Сайонара Цветолина! (СИ)

– …и носят белые «Мартинсы», то не угадала!

– При чем тут мои «Мартинсы»? – не понимала Цвета.

– Ты не для всех кумир!

– Я и не собиралась быть для всех кумиром, что за ерунду ты несешь, Оля?

Воробьева только обиженно поджала нижнюю губу и подтянула к себе за ошейник Нортона. Цвета поднялась с места и выбросила окурок в урну. Снова подошла к Оле и присела рядом.

– Этот придурок Большов – любитель девочек позажимать в темных коридорах, – проговорила Цвета. – Как он выражается, в шутку. Это же офигеть как весело, ты как считаешь, Оля?

Девочка растерянно пожала плечами:

– Ну, вообще-то не очень…

– Вот-вот! – Цветолина нахмурилась, взглянула на мигающий оранжевым светофор и тяжело вздохнула, выпустив изо рта пар. – Как-то зимой в восьмом классе Большов при всех больно и обидно ударил меня по заднице. Я помню, как громко смеялся он, и эти его гиены… – Цвета кивнула в ту сторону, где скрылись парни. – Я сразу пошла к директору… И знаешь, что он мне сказал?

– Что?

– Что это всего лишь неудачная шутка… «Они же мальчики!» – улыбался мне в лицо директор. Половое созревания, все дела… В конце концов, он всё перекрутил так, что я еще должна была гордиться тем, что на меня, соплячку, обратил внимание девятиклассник. Спортсмен и гордость школы! Только девчонкам, которых он нагло щупал после уроков физкультуры, было вообще не до смеха! Я сказала директору, что если Большова прилюдно не пристыдят, я это так просто не оставлю… От него ж уже все девочки шарахались! Мой отец имеет непосредственное отношение к комитету образования, поэтому директор трухнул перед какой-нибудь из внезапных проверок… И устроил Большову темную.

– Ты из-за этой истории в новую школу перевелась? – тихо спросила Оля.

– Из-за этой истории? – удивленно посмотрела на Воробьеву Цвета. – Нет, конечно! Попробуй они меня вытури… Не дамся. Просто родители развелись, разменяли квартиру, и мы с мамой переехали в другой район. Да и не такая уж шикарная школа у меня была, чтобы за нее держаться…

– Понятно… – вздохнула Оля, поежившись от холода.

Цвета, которая была без шапки, натянула на голову капюшон и взглянула на Нортона:

– Классный у тебя пес!

– Это Нортон! – ответила Оля.

– В честь Эдварда Нортона? – спросила Цвета.

– Ага, именно! – отозвалась Воробьева. «Теперь «Бойцовский клуб» придется смотреть, что ли?» – подумала девочка.

– Ладно, до завтра, Оля! – Цвета снова поднялась на ноги.

– До завтра! – отозвалась Воробьева, провожая Цветолину взглядом.

Затем Оля посмотрела на носки своих ботинок и обнаружила под ногами потерянный билет. Быстро нагнулась и подняла его с асфальта. Новенький, чистенький… Совсем недолго здесь пролежал. В БДТ на «Три сестры» Чехова. Еще и в партер!..

Билет в театр могла выронить только Цветолина, когда доставала из кармана куртки сигареты. Но Цвета уже скрылась в толпе прохожих. Тогда Оля бережно убрала билет во внутренний карман пуховика, так и не решив, хорошо ли это, что теперь у нее появился еще один повод пообщаться с Цветолиной.

16

Опубликовано в 23:16

Про дружбу

Как узнать, какой человек из всех, кто тебя окружает, – твой? В детстве, когда я отдыхала у бабушки, одна девочка подарила мне целую кружку лесной земляники. В ответ я нарвала в саду крыжовник. На следующий день она притащила мне малину, а я ей торжественно вручила помидоры. До сих пор помню, как мне влетело от бабушки за потоптанные грядки…

В детстве проще подружиться. Ты – мне, я – тебе. Пойдем, искупаемся на речке? И вот вы уже лучшие подруги. Только потом, взрослея и встречаясь каждое лето в деревне, понимаешь, насколько у вас стали разными интересы, предпочтения, взгляды на жизнь. Это в любви противоположности притягиваются… А в дружбе?

Так и стынет эта детская привязанность к человеку, как чай в серебристом подстаканнике в пассажирском поезде. С каждым годом, как с каждым новым стуком колес.

(K) Привет! Как у тебя продвигаются дела с моим соперником за твое сердце?

(S) Привет! А при чем тут он? Пост ведь не про это!

(K) Как у вас с ним?

(S) Не скажу!

(K) Скажи!

(S) Нет!

…

(S) Ты ушел?

(K) Нет, я тут.

(S) У нас с твоим соперником все хорошо.

(K) ((((((( сейчас умру от огорчения!

(S) Перестань!))

(K) Твои слова – как удар ножа. Всё! Я намерен делать шаги навстречу к тебе…

(S) Это какие же?

(K) Увидишь!

(S) Ты меня пугаешь…

(K) А ты будоражишь мой пульс. Веришь в любовь с первого взгляда?

(S) Верю. Но не в сети.

(K) Вживую я тебе обязательно понравлюсь. Я – настоящий красавчик ;)

(S) А если я тебе – нет?

(K) Жди!

(S) Что «жди»?

…

(S) Молчишь? Ты снова тут? Или ушел?

…

(S) Кицунэ? Ау?

Пользователь не в сети.

17

– Что из горячего будешь брать? Может, котлетку?

– Она куриная? Где они вообще? Не вижу…

– Сейчас спрошу… Извините, из чего у вас сегодня котлеты?

– Ну?

– Говорят, говяжьи!

– Нет, не буду… А есть что-то овощное?

– Блин, ну че там застряли? Выбирайте быстрее! Очередь же…

Тяжелый вздох. С раздражением:

– Всяким там девятиклассникам слово не давали!

– Рина, действительно, давай быстрее!

– Хочу попробовать от мяса отказаться!

– Боже, зачем?

Шепотом:

– А что Константинова на обед сегодня взяла, не видела?

– Нет, я за ней не слежу!

– Да двигайтесь вы уже! Скоро перемена закончится!

Толчок в спину. Грозно:

– Это кто там самый умный?

– Синицына! Следующим уроком контрольная по химии! Торопись!

Снова вздох.

– Ладно… Положите мне, пожалуйста, макароны и вон тот морковный салат! Ага!

Наконец девочки выбрались из очереди.

– Это что за мелюзга уселась за наш стол? – нахмурилась Синицына. – Они меня все выбесить сегодня хотят?

Яна Пучкова первой направилась к столику у окна.

– Сейчас прогоним!

Оля, крепко держа поднос в руках, осталась стоять на месте.

– Ты идешь? – обернулась Рина.

Воробьева растерянно посмотрела по сторонам. Она ведь сегодня хотела сесть вместе с Женей… Но всех парней десятиклассников попросили задержаться после физкультуры в зале для обсуждения предстоящих районных соревнований…

Тут Оле на глаза попалась Цветолина. Константинова сидела перед раскрытым учебником через столик от «их» стола. Как обычно, в одиночестве. А билет в партер БДТ лежал у Оли в переднем кармане рюкзака…

– Может быть, к вам еще и подойду! – быстро проговорила Воробьева.

– В смысле? – озадачилась Рина.

– У меня есть дело к Константиновой!

– Какие у вас могут быть общие дела? – усмехнулась Синицына.

– Потом расскажу! – поморщилась Оля и, чтобы не объясняться с подругой, двинулась в сторону Цветы. Рина же только озадаченно проводила взглядом Воробьеву.

– Куда Воробышек пошлепала? – донесся до Оли голос Пучковой.

– Понятия не имею! – хмыкнула Рина.

Оля подходила к Цвете, а та, кажется, вокруг ничего не замечала, все ниже склоняя голову над учебником и что-то шепча себе под нос. На столе – чашка чая с лимоном и недоеденный круассан…

– Привет! – откашлявшись, проговорила Оля.

Цветолина подняла голову.

– Мм, привет! – Константинова была удивлена увидеть перед собой одноклассницу.

– Можно, я присяду? – спросила Оля.

Цвета пожала плечами.