Враг моего врага…

– Да-да… я сейчас… – засуетился хлыщ, с которого словно ветром сдуло всю его храбрость и наглость. – Я уже…

– Ага, уже! – Торрес слегка задел хлыща плечом, отчего того раскрутило вокруг оси, словно детский волчок. – Убери свою колымагу с моего пути – мне ехать надо!

Не обращая более никакого внимание на владельца «хаммера», Торрес забрался в кабину «Горностая» и запустил движок. Мягко загудела атомная турбина, наполняя машину своей мощностью, включилась передача заднего хода, и тяжёлый бронированный вездеход слегка сдал назад, отодвинув задним бампером мешавший ему «хаммер». Никакого возмущения на сей раз не последовало, и Торрес был этим обстоятельством доволен. В противном случае, ему бы пришлось применить оружие, а поднимать шум раньше времени онтариец не хотел.

«Горностай», развернувшись прямо на перекрёстке, двинулся дальше, вглубь городских кварталов. Торресу было хорошо известно об определённых пристрастиях Ройе, поэтому он направил свой вездеход в сторону так называемого «квартала удовольствий». Подобные места можно было встретить на многих планетах, а уж на вольных мирах им было – не перечесть. В Висталине такой квартал был один, но увеселительных заведений там было немало. Собственно говоря, Рауль не возражал против наличия подобных мест, где и вправду можно было неплохо поразвлечься, если бы в подобных кварталах были нормальные заведения, то есть, для лиц традиционной ориентации. Выросший на Онтарио, чьи жители исповедовали, в массе своей, неохристианство, Рауль Торрес крайне негативно относился ко всяким половым извращенцам, которым, по его личному мнению, давно было пора устроить неплохой такой Экстерминатус. Однако такой задачи перед ним никто не ставил.

Миновав ещё несколько кварталов Висталина, охотник за головами остановил свой вездеход перед очередным перекрёстком и огляделся, заодно запустив сканирование местности. То, что Ройе будет находиться в подобном квартале, онтарийцу было понятно, вот только где именно искать алмистонца – это был хороший вопрос. Ройе явно воспользовался прокатным каром, а здесь Раулю ничего не удалось выяснить. Оставался ещё один вариант, но он требовал от охотника за головами времени и определённых технических манипуляций. И именно им он сейчас и собирался воспользоваться.

Проехав перекрёсток и свернув с дороги, Торрес остановил вездеход на небольшой площадке, предназначенной для стоянки транспортных средств – как раз два таких средства там сейчас и находились – и заглушил двигатель, включив стояночный тормоз. Отстегнув предохранительный ремень, онтариец вылез из-за руля и пробрался в заднюю часть кабины, откуда через небольшую узкую дверцу можно было попасть в заднюю часть вездехода, в которой помещался небольшой полевой центр управления. Войдя туда, Торрес задвинул за собой дверцу и первым делом включил генератор щита, который тут же окутал «Горностая» мультиэнергетическим силовым экраном, который был непреодолим для любого объекта размером больше молекулы. После этого онтариец уселся перед небольшим пультом и надел на голову ажурную полудугу вириала управления.

Набрав некую комбинацию на сенсорной панели, Торрес внимательно сверился с возникшими на небольшом трёхмерном экранчике справа от себя данными, которые, судя по довольному выражению лица онтарийца, были вполне удовлетворительными. Переведя взор на экран, который транслировал панораму с камер внешнего обзора, Рауль удостоверился, что поблизости нет никаких посторонних любопытствующих лиц, после чего нажатием сенсорной клавиши открыл небольшой люк в крыше «Горностая». Следующая короткая команда, набранная охотником на сенсоратуре, активировала небольшое, внешне похожее на онтарийского озёрного воробья, летающее устройство, которое плавно и совершенно бесшумно – ибо на антигравитационном приводе – выскользнуло из вездехода и исчезло в вечернем небе над Висталином.

Разумеется, в использовании Торресом данного устройства крылось нарушение законов его родной планеты, а именно – гражданское лицо не имело никакого права пользоваться полицейскими или военными технологиями. СПУ (следяще-поисковое устройство) «Око» было разработано для групп специального назначения полиции Онтарио и за обладание им Торресу на родной планете могли светить штраф на довольно приличную сумму и до семи лет заключения в криотюрьме на третьем спутнике Онтарио – Медли. Но на Онтарио Торрес был в последний раз более пяти лет назад, а на других мирах использование «Ока» никак не регламентировалось.

Охотник за головами внимательно всмотрелся в монитор, транслировавший данные, передаваемыми СПУ. «Око» могло обнаружить любой биологический разумный объект, используя различные данные – биометрические параметры, пси-оттиск, полевые флуктуации и прочий набор параметров. Обмануть «Око» было крайне затруднительно, и для этого требовалось специальное оборудование, но у Ройе его быть не могло, и Торрес это отлично знал. Поэтому для СПУ обнаружить алмистонца труда не составляло, если только он действительно находился в Висталине.

Прошло пятнадцать минут. «Око» исправно передавало на монитор, развёрнутый перед Торресом, получаемые им со своих сканеров данные, но пока что обнаружить искомый объект ему не удавалось. Однако охотник был достаточно терпелив, к тому же, интуиция редко когда подводила Рауля.

На исходе восемнадцатой минуты поток поступающих на монитор данных внезапно резко изменился. Торрес довольно хмыкнул и, зафиксировав местоположение искомого объекта, приказал СПУ возвращаться назад.

«Оку» удалось обнаружить Ройе, и теперь Торрес держал путь в сторону той части города, в которой располагался «квартал удовольствий». Вряд ли сейчас алмистонец собирался покидать столь приятный для него притон порока, коим являлся публичный дом под красноречивым названием «Тысяча и одно удовольствие». Ему в данный момент было не до того. Как раз на руку охотнику за головами.

Вездеход, миновав ещё несколько кварталов, на очередном пересечении улиц свернул направо и остановился перед устьем довольно широкой улицы, по обе стороны которой тянулись шеренги зданий совершенно определённого характера, о чём свидетельствовали вывески над ними. Правда, нужно было заметить, что не все строения здесь являлись публичными домами. Взгляд Торреса различил несколько вывесок казино и кантин, которые тоже принадлежали к разряду дарящих удовольствие заведений, только несколько иного характера. Пробормотав про себя какую-то фразу на хассианском (этот язык, наряду с инишири и лагошским, по части ругательств имел мало конкурентов среди других галактических языков), Рауль медленно двинул свою машину вперед по улице, следуя по проложенному СПУ маршруту, заканчивающемуся как раз возле веселого дома со звучным названием «Тысяча и одно удовольствие».

Искомое строение обозначилось почти через километр от начала улицы. Это было довольно приличных размеров четырёхэтажное здание, выстроенное в классическом аманарском стиле – либо архитектор сам был родом с Аманара, либо ему нравилась архитектура гуманоидов-аманарцев. Изящные резные башенки по краям здания, полукруглые окна с лепниной, арочный вход, над которым красовались фигуры совокупляющихся в разных позах гуманоидов, тяжёлые двери из байкальского железного кедра – всё это весьма гармонично сочеталось с друг другом и говорило о том, что у строителей этого здания имелось понятие о вкусе. Аманарская архитектура в этой части Галактики пользовалась большой популярностью, так что ничего удивительного в том, что публичный дом на Риссе был выстроен в аманарском стиле, Торрес не видел.

По своему личному опыту онтариец хорошо знал, что в подобных местах нравы царят очень весёлые. Это, кстати, демонстрировала в данный момент сцена у входа – или выхода, смотря с какой стороны посмотреть – в публичный дом. Тяжёлые двери из байкальского кедра были распахнуты настежь и трое дюжих охранников, один из которых не являлся не только представителем рода homo, но даже гуманоидом, как раз сейчас пытались выкинуть на улицу какого-то бритого налысо здоровенного мужика, на поясе которого висела пустая кобура из-под бластера. Самого оружия видно не было – значит, отобрали.

Притормозив перед входом, Рауль заглушил двигатель «Горностая» и вылез наружу. Никто не обратил на охотника ни малейшего внимания – троица костоломов тщетно пыталась утихомирить буяна, который был слегка подшофе, да и сложением его духи космоса не обделили. Получалось это у них не очень, даже несмотря на то, что один из охранников – тот самый негуманоид – являлся представителем расы баладжи, похожих на обросших древесной корой четырёхруких лемуров, родная планета которых – Тагон – располагалась на противоположной стороне спирального рукава. Баладжи внешне выглядели физически слабыми из-за своего худощавого телосложения, но Торрес отлично знал, что это было не так. Однажды на Амаре онтариец стал свидетелем того, как внешне щуплый баладжи двумя ударами отправил в глубокий нокаут здоровенного шовела с Лиммиргара-VI. Вообще, никогда не стоило судить о ксеносах на основании лишь одного внешнего облика. Зачастую это могло привести к фатальной ошибке.

– … не до конца! – донеслось до ушей Торреса. – Нахера я тогда заплатил такие деньги за то, чтоб оторваться на полную?! Или у вас не бордель, а храм?!

– Трахать девок у нас можно и нужно, – раздался в ответ голос одного из громил – человека ростом почти с Рауля, в левом ухе которого болталась платиновая серьга в виде черепа со скрещёнными костями, – а вот бить их не дозволяется. На кой хер кулаками стал махать?

– Она не захотела в жопу давать! – рявкнул лысый. – Это же бордель – что такого в моём желании?! Ваши шлюхи должны отрабатывать свои деньги, мать вашу так-перетак!

– Если девушка не захотела того, что хотел ты – значит, она этого не хочет! – назидательно прогудел крепко сложенный хассианец, одетый в некое подобие военной формы хассианского штурмового пехотинца, на правом бедре которого виднелась кобура с бластером. – А за распускание рук тебе придётся не только свалить отсюда к фрайгу, но и заплатить заведению за ущерб!

– Трахни себя в рот! – зло выплюнул лысый, пытаясь вывернуться из рук охранников. – Я приехал сюда шлюху отыметь – и я же ещё и плати за что-то?! Обосрётесь!

– Что за шум, а драки нет? – спросил, подходя к весёлой компании, онтариец. – Помощь нужна?

– Пошёл ты..! – выругался лысый, сплюнув в сторону Рауля.

– Нихера себе! – притворно изумился Торрес. – Я всего-то задал вопрос – и что я слышу в ответ? Оскорбление?

– Да тебя вообще не спрашивают, курва лысая! – взбеленился клиент публичного дома. – Чего лезешь не в своё дело?! Отсоси!

– Вежливости – полные штаны! – усмехнулся охотник за головами. Его тяжёлый кулак опустился на голову задиры, отчего тот сразу же заткнулся. – Тебя тихо-мирно просят угомониться, а ты только масла в огонь подливаешь! Ребята же могут и разозлиться, а тогда уже по-хорошему дело не закончится!

– А ты-то кто такой, говно пережаренное?! – прохрипел лысый, всё ещё не оставляя попыток вырваться из рук вышибал. – В хайло с ноги давно получал?!

– Доводилось пробовать пережаренное говно? – онтариец вроде несильно пнул ногой лысого, но тот сразу же согнулся пополам, повиснув на руках вышибал. А вы бы не повисли, получив ногой в тяжёлом армейском полуботинке сорок пятого размера по яйцам? Вот-вот. – Ты не в той весовой категории, чтобы меня в хайло, как ты выразился, ногой пинать!

– Ну что, сучонок – получил по шарам? – участливо осведомился хассианец, наподдав лысому коленом в копчик. – Давай, гони монету!

– Хрм… аргх…

– Сколько этот сын кугхры должен за причинённое беспокойство? – спросил Торрес, обращаясь к хассианцу, который тут явно был за старшего.

– Нанесение побоев, причинение ущерба собственности госпожи Нере, оскорбление охранников при исполнении, сопротивление – пять сотен амавийских лир, короче, – отозвался хассианец.

– Это справедливо. – Торрес резко встряхнул лысого и быстро сунул руку в один из карманов куртки, в котором намётанный глаз Рауля различил очертания бумажника. Лысый попытался было взбрыкнуть копытами, но тут же получил от баладжи по спине и затих. – Не брыкайся, падла – дольше проживёшь!

Распахнув потёртый бумажник из недорогой синтекожи, Торрес выудил оттуда пять купюр достоинством в сто лир каждая и протянул их вышибале-человеку. Тот быстро спрятал деньги во внутренний карман своего жилета-разгрузки – именно жилета, так как настоящей разгрузкой эта имитация не являлась. Такую можно было купить в любом магазине охотничье-рыболовных принадлежностей лир за десять-пятнадцать. Бумажник после этого онтариец водворил на место и окинул лысого презрительным взглядом.

– Полагаю, что этого достаточно, – спокойно произнёс Рауль. – Теперь вали отсюда и не вздумай валять дурака.

Лысый, которого вышибалы выпустили из цепких рук, зло смерил Торреса долгим взглядом, однако вид импульсного пистолета с потёртой рукоятью явно свидетельствовал о том, что затевать свару с онтарийцем будет очень глупой идеей.

– Бластер верните, суки! – просипел лысый. – Я за него двести лир на Потомаке заплатил!

– На, жертва! – вышибала-человек протянул лысому бластер устаревшей дакотской модели QD-36. – Забирай и проваливай отсюда нахер!

Лысый резким движением выхватил бластер из рук вышибалы и сунул его в кобуру. Зло покосившись на спокойно наблюдавшего за ним Торреса, он сплюнул онтарийцу под ноги и вразвалку засеменил прочь от публичного дома.

– Спасибо за помощь, приятель! – хассианец внимательно оглядел Торреса с головы до пят. – А то Шакани его уже собирался грохнуть! Вот же гниды попадаются!

– Бывает, – безразлично отозвался Рауль.

– А ты сам чего тут забыл? – подозрительно прищурился хассианец. -Девчонку решил отыметь или как? По виду ты – вылитый охотник за головами…

– Так и есть, – Рауль счёл, что самой лучшей политикой в данной ситуации будет сказать правду. – Рауль Торрес, независимый хэдхантер с Онтарио. Ищу одного соко.

– Так-так! – прищурился хассианец. – И почему же ты решил, что этот соко должен находиться именно здесь, а?

– СПУ, – коротко пояснил Торрес.

– СПУ. – Хассианец переглянулся со своими напарниками. – Понятно. И ты собираешься войти внутрь и вытащить этого типа из тёплой кроватки?

– Мне похер, тёплая она или холодная! – резко ответил Рауль. – Мне заплатили за этого паскудыша и я должен довести своё дело до конца! Зря я, что ли, пёрся сюда аж за триста пятьдесят светолет?!

– Не пойми нас неправильно, парень – мы ничего против тебя не имеем, -примирительно выставил вперёд обе ладони инопланетянин. Хассианец явно не был дураком и прекрасно понимал, что охотник за головами войдёт внутрь публичного дома так или иначе, но если в случае с «так» вышибалам ничего не грозило, то вариант «иначе» мог привести, как минимум, к переломам и выбитым зубам. И это в лучшем случае. – Но в этом заведении приняты свои правила, которые запрещают всяческие разборки внутри него. Таково личное указание госпожи Нере.

– Я не собираюсь устраивать в вашем заведении маленькую войнушку, парни, – усмехнулся Торрес. – Я просто войду внутрь и выну этого мудака оттуда, где он сейчас находится. Если вас это успокоит – я вам могу отдать на это время свой импульсник.

– Да ты и без импульсника кого хочешь на части порвёшь! – хохотнул вышибала-человек. – Как по мне, так ничего плохого в твоих действиях я не вижу. А, Сьёсс?

Хассианец пожал плечами и протянул руку в сторону онтарийца.

– Ладно, приятель – давай сюда свой пистолет, – сказал ксенос. – И всё остальное тоже.

– Остальное? – прищурился охотник.

– Не строй из себя дебила – тебе это не идёт! – хассианец сузил свои раскосые серо-синие глаза. – Или я, по-твоему, херово вижу, э?

– Я не знаю, а ты и в самом деле херово видишь?

– Шутник, тля! – выругался хассианец – разговор все четверо вели на стандартном галактическом. – Нож свой десантный сюда давай! И ЭМ-револьвер, что под курткой прячется!

– И про нервайлер тоже не забудь, – добавил уроженец Тагона, которого звали Шакани, указывая двумя левыми руками на Торреса.

– Это всего лишь парализатор!

– А парализатор уже не считается оружием? – прищурился баладжи. -Согласен, что это не суггестор, но я знаю пару рас, представителей которых можно и нервайлером грохнуть. Так что давай, не ерепенься, друг.

Торрес молча пожал плечами и вытащил из-под куртки небольшой серый пистолетик с узким стволом, который протянул лемуроподобному ксеносу. Баладжи молча принял парализатор из рук охотника и так же молча кивнул ему своей узкой вытянутой головой на входную дверь.

– Заходи, – произнёс хассианец, делая приглашающий жест. – Если вдруг захочешь пёхаться – готовь бабки! Сто пятьдесят лир минимум!

Вышибала с платиновой серьгой в ухе издал короткий смешок.

– Я б тебе посоветовал натянуть одну красотку, Джитара её звать, -посоветовал он Раулю. – Она – талассианка, если тебе это о чём-то говорит. Стоит, правда, аж четыреста лир, но поверь – она этого стоит. Трахается просто фантастически!

– Пробовал? – понимающе усмехнулся Рауль.

– А то! Чай, не гроши зарабатываем! Ты имей в виду, если что!

– Я здесь не за этим, приятель, – добродушно прогудел охотник за головами. – В другое время – может быть. Но не сегодня.

И, кивнув всем троим вышибалам, Торрес уверенным шагом пересёк порог «Тысячи и одного удовольствия».

Пространство Южной Галактической Периферии,

окраина необитаемой звёздной системы 7025-WSK-9878-HY,

борт космического корабля класса боевого фрегата «Малкадар».

В космическом пространстве величаво плыл серо-жёлто-коричневый шар газовой планеты размерами раз в пятнадцать больше любой планеты класса земного типа, окружённый сильно развитой системой колец. Ниже их плоскости виднелся один из спутников – небольшой планетоид, состоящий из водяного льда и окружённый слабо светящимся ореолом слабой атмосферы, состоящей, в основном, из водяного пара. С той позиции, в которой сейчас находился фрегат устаревшей солбурнской модели «Звёздный Ястреб», борта которого украшали опознавательные знаки планеты Коммал, которую населяла родственная людям раса пельтов, хорошо был виден один из крупных спутников газового гиганта, чей диаметр равнялся почти девяти с половиной тысячам километров и который населяла раса гуманоидов, только-только начавшая входить в промышленную эру. В радиусе действия корабельных детекторов не фиксировалось ни одного звездолёта, что было и неудивительно – система 7025-WSK-9878-HY находилась вдалеке от космических коммерческих линий, почти на самом краю так называемой Нейтральной Территории, что расположилась между мирами Байкальского Союза и Союзными Системами Денгара, высокоразвитой цивилизацией не обладала и ничем интересным не отличалась. О том, что газовые гиганты, коих в системе было два, богаты гелием-3, а планеты земного типа и некоторые спутники и астероиды довольно богаты полезными ископаемыми, было известно байкальским косморазведчикам, но никаких действий по проникновению в эту звёздную систему правительство Байкала пока не предпринимало. Не в первую очередь, из-за того, что Денгар тоже имел виды на эту часть космоса. А воевать с Союзными Системами Байкал не собирался. В Галактике хватало бесхозных миров и без этой системы.

Сидящий в своём мидель-кресле шеф-пилот «Мертасседа» уроженец далёкого Зетикса – главной планеты звезды 61 Лебедя, неведомо какими ветрами занесённый так далеко от своего родного мира, равнодушно скользнул взглядом по газовой планете и её кольцам, отчётливо видными в створе главного мультихроматрона, и повернул голову в сторону отошедшей в стену бронированной двери, что перекрывала вход в расположенный в хорошо защищённой надстройке в центральной части звездолёта командный отсек.

– Есть новости, Харо? – спросил вошедший в отсек управления одетый в полувоенную форму мужчина среднего роста, с аккуратно подстриженной бородой и собранными на затылке в «хвост» длинными чёрными волосами, левую сторону шеи которого украшала традиционная татуировка воинов-пельтов. Приблизившись к главному пульту управления, он встал в полуметре от зетиксианца и внимательно оглядел панель.

– Пока ничего, босс, – отозвался шеф-пилот фрегата Харо Наратта, не отрывая глаз от приборов. – Ни одного корабля поблизости.

– Гиперсканер?

– Молчит. Если «Кэлхаун» и движется сюда в подпространстве, то наш сканер его не видит. Причин тому может быть насколько, босс…

– Я знаю, Харо, – Кирел Пенгари, командир отряда наёмников под красноречивым названием «Чистильщики», слегка поморщился – иногда его шеф-пилот любил вдаваться в ненужные подробности Если сканер дальнего действия не видит идущий в джамп-режиме звездолёт, значит, он его не видит. Придёт время – увидит, а до той поры не стоит забивать голову всякими техническими терминами. Пенгари, к сожалению, пилотировать космические корабли не умел – его способности лежали совсем в иной сфере. И сфера эта приносила ему и его «людям» (в кавычках – потому что не все наёмники принадлежали к гуманоидам) неплохой доход, во всяком случае, это позволило несколько лет назад обзавестись самым настоящим военным кораблём, пусть и списанным, но всё же военным. Не чета переделанному карго, на котором раньше передвигались наёмники!

Отряд наёмников Кирела Пенгари «Чистильщики» занимался, в основном, ликвидацией всевозможных бандформирований, не дающих спокойно жить честным разумным, иногда подписываясь на охранные мероприятия по временной схеме. Фактически, «Чистильщики» являлись самой настоящей частной военной компанией – ЧВК – и работы у них хватало. И не только на Южной Периферии. Планет, у которых были проблемы со всякими отморозками и не было достаточно военной силы для их решения, в Галактике было не так уж и мало. Конечно, к мирам Корпоративного Правления Эльсинора это не относилось, но на КПЭ свет, как говорили люди, клином не сошёлся. Совсем недавно, к примеру, ЧВК Пенгари работала на Эфароне – планете, находящейся в сфере влияния небольшого государства под названием Звёздный Союз Морабинда и Шарони, что располагалось западнее миров Союзных Систем Денгара, за границей Южной Периферии. Местные власти обратились к «Чистильщикам», известность которых, к слову говоря, распространилась далеко за пределы Периферии, за содействием в решении проблемы местных мятежников из так называемого «Революционного Фронта Национального Возрождения», пытающихся вооружённым путём свергнуть законное правительство Эфарона и наместника ЗСМШ, чтобы установить, как они декларировали, «народно-революционную диктатуру». Скорее всего, лидеры РФНВ просто-напросто начитались когда-то писанины основоположников неосоциализма фарадейца Бейкера Теодора Маккарти и локианца Хейво Курикки. Иначе объяснить их действия было сложно. Но из-за того, что коренные жители Эфарона – гуманоиды-ронайи – в массе своей, жили небогато, зерно, брошенное лидерами инсургентов, дало некоторые всходы. Кое-кто из ронайи решил, что Звёздный Союз несправедливо распределяет доходы и вообще проводит по отношению к их родному миру колониальную политику – и дело понеслось. Сначала были мирные антисоюзные демонстрации, потом в ход пошли бластеры и ЭМ-автоматы, затем на Эфароне появились вооружённые отряды мятежников из вышеупомянутого «Фронта», провозгласившие курс на свержение законного правительства. Морабинда и Шарони сами являлись отнюдь не теми мирами, которые могут позволить себе масштабную военную акцию по усмирению мятежников, но деньги на услуги ЧВК Союз нашёл. «Чистильщики», прибыв на Эфарон, первым делом нанесли несколько орбитальных ударов по лагерям РФНВ, благо, инсургенты не обладали системами аэрокосмической обороны, затем «Мертассед» высадил десант на главной базе мятежников – взвод тяжёлых байкальских шагоходов «Палач», которые разнесли лагерь РФНВ на мелкие щепки. Довершили разгром повстанцев штурмовики «Адский Гром», после чего местным силам правопорядка оставалось лишь подчистить за наёмниками…

Харо Наратта невозмутимо пожал плечами – дескать, моё дело сообщить – и снова повернулся к пульту.

– Босс, – подал голос со своего места помощник Пенгари амавиец Илларион Голиков, – а ты вообще в курсе, чего хочет от нас Хадда? Вроде как тёрок с Гильдией у нас никогда не было…

– Не имею ни малейшего представления, – отозвался пельт. – По закрытому каналу мне всего лишь пришло сообщение от его правой руки Маркуса Кэссиди, в котором сообщалось о месте встречи с «Кэлхауном». Что на уме у проционца – я не знаю. Но вроде как ничего плохого не должно быть – мы действительно никогда не перебегали Гильдии дорогу. Наши сферы деятельности совсем не пересекались в прошлом, и надеюсь, не будут пересекаться и в будущем.

Пенгари был совершенно прав. Базирующаяся на Бордиане Гильдия Вольных Стрелков, сиречь, наёмников, руководимая проционцем Даскаром Хаддой, тоже неведомо как очутившемся в столь отдалённых от его родного мира – Проциона-VII, что обращался вокруг второго компонента этой двойной системы, тусклого белого карлика Проциона В – системах, специализировалась на предоставлении услуг несколько иного рода. Заказные убийства, выбивание долгов из тех, у кого возникали проблемы с памятью (взять в долг – взял, а отдавать почему-то позабыл), хэдхантерские услуги, охрана важных персон – словом, никакой конкуренции между «Чистильщиками» и стрелками Хадды не было и быть не могло. И всё же проционцу что-то понадобилось от Пенгари. Но вот что – пельт пока не понимал. Хочет предложить совместный проект? Но какой? Сферы деятельности Хадды и Пенгари всё же отличались друг от друга, так что пока ничего пельту не было понятно.

Голиков хотел было что-то сказать, но Наратта вдруг предостерегающе поднял вверх левую руку, правой быстро набирая на сенсоратуре какие-то команды.

– Харо? – Пенгари внимательно всмотрелся в зетиксианца.

– Сканер дальнего обнаружения фиксирует изменение метрики гиперпространства, – спокойным голосом, но с некоторыми напряжёнными нотками, отозвался Наратта. – В нашу сторону в джамп-режиме движется какой-то звездолёт, скорость – порядка пяти и сорока двух сотых. Включаю идентификатор… – Пауза. – Идентификация получена. Корабль класса крейсера постройки верфей Дакоты. Данные… данные… Это «Кэлхаун», босс.

– «Кэлхаун». – Пенгари хмыкнул. – Понятно… Лар – отправь кого-нибудь на третью посадочную палубу. Пусть всё приготовят для приёма шаттла с крейсера. И пусть будут вооружены по обычной схеме… на всякий случай…

– Да, босс! – кивнул Голиков.

«Кэлхаун» вынырнул из «изнанки Вселенной» через четыре с небольшим минуты, проявившись в обычном космосе всего лишь в двух мегаметрах от фрегата «Чистильщиков». Пельт усмехнулся при виде столь явной демонстрации пилотского мастерства – знаем мы, знаем, что у Гильдии пилоты не ковыряют пальцем в носу, но и мы тоже кое-что можем. Однако вслух ничего не сказал.

Клиновидный звездолёт, чья длина составляла почти километр, описал практически идеальную полудугу и замер в пространстве в двухстах километрах от «Мертасседа». Щиты крейсера были опущены, что должно было свидетельствовать о мирных намерениях «Кэлхауна», и Пенгари оценил это по достоинству – фрегат тоже отключил защитное поле и деактивировал тяжелотактные турболазерные батареи. Всё-таки, если здесь был какой-то подвох со стороны Хадды и Кэссиди, фрегат класса «Звёздный Ястреб», несмотря на то, что корабли этого типа Солбурн не производил вот уже почти столетие, мог выдержать без щитов несколько попаданий ракет с обычными боеголовками или пару – с термоядерными, а также продержаться до трёх минут под жёстким лазерным обстрелом. Так что здесь гильдийскому боевому звездолёту ничего не светило. Хотя во враждебных намерениях посланца Хадды Пенгари сомневался. Столь сложную комбинацию проционцу не было нужды выдумывать – достаточно было прислать в систему Одарк Синтура, на одной из планет которой – Лоссере – базировались «Чистильщики», космический бомбардировщик.

Над панелью тактического мультихроматрона развернулся трёхмерный видеоэкран, в створе которого возникло изображение командного мостика крейсера с Бордиана, и на пельта воззрился длинноволосый мужчина лет тридцати пяти, с расчёсанной и заплетённой в две длинные косички по бальдурианской моде бородой.

– Командир Кэссиди, – Пенгари вежливо склонил голову к правому плечу, как это было принято у представителей его народа. – Рад видеть вас в добром здравии.

– Командир Пенгари. – Кэссиди коротко кивнул уроженцу Коммала. – И я рад вас видеть. Как добрались сюда?

– Нормально, – отозвался пельт. – А вы?

– Да, в общем, тоже неплохо.

Воцарилась неловкая пауза. Пенгари настороженно глядел на проекционный створ мультихроматрона, то же самое делал и бальдурианец.

– Зачем Хадде понадобилось назначать мне встречу в этой части космоса, Кэссиди? – задал прямой вопрос Пенгари. – У меня нет проблем с Гильдией Вольных Стрелков…

– Никаких проблем, – подтвердил Кэссиди. – Просто Хадда не всегда доверяет гиперсвязи и именно поэтому он решил использовать меня в качестве курьера. – Бальдурианец усмехнулся. – Включите ЗАС-канал. Я передам вам информационный пакет от босса.

– Лар.

Помощник командира «Чистильщиков» молча кивнул в ответ, подтверждая, что он всё слышал, и быстро набрал на своём пульте команду для активации зашифрованного канала связи с крейсером Кэссиди.

На передачу зашифрованного пакета данных ушло чуть более четырёх секунд. Пенгари, личным кодом активировав дешифровальное устройство, вывел содержание инфопакета на экран мультихроматрона.