Наемник смерти

– Не знаю, – тюремщик замялся, даже он своей безмозглой головой понимал, все, что говорит ему рослый, по крайней мере, странно. – Мне надо подумать.

– Ты же знаешь, что времени на раздумья нет. Завтра утром парня казнят. Либо сейчас, либо никогда.

– Нет. Мой ответ – нет. Я не могу так рисковать. Извини.

– Хорошо. Это твое последнее слово?

– Да, я так решил. А теперь извини, тебе придется уйти.

– Ладно. По всей видимости, мне больше нечего здесь делать.

– Вот именно.

После этих слов они оба удалились, и вновь воцарилась тишина. Я вернулся на свое место. Значит, завтра меня казнят. Становилось все веселее. И этот незнакомец, который спрашивал обо мне, что ему было нужно? За этими невеселыми размышлениями, я не заметил, как снова заснул.

Проснулся я от скрежета ключа в замке. Я привстал на локте и вгляделся в сторону решетки. Она со скрипом отворилась, и в дверях возник тот самый незнакомец. Я узнал его по телосложению и росту, лица его я вновь не разглядел.

– Вставай, на том свете отоспишься, – вполголоса сказал он мне.

– Кто ты такой? – в ответ спросил я.

– Нет времени на объяснение, нам надо спешить.

– Куда, кто ты такой, имя? – настаивал я на своем.

– Я думаю, что ты не в том положение, чтобы что-то требовать от меня. Не так ли. Я друг, думаю, этого для тебя будет достаточно.

– У меня нет друзей. Имя? – я решил стоять до последнего.

– И что тебе даст мое имя мальчишка? Ладно, называй меня Клэйборн. Больше ни слова, а теперь пошли.

Я невольно повиновался. Не знаю почему, наверное, у меня просто не было выбора. Вслед за Клэйборном я вышел из камеры и побежал за ним по узкому коридору, по обе стороны которого располагались узкие решетки других камер. Они практически все пустовали, лишь в одной я услышал тяжелое дыхание узника. В конце коридора находилась винтовая лестница, которая вела вверх в комнату охраны. Прямо у нижних ступеней, в луже собственной крови, лежал один из тюремщиков. Мой спаситель, или он только выдавал себя за такового, не обратив на него никакого внимания, помчался вверх по лестнице. Я последовал его примеру. Выбежав наверх, передо мной предстало, еще более, жуткое зрелище. Один из стражей сидел на лавке, а голова его покоилась на столе, под ней уже расплылось красное пятно. Кровь, скапливаясь, тяжело капала на пол. Второй тюремщик лежал рядом со столом, в левой глазнице зияла глубокая колотая рана. В его чертах я узнал человека, который некоторым временем ранее разговаривал с Клэйборном. Идиот, подумал я, надо было брать деньги. Посреди стола стоял кувшин с вином, бокалы валялись на полу. Вино, смешиваясь с кровью, растекалась по столу и полу. Колода карт, лежащая посредине, пропитавшись, стала багровой. Они так и не успели доиграть свою партию. Пара монет в качестве ставки лежало рядом с раскиданной колодой. И кольцо. Кольцо с зеленым камнем. Недолго думая я сгреб его вместе с монетами, и вслед за Клэйборном выскочил на улицу. Тюрьма находилась в центре нашего городка, поэтому мы, вбежав в первый же темный переулок, ускорили свое движение. Незнакомец двигался быстро и уверенно, все время, выбирая переулки потемнее, и без тупиков. Похоже, он хорошо ориентировался на местности, и довольно неплохо видел в темноте. Через какое-то время оставив город позади мы выбежали к берегу реки. Клэйборн скрылся в кустах и через мгновение вытащил оттуда небольшую лодку. Столкнув ее на воду, он сказал, чтобы я прыгал в нее, и я недолго думая, выполнил его приказ. Затем, подтолкнув лодку, он запрыгнул в нее сам. Достав откуда-то из-под ног весла, он начал быстро и мощно грести. Выйдя к середине реки, лодку подхватило течением, и плыть стало легче. Назвавший себя Клэйборном застыл, лишь иногда взмахивая веслами, чтобы выровнять направление движения лодки. Я спросил у него, куда мы плывем? Клэйборн промолчал, а когда я вновь попытался с ним заговорить, он зло пробурчал, что сейчас не время для разговоров. Меня одолевали сомнения, кто мой спаситель, действительно он решил мне просто помочь, в это верилось с трудом. Во всяком случае, это лучше чем казнь, успокаивал я себя. Жаль, вот только, нельзя было нанести визит Бэкету. Я никогда не покидал своего городка, и все мои познания о мире ограничивались лишь его небольшой окрестностью. Я нервно вглядывался в темноту вокруг себя, но из-за мрака окружавшего нас, я не видел даже собственных поднятых рук. Как мог ориентироваться незнакомец, для меня оставалось загадкой. В конечном итоге смирившись с происходящим, я попытался заснуть, но эта ночь была не только темной, но и страшно холодной. Я обхватил себя руками, это не помогло. Через некоторое время сон все-таки поборол холод и я уснул.

Во сне я метался, мне снились кошмары. Человек лежит на земле и смотрит на меня умоляющими глазами, в моей руке камень. Я отворачиваюсь, оглядываюсь. Никого. Поворачиваю голову обратно. Меня начинает трясти. Лицо нищего искажается, начинает менять форму. На меня смотрит старческое сморщенное лицо. Гадалка. Она тянет ко мне руки и смеется, смеется, смеется…

Я проснулся от того что меня трясло, а точнее трясли. Я открыл глаза. И увидел перед собой мужчину с коротко стрижеными каштановыми волосами и аккуратной бородкой. В его карих глазах читалась насмешливость и дерзость. На вид ему было около тридцати. Это был Клэйборн.

– Просыпайся. Отдых закончился, дальше придется идти своим ходом.

Я огляделся. Было раннее утро. Мы плыли под мерное журчание спокойной реки. По обоим ее берегам росли высокие деревья. Клэйборн направил лодку к берегу. Причалив, он схватил один конец веревки и спрыгнул на землю. Привязал лодку к дереву, затем помог выбраться мне. Я хмуро взглянул на него и спросил:

– Кто ты такой? Почему спас меня? Куда мы идем? Что тебе надо от меня?

Клэйборн вскинул в шутливом негодование руки:

– Эй. Не так быстро. Не слишком ли много вопросов. Идем, нам надо спешить.

– Пока ты не ответишь на мои вопросы, я не сдвинусь с этого места.

– Как хочешь, можешь сидеть здесь и если тебя не найдут и не повесят, то ты умрешь с голода или тебя сожрут волки. Должен заметить перспектива не особо радужная.

Он ухмыльнулся и скрылся среди деревьев. Немного помедлив, я последовал за ним.

– Где мы находимся? – нагнав его, спросил я.

– В Вейлондском лесу, – коротко ответил убийца, не поворачивая головы. Более точных пояснений нашего местоположения я от него так и не добился. Мне это название не о чем не говорило, поэтому я просто двигался вслед за Клэйборном.

Лесу, как мне показалось, не было конца. Мы шли целый день, несколько раз делали короткие привалы, но и то, как я понял только из-за меня, Клэйборну, казалось, все было нипочем. Я был с ног до головы в сплошных порезах и царапинах, не говоря уже о своих босых ступнях, которые, как мне казалось, я уже стер по щиколотку. Под вечер я уже с трудом перепрыгивал через сухие валежники и трухлявые пни. Убийцу это обстоятельство только лишь раззадоривало. Когда начало смеркаться мы, наконец, остановились.

– Набери сухих веток, – распорядился Клэйборн. – Я разведу костер.

Я недовольно повиновался. Не знаю даже, почему я слушал этого человека. Когда костер запылал, мы уселись поближе. В лесу было прохладно даже днем, ну а к вечеру холодало вовсе. Клэйборн извлек из своей заплечной сумки немного хлеба и сыра. Разделив его пополам, он отдал вторую половину мне. Покончив с едой, я вновь начал задавать вопросы. Некоторое время он молчал, как будто не зная с чего начать, а потом заговорил:

– Как я уже говорил, меня зовут Клэйборн. Это одно из моих имен. И я наемный убийца. Ты уже видел результат моих действий. Это ответ на твой вопрос кто я. Почему я спас тебя и куда мы идем? Понимаешь ли, я Искатель. Так называют наемных убийц, которые ищут учеников. Мы направляемся в Убежище. Там из тебя сделают настоящего наемного убийцу. Такового как я. Ну почти как я, – он печально улыбнулся. – Или не сделают. Но это уже всецело зависит от тебя. Я считаю, что ты вполне достоин, стать учеником.

– Но почему я? Как ты нашел меня?

– Почему ты. Не думай что ты какой-то особенный, нет. Мы Искатели, постоянно находимся в пути, и тебе крупно повезло, что в этот раз меня занесло именно в эту дыру. Конечно, шуму ты наделал. Весь город только и говорил, как ты хладнокровно задушил прорицательницу и похитил деньги. Кстати, их так и не нашли.

– Бэкет, – сквозь зубы прорычал я. – Эта сволочь подставила меня. Я сделал за него всю грязную работу, а он меня кинул. Надеялся навсегда от меня избавиться.

– Хм, ясно. Правило первое, никогда никому не доверяй. Ты был крайне неосторожен, когда позволил этому Бэкету втянуть тебя в свою игру. Ты слишком доверился ему, но зато впредь ты не будешь столь наивен.

– Это уж точно. Я должен отомстить ему.

– Поздно. Правило номер два, не давай воли эмоциям, не дай жажде мести овладеть тобой. Настоящий убийца всегда должен трезво и холодно смотреть на ситуацию. Только в этом случае ты сможешь добиться успеха.

– Почему ты решил, что я подхожу в ученики?

– Интуиция. Мне кажется, что из тебя может выйти толк. То хладнокровие и расчетливость, с которой ты убил старуху, поразили меня. Но тебе надо контролировать свои чувства. Если ты сможешь пройти обучение, то тебя ждет не плохое будущее. Я думаю, из тебя получится сносный наемный убийца. Поэтому я спас тебя. Сначала я хотел просто выкупить тебя, но тюремщик оказался глупым и трусливым. Зато теперь ему больше нечего бояться.

Он замолчал. Некоторое время мы сидели, молча слушая потрескивания углей в костре.

– Скажи, а где находится это Убежище? Далеко отсюда? – наконец спросил я.

Клэйборн переломил толстую ветку о колено и бросил ее в костер.

– Не близко. В претории Кадия.

Я промолчал, я никогда не слышал о Кадии. Клэйборн печально улыбнулся:

– Я вижу, это название не о чем тебе не говорит. Правильно, откуда тебе знать ведь ты родился в захолустном городишке. Если его можно вообще назвать городом. Ты даже не знаешь, наверное, что он находится в претории Палея. И конечно ты никогда не был в ее столице Парове.

Я удивленно поднял глаза. Я никогда не интересовался такими вещами.

– Расскажи мне, – попросил я.

– Вижу интерес в твоих глазах. Ха, когда-то я был вот таким же ничего не знающим мальчишкой, живущим в своем маленьком мирке. Все и не расскажешь. Ну, так и быть попробую немного расширить твой кругозор. Мы жители Империи, которая зовется Ардалией. Она же в свою очередь поделена на претории, всего их двадцать три. Палея, в которой родился ты, одно из самых бедных. Во главе Ардалии стоит Император, во главе претории – преторы. Не буду вдаваться в подробности, об этом тебе расскажут в Убежище. На северо-западе Ардалия ограничивается Априйскими горами, там находится маленькое, но неприступное государство Априя. О нем мало что известно, чужаков к себе они не допускают, и я не знаю не одного человека, который видел в живую ее жителей. За Априйскими горами находится дикое варварское государство Сазар. Они часто делают набеги на нашу Империю, но после разграбления нескольких поселений возвращаются обратно. Жители северо-западной части Империи живут в постоянной готовности дать отпор, поэтому там селятся только самые сильные и смелые люди. Также там расположено несколько имперских фортов. На востоке Ардалии на берегу Сарнийского моря расположена столица империи Палла. Великолепие этого города можно описывать годами, надеюсь, ты и сам когда-нибудь насладишься его красотой. Где-то в Сарнийском море находятся Восточные острова. Я много легенд и сказок слышал о них, но какие из них, правда, а какие ложь я не знаю. Одно точно, Восточные острова это вотчина магов. Они закрытое сообщество, хотя Империя пользуется их услугами. Попасть туда на обучение очень сложно, к тому же для этого надо иметь способности в магии. Также на одном из этих островов находится знаменитый вулкан Мормат. На юге Ардалии раскинулась пустыня Рулата. Я там не бывал, но много о ней слышал. Ну а на севере Империя сражается с народом гра. Земли, занимаемые гра, называются Мятежными. Там очень холодно, поэтому имперским войскам приходится нелегко. Привыкшие к вечным холодам дикие племена гра, чувствуют себя там намного уютнее и, кстати, они довольно искусные воины, что делает их весьма опасным противником.

Я потрясенно слушал рассказ Клэйборна. Я представить себе не мог что мир вокруг меня, настолько огромен. А убийца все говорил и говорил. О таинственных магах, диких и воинственных гра, о кровожадном Сазаре. Когда он закончил, я был настолько поражен его рассказом, что не мог подобрать слов для следующего вопроса. Но Клэйборн похоже не был настроен продолжать свое повествование. Он несколько раз зевнул.

– Довольно слов. Ими сыт не будешь. Завтра у нас тяжелый день. Я ложусь спать, кстати, ты дежуришь первым.

Он лег на предусмотрительно расстеленный им плащ и отвернулся. Вскоре он уснул, оглушив лесную тишину громким храпом. Я же остался сидеть, зачарованно глядя в огонь. Мысли мои были где-то далеко.

Глава 4

Лесные псы

Шуршания платьев, веер, лица

На ней красивые шелка

Наверное, все это снится

Ее движенья, красота

В глазах огонь пылает страстью

И сердце бьется словно зверь

Он обладает только властью

Но овладеть он хочет ей

В ней молодость пылает ярко

А в нем погасло пламя лет

«Как вас зовут дитя?» «Эрида»

Услышит позже он в ответ

Лим Холед «Эрида»

Я бегу. Не знаю куда, не знаю зачем. За мной гонятся, но я их не вижу, и мне очень страшно. Я знаю, что мне надо бежать, и я бегу. Ноги не слушаются. Они догоняют, я оборачиваюсь и пытаюсь кричать, но все что я могу сделать, это беззвучно открывать рот. Я не вижу их лиц, они выглядят серыми размытыми тенями, я больше не оглядываюсь. Но они нагоняют. Пытаются вцепиться в меня своими бесплотными пальцами, что-то шепчут на незнакомом мне языке. Они хотят меня предупредить, предостеречь, я это чувствую. Я спотыкаюсь и падаю, пытаюсь встать, но тени поглощают меня.

Я проснулся. Меня всего трясло от холода. Было серое утро. Костер давно прогорел и погас. Я огляделся, Клэйборна нигде не было видно. Меня снова окружали мрачные деревья. Я позвал Клэйборна, но ответом мне была тишина, его нигде не было. Я уткнулся лицом себе в колени и попытался не терять самообладания, хотя при таком холоде и без костра это было не легкой задачей. Так и сидел, дрожа всем телом. Очень хотелось есть.

Убийца появился только к полудню, когда я уже начинал подумывать что он меня бросил. На перевязи у него болтались две упитанных серых птицы. Сбросив их на землю, он принялся за костер. На мои вопросы и недовольные высказывания он не обратил никакого внимания. Зато заставил меня ощипывать птицу. Я не стал себя уговаривать, перспектива набить живот подбодрила меня. После того как я лишил птиц перьев, Клэйборн искусно запек их в углях. Когда мясо было почти готово, он достал из заплечного мешка небольшую деревянную коробочку. Открыв крышку, он аккуратно зачерпнул щепотку содержимого и посыпал им птицу. Это оказалась мелко измельченная трава, которая больше напоминала обычную пыль. В нос ударил дурманящий запах трав. После этого Клэйборн убрал коробочку с травами обратно в мешок, и мы приступили к еде. Мясо птицы оказалось сладким. Хрустящая корочка лопалась под зубами, сладкий мясной сок стекал по подбородку. Травы придавали мясу свой ни с чем несравнимый вкус.

– Хорошая птичка, – проговорил убийца, откидывая в сторону обглоданную кость. – Вкусная, жирная. Вот решил поохотиться, пока ты спишь. А то на голодный желудок далеко не уйдешь.

Он бы так и продолжал расхваливать свою добычу, если бы я его не прервал.

– И долго нам еще тащиться через этот лес?

– Дней пять-шесть. Если я не ошибся с направлением.

– И мы окажемся в Убежище? – с надеждой спросил я, хотя и подозревал что это не так.

– Нет, конечно. По моим расчетам мы должны выйти в претории Лаш. Оно граничит с преторией Палея. Во Фладе остановимся ненадолго, у меня там небольшое дельце. Ну а оттуда прямиком в Убежище.

– Флад? – недоуменно переспросил я.

– Столица Лаша. Также как Парова столица Кадии. Это город где сидит на деньгах претор, со своими лизоблюдами, высасывая последние соки из своих владений. Преторы, ставленники Императора, призванные служить народу и следить за порядком в доверенных им регионах. Естественно все они выходцы из благородных семей. Император назначает преторов лично, за только ему известные заслуги. Ну а следит за тем, как они служат Империи, Великий претор – первый советник его имперского величества. По мне так они все просто огромные великосветские задницы, которые ищут места помягче и от которых несет также, когда они открывают свои лживые рты, – убийца скривил лицо так будто ему вообще была неприятна эта тема.

Я попытался задать еще вопрос, но Клэйборн протестующе поднял руку. Он встал, кивком головы дав понять мне, что обязанность по тушению костра снова возлагается на меня. Пытаться разузнать что-то еще, было бесполезно, и поэтому я лишь, покорно кивнул ему в ответ.

Мы шли целый день. Ноги мои были стерты в кровь. Руки и лицо исцарапаны о ветви мелких деревьев. Особенно тяжко мне приходилось, когда на пути нам попадались залежи валежника и неглубокие, а иногда и довольно глубокие, овраги. Когда вечером мы остановились на привал, я упал на землю не в силах пошевелиться. Убийца молча развел костер, и я придвинулся поближе к огню, прячась от вечерней прохлады. Ступни горели от боли. Клэйборн достал краюху хлеба и два сморщенных яблока. Половину он отдал мне. Приняв еду, я сел, вытянув ноги вперед, и принялся есть. Пища не приносила удовлетворения, хотя есть хотелось сильно. Разделавшись с яблоком, убийца насадил свой кусок хлеба на ветку и вытянул ее над костром.

– Болит, – утвердительно сказал Клэйборн.

Я не посчитал нужным ответить. Он лишь кивнул и, повернув ветку с хлебом, которую держал в правой руке, так чтобы поджарилась другая сторона, левой полез в мешок. Немного порывшись, он достал небольшую деревянную баночку и кинул ее мне. Я ловко поймал ее в воздухе и, покрутив в руках, вопрошающе посмотрел на убийцу.

– Мазь, – спокойно ответил он на мой немой вопрос, осторожно откусывая кусок поджаренного хлеба.

Откупорив тугую крышку, я обнаружил внутри прозрачное желе. Зачерпнул немного указательным пальцем. Мазь оказалась холодной и жирной.

– Бери понемногу и равномерно наноси на порезы, – предупредил меня убийца.

Я послушно нанес мазь на стертые ноги. Резкая боль через некоторое время сменилось невероятным облегчением. Конечно, она не исчезла вовсе, но немного притупилась. Я с благодарностью вернул мазь Клэйборну. Затем лег, подложив руку под голову, и долго смотрел на огонь. Мерцающие язычки пламени завораживающе плясали, то уменьшаясь, то увеличиваясь, когда убийца подбавлял веток. Я медленно погрузился в сон.

Во сне я шел через лес. Было темно. Плотный густой туман окутывал меня по пояс. Я был один, если не считать серых теней, состоящих казалось из той же субстанции что и туман. Они практически сливались с ним. Их бесплотные пальцы касались меня, пытаясь задержать. Они шептали. Быстро и беспорядочно. А я просто шел вперед, не оглядываясь, ни в силах остановиться. В какой-то момент шепот перешел в монотонный гул. Тени сливались, беспорядочно мечась передо мной, пока в один момент одна из них не остановилась и, вытянув бестелесное подобие руки, указала вперед. Тени взвыли и словно огромный рой устремились вверх, скрываясь в верхушках темных сгорбленных деревьев. Я остановился и уставился в темноту пытаясь разглядеть то, на что указывала тень. Но ничего не увидел. Вокруг стояла зловещая тишина. Ни скрипа, ни шелеста листьев. Ничего. А потом я услышал волчий вой. Длинный и протяжный. Потом еще раз, но уже ближе. К первому присоединилось еще несколько глоток. Я хотел убежать, но ноги не слушались меня. Они окружали меня, я видел в тумане их темные мелькающие силуэты. Они выли, и это сводило меня с ума. В какой-то момент вой стих и силуэты замерли в молчаливом ожидании. Две огромные тени скользнули, вперед вставая передо мной. Два огромных волка белый и черный, словно туман и ночь окружавшие меня. Они стояли, выжидающе смотря на меня своими красными глазами. Не знаю, сколько это длилось, но внезапно черный пошевелился и зарычал. Его рык сливался в слова, а слова в речь.

– Мальчишка р-р-р ты должен сделать это р-р-р, – белая слюна, срываясь с его клыков тяжелыми каплями падала наземь, скрываясь в тумане. – Ты должен быть полезен.

– Н-нет а-р-р-р-гх, – белому слова давались с еще большим трудом, его голос больше походил на женский. – Не должен р-р-р аргх. Он не нужен нам.

– Не слушай.

– Да не слушай нас р-р-р.

– Нет, только это, – черный медленно тряхнул мордой в сторону белого.

Белый волк лишь тряхнул головой. Волки вокруг зашевелились, заворчали. Черный задрал морду кверху и протяжно залаял, подвывая в конце. Белый вторил ему. Они словно смеялись. И их смехом был вой. Стая, окружавшая меня, зашлась в истеричном волчьем хохоте.

– Проснись, – услышал я грубый знакомый голос. – Да проснись же ты мальчишка.

Словно бы чья-то рука вырвала меня из моего сна. Я открыл глаза. Костер ярко пылал. Клэйборн стоял на ногах. В правой руке он держал кинжал, а в левой горящую толстую ветку, которой размахивал из стороны в сторону словно факелом. Я быстро вскочил на ноги. Вокруг стоял дикий вой. Серые силуэты мелькали среди деревьев.

– Наконец-то, – прокричал Клэйборн. – Хватай из костра полено и присоединяйся. Только не затуши его, а то нам конец.

– Что происходит? – прокричал я, выхватывая ветку покрупнее, один конец которой еще не достал огонь.

– Волки, – прохрипел Клэйборн, голос его тонул в диком вое и рычание. – Поганые твари почуяли нас. Обычно они боятся огня и не подходят близко. Эти какие-то бешеные. Или очень уж любят человечину или давно не жрали, что в этом месте маловероятно. Получи тварь.

Он резко взмахнул веткой. Горящий конец угодил прямо в морду слишком близко подошедшей твари. Волк, взвизгнув, отскочил. Стая была довольна большая, только я насчитал около десяти зверей. Правда они бегали кругами практически не стоя на месте, так что я мог и ошибиться в своих подсчетах. В любом случае ситуация была не из приятных. Один из волков прыгнул прямо на меня, я упал на колени и выставил ветку перед собой. Волк перескочил через меня и приземлился за спиной, задними лапами угодив в костер. Зверь завизжал, запахло горелой шерстью. Я быстро вскочил на ноги, размахивая веткой, которая начала уже тухнуть. Клэйборн ударил скулящего волка по голове, тот упал на спину, перекатился, затем вскочил и дал деру. Его собратья кружили вокруг, немного умерев свой пыл. Костер наполовину погас, разбросанный напавшим на меня зверем.

– Вот сволочи, пора бы уже заканчивать, – убийца, смачно сплюнув наземь, крутанул кинжалом.

Волки словно услышали его слова. Вой и рычания стали стихать. Движения их замедлились. Прямо передо мной среди деревьев появился темный силуэт. Огромный черный волк стоял, наклонив голову в бок. В его желтых глазах мерцали отсветы тухнущего костра.

– Вот так тварь, – прохрипел Клэйборн. – Первый раз вижу такого здорового.

Волк казалось, не обращал на него внимания. Его взгляд был устремлен ко мне. Он стоял и смотрел. А потом резко задрал морду вверх и завыл. Стая не вторила ему, она слушала своего вожака. Это был его зов, только его. Он замолчал, резко опустив морду и в последний раз взглянув на меня, скрылся в темноте. Стая последовала за ним.

Я молча кинул свою ветку обратно в костер. Убийца сделал то же самое.

– Надо разжечь костер побольше. Как рассветет, сразу же двинемся дальше. Нельзя задерживаться в этом треклятом лесу.

Мы быстро натаскали сухих веток, которые нашли поблизости. Далеко отходить, побоялись. Огонь взмыл вверх, опаляя лицо. Была моя очередь дежурить, но убийца до утра так и не сомкнул глаз. Впрочем, как и я. С рассветом мы продолжили свой путь. Волки больше не нападали.

И снова потянулись дни в бесконечной спешки в неизвестность. Я не знал, действительно ли существует это так называемое Убежище или нет, и что меня там ждет. Убийца отдал мне свою старую рубаху, чтобы я смог ее разорвать и перевязать свои ступни. Мы с ним практически не разговаривали. Он несколько раз охотился, но в основном ели то, что попадалось под руку, ягоды, непонятные травы и корешки. Иногда Клэйборн показывал мне особые травы, одни из них заживляли и затягивали раны, другие, напротив, использовались в качестве изготовления ядов и снотворных порошков. Убийца оказался прав. На третий день мы вышли на широкую лесную дорогу, а на шестой наконец-то покинули этот проклятый лес. Сначала я не поверил своим глазам, когда мы вышли на залитый солнечным светом зеленый луг. Это действительно было захватывающее зрелище, хотя я старался не показывать своих эмоций, но в тот момент мне, если честно было тяжело себя сдерживать. После вечного полусумрака Вейлендского леса, это особенно завораживало. На ярко-голубом небе не было ни тучки и стоявшее в зените солнце щедро одаривало землю своим светом. Луг, на который мы вышли по сути своей являлся опушкой леса и был покрыт мягкой шелковистой травой и синими цветами на длинных тонких ножках испускавших сладковатый дурманящий аромат. Я сорвал один из цветов и повертел в руке. Венчик состоял из трех тонких синих с серебристыми прожилками лепестков. Они были раскрыты и тянулись кончиками вверх, так словно хотели дотронуться до греющего их солнца.

– Голория венценосная, – услышал я позади себя голос убийцы, – или как его называют в народе венценосник. С ним связана красивая история. Не слышал!? Хотя кого я спрашиваю. В любом случае, все эти напыщенные глупые сказочки не имеют никакого смысла, кроме конечно, эстетического. Их сочиняют либо бабы, либо никчемные имперские поэты ничем впрочем, не отличающиеся от тех же девок. Женщинам нравиться слушать всякую ерунду. Особенно если эта ерунда покрыта тайной и привязана к определенному предмету.

Убийца сорвал цветок, покрутил его в руке, а затем, хмыкнув себе под нос, откинул его в сторону. Я вновь посмотрел на цветок. Лепестки сорванной мной голории начали увядать. Их кончики загнулись, потеряв всякую надежду дотянуться до солнца. То же самое и с человеком, подумал я, если лишить его жизни. На какое-то мгновение я просто ушел в себя, и не о чем другом думать не мог. Не знаю, сколько я так еще бы стоял, если бы ни «дружественный» тычок Клэйборна. Я почувствовал не очень приятный удар в спину, и, если честно, еле удержался на ногах, хотя качнула меня от удара хорошо. Я с силой потер левую лопатку и злобно покосился в сторону убийцы. Тот, как ни в чем не бывало, стоял чуть поодаль от меня, на лице его играла глупая улыбка. В такие моменты мне больше всего хотелось его придушить.

– Ну, чего вылупился. Хватит любоваться цветочками. Ты же не девка. Надо идти дальше. Нам теперь до Флада только с неделю, если не больше тащиться. Так что давай ноги в руки и вперед, – при этом убийца продолжал глупо улыбаться. – Вперед я сказал.

Он оказался прав. До Флада надо было еще дойти. Мы снова шли, но, к моему великому облегчению, вокруг не было больше этих шумящих, покрытых шершавой шкурой пней, называемых деревьями. Не было так же оврагов и бурелома. Через пару дней нам попался первый признак человеческой жизни. Маленькая деревушка с покосившимися и прогнившими от времени домами. Здесь было намного хуже, чем в моем городишке. Я не заметил не одного молодого мужика, лишь старики и несколько потрепанных временем, но все же, еще не совсем старых, баб. Измученные люди опасливо и в то же время придирчиво смотрели на нас исподлобья. Они боялись. Боялись, всю свою нелепую жизнь. И этот страх был оправдан. Они жили всего в нескольких днях пути от огромного, пугающего, одного из самых старых лесов Империи, Вейлонда. Мы не задержались здесь надолго, нас даже не пустили переночевать, но Клэйборну удалось разжиться едой, немного поторговавшись с рябым прихрамывающим на левую ногу дедом, который согласился помочь нам с провиантом. Также убийца выторговал для меня рваный темный плащ и старые поношенные сапоги, которые оказались мне большеваты.

И снова дорога. С короткими, не приносящими отдыха разбитым ногам, привалами. С каждым днем я все больше падал духом, по пути нам попалось еще несколько деревень, они были больше и богаче первой, если это слово вообще было применимо к ним. Как и предполагал убийца, недели, чтобы добраться до Флада нам не хватило. Дней через шесть мы вышли на большой тракт. Мир вокруг меня ожил. Мимо нас проезжали красиво одетые люди с кучей телохранителей, торговцы с повозками набитыми разнообразными товарами и просто обычные путники. Единожды мимо нас проскакал всадник на красивом белом скакуне, он постоянно кричал встречным, чтобы ему уступили дорогу, и люди, кто-то охотно, кто-то, недовольно ворча, расступались. Я спросил у убийцы кто это, на что тот ответил, что это имперский гонец, дальнейшие мои расспросы он как всегда, проигнорировал.