Босс Мэн

Ей было пять или шесть лет, когда неудачник-отец ушел из семьи, оставив жену и детей на произвол судьбы. Семья и так едва сводила концы с концами, а с одной зарплатой мать Пейтон должна была решить, куда тратить деньги: на оплату аренды жилья или на покупку продуктов. Она выбрала аренду, и это означало, что семья Пейтон была завсегдатаем в местном банке продуктов в течение нескольких лет, пока дела не пошли в гору.

Когда мы добрались до места назначения, один из постоянных обитателей приюта сидел перед домом.

— Привет, Эдди, — поздоровалась с ним Пейтон.

Я знал этого парня. Вероятно, ему было чуть больше тридцати, но жизнь на улице состарила его прежде времени. Эдди мало говорил, делал длинные паузы между словами и казался безвредным. У Пейтон была с ним какая-то особая связь, с ней он говорил больше, чем со всеми остальными вместе взятыми.

— Что у тебя с головой? — спросил я, заметив широкую рану возле виска Эдди.

Я наклонился к нему, при этом стараясь сохранять дистанцию, в которой, как я знал, он нуждался.

— Как это случилось, Эдди? — вторила мне Пейтон.

— Подростки, — ответил Эдди, пожимая плечами.

За последнее время было несколько случаев, когда банда подростков избивала бездомных, которые ночью оказывались на улице. Эдди не нравилось, когда люди подходили к нему слишком близко, поэтому он редко спал в приюте, который всегда был забит до отказа.

— На Сорок первой улице открылся новый приют, — сказал я. — Просто загляни туда как-нибудь, там не должно быть многолюдно, так как он новый и погода сейчас теплая.

— О’кей. — Эдди никогда не отвечал мне больше, чем одним словом.

— Думаю, ты должен пойти в полицию, Эдди, — предложила Пейтон.

За все то время, что она провела в подобных местах, Пейтон так и не смогла понять, что бездомные не обращаются в полицию. Едва завидя копа, они предпочитали свернуть на другую дорогу.

Эдди яростно замотал головой и подтянул согнутые в коленях ноги к груди.

— Кажется рана серьезная. Возможно, нужно наложить швы. Подростки, которые сделали это с тобой, приходили сюда, в приют?

Эдди снова, молча, покачал головой.

Спустя несколько минут я, наконец, убедил Пейтон оставить бедолагу в покое и заняться тем, для чего она пришла. Когда мы вошли внутрь, менеджер приюта Нельсон как раз убирал помещение после ужина, и Пейтон с порога набросилась на него с расспросами:

— Ты знаешь, как Эдди получил рану на голове?

Нельсон перестал протирать стол.

— Неа. Я спросил, что случилось, и получил обычное «ничего» в ответ. Только тебе он говорит больше, чем «пожалуйста» и «спасибо».

— Ты знаешь, где он ночует?

— Извини. — Покачал головой Нельсон. — В городе более сорока приютов, не считая нелегального «палаточного городка» под железнодорожной эстакадой, где каждый сам по себе. Эдди может ночевать в любом из этих мест или еще где-то.

— Понятно, — нахмурившись, ответила Пейтон.

— Я понимаю, что это нелегко, но мы не можем помочь тому, кто не станет принимать помощь. Эдди в курсе, что в любое время может остаться здесь.

— Знаю, — вздохнула Пейтон, а затем махнула на склад, расположенный в задней части приюта. — Я пришла, чтобы взять список необходимого инвентаря. Завтра у меня прослушивание, поэтому я займусь заказом дома через интернет.

Пейтон отправилась за списком, а я принялся разглядывать помещение. Недавно его заново покрасили, и каждый волонтер принес плакат со своей любимой мотивирующей цитатой. По самой длинной стороне прямоугольной комнаты было развешано не менее дюжины плакатов в матовых черных рамках. На первом из них было написано: «Самое темное время ночи бывает перед рассветом».

— Это твой? — спросил я у Пейтон, когда она вернулась с папкой.

— Нет. — Она быстро чмокнула меня в губы, взяла за руку и потащила к выходу. — Ты сможешь прочитать их все в следующий раз и даже получишь от меня награду, если угадаешь, какой плакат принесла я, а сейчас нам надо спешить. Я хочу перехватить Эдди, прежде чем он уйдет.

Эдди не оказалось на прежнем месте, но обнаружить его было легко. Прихрамывая на правую ногу и перекинув мешок со своими пожитками через левое плечо, он медленно пересекал квартал. Пейтон заметила его, прежде чем Эдди успел свернуть за угол.

— Давай проследим за ним и узнаем, куда он идет?

— Ни в коем случае.

— Почему?

— Во-первых, потому что это опасно, а во-вторых, потому что это является вторжением в его частную жизнь. Мы не будем преследовать бездомного.

— Но, если мы узнаем, где Эдди ночует, то, возможно, полиция сможет помочь…

— Нет.

— Ну, пожалуйста!

— Нет, Пейтон.

— Хорошо.

Мне следовало догадаться, что здесь было что-то не так, ведь Пейтон была не из тех, кто так легко сдавался.

Глава 4

Риз

Мой сотовый зазвонил рано утром, и совершенно неожиданно для меня нарисовалась встреча в обеденный перерыв. Встреча, которую я с нетерпением ждала. Оказалось, что когда Чейз рассказал мне о крутом спеце по подбору кадров, он забыл упомянуть, что эта женщина, Саманта, набирала персонал для «Parker Industries», компании, которой владел он сам.

Я мгновенно была заинтригована этим фактом, но, признаться, испытала разочарование, когда Саманта предложила встретиться в ресторане, а не в ее офисе. Конечно, ресторан находился всего в паре остановок от здания, где располагался «Fresh Look», но не было ни единого шанса, что там я случайно столкнусь с Чейзом.

И все же, несмотря ни на что, наша беседа оказалась довольно интересной и содержательной. За обедом мы с Самантой поговорили о моих профессиональных достижениях и обсудили, что бы мне хотелось видеть в будущем работодателе, а после, когда позже мы неторопливо прогуливались по близлежащему парку, разговор перешел к «Parker Industries».

— Значит, Чейз сам изобретает продукцию для компании? — удивилась я.

«Возможно, мне следовало основательно погуглить Чейз, вместо того, чтобы глазеть на него на Facebook?»

— Прежде да, но теперь этим занимается научно-исследовательский отдел, — ответила Саманта. — Однако большинство идей, которые они разрабатывают, принадлежат Чейзу. Веришь или нет, но этот красавчик один из самых умных людей, которых я встречала.

— Каким был первый продукт, изобретенный им?

— «Избалованная киска» (п.п.: английское слово «pussy» имеет много значений, в данном контексте имеются в виду два из них: «киска/кошечка» и «вагина»).

Я замерла на месте.

— Что?

— Но теперь он известен как «Божественный воск», — Саманта рассмеялась, — и лицензирован в более чем пятидесяти странах мира.

— Чейз изобрел «Божественный воск»? Я слышала, что он просто потрясающий.

— Точно! — согласилась Саманта, а затем пояснила: — В колледже Чейз жил в братстве с кучей качков, некоторые из которых были просто помешаны на тренировках. На втором курсе парни начали участвовать в местных конкурсах по бодибилдингу, и должны были избавляться от растительности на теле при помощи воска. Так вот эти мускулистые крутые самцы скулили от боли, как девчонки, во время процедуры, и Чейз, то время работавший на полставки в химической лаборатории университета, придумал, как добавить анальгетик в воск. Таким образом после того как горячий воск был нанесен на грудь и спины парней они не чувствовали абсолютно ничего, когда через пару секунд его сдирали с их тела.

— А потом Чейз превратил его в продукт для женщин?

— Конечно, для этого потребовалось время. По Браун (п.п.: Брауновский университет принадлежит к числу старейших вузов США, является членом Лиги Плюща) поползли слухи, что один парень знает, как можно делать депиляцию воском без боли, тогда-то изобретение и получило название «Избалованная киска». Вечером Чейз появлялся в одном из женских клубов (п.п.: аналог братства) на территории кампуса, устраивал своеобразную презентацию продукции, а затем кадрил самую красивую девушку клуба. — Саманта рассмеялась. — С его привлекательной внешностью, умом и капелькой высокомерия это было для него легко. Такая комбинация не оставит равнодушной ни одну женщину.

«Это уж точно!»

— Круто! Что же было потом?

— На третьем курсе Чейз снабжал воском и другими своими продуктами Дакоту Каннинг — наследницу «Canning & Canning»…

— Фирму, которая входит в сотню лучших фармацевтических компаний?

— Ее самую, — подтвердила Саманта. — Думаю, Дакота рассказала отцу о воске, и с того момента дела пошли вверх. Через шесть месяцев воск был переименован, лицензирован и поступил в продажу. К моменту окончания университета Чейз заработал свой первый миллион.

— Потрясающе! — восхитилась я.

— Да, он словно Цукерберг только не с Facebook, а с вагиной, — хихикнула Саманта. — Сейчас у Чейза более десятка продуктов, химическую формулу которых он улучшил. Все они в основном находятся в сегменте «красота и здоровье», но также он изобрел лечебную мазь от ожогов. Большинство подобных мазей требуют многократного нанесения на чувствительную после ожога кожу, что причиняет пациентам мучительную боль и увеличивает риск заражения, а мазь Чейза достаточно наносить всего один раз в день.

— Невероятно!

— Точно. Только не говори Чейзу, что я тебе это сказала. — Саманта улыбнулась, а потом сменила тему. — Так как же вы с ним познакомились? Чейз вскользь упомянул о двойном свидании, но и только. Вытянуть из этого мужчины какие-нибудь подробности личного характера все равно, что проникнуть в Форт Нокс, а ведь мы знаем друг друга еще со школы.

— Это довольно странная история. Я была на скучнейшем свидании, когда, не выдержав, спряталась у туалетных комнат ресторана, чтобы оставить сообщение подруге, в котором просила срочно позвонить мне и сообщить о якобы возникшей чрезвычайной ситуации. Чейз подслушал меня и наградил парой нелестных эпитетов, сочтя, что я неправильно поступаю со своим кавалером, а спустя некоторое время просто подошел со своей подругой и подсел за наш столик.

— Он был знаком с твоим кавалером?

— Нет, он сделал вид, что мы с ним старые знакомые, а затем начал плести небылицы о наших школьных годах. Некоторые из его историй были настолько подробными и реалистичными, что я сама засомневалась, а не происходило ли это на самом деле.

— Очень похоже на Чейза. Помню, однажды, когда мы учились в старших классах школы, он вызвался написать сочинение за мою подругу Пейтон. Чейз передал его сочинение прямо перед началом урока, поэтому у нее не было времени прочесть ни строчки, прежде чем отдать учителю. Следующим утром Пейтон вызвал к себе школьный психолог, потому что преподаватель английского всерьез забеспокоился о ее здоровье и эмоциональном состоянии. Оказывается, Чейз сочинил совершенно безумную историю о том, как семья Пейтон отправилась в поход в лес. Там на них якобы напал кабан, а родители Пейтон были слишком пьяны, чтобы защитить ее от разъяренного зверя. То как подробно Чейз описал последующую после трагического инцидента поездку в больницу и накладывание на раны Пейтон швов не оставило у учителя сомнений, что все это произошло на самом деле.

— Вот об этом я и говорила! Тем вечером Чейз сочинил историю о нашем первом поцелуе в восьмом классе на школьных танцах, во время которого у меня пошла носом кровь. Она была настолько неправдоподобна, что трудно было не поверить в ее реальность.

— Говорят, что гениальность от сумасшествия отделяет тонкая грань, — с серьезным видом заявила Саманта, но заметив шокированное выражение на моем лице, расхохоталась. — Я шучу.

На выходе из парка Саманта остановилась и протянула мне руку.

— Было очень приятно познакомиться с тобой, Риз. Должна признаться, я была заинтригована, когда вчера вечером Чейз позвонил мне домой и попросил посодействовать тебе в поисках работы. Обычно он не смешивает личные и профессиональные отношения. Но теперь я понимаю, почему он так увлекся тобой. Ты — открытая, умная, с хорошим чувством юмора и за словом в карман не полезешь, как и сам Чейз.

— Ох… — Я смущенно замолчала. — Вообще-то у нас с Чейзом нет личных отношений, которые можно было бы с чем-то смешивать. После того странного двойного свидания мы виделись лишь однажды, когда вчера вечером случайно столкнулись в тренажерном зале.

— Да? — Саманта скептически взглянула на меня. — Тогда должно быть ты произвела на него хорошее впечатление, так как Чейз обычно не позволяет мне работать на стороне.

— Работать на стороне? — нахмурившись, переспросила я.

— Три года назад я ушла из рекрутинговой компании и теперь занимаюсь набором персонала исключительно для «Parker Industries», — объяснила Саманта.

— О! А я не знала… Ну, то есть, Чейз сказал, что знаком с крутым спецом, но я подумала, что ты работаешь и на него, и на другие фирмы.

— Это неважно, — улыбнулась Саманта. — Я рада, что он состыковал нас. Работая для «Parker Industries», я наладила хорошие связи с компаниями, занимающимися косметическими средствами для женщин. Я прозондирую почву и постараюсь выяснить, у кого есть свободные вакансии. В принципе, я уже знаю, кто мог бы быть заинтересован в новом бренд-менеджере (п.п.: спец, ответственный за общий маркетинг и продвижение товара определенной марки). Конечно, должность ниже, чем та, что ты занимаешь сейчас, но работа связана с разработкой абсолютно новой, так сказать с нуля, рекламной кампании для нескольких продуктов, нуждающихся в ребрендинге. При этом они ищут человека, который может приступить к работе как можно быстрее. Тебе это интересно?

— В эту пятницу мой последний рабочий день в «Fresh Look Cosmetics», дальнейших планов у меня пока нет. И я не из тех людей, которым нравится просто сидеть на месте, ничего не делая, поэтому я определенно заинтересована в подобном предложении.

— Отлично! Дай мне пару дней, и я посмотрю, что смогу сделать.

______________

Этим же вечером состоялось наше третье свидание с Брайантом, ну, или четвертое, если считать тот совместный поход в тренажерный зал.

Брайант пригласил меня к себе, чтобы накормить собственноручно приготовленным ужином и посмотреть вместе фильм. Учитывая, что он выбрал для встречи не общественное место, а уединенность своей квартиры, я понимала, что Брайант рассчитывал на то, что физическая (или интимная) часть наших отношений перейдет на новую ступень. До этого момента мы разделили лишь несколько страстных поцелуем, и на этом все.

Принимая душ, я размышляла, готова ли заняться сексом с Брайантом?

Стоит отметить, что я не была ни монашкой, ни распутницей. У меня не существовало строгих правил, диктующих, через какое количество обручей парень должен перепрыгнуть, прежде чем попасть в мою кровать. В моей жизни бывали и первые свидания, заканчивающиеся сексом, и четырехмесячные отношения, которые так и не добрались до этого момента. Все зависело от того, что в данный момент ощущалось для меня более верным.

Брея ноги, я пыталась понять, как на самом деле отношусь к Брайанту.

Да, он был во всех отношениях отличным парнем: тридцать один год, без детей или ненужного багажа прошлых семейных разборок, красивый, с престижной работой в качестве менеджера инвестиционного фонда, и, в отличие от многих мужчин, он не боялся открыто выражать свои чувства.

Вот так я размышляла, скользя лезвием бритвы по своему бедру, когда неожиданно поймала себя на том, что думаю уже совсем о другом мужчине.

Я убеждала себя, что это произошло из-за истории, которую Саманта рассказала во время ленча.

«В конце концов, я брею ноги, а Чейз усовершенствовал воск для депиляции, и именно поэтому я думаю в душе о нем, а не о парне, с которым у меня свидание».

Однако, намыливаясь, я вдруг вспомнила о пирсинге в соске Чейза, и позволила своей руке дольше, чем это было необходимо, вспенивать мыло на своей груди.

«Ну, ее же нужно помыть, верно?»

А глаза я в этом момент закрыла только потому, что мне было интересно представить, какое выражение появилось бы на его красивом лице, если б я зажала это колечко между зубами и потянула.

Остановить свою руку от путешествия в другие укромные местечки своего тела, было сродни подвигу, но я это сделала.

____________

По дороге к Брайанту я купила вино, которое ему нравилось.

— Ты потрясающе выглядишь, — открыв дверь, сказал он, а затем подарил мне сладкий приветственный поцелуй.

В это время из кухни раздалось жужжание зуммера, поэтому Брайант поспешил туда, сказав мне идти за ним.

Проходя через комнаты, я рассматривала обстановку. Квартира была чистой, современно обставленной, кое-где на стенах были развешаны картины. Если вспомнить, что прежние мои бойфренды самым лучшим украшением квартиры считали шестидесятидюймовую плазменную панель на стене, прогресс был налицо.

Сняв с кастрюли крышку, Брайант открыл коробку с ригатони (п.п.: паста, изготовленная в виде коротких толстеньких рифленых трубочек) и улыбнулся.