Огненный король

– Они же, как вы сказали, руководители города, – напомнила Света.

– А я – вторая ветвь семьи Арма.

Он снова ожидал от нее понимания, которого не было и в помине. Неужели так сложно запомнить, что это не ее мир, она тут вообще ничего не знает и все эти разговоры про ветви делу не помогут?

Однако Света была благодарна ему. Ее жизнь превратилась в хаос, и она нуждалась в Наристаре с его спокойствием, чтобы не сойти с ума.

– Не спеши радоваться, – посоветовал он. – Я не собираюсь спасать тебя просто так. Но и жена мне не нужна.

Час от часу не легче! Да, он казался безобидным. Но здесь ведь все по-другому, и внешность может быть обманчива.

– Тогда зачем я вам? – удивилась Света.

– Я ведь сказал тебе, что вижу все, – напомнил Наристар. – Днем и ночью. Красный гарем – город мужчин. Даже уважаемым женщинам здесь не дозволено гулять по ночам. Ты говоришь, что одна ходила, и даже направила тебя ко мне. Но я ни разу не видел, чтобы кто-то из женщин нарушал комендантский час. А ты не врешь, я вижу, ты видела ту женщину. Я не понимаю, что происходит. Во всем, чего я не понимаю, я должен разобраться.

Глава 7

Повелитель льда

Это была удивительная женщина. Чем больше времени Дана проводила в ее комнате, тем сильнее убеждалась в этом.

Начать следовало хотя бы с того, что многочисленные платья в ее гардеробной лишь на первый взгляд казались обычными. Когда Дана взялась рассматривать их, она обнаружила нечто невероятное: каждое из них было настоящим трансформером. Под длинными пышными юбками скрывались кожаные брюки, шорты или удобные укороченные штанишки. Корсет можно было ослабить без помощи служанок, вернув свободу движениям. Кружевные цветы убирались, оставались только плотные, защищающие руки рукава. Во многих платьях были тайные карманы, расположенные во внутренней части юбки. К тому же, подол во всех нарядах был достаточно длинный, чтобы скрыть мягкие кожаные сапоги, заменявшие туфли на каблуке. Вне всяких сомнений, Эмилия Легио все это сшила сама – или, правильнее сказать, сконструировала. С помощью этих платьев она могла выйти на улицу уважаемой дамой, а если возникала угроза, избавиться от лишних тряпок и убежать или защитить себя.

Скорее, защитить, потому что оружие у нее тоже было. Только скрывалось оно не в ножнах, а в коробке с украшениями. Браслеты таили в себе лезвия, серьги превращались в отмычки, а из длинного многослойного ожерелья при желании можно было сделать полноценный и вполне опасный хлыст.

– Кем же ты была?… – задумчиво произнесла Дана, рассматривая портрет на стене.

Эти вещи предназначались не для беременной, потому что Дане они подходили идеально. Сейчас это было очень кстати, и она благодарила свою неизвестную предшественницу за то, что та дала ей возможность обойти законы Красного гарема.

А еще – за подсказки. Записка про зеркала была первой, но далеко не единственной в этой комнате. Так, в кармане одного из платьев был спрятан клочок бумаги со словами: «Узнай, откуда приходит их сила».

Дана сильно сомневалась, что записки предназначены ей – они с Эмилией разминулись лет на тридцать. Но и говорить о них Амиару она пока не собиралась: раз он не заходил в комнату матери, значит, не готов был принять ее прошлое.

Девушка даже не была уверена, что ей можно здесь находиться. Они это не обсуждали. Просто когда Амиар покидал дом, она приходила в спальню. Ей казалось, что она достаточно осторожна: хлопок двери предупредит ее, что он вернулся, и она успеет замести следы.

Однако она определенно недооценила мага. Он вошел в комнату как раз в тот момент, когда она закончила застегивать длинное бежевое платье, расшитое подсолнухами – эти цветы часто мелькали в окружении Эмилии.

– Так и знал, что ты здесь, – усмехнулся Амиар. Он, похоже, не злился, так что начало было не худшее.

– А мне нельзя?

– Думаю, раз я тебе не запретил, то и возмущаться нет повода.

– Здесь было не заперто…

– Я привык жить один.

– Это не мешает тебе запирать другие комнаты, – заметила Дана.

– Потому что там ворам есть чем поживиться. А тут – нет. Это просто место памяти.

Да уж, плохо он знал свою мать… Дана лишь укрепилась в решении не говорить ему про записки.

– Надеюсь, ты не сердишься, что я надела ее платье? – спросила она.

– Да мне без разницы. Не приписывай мне лишнюю сентиментальность, я просто знаю, что это вещи моей матери. Я ничего не чувствую по этому поводу. Тут оставили эту комнату, потому что так она просила в завещании – ее единственная воля. Мне несложно, свободного места и так хватает! Так что забирай ее платья. И вот это забирай.

Он небрежно бросил ей небольшую деревянную коробочку, которую Дана лишь чудом не уронила. Несмотря на пренебрежительное отношение мага, внутри скрывалось удивительной красоты кольцо: из белоснежного металла, с нежно-голубым камнем, на дне которого словно застыла радуга. Было видно, что оба цвета достигнуты не искусственно, это работа природы, хотя ничего подобного Дана раньше не видела.

На пару секунд она замерла, заворожено рассматривая украшение. Амиар не торопил. Он наблюдал за ней, прислонившись плечом к двери.

– Это подарок? – наконец сумела произнести девушка.

– Вынужденный. Сегодня я официально подтвердил клану, что беру тебя в жены. С этого дня ты моя невеста, будешь носить кольцо. Оно традиционное, моя мать носила его до свадьбы, так что это не конкретно для тебя.

– Ты такой милый, что я аж дышать не могу, – пробурчала Дана.

Кольцо было маленьким, игрушечным казалось. Девушка сомневалась, что оно подойдет ей, пока не надела – и оно оказалось ровно впору. Скорее всего, без магии тут не обошлось, потому что металл был теплым.

Она знала, что это просто условность и не имеет никакого значения, но все равно улыбнулась. Вроде как договор, втайне заключенный ими, был подписан; Амиар доказал, что он на ее стороне.

– Я могу осмотреть город? – полюбопытствовала она, не сводя глаз с кольца.

– Это обязательно?

– Сам попробуй несколько дней взаперти сидеть!

Тут она преувеличила: она находилась здесь всего два дня, да и то ей было чем заняться. Но постепенно замкнутое пространство начинало давить. Сюда даже слуги не приходили! Правда, на состояние дома это никак не влияло. Каждое утро комнаты были прибраны, а кухня – наполнена едой. Дану незримое присутствие посторонних несколько напрягало.

Но не пугало. Она привыкала к новой жизни, хотя не готова была признать, что это навсегда. Город манил ее все больше, ей недостаточно было того, что она видела за окном.

– Я могу походить одна, если ты не хочешь меня сопровождать, – предложила девушка.

– Плохая идея, чего и следовало ожидать.

– Эй! Я же теперь официально невеста!

– Поверь мне, я это знаю лучше других, – усмехнулся Амиар. – Но, во-первых, ты неуправляема. Во-вторых, в городе недавно убили нелюдя, и пока мы не знаем, кто это сделал. Лучше одной не шататься.

– Тогда ты погуляй со мной. Я же вижу, никто взаперти не сидит! – Дана указала на окно, за которым прогуливались жители Красного гарема.

– Если я откажу, ты ведь не отстанешь, не так ли?

– Нет, – с готовностью подтвердила девушка.

– И, скорее всего, попытаешься выйти сама, несмотря на мои запреты?

– Есть такая вероятность, – уклончиво ответила Дана. – Видишь? Тебе проще быть со мной, чтобы ты точно знал, что я делаю.

– Ладно, – с видом мученика согласился Амиар. – Собирайся. Но это ненадолго!

– Как скажешь, любимый!

– И не глумись.

Сборы как таковые ей были не нужны. Поскольку маг позволил ей забрать платья Эмилии, Дана была вполне готова идти в том, что сейчас было надето на ней. Она сомневалась, что Амиар знает о необычных свойствах этих платьев, но и говорить ему не спешила.

Они покинули дом вместе. Дана сама прильнула к нему, взяла под руку, словно была влюблена до безумия. Маг выглядел равнодушным, но девушка уже усвоила, что это просто хорошая маскировка, которая положена представителю Великого Клана.

Теперь она могла разглядеть город, который во время побега из дворца видела лишь мельком. Дома здесь были похожими, но не одинаковыми – все из камней теплого цвета, в упрощенном средневековом стиле. Сады при них если и были, то крохотные, и различие между статусом владельцев определялось в большей степени тем, где находился дом. Чем ближе к дворцу – тем больше власти.

У домов росли цветы, а на некоторых перекрестках располагались зеленые парки, фонтаны и искусственные озера. Здесь многие жители отдыхали, и сейчас, в разгар дня, город смотрелся вполне мирно. Если, конечно, не поднимать глаза к небу без солнца…

Дана хотела снова спросить об этом, но вовремя остановила себя. Она знала, что Амиар не ответит.

Даже при том, что земли было мало, а камней – много, зелени в Красном гареме хватало. Лианы разных оттенков увивали стены, почти все подоконники были заняты цветами. Когда между ними мелькали птицы и бабочки, Дана не придавала этому большого значения.

Пока не подошла поближе и не увидела, что бабочки искусственные. Они были сделаны из ажурных, тонких, как бумага, шестеренок, двигались легко и даже взлетали в воздух. Одну из них Дана попыталась поймать, но Амиар перехватил ее руку.

– Все нужно цапнуть? Как ребенок, честное слово.

– Я посмотреть хотела, а ты все испортил, – пожаловалась девушка.

– Без пальцев останешься – не до зрелищ будет. Это бабочки клана Арма. И они тут не для украшения.

– Что здесь вообще для украшения?

– Женщины.

– Сексист! – заявила Дана.

Хотя и понимала, что он прав. За время их прогулки она не увидела ни одной женщины, гуляющей без сопровождения. Мысль о том, что ей предстоит провести здесь несколько месяцев, не радовала.

Но ведь Эмилия как-то справлялась! Да еще и беременная, и совсем одна…

– Расскажи о своей матери, – тихо попросила Дана.

– Это еще зачем?

– Пожалуйста! Мы с ней вроде как оказались в одинаковом положении… Судя по ее комнате, она была необычным человеком.

– Тут мне сказать нечего, я ведь говорил тебе, что не помню ее, – вздохнул Амиар. – И то, что я знаю, я знаю от других людей. Что толку от таких сведений?

– Все равно, это лучше, чем ничего! И нет, просто так я не отстану.

Он бросил на нее укоризненный взгляд, но отказывать не стал. Дана не ожидала, что победа будет такой легкой, и была рада этому.

Имя Эмилия Легио мать Амиара получила в день свадьбы. Как ее звали до этого – он не знал, да и не интересовался. Зато ему было известно, что до Красного гарема у нее была не очень счастливая жизнь. Родной брат лишил ее квартиры, родители не стали заступаться, и она порвала отношения с семьей. Чтобы спастись, выскочила замуж, быстро забеременела.

Тот ребенок был единственным живым существом, которое она любила, в отличие от случайного мужа. Поэтому когда она потеряла малыша на пятом месяце беременности, горе подвело ее к грани безумия. Она решила, что жить дальше просто нет смысла. Поддавшись отчаянию, Эмилия попыталась покончить с собой, прыгнув с моста.

А оказалась в Красном гареме. Она была достаточно молода и красива, чтобы дочери мадам Колинэ выбрали ее. А еще у нее нашлось одно огромное преимущество перед другими девушками: она никого не оставила в прошлой жизни, ни по кому не тосковала. Поэтому она радовалась новому старту, шла на аукцион с гордо поднятой головой.

То ли в награду за это, то ли по чистой случайности ей повезло. Ее выкупил глава дома Легио, Амарканд. Чаще всего такие браки заключались по необходимости, но их случай стал уникальным. Эмилия сразу была наделена всеми привилегиями представительницы Великого Клана. Муж любил ее, что было большой редкостью для Красного гарема.

Но счастье долго не продлилось – Амарканд погиб совсем молодым. Как и почему это случилось, его сын рассказывать отказался, а Дана не стала давить. Она ведь не жена ему, да и не будет настоящей женой… Она решила уважать его секреты.

Лишившись покровителя, Эмилия быстро поняла, что в доме Легио ей не рады. Она сама вызвалась переехать обратно в Красный гарем, потому что знала, что туда представители этого могущественного клана приезжают редко. Тут она и жила до родов – в доме, где когда-то была счастлива.

В день, когда родился Амиар, она умерла. По сути, они так и не встретились.

– Неужели не было такой магии, которая могла бы ее спасти? – возмутилась Дана. – И не магии даже… двадцать первый век все-таки!

– Тогда был двадцатый. А магия – это не божественное провидение. Тот, кто должен умереть, все равно умрет.

– Ты говоришь так, будто тебе не жаль!

– Не вижу смысла жалеть о том, что от меня никогда не зависело, – рассудил Амиар. – Она умерла, а я… не оправдал надежд, скажем так. Что случилось дальше – ты в общих чертах знаешь от Катеньки. Он, конечно, трепло знатное, но суть должен был передать правильно.

– Надеюсь, я не обидела тебя?

– Нет.

Вряд ли все было так однозначно, но делиться с ней переживаниями он точно не собирался.

Перед ними уже возвышался мост. Они дошли до окраины города, и теперь оставалось только спуститься вниз с крутого холма, чтобы попасть туда.

Дана хотела этого. Было определенное торжество в том, чтобы оказаться на этом месте снова, уже свободной… почти свободной. Была и легкая грусть при воспоминании о Лизе, а еще – надежда узнать хоть что-то о серебряной пелене.

Амиар не возражал против такого маршрута, просто принял его как данность. Но попасть к мосту они все равно не успели, потому что наперерез им с соседней улицы двинулась светлая фигура.

Не узнать Катиджана было невозможно – и благодаря любви к белоснежной одежде, и за счет расслабленной походки, которая мгновенно запоминалась. Он двигался и вел себя как хозяин всего города, что наверняка раздражало окружающих.

– Просто проходи мимо, – мрачно посоветовал ему Амиар.

– Как же так? – показательно удивился второй маг. – Это было бы ложью. Я намеренно подошел к вам, чтобы увидеть прекрасную Дану!

– Посмотрел? Теперь вали отсюда.

– Не жадничай, друг мой. Ты должен быть счастлив, что она досталась именно тебе, – отметил Катиджан. – Это определенно больше, чем ты заслуживаешь. Но я уважаю мнение Даны, хоть и считаю, что она не права.

Он смотрел только на девушку, но говорил для Амиара. Дану его сомнительные комплименты не радовали, однако она продолжала улыбаться. Ей ведь положено изображать смиренную невесту!

– Вы помолвлены? – Катиджан указал на ее обручальное кольцо. – Уже? Хотя понимаю, понимаю, я бы тоже не стал тянуть с таким. Лучших невест чаще всего крадут!

Амиар даже не пытался следовать его примеру и изображать вежливость:

– Шел в бордель? Вот и иди.

– Я шел к вам, потому что хочу сделать подарок Дане. Раз ей предстоит прожить жизнь в компании не самого приятного человека, хороший старт ей не повредит!