю, подожди. Хорошо?

– Я обязательно дождусь! – она, первый раз за всё время, сама меня поцеловала в губы неумело, но страстно. Боги! Волна по всему телу, как цунами распространяется. Какая женщина! Ну почему меня угораздило вселиться в этого мальца, нет, чтобы выбрать кого постарше?! А так, на верочку, одно извращение получается. Даже не заметил, как вышла. Блин, а похоже, тренировки продолжаются! Меня явно вывели из себя, в смысле, я потерял голову и слабо понимал, что вообще происходило! Надо быть внимательнее и такого стараться больше не допускать.

   После принятия душа, завернувшись в одеяло, уселся в позе лотоса на кровати. Я хотел устранить одно упущение, о котором постоянно забываю. Я хотел проверить, смогу ли я повесить себе на колодец очередную гирлянду плетений "на всякий случай". Плетение это будет, конечно школы магии Тайны леса, пятого уровня. А к нему позже подберу ещё четыре из этой же школы. Обычно, на такие плетения, для создания руны, мне хватало часа два-три, а порой и четыре. Но я надеюсь, за последнее время малость прокачался. И даже если не получится навесить новую гирлянду, то уберу одну из старых, а на её место придётся вешать магию жизни. Приступаем!

   Как и предполагал, руна заняла у меня времени не менее трёх часов. Я так ушёл в работу, что не следил, что творилось вокруг. Я сильно устал, но своего добился. Плетение очень сложное и любая неточность разваливала уже собранную руну. Но я победил. Мне удалось навесить новое плетение. Ура!!! Я прокачал очередной уровень, я смог!!!

   Когда осознано смог думать и понимать, что делается вокруг, обнаружил сидящую рядом с собой в своём халатике Марфу.

– Давно сидишь? – тихо спросил я.

– Выспаться бы не успела, но наши уже до песен дошли!!!

– Понятно, значит давно. – отдышавшись, скинул с себя одеяло и голый, спрыгнув с кровати, поплёлся в своим вещам, аккуратно сложенным и лежащим на кресле. Из кармашка пояса, первым делом вытащил кусочек НЗ и в рот. Да-а, на вкус дрянь, кто бы спорил, но вот силы и бодрости добавило с избытком! Теперь пояс на себя сверху надеваем. Понимаю, что выгляжу смешно! Голый, но в каске, в моём случае с поясом, хотя бы нижнее бельё надеть, но и так сойдёт. Возвращаемся. Хм-м! угадал. Вот моя красавица кривится от смеха. Ничего, тебе сейчас самой не до смеха станет.

– Раздевайся и ложись на спину. Глаза закрыть, не подсматривать! Ноги раздвинуть не забудь!

   Ага, вот и она опешила. Когда любовью занимались, всё было чинно и красиво и нежности масса. А тут, одни команды! А как ты хотела – медицина это серьёзно!

– Марфуша, давай быстрей, пока у меня сил на плетение достаточно. Если после него свалюсь, то не обессудь.

   Она выпучила глаза и рывком скинула с себя халат, быстро улеглась на кровати, не забыв выполнить все мои указания.

   Ну, что, пациент готов, руна тоже. Сил – море после НЗ. Камни хаоса в наличии. Я положил левую руку на левую грудь, а вторую пристроил точно между ног красавице. С богом.

– Мани ошейник одела? – напоследок спросил я.

– Да! – коротко ответила возлюбленная.

– Ну, тогда начали! – и я активировал руну!

   Что тут началось! Марфа выгнулась мостиком, грудь окаменела застывшими сосками, а изо рта раздался крик наслаждения и боли. Видно, не стоило через влагалище такое сильное плетение пускать, но с другой стороны, там ближайший путь к внутренним органам. Теперь ждём результатов! А как она дышит, как дышит, с надрывом, резко выдыхая воздух. И руками хватается больно. Интересно, сколько ей времени понадобится, чтобы в себя прийти? И колотит её сильно, волны оргазма прокатываются по телу одна за другой! Ага, вот вроде успокаиваться стала. А я наоборот, стою с трубкой торчащей! И клыки не помогают, глядя на те танцы, что вытворяет молодая девушка. А ведь точно, помолодела! Ё-моё! А это уже серьёзно! Наши дамы такие изменения во внешности хозяйки вряд ли пропустят. Надо как-нибудь обговорить с Марфушей, чтобы она маскировалась и поменьше им на глаза попадалась, пока не уедем. И голос у неё изменился, звонче стал, и волосы почернели. И грудь заострилась и сама немножко тоньше стала, а на лицо, и вовсе красотка. А ножки, мечта богини!

   Я присел на кровать, рядом с девушкой, она продолжала подрагивать и тихо стонать, раскинув в стороны руки. Я погладил гладкий живот, под моей рукой её тело вздрагивало и извивалось. А горячая какая! Спускаемся дальше, сокровенное пока не трогаем, а вот по ножкам пройдёмся. Нежное, юное тело. Кожа бархатистая и чистая. А кожа, какая упругая! Память тела! Такой и была она в далёкой молодости! А ведь она намного старше гнома была. Точно! И что же её, на старости лет, на чужбину потянуло? А оно мне надо, их тайны? Нет конечно, но вот попользоваться таким удивительным женским телом необходимо и плевать, что я по возрасту в любовники не подхожу, по разуму уже давно дед. Ага, похоже искусительница в себя приходить начала. Если сразу после применения плетения руками хваталась и синяков наделала, потом, как плети висели с краёв кровати, то сейчас обдуманно поглаживает мои ноги. А не дать ли ей свой стручок потрогать. Посмотрим, как она на такой экстрим себя поведёт? Руку дала свою спокойно взять, а вот теперь немного напряглась, но без последствий. Ничего, пусть привыкает. Гладит приятно, появившийся из своей ниши малой кайфует, но на работу аппарата не влияет. Отлично, а мы пока её задницей займёмся. На ласки девушка очень отзывчива, на каждое прикосновение отвечает. А её мягкие задние булочки просто бесподобны. Надо заканчивать, иначе, как вчера, конфуз произойдёт, а мне, я думаю, сегодня стахановскую норму выполнять придётся. И как бы не перевыполнять, девушка то молодая, и опыта у неё…

   Вчерашний марафон мы, похоже, побили. Только было одно отличие. Факт остаётся фактом, но мне сегодня досталась девственница. Да-да, именно девственница! Плетение восстановило плевру.

   Я, как и вчера, устроился на прекрасном ложе, удобно расположившись между призывно распахнутых ног. Снова поцелуи, но в этот раз целовали больше меня, и я попытался войти во врата лона, но не тут-то было. И только после третей попытки я понял, что подо мной извивается от нетерпения девочка. И как только дружок выдержал такой напор и не иссяк на самом интересном месте? У меня постоянно перед глазами клыки торчали, и надо отдать им должное, действовали очень успокаивающе. А дальше, тугое, отзывчивое влагалище и стоны, крики и мотавшиеся перед лицом соски грудей. Потом пошло по накатанной – дозированное действие плетения, шторм, плавно переходящий в ураган и крики, крики, крики.

   Сколько я так продержался, не знаю, но момент извержения проморгал, отдавшись чувствам и наслаждению прекрасным женским телом. И снова удар плетением и я еле удержался на ходящем волнами теле.

   Отходили от оргазмов долго. Я свалился рядом и перевернулся на спину. Боже, как хорошо! Марфа отдыхала рядом, сперва, как и я, лежала на спине, а потом повернулась на бок, ко мне лицом, положив голову на услужливо подставленное мною плечо.

– Я не знаю, что ты со мной делаешь, но это прекрасно! – прошептала она. Я ничего не ответил, а что говорить? Мне хорошо, ей хорошо – что ещё надо? Оказалось, что всё-таки надо.

– Милый, у меня к тебе просьба, и даже не знаю, как ты к ней отнесешься.

– Ну, пока я не услышу в чём она – я не узнаю своего к ней отношения! – подбодрил я, с чего-то застеснявшуюся подругу.

   Она уткнулась лицом мне подмышку и оттуда раздался её приглушённый голос:

– Я хочу девочку!

   Я завис: – " Я-то тут причём? По части детей – это к Дору. А я так, рядом побегал!" Но у благоверной мысли на этот счёт в корне отличались от моих!

   Мы так и лежали не накрытые, отдыхая после бешеных скачек. В комнате темно, слабый свет от ночного звёздного неба проникает через прикрытые ставни. Горячее, мягкое, приятное тело бод боком. Только вот идеи это тело подкидывает, просто жуть!

   Она молча сопит, уткнувшись лицом мне в грудь, молчу и я. А что говорить, я даже причины такого явно взвешенного решения не знаю, и она объяснять ничего не собирается.

   Чувствую, сейчас разревётся и уйдёт, и мои прекрасные занятия прекратятся. А вот как раз их прекращения я и не хотел.

– Почему именно я? – тихо спросил я.

   Она заворочалась, удобно устраиваясь у меня на груди, и, водя пальчиком по моему животу, глубоко вдохнув, ответила:

– Дор не может больше от меня иметь девочек. Если у нас будут дети, а после твоего вмешательства будут и не один, то будут сплошь мальчишки. Увы, проклятье некроманта! А я! Я хочу девочку и не одну. Сейчас мне и одной хватит, но я теперь тебя буду ждать всегда, и после каждого твоего приезда я буду ждать рождения девочек. Не беспокойся, в плане наследства они ни на что претендовать не будут!

   Я поражённо молчал! Вот так поворот!

– Ты не ответила, почему именно я? – упрямо спросил Марфу.

   Она опять вздохнула и крепче прижалась ко мне всем телом, ещё и ногу закинула сверху, прижав ею к кровати. Будто боялась, что я убегу. Хоть дышать давала, и то хорошо!

– Другого мужчину Дор не потерпит, а ты его спас, как и всю семью. Не надо ничего мне говорить о великом маге каннов. Эту сказку впихивай другим! – не дала мне вставить слово Марфа.– для него ты почти родственник, притом младший. И я не хочу никого другого, кроме вас. Но девочку я хочу, помоги мне! А?

   Обкладывают со всех сторон! Но почему, именно девочек? Дочь у неё есть. Выздоровеет и дальше жить нормальной жизнью станет. Отчего у Марфы на девочках бзик произошёл? Я так у неё и спросил.

   На что будущая железная леди захлюпала носом и вдруг её прорвало:

– Я – Варга! У нас рождались до меня только девочки! Мы поддерживаем свою популяцию посредством принципа: "там, где смогли". У нас очень редко получаются семьи. Мужчины, пригодные для зачатия детей, на вес золота! А невосприимчивые к проклятию Варг и подавно. Мы все в герцогстве относимся к дворянам. Мы щит и меч Родины. В своё время, она единственная, кто дала пристанище изгоям! Нас планомерно уничтожали по всем материкам. Нас считают порождением тьмы. Нас ненавидят и мы честно платим всем той же монетой! Маниша тоже не вписывается в рамки, созданные для Варг. Она маг, а это невозможно! Но и это не главное! Варг учат и готовят с раннего детства, почти с пелёнок. Марфа уже никогда не сможет стать полноценной Варгой. И не потому, что она каким-то образом, наверное, из-за камня некроманта стала способной к магии, нет! Она просто физически никогда не сможет научиться тому, что я ей должна дать.

   -Никогда не говори никогда! – сказал задумчиво я – У неё свой путь, а с её упорством и силой духа, она твою школу пройдёт в укороченном варианте, и что-то мне подсказывает, что результат от этого не пострадает! Дай только время и возможность выздороветь. Возникает теперь вопрос, увы, не хотел его задавать, правда! Что ты тут делаешь столько лет? И как Варга, смогла жить среди других людей в другой стране, если вы всех ненавидите? И почему до сих пор ты не вернулась на Родину?

   Она опять вздохнула. Чувствую, сейчас пойдёт серьёзный разговор.

– Я из отряда чёрных кошек. Подразделение для выполнения специальных задач. Я ликвидатор. Была, пока меня саму не попытались ликвидировать. Меня магически изменили. Дав возможность выглядеть, как простая человеческая женщина. Но стоит такая операция…весь посёлок со всеми караванами и благородными с их оружием и драгоценностями не стоят вместе того, во сколько обошлась операция для нашего ордена. И это за одну меня! Таких как я, в отряде, было всего трое. После меня не осталось никого. Они были слишком молоды и самоуверенны. За что и поплатились. И теперь, сам понимаешь, мне дорога назад в герцогство заказана. В ордене знают, что я осталась жива. Но больше попыток ликвидации не предпринималось. Или чего-то выжидают или исполнителей нет. А насчёт детей…они все обречены! Если о мальчиках узнают в герцогстве, сюда придёт вся армия, чтобы их уничтожить. Пойми, Варг боятся все! Но сейчас есть какая-то гарантия их верности властям, так как фактически, от них зависит наше воспроизводство, ибо в основном, в качестве отцов Варгам идут каторжники и преступники. Для большинства из них это смертная казнь. Или они умирают в первую ночь, не подтвердив своего статуса, как полноценного партнёра для нас, или впоследствии гибнут, из-за нашего проклятья, превращаясь в безвольных животных. А невосприимчивых среди этого отребья, практически не бывает, а если и попадётся один, то за него идёт настоящая бойня. Мои мальчики могут перевернуть веками сложившийся уклад жизни! Поэтому никто из них и не знает обо мне, как о Варге. Вот только Ферр. С него я уже взяла клятву на крови. Он будет молчать, но пообещал мне жениться только на Варге! А там пусть, что будет. Я очень хочу помочь своему народу, я хочу дать ему шанс на счастье. Но свою семью я никому рушить не дам. Поэтому, мне и нужны девочки, чтобы создать из них себе полноценную замену. Ты, наверное, догадался, я была очень стара. И когда родила младшего, думала, не выживу. Не удивляйся, малыш, Варги до самой смерти выглядят очень хорошо, но вот внутренне чувствуют, что наступает конец. Ты, на удивление, смог сперва отодвинуть небытиё, а теперь и подарил новую молодость. Я знаю – это магия эльфов, причём высших. И не просто высших, а…боюсь даже произносить вслух свои догадки. Я думаю, ты понимаешь, о чём я говорю. Ты всё услышал. Решать тебе. Ты маг, а без твоего желания у тебя детей не будет и наоборот. Тем более, ты маг жизни. Помоги мне!

   Вот так засада. Тренировки, блин! Да, но отказать?! Всё это понятно, но обманывать Дора я бы в этом не хотел! И так себя очень неуютно чувствую, а тут ещё и дети.

– А если Дор узнает, что дети не от него? – тихо спросил я.

– Что значит, если узнает? – передразнила меня Марфа – он и так знает. Более того, именно он и предложил такой вариант. Ведь сам пойми, никто и не поймёт, что ребёнок не Дора! Кто же на нас с тобой подумает? Я понимаю, что всё выглядит со стороны не очень, но такая ситуация. Я, честно, уже подумывала о ребёнке на стороне. Я была стара, время, отмерянное мне богами, таяло. А не оставить вместо себя замену я не могла! У меня там, на Родине, есть дети. Как они сейчас живут, я не знаю. Но думаю, хорошо. Будет возможность, я весточку отправлю, а пока… ты мне поможешь?

   Пока говорила, Марфа вовсю рукой обрабатывала моего "предателя". Вот кто-кто, а он точно "За". Всё надо хорошенько обдумать, а думается мне всегда лучше всего под минет. А сейчас просто отличный момент приобщить Марфушу к этому интересному занятию. Пускай привыкает.

– Я подумаю – сказал я и добавил – а пока…

   И рукой легонько, но требовательно наклонил голову девушки к "дружку". Молча, без брыканий Марфа опустилась к низу моего живота, а потом…я потерял счёт времени. Как она была нежна и страстна!!! Увы, но магией здесь я помочь не мог и спустя немного времени я просто растаял, растворился, я взлетел и, наверное, впервые здесь мне снился удивительный сон про меня и молодую красивую девушку с чёрными длинными волосами.

Глава 7

   И снова – утро добрым не бывает. Раскрываю глаза. Рядом никого. Хм-м! А ведь я вчера ясно просил разбудить меня пораньше, как встанет. Солнечный свет заливает пространство комнаты. Я расслаблен, единственно, нижняя часть тела побаливает, видно сон был продолжением яви. Уработали меня, утробахали, или, как там будет по-испански? Но почему не разбудила? Потянулся на постели, хорошо! Есть хочу, мамонта бы съел. Встаем, одеваемся. Чувствую себя отлично, ни одной посторонней мысли. Голова ясная, чистая. Ай-да Марфа, все мозги высосала, голова пустая, как барабан. Как там Хэрн? По ощущениям, спит. Спит? Хэрн? Видно, хорошо вчера посидели. Раз солнце встало, а канн ещё не на ногах!

   Вышел в гостиную – никого, потом на кухню – никого. Не понял, ну кто-нибудь в доме должен быть?! Задержался в столовой, булочки фирменные, варенье, нашёл копченое мясо и котелок с тёплой кашей, типа рисовой с мясом. Прострация! Видно, голодный монстрик внутри меня прогрессирует, или такова реакция организма молодого на изнуряющий секс. Правда, какой из меня в этом возрасте сексометр?! Никакой! Поел, можно сказать, наелся. Пора искать хозяев и постояльцев.

   Поднялся на второй этаж, открываю дверь в комнату Мани. Ну, наконец-то, хоть одна живая душа. Марфа возится с дочкой, обтирает её, проводит водные, утренние процедуры. Меня не заметили, не будем мешать. Тихонечко закрыл дверь.

   В мастерской пацаны под руководством Ферро лепят наконечники для стрел. Я зашёл к ним в тот момент, когда он распекал за что-то младшего.

– Стэйн, сколько раз тебе говорить, работать с металлом нужно очень аккуратно, он раскаленный и трогать его голыми руками может только отец и Дэр. Даже у меня не получается без последствий. И пусть ты не получаешь ожогов, это ещё не говорит о том, что можешь самостоятельно выполнять работу о которой тебя не просят. Ваше дело стрелы, вернее, наконечники к ним делать, а болты обещался наделать для Хэрна Дэр. Хотя, честно сказать, и твой болт очень неплох. Надо его, пожалуй, отцу показать.

   Я протиснулся через щель приоткрытой двери и поздоровался со всеми.

– Привет, ребята, Хэрна не видели?

   Ферро обернулся и, увидев меня, улыбнулся

– Твой учитель – подмигнул мне Ферро, каждый раз намекает о том, что посвящен в нашу тайну – слегка вчера перебрал. И Мартин, кстати, тоже. Они сейчас вместе с баронетом в вашей телеге валяются, то есть – поправился разгильдяй – они изволили отдыхать. Иди, поднимай, а то точно до вечера проспят. И тебя отец хотел видеть. Чего от тебя батя хотел, не знаю. Но сказал, как тебя увижу, так к нему отправить. Я хотел тебя идти будить, но мама не пустила, а тут ты сам явился. Зайди к отцу в кузню, не забудь, он хотел тебе что-то показать.

   Я напрягся. Если верно то, что Дор в курсе наших отношений с Марфой, то мне очень не хочется оставаться с ним наедине, даже если не прибьет, то отвечать на его возможные вопросы очень бы не хотелось. Но Ферро об моих опасениях знать не стоит.

– Хорошо, Ферр, зайду обязательно. Я вообще, чего зашёл? У меня к тебе просьба. Вот эту безделушку – я достал из кармашка в поясе подготовленную заготовку артефакта в виде кулона, – что ты сделал, надо к ошейнику Мани прикрепить. Но закрепить её нужно только с помощью такого же металла, что и основание кулона. Я тебя попрошу, займись им немедленно. Он мне понадобится сразу после обеда. Не подведи, пожалуйста! И это, не знаешь, чего сегодня меня не подняли на тренировку? – спросил между делом я.

– Я тоже сегодня сам занимался, мама проспала. Представляешь! Такого никогда не было. Я попытался спросить, что ей такого снилось, так она меня так палками отделала. Вон смотри, какие синяки! При этом приговаривала, что любопытство само по себе не страшно, а вот навязчивое любопытство наказуемо. Сильно досталось, но била без злобы, точно от излишнего любопытства учит. Мама сказала завтра у нас зачёт на знание первого уклада стоек. Ты как их запомнил?

   Конечно запомнил, ещё и зарисовал, но ему пока об этом знать не стоит. Пусть учит самостоятельно, а у меня своих дел куча. А Марфа учудила… так перед детьми и спалиться можно.

– Нет, все не смог. Завтра потренируюсь. Я побежал! – я помахал рукой, внимательно слушавшим наш разговор пацанам. С ними я почти не общался. Они хотя и были моего возраста, но возможностей для общения у нас не было. Они пропадают на кузне и в мастерской, а я, то с Хэрном делами занимаюсь, то по ночам Марфа мне уроки преподаёт. Ни минуты лишней для отдыха нет.

   Дор со старшим сыном находились в кузне. Заходить к ним я не собирался и прямиком направился к нашей стоянке, пора бы проверить, как там мои члены отряда. Да и гитару хотел забрать в дом, вот уже почти неделю её в руки не брал. Была у меня мысль Марфе пару песен спеть. Я перед путешествием их на местный язык перевёл. Рифму подобрал, а мелодию и так с прошлых времён помню. Пришлось, правда, помучиться с новым, не привыкшим телом, но результат налицо. Аккорды простые, почти одни блатные, мелодии лёгкие, незамысловатые, а вот слова душевные, и в тему.

   Как и ожидалось, спящую троицу обнаружил в нашей повозке. М-да! Хорошо, никто сейчас не видит великого мага каннов! Спят все вповалку. Я шагов за двадцать услышал богатырский храп Мартина. А вот мой дружок только скулил. Один Жак распространял вокруг себя, поистине благородное молчание. Девочки наши убирали место вчерашнего пикника, и если от Олии я ещё мог ожидать выполнения простой женской работы, то Дана меня удивила до глубины души. Она, весело болтая со своей молодой подружкой, счищала огрызки и оглоданные кости в ведро для помоев и складывала посуду на подстилку перед красавицей Олией, которая мыла тарелки в большом котелке. Вот так новость для меня. А, что! Слуг нет, а есть из грязной посуды никто не хочет. Свою служанку Дана отправила на стоянку каравана после того, как Мартин принялся её плотно убалтывать, практически не уделяя внимание госпоже. Вот и устранила баронесса неожиданную конкурентку, тем более, та была совсем не против более близких отношений с Мартином. Теперь Мартин на просушке и от, мягко говоря, безрыбья начал заглядываться на баронессу, тем более она постоянно у него перед глазами маячит. Бедный Мартин. Слу-ушай, а не её ли имела ввиду Марфа, когда говорила…ёпрст. Вот засада, так это она и есть, монстр обольщения, а Мартин-то, держится! А чего она к нему прицепилась?! И не отстаёт же! Нечисто здесь что-то. Он ведь её реально унизил. Пусть и не специально, но всё-таки!

   Я оглянулся, на беспечно болтающих за уборкой девчат. А баронесса то очень ничего. Красивая, гадина. Но чего она к Мартину прицепилась? Ведь он не благородный, не лорд, а всего лишь наёмник. А она, как привязанная за ним мотается. Хотела бы убить, убила бы или подставила под поединок с сильным противником. А тут… ничего не понятно, но что-то становится не по себе. Явно мадам чего-то выжидает. А вот чего?!

   Хватит мандражировать, всё равно ничего реально в этом направлении предпринять невозможно, может само по себе рассосется, хотя конечно, вряд ли. Пора поднимать дружков-собутыльников. Я показался из-за повозки и поздоровался с девчонками.

– Моё почтение, уважаемые – с поклоном произнёс я – не помешаю?

   Девчонки только сейчас обратили на меня внимание, и если Олия одарила меня безразличным взглядом, так обычно смотрят на вещь, то баронесса очень внимательно окинула меня своими изумрудными глазами и улыбнулась.

– Доброе утро, малыш. Ты, как я поняла, за учителем пришёл? Так буди их быстрее, а то это сопрано мне уже порядком надоело! Конечно, поединок вчера был впечатляющий, но не настолько, чтобы так упиваться. А вот скажи нам, малыш, вы откуда путь держите? А то я спрашиваю, а Мартин и Хэрн молчат. А?

   Я, ничего умнее не придумав, ответил первое, что пришло мне в голову:

– Я не знаю, миледи, и я не интересуюсь у взрослых о том, что меня не касается. Меня везут – я еду, а дальше меня ничего не волнует, кроме завтрака по утрам. Я не любопытствую… чего и вам советую! – Ей богу, вырвалось! Я уже, когда сказал это, понял – точно спорол чушь!

   Баронесса и вовсе опешила. Она просто не знала, как на такое реагировать. И от нахлынувшего гнева её лицо пошло пятнами. Но она смогла взять себя в руки. И даже улыбнуться. Моя непреднамеренная провокация провалилась. Но раз она так способна себя держать в руках, то этот факт наводит на ещё более пасмурные мысли насчёт неё. Она меня пристально рассматривала, причём делала это нагло, не маскируясь и не стесняясь, пользуясь магией. Она маг и неплохой! Не стоит забывать о том, что именно вокруг её кареты держали оборону люди барона.

– Ты, малыш, забываешься. Я к тебе очень хорошо отношусь, но боюсь, что ты слегка подзабыл кто я, а кто ты! Я не хочу напоминать об этом другими способами, но на слова прошу тебя прореагировать, ибо за повторное подобное поведение я тебя накажу и сурово накажу! Ты меня понял? – её взгляд ничего хорошего мне не сулил. Она стояла, прекрасная в своём гневе, что я даже ею непроизвольно залюбовался. Глаза сверкают, лицо порозовело, дыхание участилось, грудь вздымается. И вся, какая-то, светом налитая. Я так и стоял, ею любуясь.

– Не слышу ответа?! – её голос содержал металл. Она еле сдерживает себя. Но я опять ответил именно то, о чём сейчас думал.

– Вы прекрасны, миледи – с поклоном проронил я. – Прошу прощения за свои неосторожные слова, я вовсе не хотел ими вас обидеть, а только предостеречь. Всё тайное – опасно, а иногда и несовместимо с жизнью! Я просто прошу вас быть осторожнее. Мой учитель не любит, когда кто-то посторонний лезет без разрешения в его дела. В таких случаях трупов не остаётся. – я развёл руки в стороны. И смотрел на неё преданными, влюблёнными глазами. Она явно засомневалась и задергалась, не зная, как вести себя дальше. Олия и вовсе стояла и смотрела на нас в ступоре. Пока девчонки находились в зависшем состоянии, я предпринял попытку разбудить Хэрна, а с его помощью и других.

– Хэрн, просыпайся! Хватит дрыхнуть! Вставай, Хэрн, быстрей! – Канн заворочался в фургоне. С моего места, где я стоял, мне его видно не было, но я чувствовал, что Хэрн пытается встать, ещё до конца не проснувшись.

– Кажется, учитель проснулся! – разорвал я затянувшуюся паузу, и бросился в повозку, скрывшись за шторками от назойливых девичьих глаз. Фу-х, перевёл я дух. Вот, блин, взгляд, как рентгеном светит.

   Хэрн сидел на соломенной подстилке, вытянув вперёд ноги и вид у него был до того несчастный, видно похмелье сильное и побороть его Хэрн без посторонней помощи не в состоянии! Я, вздохнув, быстро сплёл плетение первого уровня и наложил его на измученный организм Хэрна. Ага, полегчало бедняге, но состояние его далеко до идеального, но соображать уже может.

– Привет, ты как, мыслить можешь? – поприветствовал я канна.

– Ещё не до конца проснулся, а так, состояние бодрое …– Хэрн запнулся, а потом добавил одно из слов, подхваченных из моего лексикона – только хреновое-е!!!