Фаворит 2

— А что с ней не так? — Удивился Иван.

— А то. Архип Алексеевич, за неполные полгода сумел изготовить две сотни гладких кремневых пищалей, да полторы сотни винтовальных. А как у него год будет, да ладить надлежит только гладкие пищали, так глядишь, он и всю тысячу поставить сумеет.

Угу. Терять оружейную мастерскую способную за год вооружить почитай полк, да еще и по столь заманчивой цене, никак не хотелось. Железоделательный завод, оно конечно хорошо. И она верила в то, что Иван выполнит свое обещание. У него вообще слова с делами не расходились. Но, его еще предстояло поставить, и трудности могли возникнуть самые разные. А мастерская вот она, готова принять казенный заказ.

— Ну так, мастерская останется. Не разбирать же ее, в самом-то деле. Поставит батя управляющего, и ладно будет. А когда обоснуется на новом месте, тогда и мастерскую перевезти можно будет. Благо в половодье, весь путь по реке можно проделать. А может и оставим ее на Москве. То он решать станет. Но готовое производство рушить мы не станем точно.

— Вот это ладно. Ну что? Голод утолил? — Лукаво стрельнув в него глазками, поинтересовалась она.

— Ириш, мне бы домой. Матушка чай все глаза проглядела, меня поджидаючи. А тут еще и слухи о войске один краше другого.

— Ну еще на часок-то, поди задержаться сможешь, — Претекая к нему на колени, промурлыкала она.

А что тут поделаешь? Нет, вопрос даже не в ее высокородном положении. Просто, молодой и здоровый организм отреагировал на подобные поползновения вполне ожидаемо. Хм. Вообще-то, насчет вполне, да еще и после стольких подходов… Н-да. Ну да, имелся еще запас. Как впрочем, и желание…

Матушку навестил уж на закате. Только и того, что вручил ей да сестрам гостинцы, что прикупил загодя, еще в Туле. Ну и чтобы не обидеть мать, запихнул в себя кусок пирога с зайчатиной, да запил чашкой душистого чая. Все, задерживаться в доме дольше не стал. Опять же, Марфа все не знала как наглядеться на сыночка, квохтала вокруг как наседка, и всячески старалась ему услужить. Все от чистого материнского сердца. Вот только Ивана это откровенно тяготило, да и злило, чего уж.

Вырвавшись из дома, поспешил к себе. Работа там уж завершилась. Не сутками же напролет трудиться. Сейчас темнеет поздно, так что, заканчивают еще засветло. Но если судить по тому, что Архипа дома не было, ожидал он сына на его же подворье.

Отец вообще, через эту мастерскую перестал быть домоседом. Вон и кузницу в доме разобрал. Ни к чему она теперь, только лишнюю подать платить.

— Явился, кобель, — окинув взглядом вошедшего во двор сына, не здороваясь, хмуро бросил Карпов старший.

Они с кабальным Серафимом устроились на лавке под окнами дома Ивана, и за степенной беседой, распивали кувшин пива. А что такого? После тяжкого трудового дня, очень даже не повредит. Если конечно не злоупотреблять.

— Здравия тебе, батюшка, — в ответ тишина.

— Здрав будь, Иван Архипович, — поднимаясь, поздоровался Миронов с поклоном.

— Здравия, Иван Архипович, — поздоровалась вышедшая на крыльцо жена Серафима, Дарья.

— И вам здравия, — ответил Иван супружеской паре, силясь понять, насколько сильно обижен отец.

Женщина бросила взгляд на Архипа, покачала головой, и поспешила скрыться в доме.

Муж ее, забрал повод лошади из рук Ивана, и повел животину на конюшню. Оно и при деле, и от глаз господских подальше. Ясно же, что хозяева сейчас и разругаться могут. А при таком посторонним лучше не находиться.

— Батя, ты чего? — Наконец спросил Иван.

— А ничего. Все люди, как люди. Вернулись из похода и прямиком в отчий дом. Вон по слободе, где праздник, где поминки. И только у одних нас не пойми что.

— Батя, не начинай.

— Не начинай? Вот расскажи отцу, бестолочь, где ты был?

— Ну, батя. Ты о том, уж на всю округу раструбил.

Отмахиваясь от отцовской обиды, и устраиваясь рядом, ответил Иван. Потянулся к кувшину. Набрал пенящееся пиво в высокую керамическую кружку, и отпил добрый глоток. Хорошо-о. В меру прохладное, и… Вкусное, йолки!

— Вот ты батя, на нее все косишься, а она между прочим к тебе со всем уважением.

Иначе как Архипом Алексеевичем и не величает. Даже когда мы одни. Ну любит она меня, батя. Понимаешь? Любит. Да только, любовь та, лишь воровской быть и может.

— Ну а ты ее? — Успокоившись, поинтересовался отец.

— А я ее уважаю, батя. И если еще раз намек от тебя услышу, о том, что она подстилка иль шлюха, не обессудь.

— Что, опять на отца руку поднимешь? — Вздернул бровь Архип.

— Повзрослел, чай. Ветер в голове уж не свищет. Уйду я, батя. На этот раз, взаправду уйду.

— Уйдет он. Вот ты о ней печешься, а она тебя подле себя держит, и семьей обзавестись не дает. А мы с мамкой уж внуков хотим.

При этом Ивану где-то даже совестно стало. Ведь есть у них внучка. Но, об этом лучше помалкивать. И уж тем более в свете того, что на ее мать повадились охотиться иезуиты. Эти твари на любое грехопадение пойдут ради достижения своих целей.

— Да не запрещает она мне ничего. Захочу жениться, тут же расстанемся. И о том меж нами уговор есть, — пояснил Иван.

— Так чего же ты тогда, сукин ты сын… — Начал было возмущаться Архип.

— Батя, я твой сын. Твой и матушкин, — оборвал его парень. — Думал бы наперед, что говоришь. А что до женитьбы, то не хочу я пока жениться. Не встретил ладу свою. И хватит о том. Расскажи лучше, как у вас тут дела? — Иван сделал очередной глоток, откинулся на бревенчатую стену дома, и повернул голову к отцу.

— А чего рассказывать. Трудимся понемногу, — оглаживая бороду, удовлетворенно произнес Архип.

В настоящее время, на подворье появился еще один цех, вставший параллельно первому, в котором осталась механическая мастерская. Второе здание полностью ушло под оружейную мастерскую. Конечно, прежнее колесо со всем этим богатством не могло потянуть, несмотря ни на какие редукторы. Так что, выставили еще парочку колес. Но о дальнейшем росте, при таком приводе говорить уже не приходилось.

Ну и совершенно отдельно расположились сталевары. Объемы у них конечно так себе.

Скромные. Но хватало и на свои нужды, и на продажу. Это Карпов старший так рассудил, что нечего прибыльному делу простаивать. Приставил к тому делу четверых, вот они и трудятся.

Другая парочка, и столь же обособлено, занята производством карбида. Лампы и фонари получают все большее распространение, а потому потребность в топливе только растет. Но пока и эта парочка вполне управляется. Причем с лихвой. Так что, о расширении пока говорить не приходится.

По совету Ивана, Архип делился наукой с работниками, только в части касающейся.

Умевший работать на токарном станке, на своем месте и трудился. Все что выходило за эти рамки, его уж не касалось. А еще, каждый работник клялся на образах хранить тайну, преподанной ему науки.

Смешно? Для современников Ивана, возможно. Но только не для нынешнего времени.

Тем более, что Архип вовсе и не собирался доверяться только принятым мерам. Иван доподлинно знал, что работники мастерских регулярно доносили друг на друга.

Конечно, это обходилось в лишнюю копейку, но Отец предпочитал платить, справедливо полагая, что прижимистость в этом плане сейчас, может стоить куда как дороже потом.

— Снова заказ от казны, на этот раз на тысячу кремневых пищалей, — тем временем продолжал рассказывать Архип. — Надлежит поставить до рождества будущего года.

Слышь, приходили тут из Немецкой слободы, да из этой, Академии наук. Мол расскажи-ка мил человек, как это у тебя так споро получается пищали ладить.

— А ты?

— А я послал их куда подальше. Да велел Серафиму раздобыть еще полдюжины щенков позлее.

Говоря это, Архип скосил взгляд на сына. Был за тем грешок, когда он секрет раскрыл сразу нескольким кузнецам, и пошел тот гулять по Москве.

— Батя, не гляди ты так на меня. С тем булатом я все верно сделал. Вот вцепился бы ты в него, и по сей день сидел бы в своей кузнице, от клинка к клинку перебивался бы.

— С тем, уж давно все порешили, и разобрались.

— А с этим, правильно и сделал, что взашей погнал. И вообще, надо оружейную мастерскую на Москве сворачивать. Не то, больно много охотников до чужих секретов.

— Ага. Свернешь ее, как же. А заказ казенный. За него ить спросят.

— Так, мы заказ тот выполним. Как есть, выполним. И мастерскую закрывать не станем.

Просто начнем тут иное ладить. Взамен же, целый оружейный завод построим. Но не здесь, а в Дедилово. Знаешь такое?

— Хаживал мимо. А чего это нам с Москвы съезжать-то?

— А там батя, железная руда есть. Вот прогуляюсь со знающими людьми, пощупают они, оценят, а там и решение примем.

— А ну-ка, толком давай сказывай.

— Можно и толком…

Рассказ Ивана затянулся. По сути, там и говорить-то особо нечего. Но от Архипа отбрехаться общими фразами не получилось. Тому требовались не просто подробности, но все раскладки. Сколько потребно, куда, да отчего это они должны так задешево отдавать металл, радея за казну, тогда как о них горемыках, никто не задумывается.

— Батя, не все можно в деньгах измерить. Царь, он тому благоволить будет, кто о государстве радеет. А с нас не убудет. По хорошему, мы тот металл должны вдвое дешевле отдавать. Потому как, он нам, что по труду, что по деньгам, в сущие копейки выходит. Погоди, мы еще и миллионщиками станем.

— Так-таки и миллионщиками.

— Попомни мои слова, батя.

— Княгиня-то винтовальные пищали заказывать не будет?

— Винтовки, батя.

— Поучи еще, — отвесив легкий подзатыльник, произнес Архип.

— Нет. Не хочет она. Дорого. Так что, одна моя только сотня и будет.

— Вот это хорошо. А то по Москве столько разговоров про ваши подвиги ходит, что я уж испугался, как бы не решили по образцу полк создать.

— И чем тебе плохо? Солидный заказ, нам никак не помешает. Деньги на строительство завода немалые понадобятся.

— Это-то да. Да только, заказ тот могли так же как и с гладкими пищалями по заниженной цене пустить.

— Так все одно в хорошем прибытке остались бы.

— Нечего на всяком месте слабину давать. В Немецкой слободе чай никого не трогают, и их изделия по честной цене берут. А как до русского человека, так вон чего учудили. А что до завода. Твоя правда. Дело говоришь. Правда, для меня оно невиданно. Ну да, не Бог горшки обжигал. Сдюжим, — у Архипа даже задорный блеск в глазах появился.

— А вообще, чем вы тут занимались-то. Заказ на пищали, я чай, только недавно поступил.

— Недавно. Да у нас оружейная-то мастерская, уж давно отдельно трудится. Пока заказа не было, ладили гладкие, да винтовальные пищали. Не так много, но зато и продавали по честной цене. Теперь же, опять на казенный заказ перешли.

— Лампы-то карбидные ладите?

— И лампы делаем, и карбид тот варим. Правда стекло дорогущее, а от того и лампы недешевы выходят. Оно бы, стекольщика, да что покрасивше измыслить. А то, чисто уличный фонарь выходит. Да только, не варят у нас стекло. Н-да. А жаль. Кстати, прав ты оказался насчет перьев тех. Оно конечно дело-то копеечное, но копейка рубль бережет. Да и много тех копеек выходит. Очередь на те перья, из благородных, да разного ученого люда и студентов.

— А я тебе что говорил.

— Говори-ил он, — с довольным видом потрепал сына по волосам Архип. — Кроме того, уж от трех стрелецких сотен заказ имеем на полевые кухни. И вроде бы, другие тоже подумывают.

— Нешто, казна раскошелиться решила?

— Ага. Как бы не так. Мужики сами смекнули, да вскладчину заказывают.

— Выходит, не зря к нам в гости хаживали, да расспрашивали, чего это мы животами не маемся.

— И что, впрямь не маялись?

— Не, батя. По мелочам оно конечно бывало, но чтобы вместе хотя бы с десяток, ни разу не случилось. А о кровавом поносе, так и вовсе молчу.

— Вот же, шельмец. Даже в этом, ты прав оказался. Ох Ванька, и крепко же тебя по голове приложило.

— Главное что на пользу, остальное мелочи.

— Это да. З-зар-раза, — прихлопнув впившегося в шею комара, ругнулся Архип. — Все. Тут теперь покоя не будет. Айда в дом. Расскажешь, как там в походе было. Серафим!

— Тут я, Архип Алексеевич.

— Доставай пиво из колодца, и айда в дом. Нам сейчас молодой стрелец байки травить будет.

— Ругаться-то больше не будете?

— Ты поговори мне еще. Что за жизнь пошла, никто в грош не ставит.

— Архип Алексеевич, может ко мне в дом. Дарья на стол соберет, — извлекая из колодезного ведра два кувшина с пивом, предложил Серафим.

— Сам потом своей бабе рассказывать будешь. А сейчас мы мужской компанией посидим. И закусить, в доме кой чего найдется. Ну чего встали, как истуканы. Пошли уж.

ГЛАВА 3

Тот факт, что великая княгиня, да и царь батюшка, посчитали создание стрелецких полков нового строя, слишком дорогой затеей, не радовал. Все же заказ обещал быть прямо-таки жирным. Конечно на изготовлении гладких ружей Карповы заработают, причем изрядно. Как ни крути, а выходит пять рублей чистой прибыли на одном ружье.

Но думать об упущенной выгоде, все же не хотелось.

Опять же, государь мог бы и не наглеть. Скажем, заказ в пять сотен ружей, Ивана полностью удовлетворил бы. Это обеспечило бы бесперебойную работу мастерской, не создавая помех в исполнении частных заказов. В настоящий же момент мастерская работала буквально на пределе своих возможностей. Имея довольно незначительный приработок со стороны.

Крымский поход для Карповых все же не прошел даром, и выступление сотни Ивана, впечатлило многих. Поэтому к ним потянулись дворяне с частными заказами, разнившимися в зависимости от полноты кошелька.

Модельный ряд был представлен не только винтовками, карабинами и гладкостволом.