Малыш Гури. книга вторая. Мы в ответе за тех…

– Не помешаю?! Ты ничего не ел вечером, малыш. Не хочешь поужинать? – спросила Марфа – чего такой растерянный? Поешь, а потом у меня к тебе разговор будет.

   Я, как всегда в присутствии Марфы, сильно стеснялся и комплексовал. Я, великовозрастный кобелина в детском теле, не мог побороть робость и стыд в присутствии этой сексапильной бестии, которая совершенно естественным движением закинула ногу на ногу открыв глазам прекрасный вид на округлые коленки и бедро. Какое тут есть, мечущиеся мысли буквально выворачивают наизнанку, а вскочивший "петушок" недвусмысленно намекает на возможные варианты. Не, такое не может происходить. Марфа придвинулась ко мне и положила свою ладонь мне на плечо. От чего меня затрясло, как будто било током.

– Ты такой напряжённый! Расслабься. Вот бери ветчину с хлебом, ешь и слушай, о чём я тебе буду говорить.

   Я последовал её совету. И, стараясь отвлечься от нахлынувших на меня ощущений счастья от близкого соседства шикарной женщины, совершенно не ощущая вкуса ветчины, уничтожал предложенный мне ужин, не веря своим ушам и всему тому, какие страсти говорила мне Варга.

– Поверь, малыш, ты не готов к жизни в обществе. Ты слишком уязвим в отношении с женщинами. Любая, владеющая силой и не магической, поверь, а простыми женскими чарами, способна управлять тобой и твоими поступками. Женщины высшего света, из семей лэров, обладают поистине гигантскими возможностями в вопросах приручения мужчин. И поверь, найдётся очень мало рыцарей, которые могут спокойно пройти мимо смазливенькой милашки, а если она ещё и опытна и у неё есть дар, то он может спокойно стать орудием в её руках. Из вашей компании только, пожалуй, Мартин невосприимчив к женским чарам. Он абсолютно расчётлив в общении с ними. На опыт это не похоже, не тот возраст, а вот врождённые качества, вероятнее всего, и говорит это о его возможном высоком происхождении. Я думаю, на графское звание он вполне способен претендовать и не удивлюсь, если у него где-нибудь припрятаны документы на графскую или даже герцогскую корону. Но не о нём речь. Я говорю о тебе. Я хочу тебе предложить позаниматься со мной. Я хочу попытаться выработать у тебя стойкую защиту от женского коварства и орудий их обольщения. Целую неделю, в доме никто ночевать не будет. Дор в курсе и поверь, он к тебе меня не ревнует. Мы все тебе очень благодарны за всё, что ты уже сделал и что ещё собираешься сделать для нас. Если нам удастся выработать в тебе стойкий иммунитет в общении с женщинами, то тебе станет легче выживать в этом мире. Женщины это страшное оружие!!! Я тебе немного позже продемонстрирую это! Я сама настроена к тебе положительно, но есть в нашем окружении мадам не хуже, а, то и лучше меня подготовленная и разбирающаяся в искусстве обольщения и подчинения. Пока она занята только Мартином, но если она поймет, кто главный в вашей компании, то тогда с большой вероятностью могу предположить, кто станет её основной мишенью. Правда, не скажу, какую цель она преследует, но и становиться рабом красивой, пусть и умной госпожи, не хочется не кому. Увы, наши с тобой занятия могут показаться тебе бесстыдными, но мне надо вызвать у тебя самые яркие чувства и страстные желания, чтобы пытаться с ними самостоятельно бороться – она провела рукой по моим волосам и погладила мне спину.

   Я тонул в её глазах, мне казалось, что ничего прекраснее я не видел в жизни. От неё пахло цветами и чистотой вымытого тела, от неё пахло женщиной! Не знаю, какие флюиды или ещё что-нибудь исходило от неё, но я реально терял голову и весь мой богатый опыт ловеласа таял в ею расставленных сетях. Я желал её, как взрослый мужчина и непроизвольно положил свою руку ей на коленку. Какая же у неё приятная кожа, тело упругое, а её груди так и зовут прижаться и зарыться в них.

– Ты хорошо держишься, малыш! Обычно на этой стадии мужчины себя уже не помнят, а ведут себя, как скоты и животные. А ты ещё пытаешься анализировать и контролировать свои действия. Похвально! Когда я начала делать тебе массаж я чувствовала, как ты испытываешь ко мне влечение и большое желание. Но ты его пытался скрыть от меня. Вот тогда я и осознала, ты в состоянии освоить правила поведения, которые позволят тебе в общении с женщинами на уровне тел остаться самим собой. И поверь, магия тебе не помощник, и как бы не наоборот, многие маги и в данный момент находятся под контролем своих любовниц, а кому особенно не повезло и жён. Теперь увеличим нагрузку на твою психику, добавим ощущений, посмотрим, как ты с ними справишься.

   Я не поверил, она ладонями обхватило моё лицо и нагнувшись, губами слегка прижалась к моей щеке, при этом всей грудью навалившись на меня. Я не знаю, чего она от меня ожидала, какой реакции, но явно не того, что последовало в дальнейшем.

   Плюнув на все условности, забыв, где я нахожусь, в каком теле, а главное, кого занесло ко мне в постель, я, повернув голову, поймал податливые губы в классический французский поцелуй, одной рукой обхватив соблазнительницу за талию, а второй уверенно взявшись за грудь, легко уложил Марфу на спину.

   Какие у неё податливые сладкие губы, а грудь мягкая и одновременно упругая. Она не сопротивлялась, сказывался видно шок от всего происходящего, она растерялась. А я пока она не пришла в себя, не размыкая губ, рукой, с трудом оставив превосходную грудь, отправил её в путешествие по всему её телу.

   Приятный валик животика, слегка прижимая, поглаживаю и опускаюсь дальше, какие совершенные формы бедра!! На самом сокровенном не задерживаясь, дотянулся до края халата и, обнаружив под рукой приятную свежесть голого, нежного тела медленно пустил её в обратный путь.

   Марфа не вырывалась, а слегка стала отвечать на мои ласки. Отвечая на продолжительный поцелуй, явно находится в прострации или я делаю что-то такое, с чем опытная львица ещё не сталкивалась. А что, всё возможно. Мой опыт это опыт общения с земными женщинами может, у них здесь не принято целоваться рот в рот? У меня, для моего нынешнего тела, и правда, это первый опыт. А если и магию применить во время такого тесного общения? Вот и место, подходящее под рукой. Я уверенно, но нежно расположил свою ладошку меду ног бесстыдницы, которая впервые за время продолжительного поцелуя попыталась прикрыться рукой и сдвинуть в перекрёст ноги. Но было уже поздно. Трусиков на ней не было, и говорит это о серьёзности её намерений на этот вечер. Пытать она меня собиралась основательно. И, как понял, долго, но сама нечаянно попалась в расставленные ею же сети. Интересно, трепыхаться она будет или нет. Ведь может и по голове надавать, уж на что она способна видел сам. Марфа слегка выгнулась всем телом, и даже через прикрытый поцелуем рот музыкой в моих ушах раздался её первый стон наслаждения. Не понял, и кто кого тренирует я или меня?

   Её рука прижимала меня к мягкому женскому телу и, поняв, раз мне ещё не дали по шее за недостойное поведение, принялся смелее и активнее действовать своей наглой, бесстыжей рукой. Оставив на время её лоно, не предприняв попытки проникновения, хотя пальцы уже намокли от испускаемого ею сока, рукой не отрывая контакта с божественным телом на удивление юным, видно моё лечение пошло на пользу, раздвигал полы халата оголяя восхитительное тело страстно и одновременно нежно водя ею по животику медленно поднимаясь к нежным холмикам грудей.

   В голове рождался план действий, первая эйфория прошла, вожделение не смогло полностью захватить разум, и постепенно оставляла поле боя более сильному чувству, чем обыкновенная похоть. Я страстно желал обладать этой необыкновенной женщиной, но, увы, как мужчина своим достоинством я пока похвастать никак не мог. Да и ожил то он совсем недавно, понимая, простым сношением я её довести до экстаза не смогу, а она явно женщина темпераментная, о чём говорит пара ночей, которые прошли для меня под аккомпанементы её страстных ахов и вздохов, криков и плача. Вот и мне страстно хотелось довести её до такого же состояния, но другим способом, а при возможности и применив магию, в частности некоторые плетения, благо вагина точно отлично передаст внешнее раздражения. А какие плетения применить я уже придумал.

   Пора уже разрывать поцелуй, и пока она не сопротивляется быстро перейти на заострившийся сосок её восхитительной груди. Ну, с богом!

   Оторвавшись от приоткрытого рта женщины, исследуя её шею поцелуями, добрался до освобождённой от закрывающего её халата соска груди. Есть! она только ещё больше выгнулась на кровати и меня заставив приподняться на колени. Восхитительный напряжённый сосок заполнил весь рот, и я нежно теребя его языком и слегка посасывая губами, одновременно опускал руку вновь вниз по телу прелестницы. Вот и стоны пошли, рука её сильно сжимает кожу у меня на спине через надетую рубаху. Снять бы её да времени пока нет, мой успех весьма обманчив, она в любой момент может взбрыкнуть и что произойдёт дальше…об этом и думать не хочется. Там Хэрн как-то о клыках обмолвился, а моя шея совсем рядом с ними! От этих мыслей немного успокоился, а то уже явно перехожу границы разумного проведения отдыха. А на мои изыскания, в виде минета, она может обидеться и откусить аппарат. А вот падать не стоит "дружок" не всё так страшно, как кажется. И к минету подведём грамотно, но я думаю не сегодня и боюсь, что и не завтра. Что-то я замечтался. Но хорошо, что успокоился и действую, и правда, как раньше на земле. Спокойно и расчётливо.

   Рука медленно сползла до треугольника курчавеньких волосиков. Сжатые ноги прикрывают самое сокровенное, но я уверенно прижал ладонь к телу и пальцами как бы давая команду открыть проход протиснулся между коленками. Есть коленки разошлись в разные стороны, коробка Пандоры раскрылась, а теперь можно и похулиганить раз получили не двусмысленное приглашение к посещению.

   Стоны раздаются всё громче, а тело буквально выгнуло в гимнастический мостик. Какая горячая женщина! А я-то похоже уже на пределе и вот-вот разряжусь прямо на постель. Пачкать очень не хотелось, и я вновь подумал о клыках Варги. Есть, действует как успокаивающее! А теперь продолжим. Оставил разбухший сосок и вновь уверенный поцелуй. О-о!! а ответ то, страстный явно нравится и, не отрывая рта от сладких губ, медленно ввёл безымянный и указательный пальцы в раскрытое, влажное лоно. И снова громкие, мычащие стоны, но уже совсем другая тональность. И в этот момент прям через введённые в женщину пальцы и распростертую по набухшим губам лона ладони толчком вогнал плетение Хаоса, что когда-то с помощью него тренировался создавать магические руны.

– А-а-а-а-а!!! – дикий крик наслаждения и меня чуть не скинуло с кровати.

   Плетение магии Хаоса первого уровня "Медлительность", действует на мышцы в качестве массажа, разрабатывалось на базе лечебных плетений. Прекрасное плетение!!! Какой результат, да её просто колотит от наслаждения и я сам едва не кончаю, гладя, что вытворяет Марфа! Лишь бы не придушила в порыве страсти, с неё станется!!!

   Откинулась, стонет, мечется по кровати. Пора и мне раздеваться. Руками конечно приятно по её телу бегать, но ощутить всю её прелесть всем своим телом ощущения совсем другие, да и "дружка" побаловать пора. И у меня насчёт него тоже одна мыслишка имеется.

   Она лежала на спине, руки распахнуты в стороны, волосы в художественном беспорядке раскинуты по подушкам, глаза прикрыты. Халат распахнут, он явно лишний в этом потрете, но и как снять его не представляю. Недолго думая, оставив её отдыхать, поднялся с постели и, раздевшись, сложил одежду на рядом стоящее кресло.

   Как же она красива. Грудь высоко вздымается, стонов уже не слышно, но дыхание тяжёлое ещё не успокоилась. Я приблизился. Блин и вид же у меня голый тощий маленький и "дружок" торчит столбиком, сантиметров тринадцать-пятнадцать будет, только тонкий он пока. Ничего подрастёт, мы его теперь тренировать будем. Осторожно приподнял руку Марфы и аккуратно стараюсь снять рукав халата. Немного мучений и халат раскинутым осьминогом остался лежать на кровати. Марфа ничего, не говоря, рассматривает меня сквозь прикрытые веки. Не ожидала такого взрыва от себя, и от меня действий опытного любовника тоже. Ну что ж раз не прогоняют, значит продолжим. Я смело уселся на её ноги сверху и, нагнувшись вперёд, нежно, двумя руками провёл от плеч до живота. Она откинула голову, назад издала протяжный стон. Начало хорошее!!! Проводим руками порукам, одновременно наклоняясь и цепляя ртом правый сосок.

– Ах! – было ответом на мои эксперименты.

   Теперь левый – та же реакция. Рукой дотянулся до волос, погладил, аккуратно лёг сверху на нее, так что наши глаза оказались напротив друг друга. Она молчит, ждёт. Молчу и я! Нежно касаюсь её губ. Мелкими поцелуями, осыпая её лицо и надолго замирая в продолжительном поцелуе. Я на взводе боюсь до активных действий не дойду. Так и есть кончаю ей прямо на живот, не отрываясь губами от её превосходных губ. Её руки у меня на плечах сперва нежно поглаживали, а теперь сильно вжимают в себя. Отрываясь от губ, и руками делаю массаж, растирая продукт своего недержания по её восхитительному телу.

   И снова игра с её сосками, и снова вздохи и стоны, которые быстро снова заводят меня, приведя "дружка" в рабочее состояние. Поцелуи долгие, объятья сильные, эмоции через край, её тело совершенство, её лоно притягивает и зовёт к себе открытой неизвестностью для этого тела, но не для меня. Малой молчит явно парень в шоке, но когда меня долбило во время извержения, он присутствовал, я его чувствовал, наверное, впервые за всё моё время пребывание в этом мире.

   Я аккуратно устраиваю своё тело у неё между приглашающе распахнутыми ногами. "Дружок" вздыблен и уже упёрся стволом в зовущий вход лона. Голова моя лежит на груди девушки и меня раскачивает на этом теле, что мечется, изнывая от бесконечных ласк. Целую грудь, засасываю ртом сосок и плавным движение ввожу "дружка" в мир наслаждения и продолжения рода. Долгий протяжный стон раздался сверху, мне руками чуть всю спину не раздирают, а я продолжаю экспериментировать, толчками строго дозированным количеством манны и силы через дружка пропихиваю внутрь лона так понравившееся нам обоим плетение.

   Я как на корабле во время шторма. Меня мотает по всему телу, сверху ревёт ураган, изрыгая из открытого рта громкие стоны, крики и причитания. Меня подбрасывает в такт моим движениям и бьющим импульсам силы плетения, я слегка наращиваю обороты, и шторм усиливается. Но нет времени отдаваться чувствам и ощущениям я как исследователь и экспериментатор – всё внимание технике и порядку работы оборудования.

   Сколько мы времени так безумствовали не знаю, но сквозь расчётливый разум, который просчитывал ход эксперимента, почувствовал подход небывалой волны наслаждения и, отбродив сомнения уже не контролируя себя до максимума увеличив свои движения тела вложив в плетение манны и силы всё сколько смог и сколько позволяла сама его структура. А сам с головой окунулся в поглощающий мир ощущений счастья и чувств. Меня накрыло волной и я уже не чувствуя себя весь растворился в море накатывающего сладострастия.

Глава 6

   Я проснулся от того, что меня кто-то настойчиво тряс за плечо.

– Вставай, соня – кричал мне в ухо неугомонный Хэрн – ты так всё счастье проспишь. Ты не забыл, у нас на утро намечено развлечение? – увидев, как я разлепил глаза, возбуждённый канн уже тише сказал – вставай, уже утро давно! Все на ногах один ты валяешься, и никто тебя добудиться не может. Быстро завтракать и на площадь. Приходил представитель герцога, он был очень недоволен. Долго что-то высказывал отдельно Жаку. Я краем уха услышал, но не всё и не до конца. Но главное – тот хмырь, которому дружок Мартина влепил пощёчину, оказался чрезвычайным послом откуда-то из соседнего материка. А эти громилы – его охрана и сопровождающие. Герцог согласился, как я понял, на проведение поединков, но так как мы, практически на войне, потребовал схватки провести без смертоубийства.

   Я, с трудом соображая, даже не пытался сейчас же встать. Всё тело ломило и немного трясло. Я находился под действием наркотика, под названием любовь. Только этого мне не хватало! Но Марфа говорила только о тренировках. И вмешивать чувства в спорт явно не стоило.

   Я, напрягаясь, пытался вспоминать, что же вчера произошло? Мы перестарались с тренировкой, а мои эксперименты и изыскания слишком затянулись. Но какое у неё восхитительное тело. Так не вспоминать, а то придётся идти на завтрак со вздыбленными штанами.

   Хэрн умчался по своим делам, а я, с трудом встав с постели, принялся одеваться. На улице по утрам свежо, а ночью уже были заморозки. Нижнее белье, постиранное Марфой, приятно пахло травами и её руками,… так я что-то опять размечтался. Не забывать, это был просто эксперимент и тренировка какого-то навык,а очень полезного для здоровья мужчины.

– А я теперь точно мужчина!! – от такого вывода я голым задом плюхнулся больно на пол – И притом, в рассвете сил, только в отличие от мультяшного героя, совсем не в меру упитанный, а одни кожа и кости. – я рукой потёр ушибленное место.

   Завтракал я один. Марфа, войдя на кухню, оглянулась по сторонам, никого кроме нас, подошла, погладила своей тёплой ладошкой по голове и, нагнувшись, чмокнула в щёку. Меня, как током от этого ударило.

– Спасибо, милый! – прошептала она мне в самое ухо. Меня заколотило от нахлынувшего возбуждения. – Контролируй себя. Ты прекрасно прошёл испытание, но это только начало. Продолжим сегодня. И старайся об этом не думать, это тоже своеобразная тренировка. Помни об этом, или из-за своей рассеянности при внезапной опасности, ты просто погибнешь. И ещё раз спасибо, ты просто прелесть! – и она снова поцеловала меня в щёку.

   В общем, завтрак удался. Я съел столько, что даже Марфа удивлённо смотрела за этим непонятным аттракционном. Её булочки были восхитительны, варенье сладкое, а её прикосновения нежны и приятны. Но я боролся со своими мыслями, помня её наставления. Я боролся с собой изо всех сил, но, увы, в этой схватке я пока проигрывал.

   На площадь мы вышли всей толпой. Шли пешком. Идти недалеко, для всадников в переполненном людьми, повозками и животными селе, места просто не было. Дор о чём-то всю дорогу перешёптывался с Хэрном, Дэр и Ферр не отходили от парочки друзей-собутыльников. Дамы, находящиеся в окружении наших кавалеров о чём-то весело щебетали. Марфа, одетая в красивый цветной сарафан, демонстративно не обращающая на меня никакого внимания, весело смеялась над шутками, возбуждённого близкой схваткой, баронета. На то, что у него будет поединок, он очень рассчитывал.

   На площади всё было готово. Мы еле протиснулись сквозь толпу. Свободный пятачок, огражденный веревками, за которые никто не заходил шагов по десять в каждую сторону. Рядом поставлена палатка, как я понял, для оказания помощи раненым и пострадавшим. Площадь полностью забита народом, все близстоящие дома облеплены малышнёй. Заборы, крыши домов, полны народа. Все ждут развлечений. Все хотят зрелищ.

– Мартин, – я дёрнул брата за рукав куртки – как думаешь, если мы поставим ставки на своего бойца, противник поддержит или нет наше начинание?

– Однозначно. Сколько будем ставить?

   Я задумался. Светить золотом не хочется, а серебром большую ставку не сделаешь. Рискнуть?

– Сколько у нас в золоте?

– Пара тысяч наберётся. Всё ставить? – спросил, потягиваясь, Мартин. Он тоже не выспался. И как поведал Хэрн, сегодняшнюю ночь братик развлекался с баронессой, но, как я понял, до серьёзного у них не дошло.

– Я думаю, да. Займись этим лично, Жаку не до ставок будет. Но и у него спроси, может, и он рискнёт не только жизнью, но и деньгами?

   Как и ожидалось, ставку у нас поддержали. И умелый Мартин организовал по быстрому тотализатор, беря и записывая каждую ставку в мою тетрадь. Он хотел и меня припрячь в качестве писца, но Хэрн в приказном порядке указал мне на стоящую рядом палатку.

– Сходи, подготовь всё для приёма раненных. Ты должен всегда быть готовым к любым случайностям и предугадывать разные варианты событий, ученик – важно, демонстративно громким голосом сказал Хэрн. Все взгляды притихшей толпы были обращены на него и на меня.

   А я, прикинувшись несмышленышем, удивлённо проговорил:

– Но зачем трупу помощь, учитель? И так понятно, что твой противник не жилец. Да если бы и можно было бы его спасти, зачем это делать? Ведь он наш враг?

   Толпа в ожидании ответа затихла, а расположившиеся напротив нас группа поддержки нашего оппонента и вовсе задержала дыхание.

– Ты ещё слишком молод, мой маленький друг. Запомни навсегда, твой нынешний противник, тебе не враг, он всегда может стать в будущем верным и преданным другом или соратником. А вот мёртвый, он уже абсолютно бесполезен и никому не нужен, если ты, конечно, не некромант.

   Выдох облегчения раздался по всей заполненной народом площади.

   К Жаку, как секунданту с нашей стороны, подошёл сам герцог, в сопровождении барона и старшего иноземной группы, с ихней группой поддержки. Секундантом, кстати, со стороны противника выступал получивший пощёчину господин. Сегодня он был предельно вежлив в общении и предупредителен, правда, эта вежливость была на грани оскорбления. Очень цепляло душу его холодная надменность и чопорность.

   Герцог ещё раз призвал стороны разрешить конфликт миром или, на крайний случай, обойтись без жертв. Он уповал на то, что идёт война и пролить кровь намного благороднее, защищая Императора и родную землю. Но раз речь идёт о затронутой чести и об оскорблении, то всё-таки можно разойтись миром, принеся противоборствующей стороне свои извинения. Но какие извинения при таком скоплении народа, который ждёт кровавых зрелищ и развлечений?

   Секунданты обсуждали условия схватки, а представитель местного духовенства, который тоже присутствовал здесь вместе с храмовыми воинами и настоятелем храма, устанавливал по углам боевой арены какие-то штуковины, как объяснил впоследствии Жак это оказались артефакты, улавливающие любое проявление магии.

   Ставки, собранные Мартином, поражали. Практически все ставили на нашего противника, пришлось закладывать лошадей, чтобы обеспечить и сравнять ставки. В конечном счете, ставка с нашей стороны составила шесть тысяч золотом. У нас согласились купить в случае нашего проигрыша моего конягу, за две с половиной тысячи и ещё пятьсот золотых на Хэрна поставил герцог, остальные деньги принадлежали, как я понял, нашим поклонникам, только что-то их очень мало оказалось. Удивляло и то, что даже рыцари, которые ехали с нами в караване, ставки сделали против нас. Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Хэрн выглядел со своим копьём и прикреплённым к левой руке маленьким щитом из кожи, без доспехов, в одной куртке, очень блекло. По сравнению с противником, который вдвое превосходил его в росте, и втрое в размерах плеч. Тем более, он был одет в полный доспех и вооружен двумя полуторными изогнутыми мечами, которые в его лапах смотрелись маленькими ножиками.

   Но опытные бойцы могли заменить большие нестыковки. Хэрн стоял абсолютно спокойный и расслабленный, а вот его противник явно нервничал.

   Начало поединка было полностью за противником Хэрна. Он гонял канна по всему периметру арены как зайца. Мощный парень просто феноменально владел мечами, выписывая ими такие кульбиты и пируэты! Хэрну приходилось прилагать огромные усилия, как казалось со стороны, чтобы мечи бугая не перерубили его пополам. Хэрн большую часть ударов принимал на древко, немало удивив этим зрителей, особенно тем, что мечник никак не мог его перерубить. Запыхавшийся верзила сам не мог понять, что же он делает не так, раз никак до сих пор не смог достать такую шуструю жертву. Хэрн ещё минут пять изматывал бегом своего оппонента. Подгадав когда противник привык к тому, что канн только обороняется и не думает о нападении, расслабится, и именно в этот момент нанёс неожиданный удар острым наконечником точно в бедро юноши, повредив тому видно артерию, так как кровь хлестанула струёй. Сделав за весь поединок один удар, Хэрн быстро отскочил от рухнувшего на одно колено противника и спокойно перевёл дух. Всем стало ясно, поединок, фактически, закончен. И сам Хэрн ещё пару мгновений посмотрел на поверженного противника, развернулся и направился к палатке, где стоял я и два неразлучных собутыльника, в виде моего брата и секунданта Хэрна.

   К раненному кинулись его сопровождающие и друзья бугая. Прямо на месте, разрезав штанину на ноге, принялись накладывать жгут, чтобы остановить кровь, а один мощный малый стал смешно махать руками, что-то при этом приговаривая. Но тут даже я ощутил, как дала о себе знать призываемая сила, и я на автомате поставил на нашу группу огненный щит. Огненная магия стала в последнее время получаться у меня очень хорошо. Но атаковать нас никто не собирался, просто таким способом сопровождающий их маг или шаман, не понял, пытался остановить кровь, в общем, применял лечебные плетения.

   Хэрн обернулся назад, посмотрел на творящуюся суету вокруг раненого и спокойно произнёс

– Ну, раз от нашей помощи отказались, а противник Жака не торопится вызывать его на арену, то стоит покинуть это шумное и многолюдное место, вы не находите, господа?

   Жак обернулся и с нескрываемым презрением посмотрел на стоящего рядом с раненым щёголя, смачно плюнул себе под ноги и демонстративно отвернулся.

– Пошли, Хэрн, нам, и правда, надо обмыть прекрасный результат и главное, поделить выигрыш. Ты нам сегодня помог отлично заработать, улучшить, так сказать, наше пошатнувшееся финансовое положение. У меня оставалось в кармане всего золотых сорок, а тут думаю я, сотню точно заработал, не говоря уже о вас, мои дорогие.

   Мы шли своей шумной и весёлой компанией сквозь толпу, раздвигая её в сторону, как ледокол льдины. На нас, и особенно на Хэрна, смотрели со страхом и благоговением. Толпа молчанием провожала нас, но мне не понравилось пристальное внимание со стороны настоятеля местного храма, тем более, что оно было направленно только на одного меня.

   Наши девочки выглядели в толпе зевак, как прекрасные розы среди одуванчиков. И местные молодые и не очень мужчины, рыцари и просто благородные с вожделением провожали их стройные станы сальными взглядами и только за это, пришлось бы их всех прибить. Но у нас было прекрасное настроение. Только Жак выглядел слегка раздосадованным. Что же, ему в противники точно попался настоящий дипломат и политик, а раз так, то в ближайшее время стоит ждать точного и безжалостного удара. Только откуда он последует? Но то, что его нанесут, сомневаться не приходилось. Не уплаченные кровью пощёчины позором лягут на оппонента, и это значит, что все разборки ещё впереди, а сегодняшний поединок только прелюдия, основное действие грядёт немного позже.

   Марфа вела себя внешне очень спокойно и весело, но по перехваченным мною её быстрым взглядам становилось понятно, меня как бы оценивают и для принятия какого-то важного решения взвешивают все за и против.

   Только чего? Непонятно! И скажу честно, меня такая ситуация, в свете намечающейся сегодняшней и проведённой вчерашней ночи, весьма волновала.

   Последствия моей учёбы и связанных с ней приятных, но выходящих за рамки общепринятых занятий и тренировок, особого энтузиазма не вызывали. С этой женщиной связаны тайны и не ошибусь предположить, весьма серьёзные. Напрашивается вывод, её замужество это маскировка, причём своеобразная. Она явно, как в прочем и Дор, от кого-то скрывается. Но у гнома проблемы с родственниками, а его жена, наверное, замешена в кровавых разборках. Не удивлюсь, если потом окажется, что не одна жизнь прервана этими ласковыми руками. От воспоминаний мурашки пробежали по телу миллионным марафоном.

– Бр-р-р! Аккуратно, а то дружок в бараний рог свернёт. Спокойно! Где наши клычёчки?

   Прекрасно подействовало. Успокоился, во всяком случае, до срама не дошло. Надо прояснить ситуацию. Быть разменной пешкой в чьей-то игре, да даже и проходной, не хочу и не буду. А в этом мире, где человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша и подавно.

   Дома у Дора спокойно и тепло. На дворе осень берёт бразды правления в свои руки, деревья в темпе избавляются от листвы, по вечерам становится прохладно. А в доме хорошо.

   Как добрались до дома, все разбежались, кто куда. Дымит кузница, оттуда слышны звонкие удары молота. На всю мощь работает мастерская. Ферр заканчивает заготовки под артефакты. Попросил я делать кольца пяти видов и размеров. Всё зависит от количества и размера установленных на них камней. Кулоны и подвески Ферр делает с добавлением украшений из серебра и золота, но камни только мои, а форма, дизайн всё остальное на усмотрение мастеров. Пацаны, что клепают наконечники, заготовили уже стук сорок. Каждый наконечник доведён до идеала, придраться не к чему. Форму наконечников разрабатывали Дор с Хэрном. И в эту компанию, как эксперта пригласили Мартина. Они изготовили сначала четыре вида. Бронебойный, простой, охотничий и листообразный для нанесения не смертельных, но болезненных ранений. Испытывали их на поляне целый вечер, основным стрелком, естественно, выступал Мартин. На общем собрании по результатам проверки решили делать все виды, но основное количество должны составлять именно бронебойные наконечники. Хэрн собирает стрелы лично. Я только показал, какими я вижу стрелы, предназначенные для установки на них атакующих плетений. Так как при применении заклинания наконечник, в теории, должен уничтожаться, то что мешает, чтобы не тратить драгоценный металл, использовать простой? Вы спросите, откуда такие познания в наложении плетений на стрелы и болты? (Мы их тоже решили сделать с налагаемыми плетениями и тоже из простого металла). Во всём виноваты чёрные болты для большого арбалета из шкатулки лейтенанта, брата герцогини Ергонии. Долго, очень долго мы пытались с Хэрном разобраться в том, как и за счёт чего накладывается плетение на них. Увы, бобик помочь нам в этом не смог, единственно он указал на них, как на возможный вариант решения этой проблемы. Долго мы мучились над загадкой болтов, пока не добрались сюда, в это село. И в один из вечеров, когда упившиеся гном с канном  устроили очередной спор о тонкостях кузнечного дела, вот тогда Хэрн и рассказал Дору о загадке чёрных болтов. Короче, в тот вечер они всё-таки смогли достучаться до истины. Причём, достучались в прямом смысле этого слова. Они его разломали. И каково было их удивление, когда в самом наконечнике болта обнаружили…маленький камешек, такой же, как был в груди достойного гнома, только намного-намного меньше. И теперь канн в каждый наконечник собственноручно устанавливает камешки. Сборкой стрел они занимаются с Мартином вдвоём, причём для стрел с магической начинкой используют простые древки пусть и из лучшего, какое есть в этих местах дерева, и соответственно дорогого, а вот для наконечников из металла древних Хэрн притащил заготовки от своего железного божества. В общем, заняты все.

   Я метаю стрелы, постепенно отходя от мишеней всё дальше и дальше. Получается средне, первые успехи за счёт большого показателя навыка, свой потенциал исчерпали, и теперь начинается изнурительный труд.

   Сегодня вечером планирую попробовать активировать кулон-артефакт, чтобы снять плетение с Мани. Времени мало, нужно идти на риск и пробовать действовать методом тыка. Ничего нового из идей, по снятию с неё плетения, в голову не приходит.

   Приходил сразу после обеда настоятель. Просил ещё раз очистить алтарь храма. За день столько людей посетило храм, и он снова потерял свою мощь. И очередь не уменьшалась. Продвинулась сильно вперёд, это да, но люди напуганы, и чтобы получить божественную поддержку, снова занимают очередь для следующего посещения. Авторитет церкви очень высок, но впереди праздник святого Патрика, а для его проведения желательна полная мощь алтаря. И герцог просит помочь. Как он планировал, в путь караваны двинутся после праздника и общего молебна, чтобы максимально быть защищёнными дланью богов от нежити.

   Хэрн, вёл разговор с настоятелем, обещал подойти завтра, заверив того – для помощи церкви в борьбе с нежитью он сделает всё возможное.

   Чем бы я ни занимался и чего бы ни планировал, но мысли о Марфе и об очередном занятии будоражили кровь и взбадривали получше всякого НЗ. Поэтому, все эксперименты с кулоном наметил сразу на время после ужина.

   Ребята готовили грандиозную пьянку, которую будут проводить в лагере, Марфа по понятным причинам запретила после ужина заходить в дом всем, кроме меня. Пацанва пропадала в кузне, поддерживая в рабочем состоянии горн. Запасы Дора в металле древних таяли, перетекая в законченные изделия, готовые для продажи, но он хотел подарок Хэрна сохранить. Там фишка такая. Если погасить огонь, то уголь, полученный от корней железного дерева, остынув, превратится в прах, а так они могут гореть до бесконечности. Только требуется постоянное поддерживание огня в горне. От того пацаны высыпаются днём, а ночь делят пополам, отдыхая ночью поочерёдно в мастерской, пока отец со старшими братьями веселятся в компании с Мартином и Хэрном ,поддерживают огонь в горне.

   Сегодня ужинали дома мы с Марфой одни. Старшие все в лагере, какой к чертям ужин, когда столько накуплено угощений и вина для пьянки. Пацаны поели раньше и, набрав продуктов с собой, заступили на вахту. Марфа, нежная и ласковая, смотрела на меня глазами любящей женщины, но я, помня её слова, что женщины, это ещё то оружие, её взгляды старался не воспринимать. И это мне давалось очень тяжело, а ей, на мой взгляд, причиняло боль. Или это тоже её игра? Не понятно!

– Ты ешь-ешь, дорогой – сказала Марфа, сзади неслышно подойдя и прижавшись грудью к моёй спине. И как – то сразу аппетит пропал, есть расхотелось, а вот другого… очень даже.

   Но расслабляться нельзя. Хэрн отсутствовал. Он, конечно, удивлён, но мне пришла в голову мысль позвать другого помощника, а их между собой знакомить пока рановато.

– Я к Мани. Вернусь, как закончу. И спасибо, всё было очень вкусно. – сказал я Марфе. И видя, что она немного обиделась на мою холодность, добавил – но на поздний ужин я рассчитываю. Занятия у нас продолжаются? – спросил я. И, развернувшись, неожиданно обнял её за ноги. Живот её оказался прямо напротив моего лица. Я нежно прижался к нему и руками совершил небольшое путешествие, вверх припарковав их на её восхитительных упругих ягодицах. Она, бедная, аж дёрнулась от неожиданности, но не отстранилась.

– Я пойду. Мани ждёт, она очень надеется, что сможет вести полноценную жизнь. И любить она тоже хочет, я это чувствую. – я посмотрел снизу вверх на печальное лицо своей любимой женщины. Марфа плакала, по её лицу двумя дорожками скатывались слёзы.

– Не плачь, любимая, я постараюсь помочь. А там, как карты судьбы лягут. Повезёт, выживет. Она обязана выжить, ибо без неё у вас всех будущего нет! Сама знаешь.

– Вот по этому поводу я и хотела с тобой поговорить, но потом, вечером или ночью. Иди, я буду тебя ждать. Теперь я буду тебя ждать вечно! – добавила она еле слышно.

   "Играет? Непонятно! Потом разберёмся! Или она себя точно перехитрила с этими занятиями и непонятными тренировками?!" – думал я, поднимаясь наверх, на второй этаж, в комнату к Мани.

   Сегодняшний мой помощник – товарищ хитрый, с ним надо держать ухо востро. Обведёт вокруг пальца, если зазеваешься. Я зашёл в комнату, Мани лежала в той же позе, в которой я её и оставил вчера. Уселся в кресло. Посидел, настраиваясь. В первую очередь, пытаясь вытеснить из головы мысли о попе хозяйки дома. Получалось с трудом. И я в мозгу дал команду – "Клыки!!!". Есть, помогло, стало, серьёзно, намного легче.

   Ну, приступим! Сперва помощник. Я уселся поудобней и явственно представив маленькую мартышку, сидящую на кресле напротив. Что-то она какая-то вялая получилась. Может, её монстром представить?

– Не надо, я и такая нормально себя чувствую! Вернее, никак себя не чувствую. Ты обещал меня вызывать чаще, хозяин! – заныло хитрое создание.

– Что-то я этого не припоминаю, уважаемый. И давай с тобой договоримся, ты меня не пытаешься обмануть! Либо ты мой помощник в любом деле и виде, какой впоследствии примешь, либо никак. Выбирай, я два раза предлагать не буду. Я жду!

   У мартышки на морде явное удивление. В глазах недоверие и надежда.

– Ты мне дашь возможность жить? – с недоверием спросило создание.

– Если будешь полезным, то отчего бы не помочь хорошему человеку? – усмехнулся я.

   Мартышка скривилась.

– Ну-ну! Все вы люди горазды, обещать – принялся разводить демагогию древний катала. Но продолжить я ему не дал:

– Да или нет?! Быстро! У меня времени нет! Дел много.