Босс Мэн

— Разве ты куда-то уходил?

— Где сегодня Брендон?

— Брайант, — автоматически поправила я. — Не знаю. У нас не было планов на вечер. Наверное, дома.

— Расскажи мне о нем.

— Зачем?

— Мне просто любопытно, какой мужчина может поймать твой интерес.

«Ты», — подумала я, но вместо этого ответила:

— Что ты хочешь узнать?

— Чем он занимается?

— Работает в сфере финансовых услуг. Управляет инвестиционными фондами и тому подобным.

— Какой его любимый фильм?

— Не знаю. Мы не настолько долго встречаемся.

— Он храпит? — Чейз явно сдерживался, чтобы не усмехнуться.

— А Бриджит храпит? — задала я встречный вопрос.

— Понятия не имею. Она не была в моей постели. И я больше чем уверен, что окажись ты в моей постели, я бы тоже не узнал, храпишь ты или нет.

— Почему? — удивилась я. — Ты так крепко спишь?

— Потому что со мной в постели ты бы точно не уснула.

— А-ха-ха, сама виновата, — рассмеялась я, — угодила прямиком в твою ловушку.

— Ты должна бросить своего Бакстера и угодить прямиком в мою постель, — серьезно сказал Чейз, вызывая у меня новый приступ смеха.

«И почему же я опять смеюсь, когда он только что предложил мне бросить моего парня и запрыгнуть к нему в койку?»

Рядом с этим мужчиной я полностью теряла способность здраво рассуждать.

— У тебя есть еще братья или сестра, кроме той, что беременна? — отсмеявшись, вернулась я к безопасной теме.

— Если ты пытаешься охладить мой пыл, то нашла верный способ, упомянув Анну.

— Учту на будущее, — ухмыльнулась я, делая глоток мартини.

— Кроме Анны других братьев и сестер у меня нет. А у тебя?

— У меня есть брат. Он старше меня на год. Живет в Коннектикуте недалеко от моих родителей.

— Вы близки?

— Ну, мы не ужинаем раз в неделю, как вы с Анной, но я бы сказала, что мы близки. Мой брат глухой, и как ты понимаешь, я не могу просто набрать номер, чтобы поговорить с ним. Но мы постоянно пишем друг другу сообщения и пользуемся «FaceConnect», где можно переписываться и видеть собеседника. Когда мы были моложе, то были неразлучны.

— Ничего себе! Ты, наверное, знаешь язык жестов?

— Нет, не знаю. — Покачала головой я. — Оуэн потерял слух в десять лет из-за… травмы и быстро научился читать по губам. Я училась вместе с ним. Вставляла беруши и притворялась глухой. Поэтому тоже хорошо освоила эту науку.

— В самом деле? — Глаза Чейза хитро сверкнули. — Ну-ка, прочти, что я сейчас скажу.

Чейз зашевелил губами, и я сразу поняла, что именно он произнес, но решила немного подшутить над ним.

— Ммм… не уверена, повтори.

Он снова зашевелил губами, но теперь акцентируя каждое слово.

«Ты должна пойти ко мне домой!», — повторил он.

— Извини, — ухмыльнулась я. — Наверное, потеряла хватку без практики.

Чейз запрокинул голову назад и расхохотался так сильно, что его горло завибрировало.

«Черт! Почему его кадык так меня возбуждает? Это долбаное адамово яблоко дразнит меня, прыгая то вверх, то вниз и хвастаясь!»

Прошло время убираться из бара, пока я не сделала то, о чем позже буду сожалеть по целому ряду причин.

Допив свой мартини, я встала из-за стола.

— Мне пора, — улыбнувшись, сказала я Чейзу. — Уже поздно, а я люблю рано приходить в офис, чтобы произвести на своего шефа благоприятное впечатление.

— Уверен, ты уже это сделала.

— Спокойной ночи, Чейз.

— Спокойной ночи, Лютик.

Глава 12

Риз

Субботним утром я проснулась, ощущая тревогу. Такого рода тревогу чувствуешь, когда готовишься пойти на свидание, которого с нетерпением ждешь. Только вот идти я собиралась не на свидание, а на работу, да еще и в свой выходной.

Желая умерить ожидания, я пошла на пробежку, а после решила принять прохладный душ, чтобы привести в порядок мысли. Закрыв глаза и позволив струям воды свободно падать на плечи, я принялась тихонько напевать. При обычных обстоятельствах это помогало обрести внутреннее равновесие, но сегодня, осознав, что напеваю песню Кайли Миноуг «Не могу выкинуть тебя из головы», я резко замолчала и открыла глаза. Мой взгляд тут же уткнулся в полудюжину косметических средств «Parker Industries», которые теперь заполняли полки моей душевой кабины и туалетной комнаты. Получалось, что я действительно не могла выкинуть Чейза из головы, так как он постоянно присутствовал не только в моих мыслях и в офисе, но и даже у меня в ванной.

Небольшая фиолетовая баночка, выглядывающая из-за шампуня, притянула мой взгляд.

«Скраб в некотором смысле означает обновление, верно? И если он способен очистить и обновить кожу, то почему бы не попробовать с его помощью очистить мысли? К тому же новые химические соединения, добавленные в средство Чейзом, якобы могли не только очистить кожу от омертвевших клеток, но и помочь регенерировать новые!»

В течение пятнадцати минут я нещадно скрабила тело, надеясь в процессе очистить свой ум от Чейза, и осталась совершенно недовольна результатом, и даже зла, если честно. Да, моя кожа стала невероятно мягкой и нежной, но на мыслях процедура никак не сказалась.

Накинув на обнаженное тело короткий шелковый халат, я направилась в спальню, чтобы увлажнить свою обновленную младенческую кожу лосьоном, а, запустив руку в ящик прикроватной тумбочки, где хранила свой любимый крем для тела, наткнулась на вибратор.

Если скраб не справился со своей задачей, то, возможно, мне поможет вибратор? Вдруг хороший оргазм — это именно то, что мне нужно, чтобы, наконец, перестать грезить о Чейзе? Прошло примерно восемь месяцев с тех пор, как я последний раз была с мужчиной. И скорее всего причиной того, что я так запала на красавчика босса стала моя долго подавляемая сексуальная неудовлетворенность.

«Конечно, так оно и есть!», — решила я, скинула халат, взяла из ящика своего приятеля на батарейках, легла на кровать и, положив его рядом с собой, закрыла глаза.

«Думай о Брайанте! — призывала я себя. — Он красивый, милый, он хочет тебя и он не твой босс…»

Но мои мысли неслись совершенно в другом направлении, заполняясь картинками того дня, когда я столкнулась с Чейзом в спортзале.

«Черт! Он великолепен!» — мысленно вздохнула я, но тут же себя одернула, распахивая глаза.

— Что ты делаешь, Риз?! Думай о Брайанте!

«Брайант… Брайант… Брайант…»

Я повторяла его имя, вспоминая, как на прошлой неделе он подарил мне цветы, просто так, без всякого повода, просто, чтобы вызвать мою улыбку. Как посылал мне милые сообщения: «Думаю о тебе…», «Надеюсь, мы скоро увидимся…», «Как поживает твоя киска?»…

«Стоп!»

Последнее было от Чейза. Только он мог послать подобное двусмысленное сообщение женщине, даже если в нем говорилось о кошке. И самое фиговое, что мне это почему-то нравилось.

Тихий гул вибратора расслабил меня, и я снова закрыла глаза, еще раз убеждая себя думать о Брайанте.

…капелька воды стекает по груди Чейза…

…минует проколотый пирсингом сосок…

…и движется вниз по накаченным мышцам пресса к…

«Прекрати! Брайант, Риз, Брайант!.. Брайант… Чейз… Чейз… Чейз…»

Разочарованный стон сам собой вырвался из моего рта.

Теперь мне было нужно не только перестать думать о своем боссе, но и избавиться от похотливых мыслей о нем. Кажется, сегодня я уже все перепробовала, так почему бы не попытаться просто поддаться прихотям своего тела, отпустив на волю фантазию?

— По крайней мере, этот способ принесет удовольствие, — пробормотала я, скользя рукой вниз по своему обнаженному телу.

_______________________

Оказалось, что Чейз жил в типичном для Нью-Йорка трехэтажном особняке с отделкой из коричневого песчаника — Браунстоун (п.п.: Кроме всем известных небоскрёбов, Нью-Йорк застроен так называемыми браунстоунами — шикарными каменными домами конца 19-го — начала 20-го веков. Браунстоун переводится как коричневый камень, хотя дома могут быть покрашены в разные цвета), а не в каком-то пентхаусе в небоскребе со швейцаром, как я предполагала.

Все в этом мужчине было не так, как я ожидала, и, идя по красивой тихой улице, обсаженной деревьями, я неожиданно поймала себя на мысли, что данное место как нельзя лучше ему подходит.

Лестница дома с тротуара круто поднималась вверх почти до второго этажа; входная дверь была массивной, из темного красного дерева с толстым закаленным стеклом. Поднявшись по ступенькам, я увидела внутри арочного проема три звонка, выстроившихся в ряд, и только под одним из них значилась фамилия Паркер. Сделав глубокий вдох, я нажала на звонок и стала ждать. Через минуту я позвонила еще раз, а когда и в этот раз никто не подошел к двери, посмотрела на часы.

«Без трех минут одиннадцать. Я приехала чуть раньше, но всего на несколько минут…»

Прошло еще немного времени, и мне стало ясно, что Чейза нет дома. Спустившись на несколько ступенек, я посмотрела на номер дома, который был написан на задней стороне третьей сверху ступеньки.

«Триста двадцать девять… Я определенно была в нужном месте. Возможно, я нажала не на тот звонок?»

Поднявшись к двери, я нажала на соседний звонок, и снова никакого ответа.

Вытащив телефон, я пролистала почту и открыла письмо от секретаря Джоша, содержащее информацию о сегодняшней встрече, чтобы проверить себя, хотя и была убеждена, что приехала по нужному адресу. Помню, как я удивилась, обнаружив, что номер дома Чейза совпадает с номером моей квартиры.

Пробежав глазами письмо, я, наконец, поняла, в чем состояла проблема.

«Оденься комфортно, приходи голодной и принеси с собой только свою креативность. Встретимся в 1!»

В первый раз я невнимательно просмотрела сообщение и приняла восклицательный знак за еще одну единицу.

«Черт, я приехала на два часа раньше!»

Я была уже на полпути вниз, когда услышала позади себя лязг отпирающегося замка, обернулась и замерла, увидев за открывшейся дверью Чейза в одном полотенце, обернутом вокруг бедер.

— Нет-нет. — Я покачала головой на предложение Чейза зайти. — Это мой косяк. Я приехала на два часа раньше. Уверена, у тебя есть дела, да и я найду, чем заняться, а потом вернусь к назначенному времени.

— Ерунда, Риз. — Положив руку на плечо, Чейз мягко, но настойчиво препроводил меня в дом. — Ты останешься. Я пойду наверх и оденусь, а потом приготовлю нам что-нибудь поесть. — Он указал на огромную гостиную. — Располагайся. Я скоро вернусь.

Я кивнула и сделала все возможное, чтобы не таращиться на его почти обнаженное тело, но с треском провалилась.

«В конце концов, я же не железная!»

Украдкой взглянув на его грудь, я опустила взгляд вниз, где и задержалась на заметной выпуклости под полотенцем, и Чейз конечно это заметил.

— Хочешь, чтобы я остался прямо так? — поинтересовался он, вопросительно вздернув бровь.

Смущенно потупившись, я качнула головой и прошла в гостиную, чтобы скрыть свой румянец.

Думаю, я слышала, как Чейз хихикал, поднимаясь по лестнице.

Оставшись одна, я воспользовалась возможностью осмотреться. Центральное место комнаты занимал большой камин, на полке над которым стояли фотографии. Я брала в руки каждую и внимательно их рассматривала.

На первой был запечатлен момент окончания Чейзом колледжа. Взрослая пара, вероятно, его родители, гордо сияли, что было видно даже на фото. Сам же Чейз, все с теми же растрепанными волосами, криво усмехался. На остальных снимках были другие члены семьи, присутствовало там и его фото с мэром, но мое сердце украла последняя фотография. Это была сонограмма, сделанная, судя по дате, две недели назад пациентке по имени Анна Паркер-Флинн. Пару дней назад во время веселого часика Чейз жаловался на свою беременную сестру, но в то же время он вставил в рамку снимок ее будущего ребенка.

Продолжив исследовать гостиную, я заметила позади дивана альков с самыми высокими окнами, которые я когда-либо видела — примерно три метра в высоту, и это учитывая, что начинались они сантиметрах в семидесяти от пола. Окна были декорированы панелями из свинцового стекла, и солнечный свет, преломляясь, распадался на спектр цветов, создавая причудливый и красивый эффект призмы, словно в калейдоскопе, по всей комнате.

Под окном располагались встроенные книжные полки, и я подошла ближе, чтобы посмотреть названия книг. Многое можно узнать о человека по тому, что он читает.

«Стив Джобс: Американский гений», Стивен Кинг, Дэвид Балдаччи, классика и — такого я точно не ожидала — «Наши ценности под угрозой: нравственный кризис Америки» Джимми Картера.

Одетый Чейз вошел в гостиную и застонал, когда в тот же момент раздалась трель его мобильника. Извинившись, он сказал, что должен ответить на международный звонок, но я, конечно, не возражала, сама ведь вторглась в его дом на два часа раньше. И к тому же мне было интересно еще немного пошпионить за его личной жизнью.

Пока Чейз резко разговаривал с кем-то по телефону в соседней комнате, я взяла в руки потрепанную, видавшую виды акустическую гитару «Gibson», стоявшую в углу алькова.

Я перебирала струны, и этот звук навевал старые воспоминания. Когда мы с Оуэном были детьми, у нас была такая же гитара. Инстинктивно я начала наигрывать аккорды песни «Битлз» «Дрозды». Прошло много лет с тех пор, когда я играла ее в последний раз, но все же мелодия с легкостью лилась из-под моих пальцев.

Закончив играть, я подняла голову и обнаружила, что Чейз стоит в арочном проеме гостиной, наблюдая за мной. Обычно, выражение его лица было легко прочесть, но сейчас оно было непроницаемым, и даже суровым. Он просто, молча, смотрел на меня, и я подумала, что, наверное, взяв в руки эту гитару, перешла какие-то невидимые границы.