Бумажная принцесса

Когда я начинаю двигаться перед Каллумом Ройалом, его лицо перекашивается, будто

от боли. Мои бедра начинают вращаться в такт музыке. В этот момент мое тело начинает

жить собственной жизнью. Танец в моей крови. Это часть меня. Когда я была маленькой,

мама, с трудом накопив денег, отдала меня заниматься балетом и джаз-танцами. Я прозани-

малась три года, потом деньги закончились, и она стала учить меня сама. Мама смотрела

видеозаписи или ей удавалось проникнуть на бесплатные занятия в общественных центрах,

14

Э. Уатт. «Бумажная принцесса»

откуда ее потом выгоняли. Возвращаясь домой, мама показывала мне все, что ей удалось

узнать.Я люблю танцевать, и у меня это хорошо получается, но хватает мозгов не рассчиты-

вать на танцы как на свою будущую карьеру – конечно, если только я не собираюсь зараба-

тывать на жизнь, танцуя стриптиз. Нет, я выберу себе работу, которая имеет практическую

ценность. Бизнес или правоведение – то, что позволит хорошо зарабатывать. Танцы – глупая

детская мечта.

Когда я соблазняющим движением провожу руками по корсету, Ройал издает стон. Но

не такой, к каким я привыкла. Он не выглядит возбужденным. Он выглядит… опечаленным.

– Он бы в гробу перевернулся, – хрипло произносит Ройал.

Я не обращаю на него никакого внимания. Для меня его не существует.

– Это неправильно. – Кажется, он чуть не подавился.

Я откидываю волосы назад и выпячиваю грудь вперед, ощущая на себе взгляд Бруно,

который затаился в темноте.

Сотня баксов за десятиминутный танец, две минуты я уже протанцевала, осталось еще

восемь. Я смогу их пережить.

А вот Ройал, очевидно, нет. Я делаю еще одно вращение бедрами, и его руки сжима-

ются на них.

– Нет, – рычит он. – Стив ни за что бы этого не позволил!

Я не успеваю даже моргнуть, не успеваю зафиксировать в сознании его слова. Муж-

чина вскакивает на ноги, я подлетаю в воздух, и мое тело оказывается перекинутым через

его широкое плечо.

– Отпусти меня! – ору я.

Но он не слушает. Ройал без усилий несет меня, словно я тряпичная кукла, и даже

Бруно, откуда ни возьмись появившийся на его пути, неспособен ему помешать.

– Убирайся к чертям с дороги! – Когда Бруно делает еще шаг, Ройал повышает голос. –

Этой девочке семнадцать лет! Она несовершеннолетняя, и я ее опекун, так что, и да поможет

мне Бог, если ты сделаешь еще один шаг, я сделаю так, что в этом месте соберутся все копы

Кирквуда, а тебя и остальных подонков, которые здесь находятся, упекут в тюрьму за угрозу

жизни несовершеннолетней.

Бруно хоть и здоровяк, но мозги у него на месте. С ошарашенным видом он уступает

нам дорогу.

Я не такая сговорчивая. Мои кулаки молотят по спине Ройала, ногти вонзаются в его

дорогой пиджак.

– Поставь меня! – кричу я.

Но он меня не слушает. Никто не останавливает нас, и Ройал свободно шагает к выходу.

Все мужики в зале с вожделением смотрят на сцену и улюлюкают. Я замечаю какое-то дви-

жение. Это Джордж появился рядом с Бруно. Но вышибала что-то яростно шепчет ему на

ухо, и они оба исчезают, а меня обдувает порыв холодного воздуха.

Мы на улице, но Каллум Ройал по-прежнему не отпускает меня. Я наблюдаю, как его

модные дорогие ботинки топают по разбитому асфальту парковки. Звон ключей, долгий

гудок, и вот меня снова переворачивают в воздухе и опускают на кожаное сиденье. Заднее

сиденье его автомобиля. Захлопывается дверца. Рокочет заведенный двигатель.

О боже. Этот мужчина похищает меня.

15

Э. Уатт. «Бумажная принцесса»

Глава 3

Мой рюкзак!

Там все мои деньги и часы! Заднее сиденье громадины, которую Каллум Ройал зовет

автомобилем, можно назвать самым роскошным местом, куда когда-либо опускалась моя

задница. Жаль, у меня нет времени этим насладиться. Я протягиваю руку к дверной ручке

и нажимаю, но чертова штуковина не открывается.

Мой взгляд перемещается на шофера. Понимаю всю тщетность своей попытки, но у

меня нет другого выхода: ринувшись вперед, я вцепляюсь в его плечо, хотя даже шея у этого

мужика толще моего бедра.

– Развернитесь! Мне нужно обратно!

Он даже бровью не ведет. Словно из кирпича сделан. Я трясу его еще и еще, но, похоже,

даже если я врежу ему по шее – а может, и еще куда – он отреагирует только, если ему

прикажет Ройал.

Каллум наблюдает за мной, сидя напротив, и мне приходится смириться с тем фактом,

что только он решает, выпустить меня из этой машины или нет. Но на всякий случай я про-

веряю окна. Они тоже не опускаются.

– Блокировка от детей? – бормочу я, хотя уже знаю ответ.

Ройал чуть заметно кивает.

– В том числе. Пока скажу лишь одно: пока мы не приедем, из машины ты не выйдешь.

Ты не это ли ищешь?

Мой рюкзак приземляется мне на колени. Я подавляю желание сразу же открыть его

и проверить, не вытащил ли мужчина мои деньги и удостоверение личности. Лишившись

последнего, я окажусь целиком в его власти, но мне не хочется, чтобы этот Ройал узнал обо

мне еще больше, пока сама не разберусь в том, что у него на уме.

– Послушайте, мистер, я не знаю, что вам нужно, но у вас есть деньги – с этим не

поспоришь. Здесь полно проституток, которые сделают для вас все, что угодно, и при этом,

в отличие от меня, не будут иметь никаких проблем с законом. Просто высадите меня на

следующем перекрестке, и я обещаю: вы никогда обо мне не услышите. Я не пойду в поли-

цию. А Джорджу скажу, что вы мой старый клиент и мы уже уладили все проблемы.

– Мне не нужна проститутка. Я приехал за тобой. – После этого заявления, которое

явно не предвещает ничего хорошего, Ройал снимает пиджак и протягивает его мне.

Хотелось бы мне иметь вид независимый и бойкий, но, сидя здесь, в этой супердорогой

тачке, напротив мужчины, перед которым мне только что пришлось танцевать откровенный

танец, я ощущаю неловкость и беззащитность. Сейчас я отдала бы все что угодно даже за

бабушкины панталоны. Я с неохотой надеваю пиджак, стараясь не обращать внимания на

боль от сжимающего грудь корсета, и плотнее закутываюсь в плотную ткань.

– У меня ничего нет. – Та небольшая сумма наличных, спрятанных на дне моего рюк-

зака, сущие гроши для него. Да одна только его тачка стоит больше, чем весь «Дэдди-Джи»!

В ответ Ройал лишь поднимает одну бровь. Теперь, когда он остался в одной рубашке,

я вижу его руки, его часы, которые выглядят… в точности как те, что есть у меня. Его взгляд

следует за моим.

– Узнаешь?

Это не вопрос. Мужчина поднимает запястье, чтобы мне было лучше видно. У часов

простой черный кожаный ремешок, корпус из золота высшей пробы, серебряные кнопки и

выпуклое стекло. Цифры и стрелки светятся в темноте.