Поднимается буря

— Хорошо. Но я могу ее увидеть? — Не стала настаивать сыщица, чем изрядно удивила Николая — это было совершенно не в ее характере. — Ваш корабль еще будет в порту некоторое время?

— Да, мы латаем обшивку, ее повредило обломками. — Кивнул мсье Маршан. — Уйдем не раньше следующего утра. Я могу провести вас на корабль, но прошу — постарайтесь прибыть незаметно.

— Хорошо. Я навещу вас сегодня. Возможно, мне понадобится опросить вашу команду. И еще один вопрос. Вы покупали провиант и детали для ремонта в Ташкенте?

— Разумеется. — Снова кивнул француз. — С пищей было неплохо, но запчасти за время похода кончились, пришлось брать здесь.

— Напишите имена местных дельцов и чиновников, с которыми вы вели дела. — Анастасия вытащила из изящного письменного прибора бумажную карточку с ладонь величиной и карандаш, толкнула по столешнице Полю. — Если не всех вспомните — уточните у капитана, расскажете мне позже.

Когда француз закончил шуршать грифелем, девушка щелкнула пальцами:

— Николай, проводи его к черному ходу. Верни оружие и кошелек, и что вы там еще у него отобрали. По пути узнай у караульного, очухался ли его спутник. Если да — гоните в шею, тоже задворками. И диван пусть протрут после него. — Она перевела взгляд на нервно жующего губу Поля. — Вы поступили правильно, мсье Маршан. Эти сведенья очень важны, благодарю вас.

* * *

Когда Дронов вернулся, старшая сыщица сидела неподвижно, уткнувшись носом в сплетенные пальцы. Ее юная помощница тоже тихонько замерла на своем стуле. Казалось, во всем кабинете движутся только стрелки ходиков на стене да пылинки, пляшущие в лучах света.

— Гхы-кхым. — Откашлялся майор, прикрыв за собой дверь. — Обоих выпроводил.

— Спасибо. — Настя вынырнула из раздумий, в очередной раз вздохнула. — Жаль, что сейчас нет возможности проверить связи этого типа и его конторы. Немедленно составлю запрос в Москву, отошлю первым же курьером до Пишпека. Оттуда — по пневомопочте… Все равно долго ждать, они уже смоются.

— Не доверяешь ему? — Хмыкнул Николай, опускаясь на прежнее место. — Давай просто задержим корабль, я могу такое организовать. Военное положение, все-таки.

— Ох и любишь же ты…, — Сыщица откинулась в кресле, легонько улыбнулась. — Ладно, мне тоже такой подход нравится. Но ситуация слишком невнятная, чтобы рубить с плеча. Будем действовать осторожно.

— От кого я это слышу. — Фыркнул майор.

— Переход на руководящую должность меняет характер. — Госпожа особый агент улыбнулась шире, по спине Николая побежали знакомые холодные мурашки. — Я только теперь это прочувствовала. Самой не нравится, но что поделать… В любом случае, ваш охотничий трофей мне врал. Не знаю точно, о чем — но он средненький актер, кое-где переигрывал. И пару раз сбивался с тона. Заметили, что описание бомбы он оттарабанил без охов и вздохов, как заученное? Потому стоит проверить — на кого он может работать. Однако история с бомбой кажется мне похожей на правду. Что корабли на рейде рванули не сами — дураку ясно. Корабли были со всех концов света — значит, бомбы на них закладывали уже здесь.

— Поэтому вы спрашивали про поставщиков деталей? — Подала голос долго молчавшая Саша.

— Да. — Кивнула ей Анастасия. — Все корабли закупаются едой и мелочами в порту — очевидный способ что-то протащить на борт. Только вот бомба была установлена не где попало, а в машинном отделении. Торговые дирижабли используют не гелий, как военные, а водород, он подешевле. Нет большой разницы, где их минировать — сгорят, как спички. Но бомбу поставили там, где взрыв даст лучший результат. Сомневаюсь, что торговцев и грузчиков пускали внутрь и надолго оставляли без присмотра. Помог кто-то из команды.

— Самоубийца, что ли? — Вскинул брови Николай.

— Он мог не знать, что в свертке. — Сыщица взяла карандаш, которым писал француз, положила обратно в письменный прибор. — Потому мне надо допросить экипаж брига. А вы с Сашей возьмете двух человек из нашего караула, сходите в портовую контору. Я точно знаю, ее не разбомбили, она уже работает. Поговорите с людьми из этого списка. — Девушка постучала пальцем по исчирканной карточке. — Узнаете, кто контактировал с матросами лично, допросите их. При нужде — задержите и доставите сюда, хоть всех. Кстати, в этом доме нет камер для задержанных! Надо заглянуть в подвал — он, вроде, каменный. Куплю пару решеток на рынке, нужно только высоту потолка обмерить…

— А ты что будешь делать? — Поинтересовался Николай.

— Я составлю запрос, и сразу же отправлюсь на «Галатею».

— Одна?

— Хочешь со мной? — Девушка наклонила голову к плечу, сверкнув линзами. — Саше ты будешь нужнее, поверь.

— Возьми хоть солдат…

— Коля. — Сыщица с улыбкой посмотрела мужчине в глаза. — Если меня там решат связать и увезти, чтобы продать как наложницу в Халифате — мне будет удобней выпрыгивать в иллюминатор, не думая о ком-то еще. А если меня зарежут — я знаю, что ты за меня отомстишь. Прикрой Сашу, а я уж справлюсь.

— Как скажешь. — Понимая, что спорить бесполезно, майор встал. Анастасия тоже поднялась, выдвинула ящик стола, вытащила оттуда маленький кисет с дамскими принадлежностями. Улыбаясь до ушей, сказала:

— Допрос, возможно, придется вести с пристрастием, так что захвачу с собой пилочку для ногтей…

* * *

Старшая сыщица, разумеется, оказалась права — портовая контора Ташкента пережила боевые действия и смену власти вполне благополучно. Разве что стражу у дверей теперь несли имперские солдаты в белых мундирах, да к местному руководству прибавилось несколько русских офицеров-интендантов. Переговорив с одним из них, Николай довольно быстро вышел на нужного хокандского чиновника, ведавшего кадрами. Тот с готовностью зарылся в портовые книги, выяснил с какого склада на «Галатею» поставлялись детали, и кто из портовой обслуги был к этому причастен. Дальше майору и Александре пришлось лично посетить названный склад, чтобы получить первые по-настоящему ценные сведения — трое из названного списка, десятник и два грузчика, не появлялись на работе со дня штурма. В этом не было ничего удивительного, много простых ташкентцев покинуло город или, наоборот, до сих пор отсиживалось по домам, а кое-кто и погиб во время уличных боев. Но Саша, услышав о пропавших, сразу же обменялась взглядами с Дроновым, кивнула:

— Может быть…

Уже на улице, без посторонних ушей, объяснила подробней:

— Если взрывы были организованы чьей-то агентурной сетью, то теперь самое время ее свернуть. Организаторы должны понимать, что мы начнем искать виновных, а пойманный агент может выдать их. Штурм города — лучший момент, чтобы ускользнуть, оставаться дольше им было ни к чему.

— Ага. — Согласился майор, шагая рядом с девушкой по пыльной, не мощеной улочке. — И если в городе кого-то из этой троицы нет — это уже повод для подозрений.

— Верно. — Маленькая сыщица шагала широко, заложив руки за спину и задумчиво хмуря светлые брови, однако офицеру все равно было трудно ее не обгонять — в один его шаг умещалось три Сашиных. — И еще важно, что их знакомые в порту знают всех троих самое малое по несколько лет. Если исчезнувшие — чьи-то агенты, то сеть в городе раскинута давно и основательно. Это, кстати, сократит список подозреваемых.

— В любом случае, их адреса у нас есть… если это можно назвать адресами. — Дронов невесело усмехнулся. — Нумерацию домов тут нескоро введут… Идем к ним.

Первого исчезнувшего, грузчика, они обнаружили в его собственном доме — правда, организовать допрос не вышло. На работу он не являлся по уважительной причине — был мертв. К появлению русских гостей несчастного как раз обмывали, похоронный обряд был в самом своем начале. Родственники покойного встретили пришельцев недружелюбно и довольно шумно. Николай кое-как сумел вызнать, что грузчик пропал во время уличных боев, непонятно зачем покинув дом, и его труп с колотыми ранами нашли лишь сегодня утром. Александра шепнула майору, что неплохо бы осмотреть тело и раны, но тот не колеблясь ответил, что этим пусть занимается Настя, и вырыть тело из могилы через пару суток будет проще, чем сейчас отбирать его у голосящей родни.

По адресу второго портового рабочего не оказалось самого дома. На его месте высилась горка битой обожженной глины, из которой торчали какие-то деревянные балки. Соседние хибары бедняцкого квартала выглядели не лучше. Осколочный снаряд упал точно в середину улицы, хлипким домишкам хватило единственного взрыва… Уцелевший кусок стены, торчащий на полметра вверх, густо покрывали брызги запекшейся крови — видимо, выстрел накрыл здесь плотную колонну ханской пехоты. Николай отослал солдата с поручением в комендатуру — выделить саперную команду для разбора завалов — а сам с Александрой и еще одним караульным двинулся к последней цели.

Дом десятника находился в районе поприличней, где селились горожане среднего достатка. Улицы здесь были почище, дома покрепче, а вот фруктовые деревья росли точно такие же, что в квартале бедняков — по этой части Ташкент был демократичен, тень и драгоценную прохладу город старался дарить всем.

— Хаджибек Юсуф, откройте! — Как можно громче рявкнул Николай, ударив кулаком в дверную створку, сколоченную из тонких досок. Ответом ему была тишина. Разве что с крыши дома и ветвей ближайших урюков вспорхнули перепуганные птицы. Майор повторил требование на нескольких языках, продолжая бить в дверь — безрезультатно.

— Прикажете вышибить? — С энтузиазмом поинтересовался караульный, когда Дронов умолк и перевел дух.

— Сам справлюсь. — Буркнул офицер. Почти без замаха он ударил створку коленом — та затряслась, но выдержала.

— Ничего себе. — Хмыкнул Николай. Жестом велел солдату снять с ремня винтовку и прикрывать его, навалился плечом как следует. Дверь с оглушительным треском распахнулась внутрь, при этом кусок створки со врезным замком просто выломался и упал на пол. Майор прошел внутрь, доставая револьвер, а юная сыщица присела у порога, подняла обломок.

— Никого. — Сказал Николай минуту спустя, проверив обе комнаты дома, закуток кладовки и вернувшись к дверям. Убрав оружие в кобуру, он вопросительно посмотрел на Сашу, до сих пор вертящую в руках выломанный кусок.

— Замок очень хороший. — Ответила она на не высказанный вопрос и протянула «трофей» офицеру. — Английский.

— Английский?

— Ну, то есть — по устройству. — Уточнила девушка. — Сделан, наверное, у нас, мы много такого товара в ханства продаем.

— Угу. — Майор поднес замок, все еще прикрученный к куску дерева, к глазам. — Но здесь этот товар — не самый дешевый, ты правильно насторожилась. Такие замки ставят те, кому есть, что дома беречь. А я здесь особого богатства не вижу.

— Проведем обыск. — Решительно заявила Настина ученица. — Ты просто осмотри шкафы, полки, тому подобное — что на них есть. Ищи деньги и ценности. Я проверю пол и стены. А вы, — она обратилась к солдату, — пожалуйста, стойте снаружи, никого не впускайте. Только не прямо на пороге, встаньте у дерева или где-нибудь, где вас не будет особо видно. Хорошо?

Досмотр много времени не занял — меблировка в доме десятника Юсуфа роскошью не блистала, прятать что-то было особо и негде. Николай перебрал вещи на полках, вскрыл пару сундуков, переворошил постель. Закончив, доложил Саше:

— Дешевая посуда, простая одежда… Денег нет, ценностей каких-то тоже не нашел. Может, лучше спрятаны, но… Корана тоже нет, а ведь он правоверный, и грамотный — иначе должность бы не занял.

— А вот у меня… ну-ка…, — Последние пять минут девушка, раскидав циновки, изучала пол из обожженной глины. Сейчас она, не боясь запачкать ухоженный костюм, опустилась на колени, что-то осторожно прощупала на полу подушечками тонких пальцев. Вдруг подцепила ногтями и… отделила от пола глиняную пластинку. Сразу отпрянула, будто опасаясь, что из открывшейся ниши что-то вылетит, лишь через пару секунд с опаской заглянула внутрь.

— Тайник. — Констатировал очевидное Николай.

— Причем пустой. — Добавила маленькая сыщица. — Значит…

* * *

…— Хозяин дал деру. — Заключила Анастасия, выслушав их рапорт. К возвращению помощников госпожа особый агент была уже в своем кабинете. Она сидела в отодвинутом от стола кресле, закинув ноги в легких черных туфлях на столешницу, а руки — за голову. Когда Дронов и Саша вошли, сыщица не стала менять позу, только приветствовала их жестом и усталой улыбкой.

— У него могли быть причины, не связанные с нашим расследованием. — Неуверенно произнесла устроившаяся на прежнем стуле заместительница.

— Не было у него других причин, Саша. — Вздохнула Анастасия, откидывая голову и глядя в потолок. — Один из матросов «Галатеи» раскололся. Пришлось вспомнить некоторые занятия в учебке, которые я не люблю вспоминать — но в итоге кое-что подтвердилось.

— Он помог пронести бомбу на борт?

— Ага. Во время погрузки деталей для ремонта один из местных отвел его в сторону и на ломаном английском предложил провезти контрабанду тайком от капитана. Маленький сверток. Сказал, частное дельце, никто не узнает, сверток заберут по пути, во время остановки в Халифате. Уточнил, что груз любит тепло, потому спрятать его лучше не в трюме, а поближе к машинам или паровым трубам. Матрос был не великого ума, согласился. Со следующей поставкой деталей передали и сверток. — Сыщица вынула руку из-под затылка и нарисовала пальцем в воздухе восьмерку. — Глупость человеческая бесконечна, как Вселенная. Он даже имени не просил у того хокандца, только отметил, что тот вроде как главный был, в бригаде погрузки. Да и по описанию ваш Юсуф-десятник подходит.

— Думаешь, на других кораблях было так же? — Хмуро спросил Дронов.

— Вероятно. Мелкая контрабанда — дело житейское. Хотелось бы поспрашивать экипажи уцелевших судов — может, кому-то предлагали, а он отказался…, — Настя вздохнула. — Только все уже разбежались. Не могу их осуждать.

— Матрос сейчас здесь?

— Нет, отдала его Полю на растерзанье. Он все рассказал, не сомневайся. А мороки с арестом иностранца было б ужас сколько.

— И что теперь? — Поинтересовался Николай. — Объявим десятника в розыск?

— Непременно объявим. — Кивнула старшая сыщица, все еще глядя в потолок. — И труп грузчика эксгумируем, и развалины дома второго через сито пропустим, и оставшихся рабочих допросим. И остальные процедуры исполним. Только проку от этого… Левую дужку своих очков даю, что никого мы не поймаем, а прочее даже подозрений не подтвердит при успехе.

— Но что тогда остается?

— Ждать. — Почти с отвращением проговорила это слова девушка. — Не сидя на месте, конечно, но пока не придут ответы из Москвы и Петербурга, пока еще что-нибудь не всплывет — у нас тупик. Да ты не волнуйся. Что-нибудь всплывет, и очень скоро. Правую дужку очков даю…

Глава 2

Следующая неделя для немногочисленных сотрудников Ташкентской штаб-квартиры пролетела вмиг — скучать им действительно не пришлось. Высыпаться, по большей части, тоже. Хотя Анастасия и обозвала начатые следственные мероприятия «бесполезной профилактикой», отнеслась она к ним со всей серьезностью. Десятки людей за эти дни были допрошены лично старшей сыщицей, тонны потенциальных улик просеяны через мелкое сито ее помощниками — порой в буквальном смысле. Дронов и Саша, при поддержке целой саперной команды, порылись в обломках сгоревших дирижаблей, разобрали руины домика пропавшего грузчика, осмотрели место убийства его покойного товарища, и даже вскрыли могилу бедолаги — тайно, ночью, без лишнего шума. Проку от этого оказалось мало, как и предсказывала Настя. Тот факт, что грузчика прикончили тремя ударами ножа, давал лишь предположение, что убивал не профессионал. И то — профессионал мог нанести два лишних удара специально, зная, что труп найдут.

На третий день после запроса курьер доставил опечатанную капсулу с информацией по французскому охранному агентству «Каменная стена», но и она не помогла нащупать верный путь. Данных оказалось мало, они носили самый общий характер — скромная частная компания прежде не попадала в поле зрения Третьего отделения и разведки военного министерства. Анастасия, правда, сумела разглядеть кое-что интересное и в столь скудном материале.

— «Каменная стена» годами работает на четыре торговых дома, контракты регулярно продлеваются. — Сказала она Николаю, катая ладонью туда-сюда по столу опустевший медный цилиндрик-капсулу. — Два из них французские, один бельгийский, а один… формально тоже французский, но совладельцем капитала является некое лицо из Арабского Халифата.

— Это может быть важно. — Заметил майор. — Халифат заинтересован в событиях вокруг Ташкента. А купец — удобное прикрытие.

— Угу. — Кивнула девушка. — В Москве тоже так подумали, сразу навели о нем справки — ничего интересного. Увы. Хотя копали неглубоко, обещают рыть дальше и держать в курсе…

* * *

Несмотря на то, что трудиться приходилось до глубокой ночи, Анастасия умудрялась где-то находить свободное время на обустройство особняка. И даже пару раз перебрасывала Николая с разбора обломков на сколачивание скамеек для «висячих садов» — майор имел неосторожность как-то признаться напарнице, что после начальной школы год помогал в столярной мастерской. Сама сыщица пополнила коллекцию растений на крыше дюжиной цветочных горшков, еще одним лимонным деревом и даже целой небольшой пальмой, реквизированной во дворце хокандского вельможи.

— А что такого? — Пожала девушка плечами в ответ на удивленный взгляд Дронова, пока солдаты караула за ее спиной тащили огромную кадку через холл к лестнице. — Хозяин сбежал еще до штурма города, слуги тоже сделали ноги, как военный трофей ее не возьмут… так бы и засохла, если б я не забрала. И заметь — там был еще отличный серебряный сервиз, который слуги почему-то не растащили, но его я почти не тронула!

Что значит «почти», майор узнал очень скоро. На седьмой день после визита француза в штаб прибыл очередной спецкурьер — теперь он принес не один, а целых три опечатанных цилиндра пневмопочты. Четверть часа спустя Настя пригласила Дронова и Александру в свой кабинет.

Войдя, майор в первую очередь обратил внимание на вскрытые капсулы, сдвинутые к краю стола. Их содержимое было аккуратно разложено по столешнице — какие-то газетные вырезки и тонкие бумажные листочки, норовящие свернуться в трубочку. Старшая сыщица читала один из них, прижимая верхний край ладонью. Рядом стоял высокий прозрачный стакан с чаем, который девушка помешивала свободной рукой. Делала она это при помощи изящной серебряной ложечки, увидев которую, Николай нахмурился. На кухне особняка имелся итальянский серебряный набор, однако ложечка точно была не из него.

— Господи, Настя…, — Выдохнул офицер, проходя к столу. — Законы военного времени действуют на тебя ужасно…

— О чем это ты? — Вскинула брови Анастасия, отпустив ложечку. — Кстати, придвинь второй стул, пусть и Саша сядет поближе.

— Ни о чем…, — Буркнул Николай, выполняя просьбу. — Но смотри, не увлекайся. А то поедешь на доклад в Москву, да стащишь у начальства со стола перо золотое. По привычке.

— Перо я не стащу, потому что привычка у меня другая. — Девушка широко улыбнулась, упираясь локтями в стол и сплетая пальцы. — На докладах у начальства я ворую со стола ластики. Много лет уже, со времен стажерства. И пока ни разу не попалась.

— В… ты серьезно? — Настала очередь удивляться Александре.

— Абсолютно. Загляни в тот шкаф, со стеклянной дверцей. — Настя указала глазами. — Там на полке выложен мой улов за последние три года. Семь ластиков, шесть серых, один черный. Заодно показатель того, как часто я бываю в центральном штабе…

— Я где-то читал, как называется эта болезнь…, — Задумчиво протянул Дронов, закатывая глаза. — Только не помню уже.

— Болезнь называется клептомания, и у меня ее нет. — Заверила сыщица, перестав улыбаться. — Просто «на ковер» аж в Москву меня обычно вызывают для разноса, а я не люблю, когда на меня орут… Ладно, к делу. Николай, как у тебя с иностранными языками?

— Э-э…, — Замялся не ожидавший такого вопроса майор. — Ну, чему на командирских курсах учили — то и знаю. Немецкий — более-менее. Английский… ну, могу спросить имя, звание, номер части, где позиции артиллерии…

— Понятно. Тогда бери вот эту. — Анастасия протянула мужчине обрезок газетного листа. — На английском. Лондонская «Таймс», с первого листа. Тебе, Саша — эту. «Фигаро», на французском. Есть еще итальянская и датская, но тут на всех одно и тоже примерно.

— «Огненная буря. Русский царь стреляет, не целясь». — Прочел Николай заголовок доставшейся ему вырезки.

— «Погибшие на чужой войне». — Александра заголовком не ограничилась, пробежала взглядом всю статью — французским она владела свободно. — Здесь о нашей истории, с торговыми кораблями. Выходит, что они попали под обстрел русского флота при штурме города…

— Угу. — Настя кивнула. — Французы еще осторожно выражаются. В «Таймс» написано, что мы корабли «сожгли вместе с городом».

— Дождались. — Мрачно буркнул майор, откладывая бумажку в сторону. — Но ведь были же свидетели…

— Которые наврали с три короба, вернувшись домой. А газеты прибавили. — Старшая сыщица криво ухмыльнулась. — Хорошо еще, пока нигде не пишут, что в атаке участвовали трехголовые огнедышащие драконы. Но это было ожидаемо. Новости уже старые, им дней пять. А вот о чем пишут на первых листах вчера и сегодня…

Она разгладила как следует лежащий перед ней листок тонкой желтой бумаги. Поправила очки, прищурилась — печатный шрифт на листе был очень мелкий:

— «В результате дерзкого нападения был убит посол Российской империи в Берлине, граф Константин Граббе. Злоумышленники заложили бомбу в паровой грузовой экипаж, припаркованный у ворот посольства. Взрыв произошел, когда автомобиль посла выехал на улицу и поравнялся с грузовиком. В результате взрыва погибли граф Граббе, сопровождавшие его водитель и охранник, двое случайных прохожих и гвардеец, охранявший ворота. Полицией Берлина начато расследование…»

— Ого…, — Только и смог выдавить Николай.

— Это краткая сводка. Передал наш агент в одной германской газете, потому и слог такой…, — Сыщица отбросила листок к пустым цилиндрам, придвинула к себе несколько других. — Тут у меня некоторые подробности от моих контактов в Москве и Рейхсштази. Совсем немного, но для одного вывода достаточно. Убийство посла нас непосредственно касается. И с нашим делом связано.

— Вы уверены? — Внешне абсолютно спокойная, Саша сбилась на «вы», с головой выдав свое волнение.

— Грузовые корабли в Ташкенте подорвали дистанционно. — Анастасия откинулась на высокую спинку своего роскошного кресла. — Мсье Маршан ошибался, на бомбе был не часовой механизм, а управляемый детонатор. Бомбы закладывались заранее, за много дней, а точной даты штурма никто не знал даже в штабе Третьего флота. К тому же, момент был выбран наилучший — когда флот открыл огонь. Здесь — похоже. Никто не мог знать, в какой момент посол выедет из резиденции. Даже начальник охраны посольства этого не знает — точное время определяется в последний момент. Останков бомбиста внутри грузовика не обнаружено. Выжившие караульные на воротах дали показания сразу, вот протокол. Они поглядывали на грузовик с утра, заметив, что он слишком долго стоит на обочине — к нему до самого взрыва никто не подходил. Бомбу подорвали с помощью дистанционного управления.

— Но… как такое возможно? — Николай, сдвинув брови, покрутил кончик уса. — Не тянули же они запальный шнур через всю улицу.