Страстные сказки средневековья. Книга 1.

Поначалу ей приходилось нелегко среди чужих, не жалующих её людей, но, к удивлению всех знавших ветреного пана, мимолетный каприз Збирайды обернулся крепкой привязанностью к юной холопке. Почему так произошло, он и сам, скорее всего, не знал. В делах любви никогда ничего нельзя сказать определенно, а тут и вовсе! Как случилось, что сдержанная, холодновато отстраненная девушка, в конце концов, прибрала к рукам такого сластолюбивого необузданного распутника, было тайной для всех окружающих. Он никогда её не обижал, за редким исключением, когда ему хотелось развлечься с другими девушками. Но, в основном, всегда делил постель с Хеленкой.

Положение любовницы настолько с годами окрепло, что иначе, чем за настоящую хозяйку замка её никто и не воспринимал, даже сыновья барона относились к ней с определенным уважением. Дочь Вацлава унаследовала его здравомыслящую голову, знала грамоту, и поэтому вскоре все немаленькое замковое хозяйство сосредоточилось в её разумных руках. Вот только детей ей больше Господь не дал, поэтому она с напряженным интересом следила за тем, как растет её маленькая дочка в соседнем замке. Если барон, как крестный отец, видел её часто, то она могла похвастаться только тем, что несколько раз, спрятавшись, наблюдала за ней издали. Девочка росла красивой и такой же белокурой, как и её мать.

Прошли годы.

МОРАВИЯ. Черный лес.

Когда Стефании исполнилось пять лет, пан Лукаши женился снова, привезя новую жену откуда-то из Венгрии. Мадьярка была молоденькая, красивая, черноволосая и черноглазая.

- Этот Лукаши не в своем уме, - ворчал пан Ирджих, деля с Хеленкой постель в их общей спальне,- выбрала же ты мне со своей ведьмой бабкой родню! Дела у него хуже некуда, он почти совсем разорен, и, надумав жениться, выбрал себе девку без приданого!

Барон раздраженно фыркнул, машинально погладив любовницу по бедру. Чужая дурость всегда выводила его из себя, а тут речь шла о мачехе его дочери.

-Эта Мария, чья-то там воспитанница, крестница герцога каринтийского, а имущества только то, что на ней одето. Зато ты бы видела, что это за наряд! Какая-то дурацкая мода - колпак такой высоты, что она, и подняв руки, не может до его острия дотянуться, платье хоть и из хороших тканей, а какое-то нелепое, грудь сжата, живот наоборот выпячен. Черт знает что!

- Вам она не понравилась? - улыбнулась Хеленка, уткнувшись носом в его плечо.

Но против ожидания, Збирайда довольно хмыкнул.

- Ну, я бы так не сказал...,- задумчиво протянул он,- глазки у неё блестящие и игривые. Не знаю, как у них там в Венгрии, но в наших краях, когда мужчина ловит на себе такой взгляд, то тот час начинает действовать.

Понятно, какого рода действия собирался предпринять пан Ирджих!

- Конечно, мой господин, вы такой красивый мужчина, что пани Мария не смогла остаться равнодушной! - Хеленка за годы жизни с бароном усвоила твердо, что много лести не бывает.

Збирайда самодовольно улыбнулся, но все-таки счел нужным пояснить своей любовнице:

- Дело даже не в моей красоте, душенька, а в том, что если ты женился на юной красавице, то время нужно проводить с ней, а не в фамильной часовне за молитвами на пару со старой дурой Анелькой. Понятно, что мадьярка скучает, глядя на его постную физиономию. Если спустя даже полгода после свадьбы, Януш так и не сделал пани беременной, то зачем вообще женился, или он рассчитывает, что об этом, как и в первом случае позабочусь я?

Прошло уже столько лет, однако барон вел себя так, как будто дочь отняли у него только вчера. Но Хеленка давно перестала реагировать на его выпады, искусно переводя разговор на другие темы.

- А что, у вас есть такое желание?

- Пани Мария намекнула, что завтра собралась на прогулку в лес, и если это не приглашение на свидание, то можешь считать меня болваном!

- Любая пани сочтет за счастье обратить на себя ваше внимание!

- Вот завтра я ей эту честь и окажу,- рассмеялся барон, прижимая к себе экономку,- а ты не ревнуешь, милая?

Хеленка вполне искренне удивилась, недоуменно покосившись на Збирайду.

- Какой в этом смысл? Разве моя ревность что ни будь изменит?

- А вдруг я влюблюсь в кого ни будь и оставлю тебя?

- Вот тогда и буду расстраиваться! Да и не расстанетесь вы с хорошей экономкой, мне же достаточно просто быть с вами рядом, чтобы чувствовать себя счастливой!

Пан Ирджих повернулся на бок и пристально вгляделся в безмятежные черты женщины рядом.

- Меня всегда поражает твоя рассудительность! Неужели тебя не обидно, когда я предпочитаю других женщин?

- Мне итак невероятно повезло..., зачем гневить Бога и требовать большего!

На следующий день Хеленка проводила барона на свидание, и занялась своими обычными делами. Её немало позабавило, сколько времени он провел, прихорашиваясь перед зеркалом, в предвкушении свидания с юной пани. За годы их совместной жизни Хеленка его хорошо изучила. Пан Ирджих всегда загорался страстью к новой женщине и почти сразу же остывал, стоило ему добиться своего. Так было и на этот раз.

- Я думал мадьярки страстные,- делился он той же ночью впечатлениями о прошедшем свидании,- а пани Мария говорила и говорила, испортила все удовольствие. Терпеть не могу, когда во время занятий любовью женщины беспрестанно болтают! Ты, душенька, этим никогда не грешишь, поэтому я тебя так и люблю. Но пани не дворовая девка, я не могу её бросить после первого же свидания, придется еще хотя бы пару раз с ней встретиться, чтобы не обидеть!

Но пара раз растянулась на целые месяцы, пока не закончилось лето и любовникам невозможно стало встречаться из-за холода.

- Какая же она навязчивая,- тем не менее, жаловался барон Хеленке,- пани Мария осточертела мне до крайности, меня от неё уже тошнит!

- А её от вас,- скупо улыбнулась та,- сегодня был отец и сказал, что у Лукаши радость - молодая пани забеременела. Её мутит по утрам и тянет на соленое. Пани Агата и пан Януш из часовни не выходят, моля Бога о наследнике.

- Лучше бы он из спальни своей жены не выходил,- хмуро пробурчал пан Ирджих,- хотя теперь он уже, конечно, опоздал. Я что, нанялся производить детей для Лукаши? Сначала вы со своей бабкой отдали ему мою дочь, теперь его жена носит моего ребенка...

Но как Лукаши не молились, Бог остался глух к их просьбам, и пани Мария родила дочь вместо ожидаемого сына. И если мать и сын только смиренно склонили головы перед волей Всевышнего, то в замке соседа разразилась буря.

Сидящая за расходными книгами Хеленка, обреченно слушала очередной виток обвинений от своего хозяина, но теперь компанию ей составила ещё и пани Мария.

- Вот, вы со своей бабкой пристроили мою дочь в это семейство нищих, а теперь эта мадьярка опросталась девкой! Где Лукаши наберут приданное для моих дочерей?- возмущался барон,- как же мне неприятно, что мои девочки будут чего-то лишены из-за расточительности этого малахольного Януша! Благо ещё, что и в этот раз меня пригласили крестным отцом, но больше пани Мария в постель меня не затащит. Если им нужен еще один ребенок, пусть делают его сами!

Девочку окрестили Еленой.

Прошло ещё три года.

Особых событий в Черном лесу не происходило. Не считать же происшествием трех застигнутых в курятнике лисиц, да ежегодную травлю волков? Но на исходе зимы, пан Януш простудился на охоте и умер.

Хозяином покойный был никудышным, но все-таки пользовался авторитетом и среди соседей, и среди подданных. После же его смерти положение семьи начало стремительно ухудшаться. Как не билась, на всем экономя пани Анелька, дела шли плохо. Подвластная шляхта обнаглела, собранный оброк становился все меньше и меньше, а ведь ещё нужно было платить немалые налоги в казну маркграфа, церковную десятину и..., да мало ли было поводов у наглых сборщиков, чтобы обчистить карманы у бедной вдовы?

Пани Мария, оказавшись один на один с грозной свекровью, притихла и боялась слово молвить. Внучек бабка обожала, а от невестки требовала, чтобы та часами стояла в часовне на коленях.

- Вертихвостка,- жаловалась Анелька, заехавшему по делам Збирайде,- не прошло и двух лет со дня смерти мужа, а она уже готова и траур снять, блудница! Дочерей бы постыдилась! Что с ними со всеми будет, если меня призовет Господь, ума не приложу? Девчонки маленькие, сноха безмозглая курица, ни родства, ни приданого! Зачем покойный Януш на ней женился? Даже сына родить не смогла!

Барон только согласно кивал головой, кляня про себя старую дуру ведьмой и каргой. Все эти годы он помогал Лукаши и деньгами, и советами, без него они бы давно по миру пошли. Глупышка Мария, решив, что сосед это делает ради неё, сразу же пристала к бывшему любовнику с требованием, чтобы тот на ней женился.

- Только не хватало,- жаловался пан Ирджих Хеленке,- привести в дом эту настырную бабенку. Я не знал, как отделаться от мадьярки, когда был еще жив Януш, а теперь и вовсе она мне не нужна! Если бы ты в свое время, со своей ведьмой бабкой....

Экономка на время отключилась - она уже давно знала наизусть, что он ей скажет. Все-таки столько лет изо дня в день слушала одну и ту же речь, но в этот раз Збирайда закончил обвинение другими словами:

- Но как же мне вернуть под свой кров дочерей? - задумчиво нахмурил он лоб, вопросительно глядя на штопающую его рубашку женщину,- жениться, и в первую же брачную ночь придушить мадьярку?

Пани Марии барон объяснил все, конечно, по-другому.

- Дорогая, я не раздумывая сделал бы вас своей женой, и стал счастливейшим человеком на земле, если бы не связывающий меня священный обет. Я поклялся покойной жене, что не приведу сыновьям мачехи!

Понятно, что обет был делом серьезным, и огорченная вдова сразу же отстала с женитьбой.

На два года еще во владениях соседей воцарилось затишье. Но как только стала вытягиваться и хорошеть Стефка, в мирной до этого семье стали разгораться нешуточные страсти. Расцветающая красота падчерицы была очень не по нраву мачехе.

- Приданого для неё нет,- заявила она свекрови,- пусть идет в монастырь!

Помешавшаяся к старости на постах и молитвах пани Анелька эту идею приняла без возмущения, хотя кое-какие возражения у неё все-таки были.

- Для знатной шляхтянки нужен заклад! Не в простые же трудницы ей идти, как простолюдинке!

- А мы попросим её крестного, пана Ирджиха, внести заклад за Стефанию,- нашла устраивающий её во всех отношениях выход пани Мария, - он не откажет нам в столь богоугодном деле.

И не откладывая дела в долгий ящик, тут же обратилась с просьбой к барону.

Не знала молодая пани Лукаши насколько была близка в этот момент к смерти. Внимательно, изо всех сил сжав зубы, выслушал просьбу сосед и, пообещав подумать, уехал домой. Впервые за пятнадцать лет совместной жизни увидел он свою Хеленку в состоянии ужаса и паники. Ей обо всем рассказал отец.

- Они со старой ведьмой загубят мою девочку! - кричала та и чуть ли не билась головой о стену.

- Успокойся,- рявкнул на холопку барон, но, увидев тоску в любимых глазах, уже мягче добавил,- я не допущу этого, даже если придется их обеих прибить!

Барон думал всю ночь, ощущая, что рядом не спит и то же переживает Хеленка.

- Спи спокойно, я знаю, что нужно делать! Все будет хорошо!

Экономка сразу же успокоилась и уснула, доверчиво прижавшись к любовнику.

Рано утром, едва забрезжил рассвет, барон появился в замке Лукаши. Отказавшись от любезно предложенной простокваши на завтрак, он прямо перешел к делу.

- Елену вы тоже собрались отдать в монастырь?

Женщины недоуменно переглянулись.

- Конечно, нет,- возмутилась пани Мария,- она еще совсем маленькая!

- А что будет, когда вырастет?

Старая и молодая Лукаши опешили, было видно насколько они поражены и сбиты с толку его странными вопросами. И тогда, обругав про себя женщин тупоголовыми стервами, Збирайда любезно пояснил:

- Лукаши - ленное владение. Стефания по праву старшинства является наследницей замка, и если она уйдет в монастырь, то и Лукаши отойдет монахам, а вы, мои дорогие, окажетесь на улице! Я, конечно, могу у вас выкупить замок, тогда хватит на вклады в монастырь для обеих дочерей покойного Януша. Но могу и просто наградить их приданным, как своих крестниц, но только при условии, что они выберут себе жениха не небесного, а земного!

А потом раздраженно наблюдал, как медленно доходит сказанное до глупых баб. И пока Мария хмурила лоб и кисло изгибала губы, пытаясь уяснить сказанное, её свекровь радостно встрепенулась. Несмотря на фанатичную веру, пани Анелька все-таки понимала, что из внучки получится плохая монахиня, да и дома на старости лет лишаться не хотелось. Зато её невестка вспыхнула от злости, она рассчитывала совсем на другое.

- Какое же приданное вы им дадите?- сухо поинтересовалась она, - надеюсь, уж Елену-то не обделите!

Дурочка чуть ли не открыто призывала его вспомнить, что он отец девчушки. Благо, что пани Анельке, в силу собственного целомудрия, и в голову не приходило, что она живет рядом с достойной кнута потаскухой.

- Они для меня одинаковы, за обеих пред Богом отвечать,- сердито заметил барон,- а приданное будет по женихам. И раз я его даю, то и женихов выбирать буду то же я! А чтобы чего не получилось (мало ли как складывается в жизни), то под заклад этих денег возьму у вас земли. Так будет надежнее!

- Да где их взять-то женихов? - тяжело вздохнула пани Анелька,- чтобы девочку вывозить, надо её одеть и не только её, но и Марию. А откуда достать денег?

- Я возьму это на себя,- пообещал им пан Ирджих, - но проконтролирую каждый грош. Я денег на ветер не бросаю, поэтому у меня они и есть. Слушайтесь во всем моих приказов, и я обещаю вам, что в ближайшее же время наша Стефка выйдет замуж.

Не любил барон бывать при дворе маркграфа, но в этот раз смирил свой независимый нрав ради дочери обожаемой Хеленки. Встретился с нужными людьми, переговорил с теми, с другими, и добился для Стефании представления ко двору. У пана Ирджиха было много влиятельной родни, людей зависимых лично от него и, тем не менее, он и не подозревал, какое противодействие вызвала его просьба у маркграфа.

- Стефания Лукаши,- недовольно приподнял тот брови, когда его советник Бургард передал прошение,- это не Лукаши из Черного леса?

- Они самые!

- Ёё отец был плохим вассалом и больше пресмыкался перед венгерским королем, чем служил своему господину. Даже женился второй раз на мадьярке! Мне бы не хотелось привечать его сироту, подавая пример абсолютно ненужного всепрощения.

Вчера во двор Бургарта из Черного леса привезли целый воз битой птицы, оленьи окорока и три увесистых свиных туши. Нужно было отрабатывать столь щедрый дар!

- Лукаши действительно вел себя не так, как подобает,- подобострастно согласился советник,- но Бог наказал его за нарушение вассальной клятвы. Род пана Януша угас, потому как после него остались только дочери, да и разорены Лукаши окончательно.

- Зачем же мне при дворе нищая дочь дурного подданного?

- За неё просит её крестный отец, барон Збирайда.

Маркграф надменно выпятил подбородок.

- Этот гордец и упрямец?

Что было, то было! Но целый воз мяса...

- Барон богат и в своих краях весьма влиятелен! Ссориться с таким человеком крайне неразумно. И Збирайда, не смотря на свою гордость, ни в каких комплотах никогда не участвовал, налоги за своих крестьян платит исправно, и вооруженных людей поставляет по первому требованию.

Последний аргумент оказался решающим. В то неспокойное время вооруженный человек ценился выше всяких богатств, и маркграф сменил гнев на милость.

- Да, - неохотно согласился он,- в этом отношении Збирайда никогда меня не подводил. Значит, он просит меня за свою крестную дочь? А своих дочерей у него нет?

- У барона только два сына и оба сейчас учатся в Пражском университете.

- Ладно, - государь все-таки принял нужное Бургарту решение, - чтобы не ссориться с бароном я приму эту сироту, когда маркграфиня вернется с сыном из Будапешта. Надеюсь, девчонка хотя бы хорошенькая?

- По слухам, что-то необыкновенное!

- Может, красота дочери поможет мне забыть дурное поведение отца?!

Вот таким образом и был решен вопрос о появлении при дворе юной пани Лукаши.

Но пока суд да дело, и близкие пытались каждый на свой лад решить её судьбу, как же жила сама Стефка? Не очень хорошо.

Больше всех знал о том, каково ей приходится, конечно, дед Вацлав. Но он благоразумно молчал, ни слова не говоря дочери. Во-первых, не хотел расстраивать Хеленку, а во-вторых, боялся гнева барона, который мог обрушиться на всю семью Лукаши, и тогда бы не поздоровилось многим. Эконом пани Анельки никак не мог понять, почему именно Стефка пользовалась такой любовью своего отца. Внебрачных детей у барона было достаточно, и мальчиков, и девочек - все они были прижиты от дворовых девок и крутились под ногами в замке отца, не вызывая в нем никаких чувств. Судьба же Стефании волновала его даже больше, чем собственных сыновей! Наверное, дело было в чувстве, которое он испытывал к Хеленке, сделав её практически хозяйкой своего замка на протяжении долгих лет. А может, могущественного барона задело за живое, что этого ребенка у него отняли и отдали в чужие руки, даже не спросив разрешения? Немалую роль играла и редкостная красота девочки - пану Ирджиху льстило, что он произвел на свет такую дочь.

Все может быть! Но только красота имела и оборотную сторону медали - Анелька, искренне любившая внучку, относилась к ней с подозрением.

- Все это от черта,- часто с опаской говорила она, поглядывая на нежные черты лица девушки, - только на грех толкает. Молись девочка, чтобы Бог дал тебе силы противостоять искушениям!