Легенды нашего рока

«Шоу к финалу становится менее интересным, так как остались одни девушки, многие, кто мог бы подперчить финал, отчислены. Это и хорошо и плохо, плохо, так как хотелось в финале хотя бы одного мальчика, а хорошо, что все по-честному и без подстав. В следующий раз тренеры учтут ошибки, будут внимательнее к отбору. А слезы здесь искренние. Здесь настоящая оркестровая музыка, вокальный талант и исполнительский профессионализм, то, чего никогда не было в нашей “естраде”, как выразился Градский… это не может не растрогать».

Ее тут же поддержали:

«Миша, на мой взгляд, главное достоинство этой программы, что в ней взят курс на иную культуру исполнения, иной музыкальный вкус, которым пугачевская бригада не дает пробиться на сцену. Очень жаль, что многие выбыли».

Дегтярь упорствовал:

«Да он может млеть, я не против: просто для шоу он нужен злобный».

Вся эта полемика интересна, по мне, лишь тем, что здесь отмечается очевидная ключевая роль в проекте самого АБГ. Справедливо. Хотя весь квартет наставников хорош. Я равнодушен и к творчеству Агутина, и к экзерсисам Билана (мне все-таки как-то ближе такие полюса, как Леонард Коэн или Мэттью Беллами), но по-человечески они мне стали симпатичней. И хорошо, что Аксюта выбрал Пелагею. Но! Но Градский просто незаменим в данном контексте.

И вот еще что. Да, люди с годами, как правило, становятся сентиментальнее, таков «каприз мирозданья» (©БГ). И странно было бы, если бы Градский по-прежнему демонстрировал жгучий юношеский максимализм, превратившись в мудрого патриарха. И зная его десятилетия, не могу промолчать: Градский НИКОГДА не был банально «злобным», нет. Саркастичным – да. Резким – несомненно. Ядовитым – в меру.

Что касается интереса к проекту. Вещь лицензионная, и во всех странах рейтинг падает после того, как уходит интрига со «слепым прослушиванием», но у нас уже в первом же сезоне доля росла от выпуска к выпуску, вплоть до финала.

С этим можно поздравить не только Первый канал.

И это «пичалька» для всего пугачевского шоу-биза. Как заметила в том же Facebook'е Лика Павлова (aka Lika Star): После проекта голос есть четкое ощущение, что старой гвардии – ПИПЕЦ!!!

Приведу диалог двух «друзей» из соцсети.

Вадим Гасанов:

«Я вообще очень не люблю программу “Голос”. Почему? Ну не потому что из “жюри” имеет смысл серьезно относиться только к Градскому. А потому что и Бернеса, и молодого Леонтьева, и Битлов, и Челентану, и самого члена жюри Агутина просто забросали б ссаными тряпками».

Ярослав Зверев:

«Челентано – вряд ли. Там нюанс: конкурс строго вокальный, и именно это востребовано, потому что “артистов на сцене” хоть вилами вычерпывай, а поющих – на пальцах одной руки. Бернеса не люблю, да».

Вадим Гасанов:

«Ну Челентано по молодости удостаивался очень и очень часто презрительного “да, не бельканто”. По поводу артистов на сцене – как-то не согласен, не любить Бернеса – это личное восприятие, о вкусах мы не спорим, а вот ставка на тех, кто только и умеет что петь ноты – она изначально порочна. Кстати, если память не изменяет именно ты в ЖЖ формулировал, что импортная эстрада во главу угла ставила личность исполнителя и соответственно авторскую подачу материала. В отличие от советской».

Ярослав Зверев:

«Зарубежная эстрада и голосами не была обделена. Та же Далида – не только артистичнейшая, но и весьма голосистая. А вот из советских певиц 1960—1970-х – кто? Анна Герман, позднее Алла Пугачева. Обе с голосом и артистизмом. А все эти девочки, которых Лапин смахнул из эфира за неправильное расовое происхождение – они ведь пели на пределе голоса. Таких и во Франции, кстати, хватало – какая-нибудь Франсуаза Арди».

Вадим Гасанов:

«Так пардон, сам себе противоречишь. Алла Борисовна вообще-то взяла именно артистизмом, хотя бы потому что хватало и не менее голосистых. А Арди и во Франции была не на первых ролях ввиду крайне ограниченных возможностей и голоса и образа».

Ярослав Зверев:

«Ага. В сочетании везде выходили на первые роли. По отдельности – по-разному. Но беда в том, что Алла Борисовна при своем артистизме была голосистая, а на эстраду при своем монопольном влиянии выталкивала сплошь артистично-безголосых. А игра на понижение – она беспроигрышная, народ легко соглашается снизить уровень вкуса».

Вадим Гасанов:

«В упор не помню среди птенцов гнезда Борисовны тех, кого можно назвать артистичным».

Ярослав Зверев:

«Я не говорю, что они артистичны – но безголосость им собирались компенсировать “театром Аллы Пугачевой”, т. е. как бы артистическим решением. В итоге образы получились какие-то совсем непристойные… И вот кстати, в “Голосе” планку заметно подняли. Реально безголосые там тоже были, но оценивали их не за чистоту ноты».

Вадим Гасанов:

«Можно привести и массу обратных примеров (большей частью из советского времени по понятным причинам), когда наличие прекрасного инструмента не подкреплялось более ничем и… обладатель его не радовал им никого. Ввиду полнейшей своей ненужности массовому слушателю – который и есть единственно необходимый эстрадному певцу потребитель. То есть должно быть разумное сочетание».

Ярослав Зверев:

«Ну вот Мирей Матье – поющий автомат с мощным голосом, труба иерихонская. Могла себе позволить “стою когда пою, я не могу иначе”, попытки что-то сплясать выглядят странно. И Патрисия Каас, которая тоже с мощным голосом, но при этом артистичная. Или Далида, которая каждую песню превращала в трагедию – но при этом прекрасная вокалистка. А нет голоса – и все, кругом проблемы».

Вадим Гасанов:

«Аналогичные пример: Группа The Turtles которая вполне могла б быть одной из первостепенных. Но не вышло, ибо с такими мордами не бывает. И совершенно стандартная Криденс, которые брали харизматичностью».

Я что хочу сказать: нормально, когда журналисты полемизируют в соцсетях. Однако когда рок-музыканты начинают проводить во всех этих фейсбуках время, то получается порой весьма неудачно. Да и не только о рокерах речь. Вот Всемогущий наградил человека талантом. Писать полотна, сочинять музыку, складывать простые слова в нечто чарующее, что зовется стихами. Да, наградил. Однако, как правило, Безымянный, со свойственной ему игривой логикой, не считает нужным в качестве бонуса одарить гения еще и разумом.

Мда… Испытываю чувство неловкости, читая в Facebook’е сентенции людей, чьими талантами давно и искренне восхищался и восхищаюсь. И что же ты, блядь, не делаешь то, к чему у тебя истинное призвание? Ну жонглируй ты нотами виртуозно, подбирай правильные рамки к захватывающим картинам, снимай гениальные фильмы, используй все три своих октавы, декларируй пронзительные вирши, только, сцукко, не надо этих твоих online-экзерсисов. Пусть этим, прости Господи, блоггеры грешат. Ну не позорься ты пред Вечностью ради мимолетных сетевых поглаживаний! Или хотя бы грамотно изображай БГ – изъясняйся витиевато и иронично, так что хуй кто поймет, что ты имел в виду и на какой ты стороне баррикад. Ну нет. Нет. Неееет! Здесь пиздец что творится. Потому что пятьсот перепостов и семь тысяч лайков воспринимаются тобой как волеизъявление электората, не иначе. Однако что есть блогосфера вся, целиком в контексте Вечности? А? Зачем «обрекать бессмертную душу на смерть, чтоб остаться живым в этой давке» (©БГ)? Ну помолчи, мудила, ведь не знаешь ты ни историю, ни географию; зачем же, право, расписываться в своем дремучем невежестве пред всем честным народом? Ради миллона лайков этих блядских?

Ну ладно, хочется высказать тебе гражданскую позицию: тогда просто поддержи своим собственным драгоценным лайком духовно-близких. Кто там из богинь? Допустим, Божена Рынска отметила, что все таты, яхуди да прочие бухори суть «зверьки-недоевреи»: давай, подставь плечо подруге – что это в самом деле за негожий расклад, когда «ташкентские зверьки с примесью семитской крови в Израиле страшно портят талантливую ашкеназийскую породу» (©Рынска)? Кто еще средь прекрасных дам? А, вот «политическая проститутка» (©В.И.Ленин) Мизулина, которая считает что словосочетание «геи тоже люди» нуждается в проверке Роспотребнадзором как потенциально экстремистское: опять же, голосуй «за», не дай хорошему делу нивелироваться! Или, скажем, «умная девушка» (©Захар Прилепин) Ксения Собчак определяет всех детей, всех, как класс «маленьких пидАрасов» – дай знать боевой подруге, что в борьбе с «гаденышами» вы едины! Или, для симметрии, Ирина Яровая: женщина вычислила, что интернеты эти «разрушают понятие границы, понятие суверенитет»; ну так не гадь сам в эти интернеты, не «разрушай понятия» – просто поставь где надо лайк, расшарь какой пожелаешь тезис… И продолжай, дебил, творить, продолжай делать то, к чему тебя Безымянный справил: рождай мелодии, монтируй ленты, слагай вирши, книги пиши, дари людям свои восхитительные рисунки… Только не показывай поклонникам свое истинное лицо, поверь мне, старый мой знакомец: Всесильный вовсе не это имел в виду, выбирая тебя проводником Божественного…

Как девочка мальчиков рассорила

Имя Лебединского музобщественность вспомнила весной 2016 года, когда экс-певица Наталья Игоревна Ветлицкая разместила в соцсети клип «Если не любовь» столь же забытого исполнителя с припиской:

«Леху Лебединского совки запретили ставить в эфир. А радийщики ссут это делать самовольно, прям так и говорят. Ну тогда стасымихайловы им в зубы. А мы здесь Леху послушаем».

Этот пост вызвал полемику, и высказывания разных деятелей шоу-бизнеса я здесь воспроизведу без собственных комментов.

Дмитрий Шавырин: «Его на Радио Шансон часто крутят. А на других он просто не формат».

Михаил Козырев: «При всем уважении к его гражданской позиции смею предположить, что никакого запрета нет. И не “ссыт” никто, использую Вашу лексику. Просто это неталантливо. И запредельно пошло. Увы и ах».

Д.Ш.: «Целиком и полностью согласен. Сделано коряво и непрофессионально. Музыканты слабые. Впрочем у него никогда хороших песен по сути и не было и певец-то он слабенький. Короче, не Александр Гратта».

Наталья Ветлицкая: «Ну пипец, “гении” собрались; спасибо, стошнило».

Д.Ш.: «У нас с Козыревым опыт большой есть общения с музыкантами Мы оцениваем все с профессиональной точки зрения. Лебединский – это типичный шансон. Ни рок, ни попса дешевая. Голос слабенький. Песни – пошлые. И никто его не запрещает, просто он сегодня не актуален и не востребован. И ничего злого ил личного».

Н.В.: «Какой у тебя вкус, Дима? ты в музыке не бельмеса не понимаешь, и не понимал никогда. тоже мне музыкальный продюсер. Ты всю жизнь только всех критиковал, вот твое основное занятие».

М.К.: «Пошлость остается пошлостью вне зависимости от страны проживания и политической позиции. И недавно склепанный артистом опус на злобу дня страдает той же проблемой. В этом всем нет ни грана таланта. Ни на что не претендую и никаких советов не даю, только моя частная оценка. Отличается она от любого здешнего комментатора только тем, что больше 20 лет я слушаю примерно по сто песен в неделю, и ставлю в эфир то, что мне казалось талантливым. Это не тот случай».

Д.Ш.: «Я вот сейчас посмотрел его страницу, на которую подписан. Мат-перемат на ней. Злоба на Россию, защищает убийцу Савченко. И так далее. Ну какая у него гр. позиция? Не нравится, вали из страны. Чего вякать в пустоту. Оппозиционер давно подзабытый… У Алексея нет никакого роста, а только падение вниз. В том числе и в его постах в ФБ. Он реально не формат для радио. А на Шансоне плиз, звучит по 5–6 раз в день. Правда я это говно-радио не слушаю».

Н.В. «Да хватит Мише поддакивать. Ты Мише не пара. Ты то сам чего красивого и хорошего миру дал, чтобы других чморить?».

Д.Ш.: «Ты бы за свою жизнь послушала ты столько я. У меня коллекция почти в 12 тысяч дисков, своя газета “Джокер” была на бумаге и есть на ФБ сейчас. Я знаю о рок-музыке столько, сколько другие не знают. Меня, как и Мишу Козырева знают все и с удовольствием советуются. А дешевая попса – это не мое. Критиковал и буду. Благо есть много где о музыке писать».

Алексей Лебединский: «А ты думаешь, что у Козырева есть вкус? У него даже чувства юмора нет. Я не защищаю свое творчество. Я констатирую жлобскую сущность человека и ставлю под серьезное сомнение его вкус. А чтобы это выяснить, давайте поставим эксперимент – я сяду за рояль, а Козырев хоть за что-нибудь. А потом мы решим, кто из нас имеет вкус и вообще право рассуждать с таким апломбом о музыке, ок? Я серьезно».

Сергей Кальварский: «Лех, понимаю, что Мишино мнение тебе неприятно. Но так он думает. А высказано корректно, без хамства. Ты же и не должен всем нравится. Песню еще не слышал, поэтому своего мнения пока нет».

М.К.: «Как “жлобяра”, “хам” и “человек без чувства юмора”, который осмелился не будучи ни музыкантом ни звукорежиссером высказать свое мнение, на которое не имею право, тактично удаляюсь из данной беседы. Обнаружил удивительное соответствие аргументации артиста текстам и настроению своих шлягеров. То есть тут полная гармония: чувак как поет, так и полемизирует. А вот Ваши, Наталья, симпатии к этим песням реально озадачивают. Как-то не верится мне в любовь к этой нетленной пошлятине. Впрочем, предполагаю, что здесь дело в дружбе и личном знакомстве. Тогда все понимаю».

Н.В.: «Михаил, ну я же годами наблюдала ваше дурновкусие, хотя вы свой вкус таким естественно не считаете, и ничего, никогда вам в горло за это не вцеплялась и не выливала ушаты помоев. Так почему же вы тут у меня устроили шабаш? Вы начали оскорблять, не я. И вообще я не понимаю с какого потолка вы считаете себя экспертом экстра класса в области музыки. Вы никогда им не были».

Как Константин Эрнст Константину Кинчеву клип снял

Клип на песню кинчевской «Алисы» «Аэробика» стал первой киноработой «взглядовского» режиссера Кости Эрнста. И показан этот шедевр был в самой популярной программе СССР – «Взгляд». Я познакомил двух выдающихся Константинов летом 1989 года, а в выпуске программы от 10 ноября, приуроченном к Дню советской милиции, мы отэфирили Костин дебют.

Там вышла, конечно, та еще история. Эрнст вложился в эту работу багажом всем своих кинопознаний и снял не просто видео, но мини-кино на семь с половиной минут. Снимали это в квартире кинокритика Андрея Дементьева на Пятницкой (он сам много лет спустя снялся в роли Масимилиана Волошина в ленте «Зеркала» Марины Мигуновой).

Клип стартовал выразительным заходом на три с половиной минуты, где герой под приглушенный фон предпраздничного радио пробуждается в какой-то трэшовой коммунальной квартире, разглядывает себя в разбитом зеркале, ну и тому подобное. А потом, после всей этой надрывной и шедеврально адекватной тогдашней конъюнктуре красоты – под обработанную нарезку сталинского парада физкультурников, концерта «Алисы» на ленинградском Зимнем стадионе и стремительной проходки «Доктора Кинчева» по подвальному коридору, – идет собственно музыка.

О премьере первого музыкального номера культовой питерской команды известили всю советскую рок-общественность: соцсетей тогда не было, но формат «из уст в уста» функционировал настолько эффективно, что, когда Политбюро ЦК КПСС закрыло тот же «Взгляд», на митинг протеста вышло полмиллиона человек без всяких твиттеров.

И вот, стало быть, сижу я перед первой «Орбитой» (дневным эфиром «Взгляда» на Дальний Восток), штудирую верстку выпуска. Замечаю: под некий «музыкальный номер» отведено три минуты восемнадцать секунд. Озадаченно спрашиваю режиссера: это что у нас здесь? Невозмутимый Иван Демидов, лениво затягиваясь болгарской сигаретой, процедил, что он, мол, «поставил метку» по первому аккорду и приказал видеоинженерам все остальное отрезать. То есть попросту безжалостно кастрировать премьерную «нетленку». Хуясе, подумал я про себя. А вслух спросил: «Костя-то в курсе?» Ваня: «Ну да, они там с Любимовым в монтажной были».

В принципе, Демидов в той ситуации был прав на 100 %. Мы ночью, после вечернего выпуска («Взгляд» на Москву «прямился») обсуждали этот эпизод и все сошлись: во «Взгляде» клипы поддерживают сюжеты. Ну, например, репортажная зарисовка, и «в стык», без какой-либо отбивки: «Скованные одной цепью» – легко и без затей выстроен революционный контекст.

Но, думаю, Костя Эрнст, которого политика всегда интересовала куда меньше, чем искусство, рад не был. А его тезка Кинчев так и вовсе зарекся впредь работать с телевизионщиками.

Полную версию клипа со стебными комментами много лет спустя показали по MTV. Но это была уже другая страна.

Как команде Нестерова не везло во «Взгляде»

Кстати, о клипах «взглядовских». Сам Иван Демидов дебютировал в феврале 1989 года с видео на старую версию песни «Москвичка» в исполнении «Мегаполиса». Вещь отэфирена в праздничном восьмимартовском выпуске «Взгляда». В том же году Ваня снял видеоверсию хита «Рождественский романс». И каждый раз, когда песню ставили в верстку, программу… закрывали! Не из-за какой-то там политической составляющей самого музыкального номера: просто не везло фатально Олегу Нестерову и его «Мегаполису».

И еще один сюжет «взглядовский» вспомнил. 1989 год. Делегация СП РСФСР вернулась из США. Двухминутная буквально зарисовка. Под песню «Наутилуса» «Гудбай, Америка» катили тележки, доверху забитые заморскими товарами, наши писатели-почвенники, со всей сермяжной мощью клеймившие на страницах «Литературной России» и «Нашего современника» скудоумных «пиндосов» с их презренным культом вещизма.

Меня тем майским днем поехать в Шереметьево-2 и снять прилет делегации Союза писателей попросил Артем Боровик. Для выпуска «Взгляда», который мы в ближайшую пятницу планировали провести с ним на пару. По-моему, у него были жесткие разборки с кем-то из этих «инженеров душ человеческих», я в подробности тогда не вникал. Мастера пера, упакованные импортным дефицитом в полный рост (пакеты валились с тележек), понятное дело, были не особо разговорчивыми. И мне пришлось добивать хронометраж стебным стенд-апом на фоне здания международного аэропорта. Под конец я пробросил реплику:

«Бездуховность, бля».

Ну и завершил репортаж беспроигрышным саундтреком Славы Бутусова про «Америку, где я не буду никогда», который придавал сюжету глумливое звучание.

Андрей Макаревич, который, как и вся советская богема, отслеживал пятничные экзерсисы «молодежной редакции ЦТ», потом меня влегкую пожурил. Упрек в использовании запрещенных приемов я категорически не принял. Потому что все остальные очень даже ту выходку одобрили. Особенно, конечно, Боровик-младший. Который, между прочим, числил «Наутилус» командой номер раз.

Как Шевчук на Расторгуева напал

Жестко ультиматум «Определись, ты за кого?» ставится в российской блогосфере. Пространство Сети превратилось в территорию новомедии и почти не контролируется кремлевским агитпропом, а потому внушает нашим элитам вселенский ужас, ибо они – по своему смешному недомыслию – переоценивают влияние сетевых сообществ на формирование тех настроений, которые Юрий Шевчук некогда обозначал словосочетанием «Предчувствие гражданской войны».

Увязнув в сетевой ЖиЖе, невозможно отойти в сторону согласно старинному тезису «Моя хата с краю». Волей-неволей приходится корректировать все свои действия, понимая. После того как «Юра, музыкант» задал пару вопросов Путину, фамилию «Шевчук» стало проблематично употреблять без учета этого эпизода.

Да что там сам Шевчук! Знакомая журналистка рассказала, что даже не осмелилась проехаться по Боно и российским гастролям U2 того 2010 года, поскольку, спев дуэтом с Шевчуком песню Боба Дилана, ирландский русофоб как бы влился в ряды рукопожатых оппозиционеров. И, стало быть, критиковать Боно – это как критиковать научные работы академика Сахарова в советское время. Думаю, даже создатели мультов «Южный Парк» и «Симпсоны», высмеивавшие конъюнктурщика Боно, воздержались бы от сатиры, если бы были пользователями русскоязычного раздела Сети. Так корректировать ли свое слово, дабы не было оно интерпретировано как ангажированность? Прикусывать ли язык, чтобы кому-то не показалось, что ты его засунул в то отверстие, где уже ныне и так тесно как никогда?

Когда облака ниже колен,Когда на зубах куски языка,Когда национальность голосует за кровь,Когда одиночество выжжет дотла,Когда слово «Вера» похоже на нож,Когда плавятся книги да колокола,Когда самоубийство честнее всего,Когда вместо ритма нервная дрожь.

Это из Шевчука («Предчувствие гражданской войны»), который, как известно, «пил с генералом ФСБ». И мне нравятся некоторые его вещи. Но талант не облагораживает своего носителя. И мой персональный багаж знаний позволяет декларировать, что я Юрий-Юлианычу не верю. Ну а власти я просто по долгу профессиональному обязан не доверять. Однако я не понимаю, отчего лично я должен делать выбор между Кремлем и оппозицией, если не верю ни тем, ни другим? Когда «Предчувствие гражданской войны» звучало в первый раз, я искренне присоединился. Был, как и многие коллеги-репортеры, пассионарным хунвейбином перестройки, пушечным мясом информационной войны, думал, что геройствую во «Взгляде». Нам тогда казалось, что мы отнимаем власть у тупых мракобесов. Но не все знали, что отдадут ее смышленым ворам.

Есть такая песенка на вирши Самуила Маршака «Из чего только сделаны мальчики?… Из чего только сделаны девочки?». Концептуальная вещь, разоблачающая ханжеский девиз хищной Якобинской диктатуры «Свобода, равенство, братство». Действительно, о каком, право, равенстве может идти речь, когда все заведомо из разного сотканы? И – по замыслу Творца – равными быть попросту не могут?

Полемика Власти с Поэтом и/или Бизнесом – наглядная иллюстрация тезиса о демагогической сути лозунга Великой французской революции. Конечно, известный диалог Владимира Путина и Юрия Шевчука от 29 мая 2010 года навел на эту мысль. Каков в России поэт, такова и власть.

Каждый услышал/увидел то, что желал. Пламенный писатель Дмитрий Быков написал гневную антипутинскую мини-поэму «Есть еще на свете силы ада, тайные и темные места…». А флегматичный ТВ-ведущий Алексей Шахматов в своем блоге заметил: