Помоги проекту - поделись книгой:
Збирайда довольно хохотнул, с удовольствием пройдясь горячими ладонями по её вздувшемуся животу.
- Молодец, девочка! Не заставила долго ждать! Поехали ко мне в замок!
Бедная девушка в испуге отпрянула от него. Только этого ко всем бедам и не хватало! Тогда все узнают о позоре дочери Вацлава!
- Нет, пожалуйста, нет!
- Чего ты боишься, дурочка?! Все что могло, с тобой уже случилось, а рожать тебе будет легче в замке, чем как лесному зверю под кустом! Да и о байстрюке надо подумать, куда ты его денешь-то? Пошли к твоей бабке!
Разговор со старухой у Збирайды получился нелегким. Она, конечно, до смерти боялась барона, но держалась как скала.
- Моя внучка порядочная девушка! Разве она виновата, что попалась вам под горячую руку? Зачем же вы окончательно хотите погубить её, увезя к себе в замок? Неужели господин не понимает, что после этого Хеленка никогда уже не сможет выйти замуж?
- Все это так, - недовольно хмыкнул барон,- я тебя понимаю, ведьма, но что ты собираешься сделать с моим ребенком? Сварить из него колдовское зелье?
Женщины съежились от страха. Обвинение в колдовстве могло стоить старухе жизни. Но, очевидно, Агата меньше дорожила собой, чем счастьем единственной внучки.
- Я знаю целебные травы, варю из них отвары и делаю настойки, но магией никогда не занималась,- отрезала она, - не по мне это!
- Так что будет с ребенком?- Хеленка вздрогнула, услышав интонации его голоса, как и тогда осенью в нем слышалась явственная угроза.
- Пан,- умоляюще схватила она Збирайду за руку и прижалась к ней губами,- не сердитесь на мою бабку - она не знает ответа на ваш вопрос! Пусть ребенок сначала родится, а там видно будет!
Барон пристально осмотрел испуганную девушку, но руку отнимать не стал. Его темные глаза так сверкнули, что Хеленка моментально покраснела.
- Выйди отсюда, ведьма, я хочу остаться с твоей внучкой наедине!- приказал он Агате.
И та с поспешной быстротой поспешила удалиться, мудро рассудив, что все что можно, барон с её внучкой уже сделал, а её упрямство может это положение только ухудшить.
- Раздевайся,- между тем распорядился тот, снимая подбитый мехом плащ.
Когда до Хеленки дошло, что он имеет в виду, из её глаз брызнули слезы.
- Не надо, мне итак плохо!
- Мне лучше знать, что надо, а что нет,- прикрикнул барон, толкая сопротивляющуюся девушку на лежанку.
В этот раз все было по-другому. Збирайда старался, насколько мог, вести себя ласково, но преодолеть испуга своей жертвы не сумел. Уж слишком он был чужим, непонятным, да и то, что он сделал понравилось ей мало, хотя, конечно, это получилось лучше, чем в первый раз.
- Тебе понравилось быть со мной?- спросил, уже одеваясь, барон.
И Хеленка, хотя и робко, растянула губы в улыбке.
- Ты очень красивая, когда улыбаешься,- заметил Збирайда,- так что, поедешь со мной? Тебе будет хорошо в моем доме, обещаю!
- Нет,- быстро опустила она глаза,- прошу вас, оставьте все как есть!
- Вот упрямая девчонка,- вздохнул барон, но было видно, что он не сердится,- ладно, мне пора, холопы, наверное, и так уже ищут меня по всему лесу. Но я еще появлюсь!
Бабка пришла, как только Збирайда удалился. Она очень замерзла, поэтому шепча какие-то ругательства, грела руки у огня, искоса поглядывая на съежившуюся на лежанке внучку. Хеленка задумчиво смотрела в одну точку, бережно обхватив свой живот.
- Смотри, не влюбись в этого красавца,- тяжело вздохнув, произнесла Агата,- это гораздо страшнее, чем даже ребенок в твоем животе! Сейчас он тобой увлекся, но чем ты его сможешь удержать? Выкинь из головы, барон не пара нищей девчонке, ты разобьешь себе сердце!
- Я знаю,- покладисто согласилась с бабкой Хеленка,- я постараюсь не думать о нем, хотя это непросто, когда носишь его дитя.
Но бабка, оказывается, ещё не закончила говорить. Возясь с котелками с водой, она монотонно бормотала себе под нос, мало заботясь, слушает её внучка или нет:
- Всё одно и то же, из века в век! Збирайды во все времена были гораздо влиятельнее и богаче Лукаши, но пан Ирджих уж слишком горд и не зависим, поэтому и проводит так много времени у себя в замке, а не при дворе маркграфа. Был он когда-то и женат, но все жалели бедную пани, настолько мало барон обращал на неё внимания. Она, наверное, поэтому и померла так рано, оставив ему двоих сыновей. А уж если ему девушка какая понравится, то никогда не церемонится! От Збирайды, как от дьявола, подневольные люди дочерей прячут! И байстрюки в его замке есть... В общем, держись ты от него подальше, ничего хорошего он тебе не принес и не принесет!
Последнее могла и не говорить - уж об этом Хеленка знала не понаслышке, но выполнить столь разумный совет старухи оказалось непросто.
Збирайда стал частым гостем в хижине ведьмы. Привозил добытую дичь, хлеб, и пока ещё позволял растущий живот, заваливал Хеленку на лежанку. Но когда и это стало невозможным, все равно их не бросил, возникая на пороге, когда его меньше всего ждали.
Время шло, прожурчала ручьями и отполыхала первоцветами весна, и в начале лета Хеленка родила девочку, немного не доносив до положенного срока. Барон в очередной раз появился как раз на утро после этого события, посмотрел на спящую мать и новорожденную дочь и уехал, ничего не сказав.
Через три дня старуха неожиданно подняла роженицу с постели и поволокла в лес за какими-то травами, которые срочно нужно было собрать до Троицы.
- Троицкие травы самые сильные,- пояснила она,- покорми её, да привяжи к спине, пусть спит! Мы пройдемся по западному склону вдоль шляха - там заросли лучшего девясила!
Женщины как раз набрали полные подолы крупных сочных корней, когда услышали доносящийся издали женский крик. Агата, оставив в укрытии внучку, осторожно выглянула из-за деревьев и тут же смело вышла на дорогу. В поломанной повозке посреди огромной лужи, кричала беременная женщина, судя по всему, у неё начались схватки. Вокруг роженицы суетился перепуганный мужчина.
- Агата! - облегченно крикнул он, заметив показавшуюся из леса колдунью,- быстро помоги пани, а я помчусь в замок за подмогой. Мои люди уехали к кузнецу, потому что сломалась эта колымага, но кто мог подумать, что у госпожи начнутся схватки!
Подслеповато приглядевшись, старуха поняла, что перед ней находится сын пани Анельки пан Януш-младший. Он знал лекарку, потому что, как-то поранившись на охоте, забредал к ней в хижину. А кричащая пани, очевидно, была его молодой женой, которую тот вез к матери рожать.
Вацлав рассказывал матери, что пан женился по осени, и пани Анелька ездила на свадьбу в Буду.
Молодой пан ускакал в замок за помощью, а Агата принялась за привычное дело. Но юной пани не повезло - роды были очень тяжелыми, ребенок шел ягодицами. И когда, наконец, роженица, поднатужившись изо всех сил, родила мальчика, то сразу потеряла сознание. Но пред тем как провалиться во мрак беспамятства, она все-таки спросила:
- Кем благословил нас Господь?
- Юной пани, госпожа! - ответила, пеленавшая новорожденного старуха.
Все это время скрывающаяся за ближайшим кустом Хеленка изумленно покосилась на бабку, пристально разглядывающую посиневшее личико младенца.
- Почему ты обманула пани? - потрясенно спросила она.
- Её сын мертв, а твоя дочь жива! Мы сейчас подменим детей!
Хеленка так и села, где стояла, в ужасе глядя на суровое лицо старухи. Она, конечно, знала, что расстанется с дочерью, но что так скоро! Сердце пронзила страшная боль отчаяния.
- Нет,- заплакала она,- я не отдам свою дочь! Мою деточку, мою кровиночку... Нет!
Но бабка только презрительно глянула на плачущую внучку.
- А куда ты её денешь, дурочка? Пани Анельке отнесешь, на вашу с ней погибель? А если подсунешь Лукаши в дочки, то все время будешь рядом, когда вернешься домой!
Бабка, как всегда была права, и обезумевшая от тоски Хеленка отвязала от спины спящего ребенка. Даже поплакать над дочкой было некогда - времени осталось только на то, чтобы исчезнуть с мертвым мальчиком на руках в тот момент, когда из-за поворота, наконец-то показался его отец с дворней.
Новорожденного зарыли под елью недалеко от хижины. Хеленка рыдала, свернувшись клубочком на лежанке - ей ничто было не мило.
- Это же неслыханная удача,- доказывала неразумной внучке упрямо насупившаяся старуха,- твоя дочь вырастет пани, а не незаконнорожденной байстрючкой. У девчонки будет приданное, муж- паныч и она будет свободной!
Всё это было так, но осиротевшей матери все равно было плохо. И за всеми этими событиями женщины как-то забыли о том, о ком забывать совсем не следовало.
- Где моя дочь?- на следующее же утро принес черт барона,- её нужно окрестить!
Бабка и внучка растерянно переглянулись.
- Девочка умерла! - пробормотала прячущая глаза старуха.
- Да,- сурово сжал губы Збирайда,- а может быть, ты её съела?
- Хеленка?! - гневно обернулся барон к любовнице, но та только навзрыд расплакалась.
Лицо мужчины приобрело от ярости свекольный цвет.
- Так,- взревел он,- показывай могилку, иначе я прикажу тебя саму живьем закопать в землю!
Облегченно вздохнувшая Агата указала ему на маленький холмик, но через минуту ей стало страшно, когда барон не просто его разрыл, но ещё и внимательно осмотрел маленькое тельце.
- Да это же мальчик, ведьма! - от гнева его даже перекосило,- не могла же ты мою дочь превратить в сына?! Быстро отвечай, где мой ребенок и откуда здесь взялся этот?
Агата молчала, судорожно соображая, что говорить дальше. Не правду же! Между тем, Збирайда, недолго думая, выкрутил ей руки и, втащив в хижину, сунул пятками прямо в очаг. Хеленка, сотрясавшаяся от рыданий на лежанке, пришла в себя от страшного крика бабки и едкого запаха пылающих тряпок.
- Быстро говорите, что здесь произошло, иначе я вас обеих сожгу в этой хижине! - орал невменяемый от бешенства барон.
- Пан Ирджих,- упала перед ним на колени перепуганная девушка - отпустите Агату, я все вам расскажу!
И пока старуха, ахая и кряхтя, забивала на себе пылающие юбки, Хеленка рассказала барону о том, что произошло. Гнев пана Ирджиха был страшен.
- Ослицы! Отдать мою дочь в чужие руки! - ругался он, в ярости круша все вокруг.
Летели чугунки, немудрящая посуда, пучки трав, дым, вонь, кряхтение и стоны Агаты, но, тем не менее, Хеленка упорно ползла на коленях за мечущимся в гневе мужчиной.
- Простите нас, - девушка все-таки умудрилась обвить руками и прижаться всем телом к его ногам,- умоляю вас!
Хоть и неосознанно, но рассчитала она верно - барон тот час смягчился.
- Зачем,- простонал он, окидывая её тяжелым взглядом,- зачем вы это сделали?
- Я хотела быть с ней рядом!- даваясь слезами пояснила Хеленка.
Но барон почему-то даже взвыл, услышав это простое объяснение.
- Как ты будешь с ней рядом, когда я выкупил тебя у пани Анельки и сегодня же собирался вас с дочерью отвезти в свой замок? - с горьким смехом спросил он, - старая ведьма вымотала мне всю душу, прежде чем согласилась тебя продать! Я её на дух не переношу, мерзкую ханжу, и теперь узнаю, что ты моего ребенка определила к ней во внучки?!
Хеленка так и застыла с открытым ртом, пытаясь до конца уяснить весь размер катастрофы, но зато сразу же нашла слабые места в позиции барона старая Агата.
- В вашем замке или еще где, девочка по-прежнему оставалась бы байстрючкой,- непоколебимо проворчала она,- а теперь она вырастет настоящей пани! Эта участь гораздо лучше, чем та, которую ей уготовили вы, её отец!
- Молчи, ведьма, иначе я тебя собственноручно вздерну на ближайшем дереве!- угрюмо пригрозил барон.
Агата испуганно замолчала. Угроза отнюдь не показалась ей пустой!
- А ты собирайся, сегодня же переедешь в мой дом! - рявкнул он на Хеленку.
- Но господин, - опешила та от такого поворота дела, - я не могу, ведь....
Но она выбрала неудачное время для спора с гневным мужчиной.
- Ты, по-моему, не поняла,- нахмурил брови барон,- я тебя уговаривал, пока ты была чужой холопкой. Теперь же ты моя, а моя дворня со мной приказы не обсуждает!
Всё оказалось напрасным, и, не смотря на неимоверные усилия отца и бабки, теперь её позор станет известен всем. Скачущая на одной лошади с бароном Хеленка давилась молчаливыми слезами отчаяния.
В их мирке не было участи более позорной, чем участь замковой шлюхи. Даже спящие вместе со свиньями пастухи и то не были столь презираемы, как не сумевшие себя вовремя оградить своевременным замужеством падшие девушки. Несчастные даже в часовне, и то стояли не ближе предела, и к причастию допускались последними. А не оскорблял их, походя, только уж совсем ленивый.
Как и все девушки Хеленка, конечно же, грезила о другой судьбе. Вацлав собрал для любимой дочери вполне приличное приданое, да и конюший пани Анельки, ясноглазый веселый Карек давно обменивался с девушкой вполне понятными взглядами. И вот теперь этим незамысловатым мечтам о счастье пришел такой позорный конец. Было от чего проливать слезы!
- Не реви,- по своему истолковал её горе Збирайда,- знаю, что отец тебя баловал, поэтому не пошлю на тяжелую работу! Ну, разве только ночью будешь уставать...
Пан Ирджих был настолько уверен, что эта участь прельщает его новую холопку, что даже игриво ущипнул её за бедро, как бы предлагая порадоваться такому везению. Хеленка нервно вздрогнула, но кисло улыбнулась, шмыгнув носом.
- А что ты вообще делала в замке Лукаши?
- Помогала отцу вести хозяйственные книги, да хлопотала по хозяйству, ведь мать все время пропадает на замковой кухне.
- Вот как?! Что ж, и у меня тоже будешь помогать эконому, а то он стал слепой, как крот. Все забывает, или вообще путает местами, но зато помнит, сколько стоил овес ещё до рождества Христова!
Вечером, когда унылая Хеленка обосновалась в маленькой каморке под самой крышей, Збирайда зашел посмотреть, как она устроилась. Окинув взглядом узкую лавку с соломенным матрацем, недовольно покачал головой.
- Мы здесь не поместимся! Прикажу, чтобы тебя перевели поближе к моим покоям!
Нервы у девушки не выдержали, и она навзрыд зарыдала, без сил опустившись на скудное ложе. Сбывались её самые худшие опасения.
- Хватит ныть,- Збирайда прижал девушку к себе и неожиданно ласково поцеловал,- я хотел как лучше, но сделанного не воротишь! Наша дочь теперь будет там, а ты здесь, со мной. Разве это плохо?
Хеленка тоскливо замерла в его тесных объятиях.
- Я был сегодня у Лукаши, там праздник по поводу рождения наследницы - все веселятся и радуются! Я так был любезен со старой ведьмой Анелькой, так лебезил перед этой каргой, что она смягчилась и пригласила в крестные к нашей девочке. Но боюсь, - вздохнул барон,- как бы вслед за праздником у них не наступили черные дни - молодая пани Боженка очень плоха, вряд ли отойдет от родов.
- Как они её окрестили?
- Стефанией.
Збирайда оказался пророком. Молодая пани Лукаши, действительно, вскоре после крещения дочери умерла, пан Януш вновь уехал в Венгрию, а маленькая Стефка осталась с бабкой Анелькой.
Жизнь же Хеленки в замке барона неожиданно сложилась удачно.
Поделиться книгой: