Эта сумасшедшая психиатрия

Как это выяснилось?

Возьмём историю этого ребёнка. По понятным причинам никаких имён и намёков на конкретных людей в этой книге не будет. Но для специалиста в области психиатрии и медицины вообще данное рассмотрение должно быть достаточно ценным и информативным.

История возникновения эпилепсии у этого ребёнка такая: в полгода от роду мама роняет своё дитя головой вниз на пол. Разумеется, всё это выглядит как «случайность», хотя для ребёнка оборачивается больницей и лечением ушиба и сотрясения мозга.

Но это ещё не привело к эпилепсии. Ребёнок оправился. Хотя подобный случай уже создал предрасположенность к психозам и возможным девиациям в области нервных реакций.

После выписки из больницы проходит ещё 6 месяцев, и ребёнок в комнате, где присутствует его мать, перегрызает электрический провод радиоприёмника, который, разумеется, подключен к розетке и находится под напряжением 220 вольт. С серьёзной электротравмой этот ребёнок лежит полгода в больнице.

Но и это его не добило. Он оправился.

И ещё через полгода мама, с целью «полечить» своего ребёнка, отправляет его на электростимуляцию мозга. И на первом же сеансе у него случается эпилептический приступ.

Далее ему назначают несколько тяжёлых противоэпилептических препаратов, которые вызывают у ребёнка четырёх лет остеопороз и печёночную недостаточность, так что он периодически попадает в реанимацию.

В подобных случаях врач-психиатр, как и врач любой иной специализации, который видит вот такую историю развития болезни, должен понимать, что он имеет дело с опасным психотиком. Чем оно опасно для врача? Тем, что этот человек не ждёт от вас помощи или улучшений для своего ребёнка или родственника. Он пришёл к вам, чтобы вы его добили.

Это просто увидеть. Вы делаете правильные назначения, и состояние пациента начинает улучшаться. Очевидно улучшаться. Ребёнок или взрослый человек становится жизнерадостным, количество эпилептических приступов снижается, или припадки становятся менее интенсивными и болезненными, что тоже немаловажно. Улучшается состояние кожи, цвет глаз, уходят многие неоптимальные, нежелательные проявления.

Это не входит в планы того, кто привёл его к вам на «добивание». И на вас, как на врача, начинаются нападки. При наличии очевидных улучшений вам и всем вокруг говорят, что пациенту становится всё хуже и хуже. Начинают рассказывать небылицы о страшнейших приступах и усилении всевозможных несчастных проявлений. Когда же вы показываете фактуру улучшений, неоспоримую фактуру, то нападки идут просто на вас лично. Опасность этой ситуации в том, что ради своей цели такой психотик, как эта мамаша, может даже убить своего ребёнка, собственно, что она и делала методично и настойчиво все эти годы.

Разумеется, у такого человека хватает рассудительности, чтобы убивать скрытно, так чтобы это выглядело как рецидивы болезни. Но источником этих «рецидивов» всегда является один конкретный человек, его разрушительные действия.

Тем и опасны такие психотики. Их нельзя легко распознать.

Что характерно, когда из армии вернулся её старший сын, то через две недели после возвращения из тяжёлых армейских условий в родительский дом он попадает в реанимацию.

Главный критерий относительно того, как вы можете распознать сумасшедшего, пришедшего к вам на приём, – очевидные, объективные улучшения выводят его из себя, и он начинает нападать на того, кто вызвал эти улучшения.

Действительно опасных, вот таких, скрытых сумасшедших на самом деле не очень много. Или, даже лучше сказать, – очень не много. Их действия становятся ярко видны, поэтому возникает ощущение, что на врачей, на людей, которые каждый день реально помогают людям, идёт массированная атака лишь в том случае, когда вот такой опасный психотик проникает в руководящие круги. Например, в Минздрав. Найдите этого сумасшедшего, рассматривая историю жизни его друзей и родственников, а также его реакцию на улучшение их состояния, и отправьте туда, где ему место – в острый блок психиатрической больницы, и ситуация с медициной во всей стране резко улучшится. Это психиатрический профессиональный взгляд на проблему.

Ещё один пример.

Мама привела свою дочь 25 лет. Девушка полностью сумасшедшая. Галлюцинации, спутанное сознание, полная бездеятельность, в общем, всё беспросветно.

Начинаем рассматривать случай. По скрининговым тестам выявляются серьёзные дефициты важнейших витаминов и минералов. Делаем схему для неё и выдаём маме список витаминных препаратов, которые надо приобрести.

Процесс приобретения веществ длится больше месяца. При этом, от мамы приходят ежедневно по 3 письма длиной по 2–3 страницы печатного текста с вопросами. Это насторожило, поскольку так общаются люди, находящиеся в самом низу шкалы неврозов, там, где грань между неврозом и психозом практически отсутствует.

В чём проблема столь длительного перерыва между тестом и началом приёма витаминной схемы? В том, что результаты тестирования физического состояния человека обычно устаревают через 15–20 дней. Возможно, если ничего не менялось, то они ещё достоверны, а возможно, человек с тех пор пару раз отравился или был вынужден пропить курс тяжёлых антибиотиков, и соответственно, его физическое состояние изменилось, и если провести тест заново, то показатели могут быть иными.

Но мама уверяла, что ничего не менялось и денег у неё на переделывание теста нет, она очень просит расписать схему по тем данным, которые есть. Мы пошли ей навстречу. В конце концов, витамины – не лекарства, схема у нас аккуратная, мягкая и, главное – сбалансированная, плюс каждое изменение состояния оценивается и схема корректируется по мере надобности.

История разрушения жизни этой девушки полностью связана с активными действиями «по улучшению её здоровья» со стороны её матери. Та пророчила ей карьеру модели. И для этого она зачем-то увезла её на окраину Южной Америки, без денег и совершенно без перспектив.

То есть не в Россию, где огромный спрос на профессиональных фотомоделей и всегда можно найти работу. Не во Францию, где сконцентрированы ведущие дома мод. Не в Америку, где также спрос на моделей велик, и не в Англию, вторую мировую столицу моды. Но это ладно. Возможно, был какой-то расчёт. Но по факту успехом он не увенчался.

«Для сохранения фигуры» мама кормила дочь в течение нескольких лет бананами, персиками, грушами и ещё несколькими экзотическими фруктами. И это всё, чем она её кормила!!! В итоге получилась «фотомодель» с жутким асцитом. Не говоря уже о прогрессирующем голодном психозе.

Логично спросить – а что же сама девушка? Почему она не сопротивлялась? А девушке мама регулярно давала несколько видов нейролептиков, так что в сочетании с постоянным голодом никакой воли у той просто не осталось.

Но мы никогда не подходим к людям предвзято. Самая большая ошибка, которую можно совершить, – начать думать о человеке плохо до того, как он сам не совершил что-то плохое.

Через 20 дней приёма нашей витаминной схемы показатели уровня дефицитов у этой девушки снизились на 50 %. Это был очень хороший показатель. Она ожила, у неё пропали дерматиты, улучшилось пищеварение (разумеется, мы настояли на улучшении питания).

И тут, узнав, что состояние её дочери стало значительно лучше, мама «съехала с катушек». Она начала в своей манере, по три письма в день (вне зависимости от времени суток) по 3 страницы каждое, писать нам о страшных проявлениях болезней и психозов у её дочери. То есть буквально так: сегодня до двух часов дня всё было спокойно и хорошо. В два часа мы отправляем ей результаты повторного теста с 50 %-ным улучшением (оценка производится по данным, предоставленным ею же), и в два часа пятнадцать минут начинается поток «ужасов», происходящих с её дочерью. И длится несколько дней, со всё новыми и новыми проявлениями.

Мы, как и полагается в таких ситуациях, направляем её дочь к врачу. И врачи ничего не находят, что вызывает наше удивление, и мы направляем её дочь к другим врачам (предполагая, что имеет место некоторая некомпетентность со стороны южноамериканских врачей). И те и другие не находят также ничего экстраординарного. Хотя по описаниям её мамы случай уже тянет на срочную реанимацию.

И это не снижает потока ужасающих писем, требующих от нас предпринимать какие-то немедленные действия.

Что ж, это ещё один опасный психотик. Это психоз – убивать своего ребёнка, причём медленно, болезненно, уверяя его и всех вокруг, что делается всё это ради его же блага.

В итоге она сама прекратила давать витамины своей дочери, снова вернула её на бананово-апельсиновую диету и начала ещё давать ей травы от паразитов, а также сборы для очищения кишечника и регулярные клизмы с различными наполнителями. Видимо, чтобы уже добить своё дитя окончательно.

Вот факт. Этот человек длительное время разрушал здоровье и психику своей дочери. И когда вдруг чьи-то усилия вызвали реальное улучшение состояния её дочери, начались истерика и психоз по этому поводу. Вот он, наш настоящий безумец. Увы, то, что таким нераспознанным психам даны все права и полномочия, и вызывает огромное количество неприятностей в обществе.

Кто-то может сказать, что, возможно, она действовала просто по незнанию. Она не врач и не психиатр.

Увы. Мы, несмотря на всю сложность, таки читали её «простыни» писем. Такого количества информации о лечебных диетах и всевозможных оздоровительных мероприятиях, скорее всего, нет даже в НИИ питания РАМН.

И мы, разумеется, тоже предоставляли всю возможную информацию о состоянии её дочери и о возможности его улучшения.

Соответственно, считать, что человек был «не в курсе», не приходится. Это намеренное разрушение человека и его жизни. И это намерение опасного сумасшедшего.

Каждый врач может вспомнить в своей практике подобные случаи. И каждый врач, теперь, основываясь на вышеописанных примерах и на своём опыте, может увидеть настоящего опасного психотика, место которому – острый блок психиатрической лечебницы. Острый, потому что эти люди действительно опасны, и работать с ними должны люди, подготовленные соответствующим образом.

* * *

Определив понятие «нормы», взяв за её основу трудоспособность, мы получаем градиентную шкалу нормального состояния.

Высокий уровень нормы и здравомыслия всегда сопровождается высокой трудоспособностью, способностью ставить и достигать цели, способностью обучаться профессии и повышать уровень квалификации в своей деятельности, получать хорошие и отличные результаты своей деятельности и, как итог, получать средства к хорошей жизни.

Менее высокий уровень «нормы» – посредственная трудоспособность, лень и плохие заработки как результат недостаточно эффективной деятельности.

Отсутствие способности ставить и достигать цели, отсутствие способности трудиться, неспособность быть эффективным в работе и неспособность уживаться с другими сотрудниками говорит об отсутствии здравомыслия и о прогрессирующем неврозе, который может при определённых обстоятельствах перейти в психоз.

Мы сейчас не рассматриваем причины снижения уровня нормы. Об этом мы поговорим чуть позже. Просто не надо рассматривать градиенты нормы и здравомыслие как нечто уничижительное для различных людей. Человек, вне зависимости от того, является ли он невротиком или нормальным, остаётся человеком со всеми правами гражданина и человека. И любая помощь ему должна иметь цель – помочь, а не лишить свободы и прав.

Далее, по шкале градиентов нормы мы переходим в неспособность трудиться, в лень, в отсутствие целей и интересов. И в этот момент начинается невроз, который, постепенно ухудшаясь, (если не ищется причина состояния и человеку не оказывается адекватная помощь), переходит в то, что человека начинают интересовать разрушительные цели и намерения.

Постепенно, когда человек набирает определённую активность в разрушительной деятельности, он впадает в психоз.

Опять-таки психотик нередко использует очень искусные социальные маски, чтобы его безумие не было очевидным. Но как по результатам деятельности трудоспособного человека можно увидеть норму, так и по результатам разрушений можно увидеть психа.

Разумеется, понятия «нормы» и «не нормы» приходится рассматривать с точки зрения общества. Человек живёт в кругу людей. Соответственно, люди, если они нормальные, желают жить, желают жить хорошо и ладить с другими людьми. И уровень нормы также определяется его способностью ладить с окружающими, помогать им и жить с ними.

Мы все любим, когда в жизни всё хорошо. Мы все не любим, когда что-то пошло не так. Мы не любим скандалы в семье. Мы не любим голод, мы не любим боль, мы не любим проблемы и неприятности. И как существа общественные, мы не любим, когда подобное случается с окружающими нас людьми. И мы стремимся помочь тем, у кого случается горе или серьёзные неприятности. Это нормально, поскольку это позволяет хорошо жить и нам, и нашим друзьям, сослуживцам и родственникам. И как итог – обществу в целом.

То, что способствует хорошему существованию и развитию общества, является нормой. Общество состоит из людей. Если люди в обществе сыты, одеты, имеют хорошее жильё, могут иметь семьи, резервы и развлечения, то общество живёт хорошо, поскольку хорошо живут составляющие его люди. Этому способствует то, что эти люди осуществляют созидательную деятельность и в этом им не создаются искусственные сложности.

Если эти люди ещё и учатся, повышают уровень грамотности и образованности и стараются увеличить и углубить свои знания об окружающей вселенной и явлениях, то это общество имеет высокий уровень здравомыслия.

И на фоне вышесказанного посмотрите на человека, которому нравятся скандалы, нравится боль, нравятся неприятности, нравится голод, нравится разрушение семей, нравится, когда кто-то теряет собственность, жильё, деньги. Причём нравится и по отношению к нему, и по отношению к другим. Такому человеку нравится, когда кому-то не помогают. Даже если он утверждает, что ему это не нравится, но его действия в итоге приводят к описанным выше неприятностям, что ж, очевидно, что этот человек безумен. Он разрушает себя и общество. Он разрушает жизни окружающих его людей.

Даже если на первый взгляд кажется, что он, разрушая других, улучшает свою жизнь, например, обворовывая людей, живёт на украденные средства, то в итоге, разрушая общество, он всё равно разрушит и себя как его часть.

Наиболее опасный психотик – это тот, кто намеренно уничтожает помощь. Кто намеренно препятствует тому, чтобы общество, в виде его составных частей – людей – жило хорошо, счастливо и «припеваючи».

Вы увидите такого человека, говорящего о необходимости «затянуть пояса», потерпеть, говорящего о «нашем трудном времени». Времена всегда трудны. Но трудными их делают люди, имеющие разрушительные намерения. И этих людей очень мало. Они страшны лишь тогда, когда попадают на руководящие должности.

Менее опасен человек, который разрушает не намеренно. Обычно такие люди становятся алкоголиками или занимаются иными видами саморазрушения. Их вылечить гораздо легче, чем первых.

Кто-то скажет, что такой взгляд слишком прост для психиатрии. И как же быть с длинным списком психических расстройств их МКБ 10? Что же теперь делать с этим мистическим заболеванием под названием «шизофрения»?

На самом деле в противоречие с психиатрической наукой вышеописанные данные не вступают. Поскольку человек галлюцинирующий, человек, не способный отличить реальность от вымысла, человек, впадающий в ступор и в бессознательность посреди бела дня, человек, ведущий себя агрессивно или не адекватно, определённо не способен быть трудоспособным и обеспечивать свою способность жить и опасен для окружающих. Просто представьте себе галлюцинирующего полицейского или впадающего в ступор водителя. Даже если эти люди добры и не желают никому зла, рано или поздно они совершат это зло.

Поэтому нормальный человек не обязательно «добренький», так же как и ненормальный не всегда «злюка».

Трудоспособность – это стержень, вокруг которого должны вращаться остальные психиатрические данные.

Причины психических заболеваний

Причины психических расстройств считаются неизвестными. Но так ли это?

Западная психиатрическая модель учит нас, что известных изученных причин психозов не существует. И вся «исследовательская» работа в этой области направлена на поиск всё новых поведенческих симптомов, которые можно, так или иначе, приписать какому-то психическому отклонению. А работа врача превращается в согласование симптомов с конкретным диагнозом из Международной классификации болезней новейшего пересмотра и назначение нейролептиков или антидепрессантов тех фармацевтических компаний, с которыми за плату сотрудничает врач.

Но это, разумеется, не медицина, а грамотно построенная система продаж. Обширная симптоматика из МКБ позволяет сделать клиентом практически каждого человека, и «продать» ему нейролептики или антидепрессанты не так уж и сложно, а порой человек, находясь на инвалидности, даже не может отказаться от приёма психиатрических препаратов, поскольку за то, чтобы таблетки и инъекции поступали в его тело, заплатило государство. А оно в таких вопросах деньги на ветер не бросает.

Кто-то скажет, что, помимо описания симптомов, ещё и проводятся генетические исследования причин психических расстройств. Но подобные исследования крайне сомнительны с точки зрения медицины, и особенно психиатрии. Святая вера в генетическое влияние на психику человека, а также на невозможность исправления такого влияния была предметом споров и даже совершенно справедливых насмешек со стороны советских учёных и врачей. Любой школьник знает, что девиации не закрепляются в генах. Даже если они имеют генетическую природу, они всё равно в течение 2–3 поколений исчезнут как невыживательные. И речь идёт о физических отклонениях. А с психикой ещё сложнее, поскольку влияющих факторов на психическое состояние человека так много, что генетика отходит в этом вопросе на второй или даже на шестнадцатый план.

В чём была разница подходов советской и западной психиатрии? Задача, стоявшая перед советской психиатрией, – вернуть человеку здоровье и, соответственно, трудоспособность. Задача, стоявшая перед западной психиатрией, – продать лекарства и максимально освоить бюджет медицинской страховки пациента.

Таким образом, идея генетической природы психических расстройств очень выгодна с точки зрения продаж. Генетические заболевания невозможно вылечить. Можно только купировать симптомы. Чем? Нейролептиками или антидепрессантами. И незачем даже думать о поиске причин и искать пути исправления состояния. Это гены! Что вы хотите исправить? Это «дьявольское клеймо» от рождения до смерти, смыть которое не под силу смертному врачу.

Но это уже похоже на вуду, а не на медицину. Хотя в Америке вуду – популярный культ.

В России, и особенно в Советском Союзе, культ вуду не был популярным, и врачи всё же стремились быть врачами, а не колдунами, старались быть учёными, а не жрецами. Старались помогать людям, а не просто собирать деньги с доверчивых и малограмотных в вопросах психиатрии и медицины граждан.

Человек – существо сложное. И искать одну простенькую причину или решение для его психических расстройств нет никакого смысла. Простенькое решение, возможно, подойдёт для простейшего организма, такого как амёба или инфузория туфелька.

Возможно, электрический разряд, с помощью которого в старых экспериментах удавалось изменить поведение инфузории, и является эффективным решением для изменения поведения инфузории. Но для человека решение в виде «электрошока», или как сейчас модно называть эту варварскую практику выжигания мозга, «Электросудорожная терапия», или «ЭСТ» не только не считается хорошим и эффективным, но является пагубным и разрушительным.

Жаль, что порой целые институты и организации, называющие себя «научными», занимающиеся исследованиями и продвижением электросудорожной терапии, так и не смогли разглядеть разницу между инфузорией и человеком.

Но сейчас не о них.

Важно понять очевидную вещь – человек не является раздельным существом. Его эмоции, мысли и поведение не существуют отдельно от его организма и процессов, в нём происходящих. Так же как всё это неразрывно связано с окружением человека и с его общением.

И если врач желает действительно разобраться в причинах возникновения психических отклонений у конкретного пациента, он должен рассматривать человека в комплексе, вместе с состоянием здоровья физического организма и его взаимоотношениями с окружающими людьми.

Это сложно, это долго, это, порой, изнуряет, но только так можно помочь человеку.

Тут стоит сделать небольшое отступление. Врач – тоже человек, как ни странно это звучит для некоторых пациентов и чиновников. И врачу тоже нужно питаться, одеваться, кормить детей, содержать родителей, жить в хорошем доме, ездить в комфортном и безопасном автомобиле, отдыхать в той части планеты и в таком отеле, где он хочет, а не только на что хватает денег.

Достоин ли врач этого? Достоин ли человек, спасающий жизни и здоровье того, чтобы жить хорошо? Если кто-то считает, что нет, то прочтите предыдущую главу. Она вся посвящена людям, которые ненавидят тех, кто оказывает эффективную помощь.

Но как врач может стать востребованным, известным и, разумеется, богатым? Только тогда, когда он эффективен в своей помощи.

Реклама ничего не значит. Продвижение услуг врача – пустая трата времени и денег. Если врач эффективен, то есть может вылечить пациента, может вернуть ему здоровье, может улучшить его состояние и сделать его жизнь счастливой, а здоровый человек обычно всегда более счастливый, чем больной, то о враче начинает распространяться хорошая или даже восторженная молва. А это ценнее и эффективнее любой рекламы. Люди верят, когда видят своих друзей и родственников выздоровевшими. Верить во что-то другое, например, в рекламу – это уже нечто менее здравое.

Так же смешно выглядит какой-нибудь доктор «Утютюшкин», который вместо того, чтобы лечить своих пациентов и потрясать общество своими достижениями в медицине и в психиатрии, каждый день, без сна и отдыха, пытается продвигать самого себя, читая лекции о шизофрении, которые ни к чему не ведут. Какой смысл сотрясать воздух теориями? Какой смысл читать лекции, из которых невозможно взять «рациональное зерно» и, применив данные, получить результат – изменение состояния пациента?

Вообще, идея о том, что главное в деятельности – результат, для многих людей является очень новой. Поразительно порой, что люди считают процесс деятельности более важным, чем то, ради чего эта деятельность должна осуществляться.

Зачем нужна деятельность автослесаря? Затем чтобы машины ездили. А не за тем, чтобы автослесарь мог сидеть в гараже, курить, играть в карты и рассказывать клиентам, как сложно и невозможно отремонтировать те или иные поломки.

Зачем нужен пекарь? Рассказывать о том, как сложно печь хлеб? Нет, от него нужен хлеб.

Зачем нужен врач? Затем чтобы рассказывать людям, как тяжело, а порой и невозможно вылечить ту или иную болезнь? Нет. Людям нужен врач, который излечивает, который возвращает здоровье.

Зачем нужен психиатр? Рассказывать людям, как определить у человека то или иное психическое отклонение? Или чтобы рассказывать, как полезны нейролептики? Или рассказывать о генетической природе психических расстройств, из-за чего их невозможно вылечить?

Нет. Психиатр, как и автослесарь, как и пекарь, как и врач, должен в своей деятельности достигать результат. Результатом в психиатрии является возвращение человеку здравомыслия, спокойствия и способности радоваться жизни, трудиться и созидать. Если психиатр этого не в состоянии сделать, то все свои байки о шизофрении он может засунуть себе в… «портмоне». Он никому такой не нужен.

Это даже в какой-то степени преступно – быть психиатром и не быть способным улучшать состояние пациентов, учитывая масштаб проблемы психозов и неврозов.

Людям нужна помощь. И они будут поддерживать того, кто может её эффективно оказать.

Что нужно для того, чтобы эффективно оказывать помощь в области психиатрии? Ну, во-первых, надо понять, что существуют реальные физические патологии и состояния, приводящие к неврозам и психозам. Это настолько очевидно, что порой крайне удивительно, почему так мало врачей обращает на это внимание!

Больной человек, чем бы он ни болел, всегда испытывает неприятности психического плана в большей или меньшей степени, которые могут быть классифицированы как психическое расстройство или даже болезнь.

Соответственно, если идти от противного, то если человек испытывает какие-либо психические проблемы, значит, он болен физически.

Увы, эту статистику сложно подсчитать, поскольку в психиатрических больницах не делают полного медицинского обследования поступающим пациентам. Даже анализ крови и мочи на присутствие наркотиков не делается.

В современном мире одной из самых распространённых причин психоза является употребление наркотиков. Особенно если это молодые люди, подростки.

Он был совершенно нормальным, всё у него шло хорошо, он нормально учился, у него была девушка и перспективы, и вдруг он начал видеть пришельцев, бегать с криками «джедаи атакуют», взгляд бешеный, на вопросы нормально и по сути не отвечает, агрессивен, и это не проходит ни через час, ни через пять. Все понимают – «сошёл с ума».

Его увозят в психушку. Никто не исследует его кровь и мочу на присутствие наркотиков. Сам он, придя в себя, не сознаётся, что принял. Ему ставят шизофрению, прописывают нейролептики, и его жизнь «заканчивается». Далее – инвалидность и слабоумие. Таких историй – море.

Но наиболее частой причиной вот таких внезапных психозов является приём наркотиков. Современные удешевленные версии синтетических наркотиков, продаваемых как «лёгкие», могут оказывать сильнейший психотический эффект. Порой исправить последствия всего одного приёма таких веществ просто невозможно.

Но и «безобидные» вещества, такие как марихуана, клубные наркотики, основанные на лизергиновой кислоте, также могут у некоторых молодых людей вызвать мгновенный и острый психоз всего от одного применения.

Если бы при приёме такого пациента в психиатрической больнице ему первым делом просто сделали бы ему анализы на наркотики, после чего, если эти анализы положительные, просто «промыли» бы ему кровь, прокапали витамины, дали бы отдохнуть и прийти в себя, а потом, сделав ему серьёзное внушение, показали бы в остром блоке его будущее, если он не прекратит принимать наркотики, то у вас был бы феерический случай полного излечения от «шизофрении». Конечно, в любом таком процессе могут быть всегда свои сложности. Но если вести дело вот по такой схеме, то случаев выздоровления, причём практически без рецидивов, было бы гораздо больше, чем сейчас.