Дом среди звезд

– И ты, в свою очередь, обеспечишь мне эти поиски длиною в жизнь?

Маг стал очень серьезен. На правой руке запылало холодное зеленое могильное пламя. От неожиданности даже нематериальная девушка отшатнулась и нырнула в накопитель.

– Нет, это не так. Да подтвердит магия правдивость моих слов!

В тот же момент, пламя объяло всего мага, казалось, что еще секунда, и он будет корчиться в муках, заживо сгорая. Но вспыхнув, оно так же и опало, а потом и вовсе исчезло.

– Как видишь подтверждение получено. Ты – как существо почти полностью энергетическое – могла понять, даже не осознавая, что перед тобой произошло, что все происходящее не было игрой.

– Но если ты найдешь их, а я захочу остаться с ними? Отпустишь, что ли?

– Я изначально не планировал тебя в роли искина. Ты, скорее, удачная возможность. Поэтому да, если ты захочешь покинуть борт корабля – отпущу.

– Ну, хорошо.

– Что, не слышу.

– Хорошо, говорю, я согласна на твои условия! – И она тут же нырнула в накопитель, чтобы в следующую секунду пулей вынырнуть оттуда. По еще играющим мелким искоркам на руке мага можно было легко догадаться, кто стал этому причиной.

– …командор.

– Я согласна на условия, командор… – Ядом в этой фразе вполне можно было устроить геноцид на небольшой планете. И девушка снова нырнула в монолит. И снова стрелой вынырнула наружу. Опять искорки играли по руке мага.

– Ты это специально, да? Что еще не так? – Фраза была произнесена с интонациями матерого садиста, уже нацелившегося на жертву.

– Да, собственно, забыл у тебя спросить, как тебя вообще зовут-то. Вот, например, меня – Александр.

– Э… – простой вопрос, видимо, вызвал в душе девушки целую бурю чувств, которые не преминули отразиться на ее лице, а неуверенный голос ответил: – Я не знаю. У меня нет имени.

– Но мне же нужно как-то к тебе обращаться?

– Как хочешь, так и обращайся, – окрысилась та.

– Хорошо, ты сильно мне кое-кого напоминаешь. Поэтому я буду так тебя и называть. Уж очень ты похожа. Буду звать тебя Миимэ.

Бедный маг совершенно не ждал такой реакции от девушки. Та слитным рывком из накопителя буквально уперлась в его лицо с пылающими любопытством глазами.

– Эй, эй, а что это значит? Или кто его носил? Расскажи, расскажи же!!!

Некромант постарался как можно незаметнее потушить заклинание изгнания духа в своей руке. А потом, словно нашкодивший ребенок, заозирался по отсеку и тихо, почти шепотом произнес, будто готовясь рассказать что-то личное и совершенно неприличное:

– Интересно. Хочешь, я расскажу тебе одну историю? Историю одного пирата.

Пару дней спустя

– Я беру назад свои слова, вы были совершенно правы, – как бы между прочим проговорил док.

Разговор завязался на пути к мостику, где должен был происходить финальный осмотр и запуск линкора. От меня требовалась экспертная оценка магической составляющей систем, от дока – технической.

Впрочем, о том, что там все работает и в полном порядке, мы знали и так – сами же с ними и возились. Шли же мы, скорее, из-за просьбы Миимэ. Эта наглая девчонка – электровеник (уж поверьте, когда она перестала видеть в нас врагов, да еще и после того как перезнакомилась со всем интернационалом в команде, то ее поведение стало ну ни разу не соответствующим «высшему» энергетическому созданию, а скорее – «наскипидаренной» девчонке). Впрочем, ее можно понять. Во время создания и пребывания на базе вряд ли она видела много интересного среди этих колбочек и приборов. И мне совершенно не верится, что там кто-то позаботился о ее воспитании как социального существа, о расширении ее кругозора и интеллектуальной пище. Скорее, просто, в целях того же эксперимента и анализа, провели адаптацию и обучение по минимальной планке.

Поэтому, хоть возраст этого существа был более чем почтительным, ее психологический возраст соответствовал скорее любопытной девчонке, возможно, даже не достигшей совершеннолетия. А уж после моего рассказа… точнее рассказов, потому как уже после первого она с маниакальным кровавым светом в глазах, от которого и мне, бывалому некроманту, стало не по себе, буквально замогильным голосом потребовала «еще», и я был взят в настоящую осаду.

В итоге, из-за невозможности постоянно что-то припоминать и рассказывать я даже пошел на крайние меры, поскольку уж лучше траты магических сил, чем нервное истощение от поминутных реплик «расскажи еще историю!». В итоге один из моих бракованных кварцевых кристаллов, что не мог полностью держать заряд магии, стал идеальным вместилищем для выборочных воспоминаний под грифом «фэнтези». И хоть хранение оных требовало сил мало, но вот извлечение заняло целый ритуал.

Весь экипаж еще долго ходил как пришибленный после того, как узнал, ЧТО я создал в расчерченном ужасающим набором рун круге с зубодробительной сложности силовыми линиями. А вот Миимэ разве что не попискивала от удовольствия, постепенно просматривая и «смакуя» весь этот «кладезь специфических знаний». М-да, ужасающая по силе и потенциалу фэнтези-маньячка. И это энергетическое существо, от которого я ожидал пусть и не великих откровений о мироздании, но чего-то действительно… хм… «возвышенного». М-да…

И мне, признаться, тревожно от того, что сейчас откроется моему взору. А дело тут в том, что Миимэ попросила нас с доком покинуть ангар после того, как корабль был доделан (как технически, так и рунически, что с ее помощью, кстати, заняло считанные мгновения) и накопительные колонны на капитанском мостике установлены, для наведения последнего лоска на внешность корабля. Как она высказалась «дабы внушал». Ну, не знаю, как по мне, он и до этого весьма неплохо «внушал», эдакий хищник космического «моря». Ну, да ладно мандражировать, «нет ничего непоправимого»… надеюсь. Вот с такими мыслями я и зашел в док и увидел… это.

Что тут можно сказать. К делу подошли с любовью и выдумкой. Ранее линкор, хоть и отличался от кораблей тех же альвов по внешнему виду, но имел некоторые все же общие с ними формы и обводы. Он был, скорее, таким же хищником, как и они, лишь более «зубастым». Теперь же то, что было ранее кораблем альвов, стало совершенно неузнаваемо. Светлые защитные пластины приобрели кровавый окрас и стали еще более рельефными. Это касается и широкой головной защиты корабля. Но вот дальше шел настоящий творческий беспредел. Все стационарные орудия, которыми были усеяны бока корабля, прибрели совершенно другие обводы защиты. Теперь их защита имела вид оскаленных в мертвой улыбке черепов с ужасными остроконечными зубами, из пастей которых торчали стволы орудий. На этом фоне кровавого цвета части защиты напоминали больше кости «немертвого» корабля.

А вот «голова» корабля представляла собой вообще что-то невообразимое, хотя в моем случае весьма узнаваемое. Сплошные костяные пластины а-ля «Чужой» незначительно поменяли форму и приобрели пару наростов. И теперь нос корабля выглядел оскаленным – черным с алым отливом – черепом, заполненным треугольными акульими зубами в несколько рядов. Но так было ровно до того момента, пока корабль не делал «а-а-а» на всю ширину своей пасти. Скрытые черным фоном корабля стыки на голове линкора разъезжались, и оскал приобретал на двести процентов больше зубов и длины пасти. Теперь корабль был не хищной рыбешкой среди таких же, но помельче. Нет. Теперь он был настоящей акулой. Причем не совсем живой акулой.

Но если некоторый плагиат на почве увлеченностей Миимэ я еще смог как-то перетерпеть, успокоив себя, мол, «главное, чтобы внушал», то вот, оказавшись непосредственно внутри корабля, я всю дорогу до командного мостика повторял про себя как мантру: «Больше никакого фэнтези!» И всему виной внутренняя обстановка корабля. Тут вам и легкая прозелень освещения. И множество орнаментов из черепов и костей. Особенно добили двери между отсеками, по краям которых были вплавлены скелеты, указывающие на проход в эдаком приглашающем жесте. «НЕКРОПОЛЬ ПО-ДОМАШНЕМУ, ВСЕ ДЛЯ КОМФОРТА НЕКРОМАНТА!» – эдакий трейдерский лозунг периодически приходил в голову после осмотра сего добра.

Все это вызвало в душе веселье и игривое настроение, но, как ни странно, на других сей плагиат подействовал совершенно иначе. Первые пару часов док ходил по кораблю весьма бледный, видимо, в данной галактике все же некрополь-стайл распространен не был. Да и остальные были задумчивы и молчаливы. Подозреваю, что для них, детей космической эпохи, весь этот антураж навевал инстинктивный, заложенный глубоко в ДНК и давно позабытый страх. Забытый и необъяснимый. А это лишь усиливало его влияние.

Ну что же, возвращать классический дизайн кают, думаю, будет решением преждевременным, пусть побудет так. Возможно, некоторых «гостей» на корабле это сделает более сговорчивыми. А гости ожидались в ближайшее время. Я, как и обещал Айле, собирался идти на контакт. Кораблю и не только ему, но и станции требовался экипаж, причем не только мертвый. Поэтому среди вассалов князя я хотел подобрать себе команду «по рекомендации благодарного родителя». Да и легализоваться через альвов будет проще. Как я понял, наблюдая за поведением Леронэ, все же альвы не люди, и понятие чести у них куда как сильнее развито, поэтому на то, что меня встретят тепло, были большие надежды. К тому же фронтир – это не то место, где разбрасываются союзниками (хотя пушки при подлете все же лучше держать «прогретыми»).

С такими вот мыслями на тему «как бы поудачней подкатить к альвам» я и двигался к моему месту в командной рубке. Двигался, совершенно уйдя в себя и не замечая окружающего. И поэтому не сразу заметил, как у дока начался приступ тяжелейшего косоглазия, направленного в мою сторону.

– Что-то случилось?

На мой вопрос тот лишь молча указал мне в район сердца, где располагался один из внутренних карманов.

Хм… признаться «протормозил». Тупо уставился на указанное им место. И уже через пять секунд увидел легкий разряд электричества, пробежавший там. И через пять секунд еще один.

Догадаться вовремя, что происходит, все же я не успел. Только достать из того самого кармана небольшой кристалл кварца – часть куска, отданного Айле. И в этот момент словить финальную «напоминалку» – довольно чувствительный удар тока, от которого чуть не выронил кварц.

«Что же, похоже, встречу с альвами стоит проводить как можно быстрее, ведь девушка очень убедительно просит, а заставлять ждать даму некрасиво» – с такими мыслями я сел в капитанское кресло в центре импровизированной пятиконечной звезды из морфита. Его же пять колонн были установлены на каждом ее луче.

Стоило мне занять место и позволить манне свободно течь через эти усилители, как колонны тут же наполнились светом от горящих на них рун. Корабль ожил.

– Тест окончен. Системы работают стабильно, кхм… по крайней мере те, в которых я разобрался, – отрапортовал док.

Ох, чует мое сердце, надо его чем-то отвлечь, а то он наразбирается так, что корабль по винтику собирать заново придется.

– Всем слушать мою команду. Док, остаетесь в колонии – работы по реконструкции имперских линкоров еще никто не отменял. Оставляю Алису вам в помощь. Леронэ, бери сестричек и грузи максимально возможную, с учетом поддержки обороноспособности базы, ударную группу на линкор. Док, десяток фрегатов из уже протестированной партии я забираю с собой.

– Ну, и куда такая внезапная спешка?

– Летим налаживать отношения с соседями. Вот тебе так просимый тобою «тест в условиях, приближенных к боевым». Я тебе скажу даже больше – ближе просто некуда. Вылетаем по готовности.

Глава 20. Князь, отряд прорыва против киборгов и возвращение Айлы

Отступление 2

Фронтир. Альвийское поселение на границе. Главная база альвов дальнего сектора космоса

«Мне очень жаль, князь. Шансы найти вашу дочь живой ничтожны. Скорее всего, она потеряна для нас».

«Что же тогда я воспитаю оставшегося у меня ребенка со всей доступной мне душевной теплотой любовью, но и строгостью».

«У вас еще есть дети?»

«Да – эта база, альвы на ней – вот мой оставшийся ребенок».

«Примите мое восхищение. Не каждый сможет отдать душу за фактически изгнанников своей родины».

«Вы думаете, тут живут изгнанники»?

«Ну а кого еще могут заставить жить на фронтире, как не тех, кто нежелателен для своей страны?»

«Возможно, тех, кто слишком предан ей? Не находите?»

Из разговора альвийского князя и представителя Совета княжеств. Дальний космос

Утро князь начинал стандартно – просмотром отчетов и выкладок. Это столичные князьки могли позволить себе понежиться до обеда, вкушая дорогое вино, тем самым становясь донельзя похожими на высмеиваемых ими же людей. Но тут, на фронтире, нужно работать всем и даже князю. Кстати о людях. Удивительно, но в последнюю неделю наметилась положительная тенденция. Количество непонятных акций по атакам их фортификаций и постов со стороны людей резко уменьшилось. И встречаемые «вживую» корабли людей теперь мало того, что не вели себя в режиме «только дернетесь – стреляем», но и оказывали некоторые дружеские знаки внимания встречным альвийским патрулям, а иногда даже предлагали помощь или торговлю.

Данная положительная тенденция требовала закрепления. Следовало бы слетать на ближайшие людские крупные колонии с дружеским визитом. Возможно, сделать пару торговых предложений. Даже слабая дружба в этой части космоса дорогого стоит. Не следует упускать момент.

Все это поднимало настроение постоянно хмурого князя до небывалых для него высот. Но поднявшуюся было планку настроения тут же вернул на обычное место вбежавший в кабинет альв. Довольно массивный, что не свойственно их народу, альв выделялся не только бугрящимися мускулами, но еще и наполовину обезображенным огнем лицом, что держало на одной его половине постоянный плотоядный «оскал».

– Слушаю вас, генерал, – обратился к своему старому другу официально князь. Судя по взволнованному лицу генерала ситуация явно не предполагала долгих расшаркиваний.

– База атакована. Легкие фрегаты неизвестной модели. Полдюжины. Слишком легки и маневренны и имеют до неприличия мощные, как для своего класса, щиты. Пушки не рассчитаны на такую маневренность врага. Долго петлять даже они не смогут, но попытаться высадить десантную группу для выведения из строя систем дока у них сил хватит, – генерал, как всегда, был предельно лаконичен.

– Нападение. Почему такими малыми силами? – Князь же не терял хладнокровия даже в такой ситуации.

– Предположительно разведчики.

– Разведчики не нападают. Аргументируй.

– Закусили удила, возможно, молодняк. Увидели брешь в наших системах обороны и решили фраернуть.

– Ваши действия, генерал.

– Стягиваю все силы к докам базы. Десант мы встретим и ликвидируем после высадки. Перехватчики уже вылетают. Даже имея техническое превосходство, они ничего не смогут сделать с таким массированным огнем. Додавим, это вопрос времени.

– Хорошо, действуйте. План одобрил.

Похоже, сами нападающие, находящиеся в черных быстроходных фрегатах необычной формы (эдакие черные панцири жуков, покрытые шипами по «позвоночнику»), со временем тоже стали что-то такое понимать. Их лихая атака, уничтожившая несколько орудий базы, стала постепенно терять обороты. А выстрелы из крупнокалиберных, рассчитанных на противодействие линкорам, орудий периодически били все ближе и ближе к их корпусам. Они понимали, что удача не может быть на их стороне постоянно и что кусок, на который они так непредусмотрительно замахнулись, оказался им не по зубам.

Резкий маневр отступления был тут же пресечен. Больше дюжины кораблей, пускай не столь навороченных технически, но вполне способных потягаться с ними в скорости, отрезали им пути из сектора. И загнанные в угол «крысы» обозлились. Все шесть кораблей, как один, ринулись к доку базы. Два тут же были сбиты все-таки поспевшими, после всех этих маневров, орудиями базы. Один корабль повредили ракеты, пущенные каким-то счастливчиком из кораблей защиты. Но три смогли проникнуть в доки. Правда, к тому моменту силы обороны в доках были таковыми, что их общий залп сработал не хуже залпов самих фрегатов, и один из кораблей запылал не хуже факела, похоже была повреждена топливная система.

Но оставшиеся два фрегата высадили десант. Выбежавшие из них люди казались каплей в море по сравнению с тем количеством альвов, что сейчас были в доке. Но и они нашли, чем удивить. Одиночные выстрелы из не таких уже и мощных лазерных винтовок в их исполнении имели просто ужасающую точность. Любой выстрел – это поражение критических мест брони альвов или резкий перегруз щита доспехов. В любом из этих случаев тут же следовал повторный выстрел, причем с ужасающей точностью в ту же точку, и как следствие – труп очередного альва. Началась одна из вариаций, что называется, борьбы «качества с количеством». И это «качество» не сказать что бы прямо-таки и не имело шансов победить.

Когда стадия перестрелки достигла спада (защитники не хотели лишний раз лезть на рожон, нападавшие же берегли силы), случилось очередное событие.

Ничтожные по величине, в сравнении с другими кораблями, варп-врата распахнулись, и в систему влетел рейдерский, быстроходный челнок. И сразу же, прямой наводкой, взял курс на доки базы. На так еще и не отбитые доки базы.

– Это что еще за мелочь? – вопрос одного из офицеров так и остался без ответа, потому как диспетчер базы громко произнес:

– Получены коды подтверждения. Э-э… мой лорд, коды соответствуют гвардейскому реестру. Но гвардейское крыло, соответствующее этому позывному, числится уничтоженным, потому как… потому как было приписано в охрану к вашей дочери.

– Айла… – В потускневших глазах князя вспыхнул давно уже позабытый его людьми огонек надежды, который тут же сменился осознанием, КУДА приземлился челнок, и вслед за этим почти животной паникой: – ВСЕМ СИЛАМ! БЫСТРО В ДОКИ!!!

* * *

Ранее враждебную активность планировалось подавить малыми силами спецподразделений. Но под выстрелы лезть никто не собирался, поэтому зачистка доков продвигалась очень медленно. Док не был оснащен специальным оборудованием, способным вскрыть броню фрегатов, за которой прятались основные силы диверсантов. Это просто не имело смысла, была высокая вероятность детонации активных элементов, как топливных, так и оружейных, что привело бы к полному уничтожению самого дока.

Все же командование альвов предполагало и такой исход, но, поскольку агрессоры все же завязали бой, то была вероятность, что они, как минимум, пойдут на переговоры. Жертвы не нужны там, где пополнения можно ждать не то что месяцами, а то и годами. Ситуация зондировалась постоянно. Подрыв фрегата – не минутное занятие. Рукотворная детонация активных элементов требует определенных четких действий и несет за собой четкие, узнаваемые последствия в виде повышения тепловых и волновых характеристик двигательных отсеков. Прими агрессоры такое решение, и они будут тут же атакованы всеми скопившимися силами спецподразделений альвов. Не считаясь с потерями.

– Отчет.

– Генерал. Док полностью оцеплен. Ведем точечный огонь по агрессору. Была избрана стратегия изматывания. Нам спешить некуда, побережем парней. Там, глядишь, еще и эти одумаются.

– Ваши выводы.

– Ситуация содержит множество тактических ошибок. То, что это была разведывательная акция противника – ответ однозначно утвердительный. В техническом плане они превосходят нас на голову. Есть предположение, что от их командования поступил приказ провести разведку боем, возможно, срисовать наши основные огневые точки. А вот далее идут уже совершеннейшие мои догадки.

– Меня сейчас устроит любая информация, говорите, сержант.

– Хм… эти вот метания. Это не похоже на обученную группу. Зато на «курсантов», которых такие вот группы натаскивают, вполне похоже. Я думаю, что нам случайно «повезло» – первыми в атаку как раз и пошли обученные спецы, задвинув молодняк за спину. И как следствие, были нами уничтожены. Ну, а эти теперь без прямого командования просто «плывут по течению». Отстреливаются, когда их атакуют, меняют позиции, когда мы перебазируем огневые точки. Нет ни инициативы, нет ничего отдаленно напоминающего план. Думаю, сможем взять измором.

– Хорошо, работайте.

Собравшиеся, было, разойтись по своим рабочим местам военные были остановлены подбежавшим на всех парах молодым альвом. Метнувшийся к сержанту, он был остановлен кивком последнего, указывающего на генерала. Не заметивший «такую шишку» паренек начал, было, бледнеть и трястись еще до того, как информация о том, кого он видит, дошла до него и привела к осознанному подчинению. Что же, чинопочитание (причем, что удивительно, не слепое почитание, обычно высокие чины получались заслуженно, поэтому большинство высоких военных постов, и не только, занимали глубокоуважаемые альвы) и следование уставу в военной среде альвов вбивалось буквально на подкорковом уровне.

– Соберись, воин… и докладывай… – Тем удивительнее звучал голос генерала, наполненный не армейской строгостью, а скорее – отеческой добротой.

– Была зафиксирована попытка удаленного влияния на искин корабля-разведчика. Сигнал хоть и был довольно силен и необычен, но все же изначально явно разрабатывался на базе имперских систем связи. Мы же в свою очередь долгое время вели «неофициальное» изучение их систем связи в… кхм… научных целях, поэтому вовремя удалось локализовать и заглушить сигнал.

– Отличная работа, парень. Передай научникам, что могут закупать вино, им будет что отпраздновать.

– Командор, это еще не все.

– Докладывай, солдат.

– После блокировки сигнала через некоторое время прошел еще один. Этот сигнал имел совершенно неизвестные нам волновые характеристики, отдаленно же он был схож с обычными сигналами связи. Мощность его была такова, что мы были просто не в состоянии его заблокировать полностью, лишь частично исказить. В свою очередь отдел РЭБ божится, что при таких характеристиках никакого влияния на системы работы как самого реактора, так и искина он оказать не мог.

– Что же это было?