Пан Самоходик и тамплиеры

Панни Петерсен промолвила, задыхаясь от страха:

— Они окружили меня в лесу. Стали отбирать мою сумку. Я сопротивлялась и начала кричать о помощи.

Баська прошептал мне на ухо:

— Это та троица, которая ломилась в дом учителя, они еще были пьяны и обругали нас.

Над нашими головами ударил гром с таким грохотом, как будто небо раскололось. На короткое время в лесу все потонуло в этом грохоте. Эхо долго разносило эти раскаты по лесу.

— Ну, хватит, — сказал тощий, — бежим к машине.

И первым побежал через поляну в лес. За ним сразу же побежали два его приятеля. В середине поляны осталась только панни Петерсен со своей сумкой. Мальчики подняли ее и отдали Карен.

Опять ударил гром, огромный лес вздрогнул, зашуршали листья, сначала тихо, потом все громче. Примчался мощный порыв ветра, он закружил вокруг нас сухие листья, сразу потемнело. Черное небо прочертил зигзаг молнии и сразу же раздался гром. Первый удар, второй, третий. Упали первые капли дождя.

Я знал, что нам не удастся вернуться перед бурей до оставленного в лесу автомобиля.

— Надо поставить две ветви потолще, мы накинем на них полотно от палатки. — Быстро принял я решение.

Это было красиво сказано. В теории очень аккуратную палатку можно поставить быстро. Но вы когда-нибудь устанавливали палатку во время сумасшедшего ветра, когда сверху на вас обрушиваются потоки воды?

До начала сильного ливня мы успели закрепить две толстые палки, на которые прицепили полотнище палатки. И непосредственно под ним спрятались от дождя. Для надежного закрепления полотна уже не было времени. Полил сильный дождь, и сидя на листьях у нас сложилось впечатление, что кто-то над нашими головами открыл водопроводный кран. В этом импровизированном убежище было тесно и темно, мы даже не видели друг друга. Был только слышен шум воды, текущий из невидимых туч.

— Где ваш отец? Где Козловский? — Спрашивал я Карен.

— Отец остался в городе в доме журналистов. Это местечко Августов. А я с г-ном Козловским поехала в лес искать учителя. Но на дороге кто-то испортил указатели. В лесу мы заблудились и решили, что Козловский пойдет искать Козий Рынок налево, а я направо. И пока я потихоньку шла, начал моросить дождик и тут эти типы напали на меня.

— Это, вероятно, они поломали указатель на дороге. — Подумал я вслух. — Они тоже ищут сокровища тамплиеров. Когда в газете появилась эта статья о сокровищах, я так и думал, что она будет способствовать появлению на свет всяких проходимцев. Судя по всему, нас ждут еще многие хлопоты с ними.

— Я так не думаю, — сказала Карен, — мне кажется, что они уже отказались от поисков. В этом деле нужно иметь не только любопытство и способности к поиску, но и прежде всего, я уверена, хорошие знания. Наглость и грубая сила ничего здесь не дадут. Они уже пришли к такому выводу, поскольку решили меня ограбить. Подумали, что у меня в сумке деньги, и, таким образом, захотели компенсировать себе уже потраченное на поиски. Ведь они знали, что потом не смогут больше показаться в Милкока.

— Я тоже, вероятно, откажусь от поисков. — Сказал я, неожиданно даже для самого себя.

— Вы? — Изумилась девушка. — Пан шутит.

— Я понятия не имею, с какого конца взяться за это дело. До сих пор в такого рода поисках, у меня всегда был свой готовый план действий, а то и не один. Я заранее знал с чего начинать. А теперь у меня ничего нет, никаких мыслей. Совершенно ничего.

— Но ведь вы уже начали. — Улыбнулась панни Петерсен.

— Вы так считаете? Наша деятельность привела нас только к тому, что мы сидим под брезентом во время грозы, даже не можем поставить палатку.

— Очень приятное приключение, мне нравится. — Ответила она.

— Да, конечно. Только не продвигает нас ни на шаг вперед. Сокровище в одном из многочисленных замков. Вопрос, в котором? Ведь замков очень много…

— Я очень надеюсь на этот таинственный документ, который есть у школьного учителя.

— Нет никакой гарантии, что этот документ содержит нужную нам информацию о месте, где спрятаны сокровища. Мне кажется, что мы напрасно здесь тратим свое время.

— А почему вы не хотите искать в тевтонских замках?

— Ведь я вам сказал, что не знаю, с которого замка начать. Их в округе множество.

Наш разговор прекратился. Дождь так и лил, хотя уже не так сильно, как в начале грозы. Удары грома потихоньку удалялись от нас, но на наш навес все еще громко падали капли дождя. Когда я выглянул наружу, то увидел, что небо все еще затянуто тучами, а лес уже тонет в вечерних сумерках. Вдали громыхала удаляющаяся гроза, а у нас холодный ветер снова и снова наваливался на лес. Под навесом было достаточно тепло и уютно, чтобы переждать, когда закончится буря.

— Мы должны спросить панни Петерсен, — сказал Вильгельм Телль, глядя на меня, — а пытались они искать сокровища тамплиеров во Франции?

Я перевел девушке вопрос мальчика.

— Нет, мы не искали, — ответила она. — Но я знаю о таких поисках, потому что их совершали друзья моего отца, члены Общества искателей сокровищ. Кстати, господин Шаброль также искал сокровища тамплиеров. Когда несколько лет назад я была с отцом в Париже в гостях у господина Шаброля, в его доме много говорили об этом деле.

Я помню, как на меня большое впечатление произвели попытки расшифровать тайнопись тамплиеров. Они оставили на стенах своих замков много странных знаков и символов. Г-н Шаброль собирался с помощью специалистов расшифровать их значение.

— Попросите ее, пусть нарисует эти знаки нам, интересно посмотреть. — Сказал Соколиный Глаз.

Я потянулся за рюкзаком, достал блокнот, мягкий карандаш и фонарик. Карен начала рисовать, одновременно разъясняя значение рисунков.

— Этот большой крест указывает путь на несколько тайников с сокровищами. А вот этот знак распространяется только на два сокровища. Вот такой знак относится к спрятанному золоту, а это символизирует монеты, уложенные слоями в земле. Начертанный такой знак говорит: «Идите влево». А вот знак выражает: «Девять метров от клада».

На стене одного замка был такой символ. Это два перекрывающих друг друга позвонка, он говорит: «Идите прямо». Вот символом опасности. Щит показывает мнимые драгоценности, которых на самом деле нет. А этот знак говорит о спрятанных документах. Вот знак символизирующий, что нужно искать на уровне земли, то есть неглубоко. Последние три символа нашли на стене одного из замков тамплиеров…

Наш электрический фонарик начал гаснуть и блокнот с рисунками стало плохо видно. Под нашим навесом опять наступила тьма. Но теперь мрак и дождь воодушевил девушку начать рассказ о старых замках и о поисках сокровищ. Панни Петерсен рассказывала, а я с английского переводил на польский, чтобы разведчики могли понять ее увлекательное повествование:

— Господин Шаброль происходит из очень старой французской семьи, и кроме того, очень богатой. В библиотеке его деда когда-то был найден старый молитвенник, в котором неизвестный оставил запись: «Ищи сокровища тамплиеров в часовне замка. Святой Дух и истина укажут тебе путь». Это так подействовало на воображение молодого Шаброля, что после окончания учебы, имея достаточно денег на жизнь, он занялся коллекционированием различных древностей. В том числе стал неравнодушен к тамплиерам и начал искать их легендарные сокровища. В течение долгого времени г-н Шаброль ездил по Франции и посещал бывшие замки тамплиеров.

И вот в окрестностях города Монтре в разрушенном замке на стене чудом уцелевшей часовни, он обнаружил старую картину, изображающую аллегорическую сцену символизирующую истину. Кроме того, на картине была надпись: «Veritas», что означает «Правда». Г-н Шаброль начал искать и нашел под руинами замка подземные помещения и коридоры, но найти клад так и не смог. Вы должны знать, что тамплиеры были мастерами в строительстве различных тайников и подземных ходов. Не так-то просто добраться до их богатств. Кроме того, найденная запись в молитвеннике, а также изображение в часовне замка, были сделаны много позднее существования Ордена рыцарей тамплиеров.

— Вообще, было очень сомнительно руководствоваться такими сведениями. В непосредственной близости от реки Рона на возвышении находится старый романский замок. — Продолжала дальше свой рассказ панни Петерсен. — Его название происходит от «Arginy» или «Argine», что является анаграммой слова «Regina» или «Королева». Или, как сегодня еще говорят, «Королева треф». А это было когда-то символом сокровищ. Многие из местного населения считают, что в этом замке находятся легендарные сокровища тамплиеров. До сих пор, однако, поиски не имели никакого эффекта.

Там один из друзей моего отца владеет довольно большим куском земли, и на нем находится часть крепостных стен бывшего замка тамплиеров, который был разрушен Филиппом Красивым. Друг моего отца раскопал даже часть стены, в которой думал найти сокровища, потому что на тех стенах сохранились тайные знаки. Но он не смог ничего найти, несмотря на кропотливые исследования. У него есть документ 1737 года о том, что, ломая потолок здания в замке, в стене были найдены две урны весом два центнера. В них были золотые монеты, а также золотые и серебряные пластины. Но наш друг считает, что основная часть сокровищ до сих пор не обнаружена. Один раз ему все-таки улыбнулась удача: он нашел статуэтку, изображающую молящегося монаха и кувшин с монетами. Это были вещи двенадцатого века. И вот с тех пор наш друг не перестает искать…

Вдруг рядом с нами раздался громкий рев, а затем мы услышали топот. В ужасе мы выскочили из-под навеса. Дождь уже еле капал. Небо стало светлее. Мы увидели огромного лося, который величественно проходил через залитую водой поляну. Огромное животное несло на своей голове большие рога. При виде нас он остановился, повернулся к нам и его глаза на мгновение грозно вспыхнули. Но тут же он бросился вперед и в несколько огромных прыжков пересек поляну. Скоро только удаляющийся шорох в зарослях напоминал о нем, но скоро и он затих.

— Этот лось стоил того, чтобы посетить здешний лес, чтобы увидеть такое чудо! — В восторге сказала Карен, запрокинув голову и смотря на небо.

— О, да, конечно!!! Тем более, что наши поиски учителя потерпели фиаско. Не вернуться ли нам? — Спросил я.

Мы помогли девушке найти «Линкольн», оставленный в лесу. В его тихом уютном салоне внутри мы нашли Козловского, который как обычно, был одет с большой элегантностью.

— Бог мой, как я рад, что панни вернулась! Я так волновался! — Завидя Карен воскликнул он. — Была такая страшная буря, а вы не возвращались к своей машине. Я уже собирался лететь на ваши поиски…

— Да? Как это красиво с вашей стороны. Но меня нашел пан Томаш и укрыл от дождя.

Козловский враждебно посмотрел на меня. Мы все уселись в «Линкольн» и выехали на шоссе. Карен довезла нас к месту, где был спрятан мой автомобиль. Она и Козловский поехали в Августов. Они впереди, а мы последовали за ними. Я намеренно не прибавлял газу и ехал очень медленно. Панни Карен пыталась держаться вместе с нами, но вскоре ей надоела такая езда и она добавив газу умчалась от нас вперед.

— Пан Томаш, — заерзали на сидении ребята, — почему вы их не обгоните? Ведь у вас самый быстрый автомобиль в мире. Покажете им, на что он способен.

Я покачал головой: — Нет, мои дорогие. Я не буду раскрывать все свои сильные карты. Я хочу, чтобы они думали, что моя машина барахло и развалюха. Это в дальнейшем может нам пригодиться.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ЖУРНАЛИСТКОЙ? — ТАНЦЫ В КЛУБЕ — ПРЕДЛОЖЕНИЯ УТОПИТЬ КОЗЛОВСКОГО — ЗЕЛЕНАЯ РАКЕТА — ГОНКИ ПО ОЗЕРУ — ГДЕ ТАИНСТВЕННЫЙ ДОКУМЕНТ?

Была уже ночь, когда мы приехали в деревню. Дом учителя мы нашли закрытым. Походив поблизости, мы нигде не нашли нашу журналистку. Ее отсутствие поселило во мне некоторое беспокойство.

— Вы оставайтесь здесь на страже, также как вчера. — Распорядился я. — В саду за живой изгородью разбейте палатку. Приготовьте себе что-нибудь поесть, а затем поочередно смотрите за домом. Я поеду в Дом отдыха журналистов на другую сторону озера. По дороге будет с десяток километров, по озеру, конечно, ближе, но я бы не хотел, чтобы кто-то увидел, что мой автомобиль может плавать как моторная лодка.

Мальчики попрощались и я прыгнул в машину.

— Ах, да, Телль, — вспомнил я, — можешь ли ты стрелять из ракетницы?

— Ну, конечно. Каждый из нас умеет стрелять из ракетницы. — Вильгельм Телль почти обиделся, что его заподозрили в отсутствии навыков в этой области. — В нашем скаутском лагере во время упражнений мы прошли необходимое обучение.

Я достал ракетницу из чемодана и передал Теллю.

— Только не направляйте ни в кого оружие, это очень опасно, можно получить ожоги.

— За кого вы нас считаете! За детей? — Обиделись мальчики. — Будем стрелять только в случае необходимости, и только в верх, чтобы не вызвать пожара.

— Здесь зеленые ракеты, — сказал я, — если произойдет здесь что-то очень важное, стреляйте ими, и я, конечно же, увижу. И сразу же приеду.

Мы еще раз попрощались, и я поехал по дороге вокруг озера на западный берег.

Курорт для журналистов располагался на коротком мысу, слегка выступающим в озеро. Берег был довольно высокий, покрытый соснами. Между деревьями стояли ярко раскрашенные коттеджи. Между ними расположилось довольно внушительное кирпичное здание. В нижней его части находилось помещение для хранения лодок и инвентаря, на верхнем этаже была столовая и клубная комната с большими окнами, через которые можно было увидеть замечательную панораму озера и высокий берег напротив.

На площадке среди деревьев я увидел «Линкольн» Петерсенов и их прицеп. Окна клубного зала были ярко освещены, оттуда доносились голоса отдыхающих, музыка текла через окна на улицу, и можно было увидеть танцующих людей. Они в клубе весело проводили время.

Я вошел по деревянным ступенькам на террасу, полукругом охватывающую клуб. Музыка стихла на данный момент, и через настежь раскрытые двери несколько человек выскользнуло на террасу покурить после танцев.

В дверях я наткнулся на Анку, которая выходила из клуба в сопровождении Козловского. Она была одета в стильное красное платье, с завитыми волосами и со вкусом подобранными украшениями.

— Ах, это вы? — Сделала она удивленное лицо. — Вы очень долго не возвращались из Козьего Рынка. Я устала вас ждать, мне было скучно и я пошла сюда, потому что здесь весело.

— Ну, конечно, — кивнул я головой, — здесь веселей. Да еще с таким кавалером.

Слегка смутившись, Козловский сказал:

— Я не знал, что у дамы союзник пан Самоходик.

И добавил иронично и в то же время с презрением: — Пан Самоходик знает как очень быстро завоевать себе союзников. То есть, я хотел сказать, союзника.

Говоря это, он посмотрел в сторону дверей, из которых выходила панни Петерсен.

— О, прибыл мой спаситель! — Воскликнула Карен. — Как это здорово. Потанцуем?

Она посмотрела на меня вопросительно.

Анка пожала плечами:

— Я должна была сидеть в Милкока и ждать учителя, а вы в это время развлекались спасением красивых девушек. На этом вы хотели построить наш союз? И в этом видите распределение наших обязанностей?

Из клубной комнаты вышел капитан Петерсен. Козловский сказал ему по-английски:

— Из всех нас только пан Самоходик идет прямо к цели. Он знает, где находится самое большое сокровище и хочет получить его. Но для него это не клад тамплиеров. Он знает, что величайшее сокровище, тем более в долларах, это ваша дочь Карен.

— Что? — Переспросил Петерсен.

— Да ну? — Всплеснула руками Карен.

Анка достаточно хорошо понимала по-английски и после слов Козловского сказала мне с иронией: «Там сокровище ваше, где сердце». Пан Самоходик в нужном месте расположил свое сердце.

Я должен был ответить как хорошо воспитанный человек, хотя мне отчаянно хотелось выругаться в адрес Коловского. И мне ничего не оставалось, кроме ответа вежливым тоном:

— Пан Козловский прав. С тех пор, как я встретил панни Карен, я начал задумываться и моя тяга к сокровищам тамплиеров ослабла. Я надеюсь, что на пути искания духовных сокровищ пану Козловскому не придется еще раз протыкать колеса моего автомобиля и потом трусливо бежать.

— На втором месте после этих сокровищ стоит ваш диковинный автомобиль? — Иронически спросила Анка.

А капитан Петерсен обратился ко мне со всей серьезностью:

— Давайте, расскажите нам свои секреты про орден тамплиеров. И, кстати, где вы приобрели свою машину? Сами изобрели?

— Нет, это не мое изобретение, — ответил я спокойно, — это машина моего дяди.

Я не знаю, что тут было смешного. Но все присутствующие, вместе с Анкой, Петерсеном, Карен и несколькими журналистами, которые вышли на террасу, громко расхохотались.

— А можно узнать, кто был ваш дядя? — спросил Петерсен.

— Изобретатель.

— Известный изобретатель?

— Нет, совершенно неизвестный.

— Этот автомобиль, наверное, его единственное изобретение…

И они начали рассуждать о моей многострадальной машине, которая стояла среди деревьев и смотрела на нас своими огромными фарами. Привыкший к тому, что мой «Самоход» уродливый, страшный, смешной и так далее, я даже ухом не повел на их насмешки. Но они продолжали смотреть на нее и насмехаться.

— За границей, в Европе, вас бы арестовали за оскорбление чувств граждан, появление такого чудища на улицах нарушило бы общественный порядок.

— Вкусы у людей бывают разные.

Но они по-прежнему гоготали как идиоты:

— Вы можете зарабатывать деньги за показ этого агрегата в парках отдыха и развлечений вместо комнаты смеха. — Сострил какой-то журналист, стоящий рядом с нами.

— А может он уже это делает? В зимнее время пан работает в комнате смеха, а летом делает вояжи, которые развлекают людей на отдыхе. — Поддержал его второй журналист.

Но тут в танцевальном зале зазвучала сентиментальная музыка и все ушли танцевать.