Разожженный

— Сетх, — сказал Анубис. — Тебя-то я и искал, мальчик.

Сетх вырвал руку из хватки Анубиса и посмотрел на бога с открытым презрением.

— Не знаю, где ты тут увидел мальчика. Приглядись, — он попытался уйти, но черный пес Анубиса встал на пути и зарычал. Он чуть не уничтожил собаку на месте. Но уничтожение такого древнего существа, как первая собака, потребовало бы много сил. Он не мог пока так рисковать. Пока что. Не оборачиваясь, Сетх спросил. — Чего надо, Анубис?

— Я тут заметил интересные смерти — животные, деревья, смертные и даже слабые бессмертные. Мне пришлось проводить в загробный мир несколько людей, юных людей, — подчеркнул он. — И они не были близки к смерти. И то, что они рассказали… — Анубис встал рядом с псом и посмотрел на лицо Сетха с заметным возмущением. — Скажем так, их смерти были… не естественными.

— Как это для тебя интересно. А теперь, если простишь, мне нужно идти по делам.

Анубис вскинул бровь.

— Дела? Да? И что же за дела у тебя могут быть?

Сетх вскинул голову и прищурился.

— Да будет тебе известно, Амун-Ра отправил меня на важное задание.

Анубис скрестил руки на груди.

— Ясно. Ему повезло найти того, кто посвящает работе всего себя.

— Да.

— Ладно, Сетх, — ухмыльнулся бог загробной жизни. — Я иду поговорить с Амун-Ра о своих тревогах насчет внезапного увеличения душ в загробном мире и о моих подозрениях насчет причин.

— Так и сделай, — уверенно сказал Сетх, хотя внутри все бурлило, его секрет был раскрыт. Он успокоил себя. Даже если Анубис подозревал его в смертях, Амун-Ран не обязательно посчитает их сверхъестественными. Он был причиной многих смертей и раньше.

Анубис мог верить, что эти смерти другие, но он не понимал, почему. Переход между жизнью и смертью был ужасным достаточно, чтобы разум пострадал от боли. Многие души не помнили, как они умерли. Как никто не помнил боль разодранной коленки в детстве. Даже если они могли, это не стало бы тревожить их в первую очередь. Он делал так, чтобы смертные, на которых он проверял силу, никогда не видели его лицо. И они были больше сосредоточены на следующей фазе существования. Из-за смерти их охватывало смятение, и потому часто приходил Анубис, чтобы провести их.

Пока что его тайна была с ним. Никто не поверит, что бог без силы, которого никто, даже его родители, не считали на что-то способным, мог владеть такой способностью. Время еще было. Время по-своему сообщить новости тем, кому хотел. Но сначала нужно добраться до Исиды.

Анубис склонился, чуть не коснувшись носом носа Сетха.

— О, я сделаю, — выдохнул он и прошел мимо него, толкнув Сетха в плечо так, что тот чуть не упал. Ярость быстро вспыхнула в Сетхе. Он злился на то, как Анубис говорил с ним, но еще и расстраивала своя реакция на бога. Во время их разговора Сетх ощущал себя… уязвленным, запуганным, униженным.

Ему не нравилось, что проблемы детства еще терзали его, хоть он теперь получил силы. Ему хотелось отмщения. Он бы показал им. Он бы показал им, какой он. Каким мог быть. Что он сильнее, чем все они. Они не посмеют так с ним говорить, увидев, что он умеет делать.

Сетх бросился прочь в сторону конюшен, но по пути столкнулся с Нефтидой, тоже желавшей разговора с ним. Сначала он хотел проигнорировать ее, но ее теплый взгляд и скромная улыбка очаровали его. Хотя Нефтида всегда держалась с остальными, вдали от него, она никогда не поступала с ним плохо. Подавив раздражение, он изобразил интерес к тому, о чем она хотела с ним поговорить.

— Чем могу помочь, милая?

Она заломила руки.

— Я… говорила со звездами.

— Да? — остальные считали Нефтиду безумной, когда она говорила о своих видениях, но Сетх всегда воспринимал ее слова серьезно. Он знал, как себя чувствуешь, когда тебя не понимают, и теперь он понимал, как много у них общего. Ее способности пугали остальных. Когда он откроет свои силы, их обоих будут бояться. — Что звезды поведали тебе? — спросил он.

— Я хочу тебя предупредить.

— Насчет него?

— Ты выбрал опасный путь.

Сетх рассмеялся.

— Путь в конюшни.

— Нет. Жизненный путь.

— Вот как. И каков правильный путь? — он хотел пошутить, но тон ее голоса с выражением лица повлияли на него, и он честно хотел знать ответ.

Нефтида вытащила из кармана прозрачный камень и потерла пальцами. Она обхватила его ладонями и прижала к уху.

— Еще есть варианты, — сказала она. — У твоего пути много поворотов. Много шансов. И вскоре придется сделать самый важный выбор.

— Что это? — спросил он, указывая на камень.

Уголок ее рта приподнялся.

— Ты не поверишь, если я скажу.

Сетх склонился, схватил ее за плечо и сжал, стараясь придать ей уверенности. Подмигнув, он сказал:

— Попробуй.

Облизнув губы, Нефтида ответила:

— Я зову его Глазом пророчеств. Когда послания звезд неясны, я отправляю его. Он недавно вернулся и показал то, что чудесно и пугающе.

— Он расскажет мне? — спросил Сетх, протянув руку. Она замешкалась, а он забрал камень из ее пальцев и поднял к уху. Она не возразила, и он ощутил власть. Это отличалось от его ощущений при разговоре с Анубисом.

Сетх не знал, была ли она очарована им, боялась его или вела себя вежливо. Ее мотивация не имела значения. То, что она знала свое место, заставило его ценить ее еще больше. Он на миг задумался, как далеко Нефтида даст ему зайти.

— Нет, — печально покачала головой Нефтида. — Хотелось бы, чтобы он рассказал. Многое. Тебе нужно знать многое. Но… время еще не пришло.

— Как удобно, — сказал Сетх, показав каплю жестокости. Он увидел, как она опечалилась, и это его разозлило. Ему не нравилось, когда люди разочаровывались в нем. — Не отвлекай меня на такое, если не можешь рассказать ничего точного.

— Но я могу рассказать.

— Так говори, Нефтида, — нетерпеливо потребовал он.

— Это о твоем пути, — она опустила взгляд. — О нашем пути, — она сглотнула и посмотрела на него из-под ресниц.

— Нашем пути? — удивился Сетх. — Хочешь сказать мне, что мы…?

Нефтида кивнула.

— Это один из вариантов. Один из счастливых, — она нахмурилась. — Но и один из ужасных.

Сетх застыл, сжимая ее плечи. Он никогда не думал о другой женщине, кроме Исиды, но рядом с Нефтидой, смотревшей на него с доверием и страхом, он ощущал, что это правильно. Он не сомневался, что сила Нефтиды — настоящая. Она знала многое.

Это напомнило ему о матери. Но, в отличие от его матери, Нефтида доверяла ему достаточно, чтобы рассказать о том, что видела. Нефтида не скрывала это. Даже если это могло его разозлить. Он задумался над ее словами. Хорошо, что у него могло быть много вариантов. Значит, у него были выборы. И не судьба решала, кто он и кем будет. Это ему понравилось.

Может, ее видения значили, что он получит обеих женщин — одна будет колдовать, другая — видеть будущее. И он мог сделать еще хуже. Разве другие боги не будут ревновать, глядя, как он играет с чувствами обеих богинь, пока они остаются одни? Жизнь будет полна зависти? Он представил, как Осирис стоит на коленях перед его троном и с завистью смотрит на него и его сильных королев, сидящих по бокам от него, борясь за его внимание. Сетх очень хотел, чтобы так и было.

Выберет он Нефтиду сейчас или позже не имело значения. Не повредит иметь при себе богиню. Так между ними хотя бы будет связь. Наконец, он сказал:

— Хорошо, что ты мне это рассказала.

— Уверен? — робко спросила она. — Боги не любят, когда я рассказываю слишком много. Они нервничают от этого.

— Со мной так не будет, дорогуша. Я хочу, чтобы ты рассказывала мне все.

— Все?

— Абсолютно. Но сначала мне нужно кое-что сделать. Увидимся позже?

— Да.

— Хорошо. Я найду тебя вечером. А пока сохранишь это между нами?

Нефтида кивнула.

— Да.

Сетх улыбнулся ей, и в его улыбке Нефтида увидела шанс для них быть вместе. Она знала, что время не пришло, знала и о его несчастье. Рассказав ему о том, что она узнала, она хотела дать ему цель. Если ей удалось, она сможет свернуть его к пути, который, как она надеялась, он выберет.

Нефтида шла, а звезды шептали ей, что у нее нет власти над выбором Сетха, что он все равно сделает то, что намеревается. Она могла лишь желать, чтобы было не так. Если бы он мог видеть все, как она… но они не могли. Никто. Даже Исида, ее любимая сестра.

Нефтида напевала, пока шла по коридорам к Амун-Ра. Он был таким же упрямым, как Сетх, и было сложно говорить с ним о чем-то, кроме долга. Его мечты были заперты так надежно, что никто, даже она со своей нежностью, не смог вытащить их на поверхность. Но она все же пыталась. Он был одиноким из-за ответственности, и она знала, что может отвлечь его и успокоить своим присутствием.

Она попросила слугу принести чай и устроилась в кресле, где они встречались по утрам. Амун-Ра кивнул, войдя, и она улыбнулась, пряча губы за чашей. Он сел рядом с ней. Звезды зашептали снова, но она знала, что Амун-Ра не поддастся. В отличие от Сетха, он не колебался. Ему нужно было самому прийти к решению в нужное время. Нефтида вздохнула. Ожидание будет долгим и утомительным, но этого того стоило. Она должна была верить в это.

Пока Нефтида и Амун-Ра говорили о делах, они пили чай и сидели в лучах солнца, падающих из окон дворца Амун-Ра, Исида стояла в полумраке конюшни и смотрела на любопытного зверя, лениво жующего овес. Она была уверена, что Осирис позвал ее суда из-за этого существа. Она недовольно выдохнула.

Это не сработает. Он надеялся снова ее отвлечь. Он делал так часто за то время, сколько она его знала. Когда они спорили из-за чего-то, он приносил ей невиданный цветок, пушистого кролика или котенка. Вскоре она забывала, из-за чего ссорилась, и заваливала его вопросами о его приключениях.

Она не знала, как называется это животное, и где он его нашел, но она должна была признать, что оно было интересным. Голова напоминала собачью или шакала, но с длинными квадратными ушами, которые торчали. Ноги были длинными и худыми, как у газели, но существо не было собакой.

Оно вело себя как конь. Было добрым, невероятно быстро поглощало овес.

— Наверное, ты голоден, — сказала она со смешком и протянула руку. Исида коснулась длинной шеи животного, и оно придвинулось, наслаждаясь ее лаской. Когда она начала чесать шею, существо тихо заскулило и склонило голову, чтобы она достала до лучших точек.

Карие глаза с длинными ресницами моргали, хвост покачивался, и существо опустило голову в кормушку, чтобы зачерпнуть еще овса. При этом оно повернуло тело так, чтобы Исида продолжила чесать. Она послушалась.

— Разве ты не милашка?

— Мне нравится так думать, — раздался позади голос.

Исида обернулась.

— Сетх. Что ты здесь делаешь? — спросила Исида.

— Ищу тебя, — сказал он с улыбкой, которая казалась натянутой.

— Я жду Осириса, но ты можешь остаться, пока он не придет, — предложила она.

Улыбка пропала с лица Сетха.

— Как пожелаешь, — он склонил голову и взмахнул при этом пальцами, уничтожая важную часть сада Осириса, которая точно заставит бога сорняков страдать. Может, это отвлечет Осириса, чтобы Сетх успел поговорить с Исидой.

Шагнув вперед, он склонился над оградой стойла, где она смотрела на зверя, и сморщил нос от запаха. Он бы привел ее в другое место, но знал, что Исида не уйдет, ведь господин Слишком красивый был в пути. Может, если он раскроет ей свой секрет, она будет потрясена настолько, что попросит показать, несмотря на место, где они находились.

— Разве он не красавчик? — Исида указала на животное.

Сетх не видел в существе ничего особенного. Насколько он понимал, толку от зверя не было. Он был слишком маленьким для верховой езды. Он не казался умным или ласковым, чтобы быть домашним питомцем. Он ел зерно, значит, его нужно было кормить. А раз он ел траву, то и от грызунов спасать никак не мог.

— Мило, — сухо сказал он, уже не глядя на существо. — Исида? — начал он.

— Да?

— Я хотел поговорить с тобой, — вдруг рот Сетха пересох, он не мог вспомнить ни одной отрепетированной строчки. А все потому, что прекрасная богиня смотрела на него своими грозовыми глазами.

— Я слушаю, — она выпрямилась. Ее тело напряглось, словно она готовилась к тому, что последует.

Сетх тоже встал, и ему пришлось смотреть на нее снизу вверх. Он не был низким, по сравнению со смертными, но Исида была выше него на пару дюймов. Когда он возьмет ее в жены, он убедится, что ее трон будет стоять ниже его. Он не хотел бы, чтобы она привлекала к себе больше внимания, чем он.

— Я… я хотел сказать тебе, что я получил силу, — он не хотел заявлять об этом сразу, как и не думал, что это будет звучать так неуверенно, но сейчас это было лучшее, на что он был способен. Он расслабился немного, когда на лице Исиды вспыхнул энтузиазм.

— Правда? Чудесно!

— Да, — он улыбнулся. — Я хотел, чтобы ты первая услышала об этом.

— Приятно. И? — Исида обхватила его руку. — Что это за сила?

— Это… ну… — Сетх огляделся, пытаясь отыскать что-то незначительное. Он нашел стул для дойки и поставил его между ними. — Смотри. Это лучше показать.

Сетх поднял руку, и стул замерцал и исчез. Было ужасно просто убрать неживой предмет. Он не получал от этого дополнительные силы, так что он считал это тратой энергии. Жизнь дерева в стуле давно пропала. Но это все равно поразило Исиду. Она хлопнула в ладоши.

— Потрясающе! — она развернулась. — Что еще ты можешь? Передвигать все? — спросила она. — И людей?

— Я не двигал стул, — сказал в смятении Сетх. — Я… отменил его.

— Отменил? Как это?

— Это значит, что он прекратил существование.

— Так ты уничтожил его?