Литературная Газета 6624 ( № 48 2017)

Умеренная «либерализация» в чистилище

Итак, бравый солдат Швейк, полковой писарь либерал Ванек, старый сапёр грубиян Водичка и другие ветераны 11-й маршевой роты коротают деньки там, на небесах, в чистилище. Будто бы на бессрочной гауптвахте. Распорядок в чистилище претерпевает уклон в лёгкую «либерализацию». Дозволен доступ к интернету и Wi-Fi. И нет повинности распевать с утра до вечера псалмы.

«Суета сует и всяческая суета!» – сказано в Ветхом Завете. Настоятели чистилища предостерегают постояльцев против мирских страстей, соблазнов, всяческой скверны, а также превратных толкований.

Как бы то ни было, состоя на постном довольствии в чистилище, дружки Швейка вынуждены ограничивать себя безалкогольным «Великопоповицким». Потому и отводят душу в нескончаемых спорах. И завсегда речь у них о «мейнстримных» политических событиях и новостях на том, белом, свете. В широком «плюрализме», словесных баталиях, стенка на стенку, на ток-шоу у Соловьёва дружки находят отдушину, лекарство от скуки. И все как один следят по интернету за новостями агентства «Блумберг». Судачат о проделках политиков и vip-персон, райском житье беглых российских банкиров и проч. А ещё дивятся гламурным барышням с Рублёвки, которые наперебой, дерзко метят в Верховные главнокомандующие.

Писарь Ванек строчит посты и ставит лайки на сайте «Эхо Москвы». И благоговейно внимает откровениям «гуру» либералов Леонида Гозмана. Повар-оккультист Юрайда составляет замысловатые гороскопы политиков, сверяясь по древнеиндийским сутрам. Денщик Балоун, известный во всём полку чревоугодник, грезит о домашней кровяной колбасе с тмином и чесноком. А Швейку любо вспоминать разговоры завсегдатаев в пражском трактире «У Калиха». И всякие забавные поучительные истории, побасенки и притчи.

Зайчатина в сметане – помеха монетарной политике

Вот и на этот раз Швейк завёл разговор издалека:

– Обер-лейтенант Квасничка, мы тогда служили в Карлине в команде запасных, втолковывал нам, расхаживая перед строем: «Не думайте, ленивые коровы вы этакие, что ваша военная служба закончится на этом свете. Мы ещё и после смерти увидимся. И я вам такое чистилище устрою, что вы очумеете!..» Ну и где запропастился этот Квасничка с его тупой муштрой? Мы-то тут все давно в сборе.

– Быть может, твой Квасничка как-то изловчился пролезть сквозь угольное ушко в райские кущи? – завистливо заметил денщик Балоун. – Там, небось, житьё райское, так райское. И не морковными котлетами потчуют нашего брата, а венскими шницелями.

– А вот полковник Фидлер, – продолжил вспоминать Швейк, всё ещё поддразнивая известного обжору Балоуна, – был для солдат что ангел во плоти. Прямо как твой святой Мартин, который раздавал гусей бедным и голодным. На свои именины полковник повелел на весь полк готовить зайцев в сметане с сахарными кнедликами.

Старший писарь Ванек вдруг возопил как ужаленный:

– Отъявленный популист этот твой хвалёный Фидлер! Дармовщинка – путь пагубный для цивилизованного общества. Не зря говорят: нужда гнёт железо! В Европе социалисты полвека правили, раздавая направо-налево пособия, вэлфоры на харчи, налоговые послабления для бездельников. И что из всего этого получилось? Крупный бизнес из-за непомерных налогов бежал наутёк в Китай. А бремя государственного долга стало невыносимым. Александр Гамильтон проповедовал, что без имущественного неравенства нет свободы и процветания. Вот!

– Твой Гамильтон, что же, против был рождественской индейки на столе в каждой богобоязненной семье? – ворчливо отозвался Балоун.

– Жёсткая неумолимая монетарная политика, как по писанному заладил Ванек, горькое, но целебное лекарство для экономики. Сам Милтон Фридман призывал решительно избавиться от «тирании» попечительного государства.

– Наш обер-лейтенант Голуб почище твоего Фридмана подступал с ножом к горлу: «Солдаты, вы должны знать, что казарма не гастрономический магазин, где вы можете выбирать маринованных угрей и сардинки…» Выходит, Ванек, зануда Голуб одной с вами веры.

Девичник претенденток с Рублёвки

Разговоры про зайчатину и монетаризм прервал телеграфист Ходоунский, не расстававшийся со своим айфоном:

– Братцы, ещё одна претендентка на президентский пост громко заявила о себе, некая Катя Гордон. Говорят, давняя соперница и завистница светской львицы Ксюши Собчак. Мол, я ли не краше и умней? А следом, вы только поглядите, целый девичник с Рублёвки, туда же, в Верховные главнокомандующие метят. Если даже понарошку, всё равно как-то стрёмно! Россия всё-таки не Маврикий какой, а ядерная держава.

– Девичник – что-то новенькое, – удивился Швейк. – В шальные 90-е в президенты уже баллотировался пчеловод, в другой раз – чудаковатый масон, невесть откуда взявшийся. И даже кинорежиссёр Говорухин, который теперь, правду сказать, кается, говорит, бес его попутал.

– Всё это попросту издержки представительной демократии, – назидательно произнёс стойкий либерал Ванек. – А сексизм, гендерные предрассудки – отрыжка тоталитаризма! Ксения Анатольевна Собчак не какая-то говорящая кукла Барби, как злословят ретрограды. Она – зрелый, даровитый, креативный самостоятельный политик либеральных взглядов. Настоящий лидер поколения Next. Прошу любить и жаловать!

Швейк и дружки невольно переглянулись. Не ожидали такой отповеди. А Ванек стал аж пунцовый от праведного гнева.

Ходоунский подбросил ещё дровишек в костёр:

– Писатель Эдуард Лимонов, национал-большевик, в «Живом журнале» смачно высказался про самовыдвижение Ксюши: «Это же полнейшее вышучивание государственности. Похлеще Распутина!.. Тот, кто допустил её даже в незарегистрированном виде изгаляться на всю Россию, совершил, прямо говоря, преступное деяние!»

– Это ваш Эдичка Лимонов – заядлый империалист, анархист и гомофоб! Самого Солженицына завистник на каждом углу обзывает графоманом. А вы, братцы, уши развесили.

Окончание в следующем номере

Предыдущие главы романа опубликованы в «ЛГ», 2017, № 37, 38

Кто следующий?

Кто следующий?

Искусство / Искусство / Горьковский сезон

Есин Сергей

Фото: Григорий Тарловский

Теги: МХАТ , «Чудаки» , спектакль

О новом спектакле на малой сцене МХАТа им. Горького и не только

Я уже, кажется, писал, что Татьяна Доронина и её театр, так, казалось бы, архаически и по-советски не только названный академическим, но ещё и соответствующий этому определению, спасли репертуар русского театра от национального обмеления. Собственно, в недавнее время, когда в центре любой сцены стояла открытая постель, театр Дорониной, по своей русской последовательности, а Доронина по крепости духа, так и продолжали ставить пьесы Островского. Тогда это были свое­образное открытие и протестная позиция. Скажу больше, это как бы по доронинскому сигналу Островский, как до сих пор суперактуальный драматург, – причины и следствия здесь понятны – стал засевать поля нашей театральной жизни. А что в нынешнем театре и жизни сейчас современнее?

В нынешнем театре ведь любят так, точнее, читать режиссёры не любят. Предпочитают: посмотрел чужой спектакль в чужом театре: а я смогу по-другому! Так и лепим в пяти театрах в столице, скажем, «в Москву! в Москву!». Островский, правда, писал по пьесе в год, и Малый театр, стоящий рядом с Большим и тогда с ним отчаянно конкурирующий за зрителя, обязательно эти пьесы ставил. Но это уже о современной драматургии.

К рассуждению о репертуаре и руководстве им, как худрука, Дорониной я бы мог и добавить знаменитый пример с «Вассой Железновой» Горького. Спектакль, сначала оболганный демократической прессой, а потом высоко оценённый таким знатоком, как покойный Виталий Вульф, а главное – зрителем, идёт эта «Васса» на сцене, по крайней мере, 17 лет. Каждый раз картина на спектакле, где Вассу играет Доронина, одна и та же. Вначале лёгкий в зале говорок, вспоминают о минувшем, о возрасте, о знакомых и любимых интонациях, а потом такая мёртвая тишина, такое устремлённое внимание за каждым жестом и каждым словом великой актрисы… Великое это дело играть, как говорили раньше, нутром. Я понимаю, есть ещё театры, где «голым пузом» – это эвфемизм понятия «голой жопой» – играть не умеют, да это и труднее. Я опять, постепенно подбираясь, к теме своей сегодняшней статьи, говорю немножко не о том, но тем не менее чрезвычайно важном. Именно после авангардной для того времени «Вассы» эта горьковская пьеса поползла по просторам всего нашего театрального пространства. Бог ты мой, оказывается, и другого Горького можно играть, а не только «На дне», так синхронного эпохе!

В театре у Дорониной прочли ещё одну пьесу советского и мирового классика – «Чудаки». Играли пока на Малой сцене, впритык, так сказать, к сидящим в креслах зрителям. Даже представить себе нелегко, как это играть трудно. Да и вообще такую драматургию играть не «нутром» трудно. Мне вообще кажется, что я хожу в театр смотреть не только чужую жизнь, но и свою. Итак, для тех, кто «Чудаков» не помнит: дачная площадка, дачный не очень большой домик. Всё очень похоже, как и у меня, за 100 километров от Москвы, а не в советском Переделкине, даже слышна электричка. А дальше трагедия, как почти всегда у Горького, и драма. Кто-то, кажется, из американских классиков написал, что главное в литературе – это творец, а в романистике, ещё и как этот самый творец создаёт своё произведение. У «Чудаков» тоже главным героем стал писатель, и писатель невероятно и по-сегодняшнему современный. Нет, вы мне скажите, откуда Горький знал все наши проблемы? Как этот самый писатель Мастаков чем-то похож на отечественных букеровских лауреатов! У него в сочинениях действительность, которая, конечно, не может, не нравиться властям. И разве его интересует текущая, с её мрачными сторонами жизнь? И «Букер» и «Ясная Поляна» даются не за декларации социальной несправедливости. Мастаков пишет свои прекрасные и, видимо, неплохо продаваемые иллюзии. А с каким воодушевлением этот Мастаков, совершенно не отставая от Мостакова сегодняшнего дня и лауреата, говорит о нравственности, чести и достоинстве! Вот здесь и некоторая коллизия: разговоры разговором, а адюльтер адюльтером. Интрижка с роскошной красавицей дачницей Медведевой. Жена под боком, рядом? Жена всё простит, ах, этот терпеливый и вечный русский характер!

Я не думаю, что Горький сначала придумывал сюжет с женихом Васей Турицыным, погибающим от туберкулёза на руках у невесты или коллизию с Еленой, женой этого самого Мастакова, а потом сел писать пьесу. Полагаю, что сначала были увидены и прочувствованы характеры в жизни, а уж потом появились типы и возник, сложился сам собой сюжет. Типы в литературе – главное. А здесь их много, и почему-то начинает казаться, что ничего за почти сто лет не изменилось. Всё так же бывший полицейский говорит о судьбе России и её врагах, и даже выражения не изменились. Только вместо Германии сейчас Америка. Чудаки! А эта грандиозная словестная дуэль двух женщин, жены и искательницы приключений, с разным пониманием женской судьбы, чести, духовной чистоты, почти под занавес! Нет, это не перепалка двух звёзд эстрады по телевидению, да и знают ли наши звёзды такие слова и выражения! Господи, говорим ли мы сейчас о чём-нибудь подобном на своих дачных участках? Господи, надоумь! Так страшна наша сегодняшняя дачная жизнь со склоками из-за величины и уплаты годового взноса и кому всё-таки стать председателем дачного кооператива и руководителем денежных потоков дачного розлива.

Собственно, здесь можно закончить небольшое сочинение о верности театра русской национальной школе. Но даже не точно соблюдённый жанр театрального отзыва требует ещё и имён, и уточнений. Это замечательный по актёрскому ансамблю спектакль. Кого выделить? А всех, потому что нет лучших, а все необыкновенные. Выдержат ли газетные столбцы такое перечисление? Всего десять действующих лиц, а значит, десять фамилий: И. Фадина, Е. Катышева, Ю. Болохов, А. Бирюков, А. Погодин, А. Зайков, Л. Мартынова, Е. Ливанова, Д. Зенчухин. О последнем скажу особо: впервые я вижу на сцене действительно обречённого – так в пьесе! – на смерть человека. Это очень здорово! И конечно, с коллективом разделяют победу его вдохновитель режиссёр А. Дмитриев и художник В. Барабанов.

За Дмитриевым слежу уже давно. Это тот нечастый случай, когда из хорошего актёра вырастает хороший режиссёр. В принципе разные профессии, так же как писатель и журналист. И если журналисты пишут романы, то часто они так и остаются романами журналистов, иногда даже хороших. Дмитриев работает тихо, спокойно, без ложных эффектов, но настойчиво добивается правды. Что касается В. Барабанова, то он след в след идёт за грандиозным мастером МХАТа, главным художником Серебровским. Здесь бытовая, точно театральная, живописность и та мера условности, которая заставляет во всё это безоговорочно поверить. Да и вообще у спектакля тьма достоинств, недаром в достаточно театральном Нижнем Новгороде на большой и просторной сцене он прошёл с таким успехом. В Москве слишком много низкого соблазна, чтобы идти по вектору духовной жизни.

И, наконец, финальный аккорд: «Чудаки» Горького во МХАТе на Тверском прочитаны и поставлены: кто будет ставить их следующий и где?

Сергей Есин

Оставьте буквы – веку

Оставьте буквы – веку

Искусство / Искусство / Цветаева – 125

Теги: Цветаева , выставка

В Доме-музее Марины Цветаевой открылась выставка-символ «Где мой дом?».

Экспозиция, содержащая около 300 предметов, – итог огромной работы, проделанной тремя музеями столицы, а также художниками и проектировщиками.

«Эта выставка – финишный проект юбилейного года. Очень важно, что все приобретения, которые были сделаны в этом году, останутся здесь, в музее, и будут в дальнейшем радовать огромное количество его посетителей», – отметил руководитель Департамента культуры Москвы Александр Кибовский.

Основу экспозиции составили личные вещи Цветаевой – тетради, книги и украшения. Особый интерес вызывают впервые расшифрованные записные книжки поэта, а также черновик «Поэмы Воздуха» 1927 года, по которому можно проследить работу Цветаевой над текстом.

Выставка продлится до 1 марта 2018 года.

Надежда и опора

Надежда и опора

Искусство / Искусство / Знай наших!

Теги: Юрий Изюмов , юбилей

Он работает в печати целую вечность – без малого семь десятилетий.

Был заместителем главного редактора «Московского комсомольца» и «Вечерней Москвы». Прошёл строгую партийную школу – в Московском горкоме КПСС являлся помощником первого секретаря, члена Политбюро ЦК КПСС. А в 1980 году начался период особенно важный для нас – Юрия Петровича назначили первым заместителем главного редактора «Литературной газеты». Десять лет он был надёжной опорой А.Б. Чаковского, проявляя профессионализм, компетентность опытного и талантливого газетчика. Авторитет, популярность, баснословный рост тиража – во всех этих достижениях немалая заслуга Ю.П. Изюмова. Об этом времени Юрий Петрович написал книгу «Куда: Москва, «Литературная газета», в которой он с большой теплотой вспоминает о редакционных буднях и о редакционном коллективе. В последующие годы Ю.П. Изюмов был главным редактором газет «Гласность», «Досье. История и современность», теперь издаёт интернет-газету. Всегда был в гуще общественной жизни – четыре раза избирался депутатом Моссовета, сейчас является членом правления фонда «Мавзолей В.И. Ленина».

В эти дни у Юрия Петровича очередной юбилей.

«Литературная газета» сердечно поздравляет ветерана и друга редакции с 85-летием.

Хождение по большим деньгам

Хождение по большим деньгам

ТелевЕдение / Телеведение / Литература в ящике

Кондрашов Александр

За 40 лет сёстры Булавины очень изменились: Даша (Ирина Алфёрова и Анна Чиповская) и Катя (Светлана Пенкина и Юлия Снигирь)

Теги: Константин Худяков , Тимур Вайнштейн , Елена Райская , Инна Чиповская , Юлия Снигирь , Павел Трубинер , Алексей Колган , Светлана Ходченкова , Наталья Егорова , Сергей Колтаков , Ирина Алфёрова , Светлана Пенкина , Михаил Козаков , Григорий Рошаль , Василий Ордынский ,

„Большие деньги“ на Первом обернулись „Хождением по мукам“ на НТВ

Казалось бы, ничего общего между этими двумя сериалами нет, разве что оба показывали примерно в одно время. Жанр, время действия, манера актёрской игры, режиссёрский почерк, стилистика – абсолютно разные. Объединяет то, что в них есть нечто доселе небывалое, кричаще новое для российского экрана – революционное.

Под знаменем троцкизма-цекализма

О революционности байопика «Троцкий», в котором биография героя намеренно кардинально перелопачена, говорили не только мы, говорили все. Наследником Парвуса и Троцкого, приверженцем перманентной революции на ТВ явился милый, смешной, иногда очень даже трогательный персонаж «Большой разницы» и «Прожекторперисхилтона» Александр Цекало. Он не только талантливый комик, он ещё и выдающийся продюсер. Причём не только «Троцкого», но и многих других р-революционных проектов. Вспомним «Метод», в котором Константин Хабенский замечательно сыграл следователя, который может поймать всех маньяков, потому что он сам маньяк. И недавний фильм ужасов «Гоголь. Начало», в котором осуществлена революционно наглая нарезка из биографии великого писателя и его произведений. Если с Николаем Васильевичем можно так обращаться, то почему нельзя со Львом Давыдовичем и со всей русской историей?

Мы обижаемся, когда иностранцы глумятся над нашими святынями, фальсифицируют историю, а сами? Сериал «Троцкий» так ударил по мозгам телезрителей (после оглушительного начала рейтинг, кстати, падал от серии к серии), что от следующего революционного продукта Первого канала («Крылья империи») публика дружно отвернулась – руководство вынуждено было оборвать показ и заменить его современной криминальной мелодрамой «Большие деньги».

Сделан этот сериал два года назад, а показан только сейчас. Почему? Мы дозрели? Время приспело? В чём его революционность?

Нет, не в том, что «Большие деньги» (режиссёр Марк Горобец) сняты очень профессионально и стильно. Такое редко, но бывает – актёрский ансамбль прекрасный. Ян Цапник, Агриппина Стеклова, Александр Яцко играют обаятельно и убедительно, герои их (в отличие от «Троцкого») – живые, сегодняшние, им сочувствуешь. И следователю, который ловит фальшивомонетчиков, и, собственно, фальшивомонетчикам. И их детям, и жёнам. Очень хорошая, душевная атмосфера. Смотришь на героев и радуешься: какие же хорошие люди. Особенно друг следователя, эксперт-криминалист, которого замечательно играет Сергей Пускепалис. Этот актёр за последние годы стал главным открытием в сериальном кинематографе – воплощением мужественности, надёжности, верности. Положительности.

Но играет-то он предателя, оборотня в погонах. Крысу, которая, чтобы «заработать» много денег, идёт на сотрудничество с бандитами, отмазывает преступников и сам придумывает гениальные мошеннические схемы, чтобы безнаказанно менять фальшивые деньги на настоящие. Такой вот положительный герой.

Да, он был вынужден, припёрт к стенке обстоятельствами: деньги на квартиру сыну пропали при ограблении банка, а сын был тяжело ранен, и на лечение нужны большие деньги. И герой идёт на изготовление и сбыт фальшивых купюр, что, между нами говоря, – тягчайшее преступление. И разворачивается на славу. Круче, чем друзья Оушена.

И невольно думаешь: нет, конечно, нарушать закон нехорошо, но когда очень нужны деньги, то, в общем, можно. Особенно, если ты такой обаятельный, умный и добрый, как Пускепалис. Жизнь-то страшная, кругом несправедливость, а если ты честный мент, то имеешь полное моральное право немного (и даже очень много) отжать у банкиров-нуворишей. И друг-следователь, которого ты предаёшь, войдёт в положение и в конце концов простит, потому что понимает, что такова жизнь. И рейтинг у сериала отличный.

Вот вам и борьба с коррупцией. Поневоле войдёшь в положение полковника Захарченко: наверняка у него были какие-то непреодолимые обстоятельства (жена пилила, дети болели, начальство ругало), и он не мог не наполнить квартиру штабелями денег, которых, кстати, никто до сих пор не хватился. Жаль его. И проворовавшихся губернаторов, и министров, и директоров театров, и всех других, которые, конечно же, не могли иначе, а их зачем-то посадили под арест. Сажать надо мерзких нищебродов, а если ты достойный человек на достойной должности, то…

Ну разве не революция в жанре полицейского сериала?

Муки рейтинга

Революционно сделан и сериал о революции на НТВ. Классическое «Хождение по мукам» с первых серий заставило волноваться и бунтовать зрительские массы – «низы» не захотели смотреть интерпретацию романа Алексея Толстого, которую предоставили «верхи»: продюсер Тимур Вайнштейн, режиссёр Константин Худяков и сценаристка Елена Райская.

Впрочем, когда в 1977 году вышел сериал Василия Ордынского, тогдашние «низы» тоже не принимали красавиц Ирину Алфёрову и Светлану Пенкину, а также Михаила Ножкина и Юрия Соломина, ностальгически вспоминая ослепительную Руфину Нифонтову и великолепных Нину Веселовскую, Николая Гриценко и Вадима Медведева в экранизации Григория Рошаля 1957 года. Но атака на Юлию Снигирь, Анну Чиповскую, Павла Трубинера и Леонида Бичевина сейчас гораздо яростней, хотя артисты они хорошие и ни в чём не виноваты. В распределении ролей – половина успеха. Или неуспеха. Это решение режиссёра, сейчас же чаще последнее слово за продюсером. Главное, чего нет в сериале, кроме красоты сестёр Булавиных, – это человеческой крупности.