Враг моего врага…

Большой ствол, готов или нет.

Большой ствол, сейчас выстрелит.

(Из песни группы AC/DC «Big gun»).

Несколькими днями ранее,

Пространство Южной Галактической Периферии,

в одиннадцати световых годах восточнее Венамиса,

система коричневого карлика М-класса Стоун,

вторая планета системы – Джемисон.

Прилетевшая со стороны полуразвалившегося пакгауза, что мрачной серой массой возвышался по ту сторону узкого канала с грязной стоячей водой, кластерная граната ударилась о мостовую из дасфальта и взорвалась, окатив всё в радиусе двадцати метров потоком поражающих элементов из вольфрама. Но вреда никому не причинила – облачённые в бронекостюмы солдаты, вооружённые бластерами, лучемётами и лазеружьями, были надёжно укрыты бронёй «рапторов», так что смертоносный вольфрамовый «дождь» лишь прошёлся по корпусам транспортёров. Почти сразу же спаренная лазерная турель на одном из БТРов развернулась в ту сторону, откуда прилетела граната, и обрушила на пакгауз шквал разрушительных зарядов. Лазерные лучи выбили все оставшиеся стёкла и проделали несколько дополнительных отверстий в стене пакгауза.

– Вот же поганые твари! – в сердцах ругнулся рослый гуманоид, державший в руках лучемёт, чей боевой шлем был убран в бронированный воротник. – Ведь знают же, что им жопа, но всё равно пытаются нам носы на жопы натянуть! Соко!

Одна из закованных в броню фигур слева от ксеноса шевельнулась и лазеружьё в её руках слегка качнулось стволом вниз. Боевой шлем сложился веером и втянулся в воротник бронекостюма, открыв взорам лицо светловолосой привлекательной молодой женщины, с лица которой внимательно смотрели серьёзные серые глаза.

– Тирик Нальто прекрасно понимает, что отсюда ему некуда деваться, -спокойно проговорила Инара Шепард, быстро выглядывая из-за борта «раптора». Тут же со стороны пакгауза прогремела автоматная очередь – стреляли из масс-драйверного оружия. Пули выбили из бронированного корпуса транспортёра сноп искр, заставив женщину нырнуть назад в укрытие. – Кто-нибудь – выбейте уже нахер этого снайпера! Задрал уже, мать его так!

Сразу трое солдат открыли пальбу из своих лазганов, осыпав предполагаемое местонахождение снайпера шквалом лазерного огня. Попали они или нет, осталось неясным, но автоматчик прекратил стрельбу.

– Вот же сволочь! – Инара сплюнула на грязное дорожное покрытие. – Сюда бы разрушитель сейчас – вмиг разнесли бы всю эту конуру вместе с этими дебилами!

– Твой отец строго-настрого запретил убивать хассианца, – проворчал гуманоид с Ригеля-VI, имя которого было Халрон Дана. – А если босс так сказал – значит, так и должно быть.

– Должно-то оно должно… – Инара жестом приказала двоим солдатам взять пакгауз под прицел гранатомётов. – Да вот только мне уже вся эта канитель надоела до чёртиков! Сколько там ещё у Нальто людей?! Три взвода?! Пять?! Мы на семнадцатом пирсе полторы дюжины его боевиков сожгли – он их что там, клонирует, что ли?!

– Нальто всегда отличался трясучестью за собственную шкуру! – проворчал солдат, что находился слева от Инары. – А после того, как он подосрал Синдикату на Омикроне-II, он вообще без взвода охранников никуда не выходил!

– Не надо было ему связываться с «Ореолом», – спокойно проговорил Дана. – Знал же, гнида патлатая, что у Бульдозера свои претензии к Териусу, так ведь нет – влез, куда не просили! Теперь сиди и не пищи уже!

– Командир! – окликнул Инару один из её бойцов – невысокий инсектоид-ирокини с Ризу-VII. Говорил он, разумеется, через лингвер, так как его вокабулярный аппарат не был в состоянии произнести звуки, понятные большинству гуманоидов, а родной язык ирокини походил на смесь дребезжания и писка. – Похоже, к нам приближается какой-то летательный аппарат! С северо-востока и на большой скорости!

– Это не может быть ни один из наших! – уверенно произнесла Инара. – Крейсер висит на орбите, и я не давала приказа на вылет истребителям!

– Бомбер на десять часов! – раздался чей-то крик; в следующую секунду денгарийка увидела вынесшийся откуда-то из-за стоящих у дальнего пирса морских судов космический бомбардировщик астраханской модели «варан». Резко включив торможение, пилот боевой машины тут же развернулся носом к «рапторам» Тёмного Синдиката.

– Всем в укрытие! – заорала Инара, подхватываясь на ноги и заращивая шлем. Она слишком хорошо понимала, что произойдёт в следующее мгновение.

Но на сей раз руководитель службы безопасности Тёмного Синдиката Инара Шепард, дочь босса этого самого Синдиката денгарца Алана Шепарда по прозвищу «Бульдозер», ошибалась. «Варан» не стал стрелять по стоящим на набережной канала БТРам, а, повисев так пару секунд, резко качнул носом и развернулся в противоположную сторону. В носовой части боевой машины распахнулись люки, из которых выдвинулись тяжёлые 20-миллиметровые масс-драйверные пулемёты «шквал».

Раздавшийся вслед за этим звук живо напомнил Инаре звук работающей циркулярной пилы – в свободное от управление Тёмным Синдикатом время Бульдозер занимался изготовлением скульптур из различных пород древесины, которые пользовались большим спросом у коллекционеров, ибо денгарец слыл довольно хорошим мастером. Стена пакгауза будто взорвалась под стальным ливнем, левая сторона здания просто-напросто рухнула на пирс, подняв в воздух облако густой сизой пыли.

– Это ещё что за херня такая?! – прохрипел Дана, непонимающе глядя на висящий в воздухе штурмовик.

– Череп – вот что это за херня! – коренастый винзили с Каламира ткнул стволом своего лазгана в сторону висящего в воздухе звездолёта. – Похоже, хассианец не только Синдикату подосрал, раз по его душу Череп заявился!

– ..! – выругалась Инара на языке обитателей седьмой планеты Мораала. -Чего тут Данилов забыл?! У него-то какие могут быть тёрки с Нальто?!

Недоумение и злость Инары вполне можно было понять и объяснить. Наёмный убийца с планеты Кальдерон, что располагалась на самом краю Карибской Впадины, Даррен Данилов по прозвищу «Череп», ранее никогда не перебегал дорогу Бульдозеру и даже ни разу не работал на Тёмный Синдикат. У кальдеронца была свою специфика, от которой он не отходил. Однако в Галактике всё меняется, поэтому никто не мог сказать, почему Череп прилетел на Джемисон за Тириком Нальто и чем именно хассианец обратил на себя внимание наёмного убийцы с Кальдерона. Но факт оставался фактом – звездолёт Данилова, носящий название «Прометей» и переделанный из астраханского бомбардировщика класса «варан», висел в паре десятков метров от солдат Тёмного Синдиката, паря в воздухе на антигравах.

– Привет, красотка! – раздался в наушниках встроенного в боевой шлем коммуникатора грубоватый голос кальдеронца. – Надеюсь, я не слишком помешал твоим планам насчёт этого синерожего засранца?

– Череп, – спокойно произнесла Инара, вскидывая своё лазеружьё на плечо. – Чем обязана твоему неожиданному визиту?

– Если я скажу, что мне страшно захотелось увидеть твои похожие на самарийские кинжалы серые глаза, то ты однозначно не поверишь! – хохотнул Данилов. – Поэтому я вынужден сказать тебе горькую правду вместо сладкой лести и приторной лжи – я здесь из-за того мудака, который сейчас тщетно пытается выползти из вон того сарая, волоча за собой перебитое копыто!

– А по какой причине ты по его душу заявился на Джемисон? – спросила Инара.

– Да понимаешь ли… – Данилов притворно тяжело вздохнул. – Эта хассианская паскуда сделал подлянку одному очень достойному чел… э-э… инопланетянину с Дармала, который обратился за содействием в поимке Нальто. Так уж получилось, что доверенное лицо этого господина с Дармала вышло на меня и я принял это предложение. Да и заплатить дармалец пообещал хорошо, а мне сейчас как бы деньги нужны…

– И поэтому ты влез в дело, касающееся Тёмного Синдиката? – усмехнулась Инара. – Думаешь, мой отец будет доволен этим обстоятельством?

– Если будет нужно, я лично принесу Бульдозеру свои извинения, – в голосе Данилова явственно послышался металл. – Не моя вина, что этот сучонок ещё и вам подосрать успел.

– Если ты успел заметить, Данилов, – спокойным голосом произнесла денгарийка, – преимущество на нашей стороне. К тому же, на синхроорбите висит крейсер…

– И что толку от твоего крейсера, Инара? – в наушниках раздался саркастический смешок кальдеронца. – Ну, врежет он по порту – и что? Он же этим залпом разнесёт вас всех, а меня – ещё не факт. «Прометей» не так прост, как тебе кажется, девочка!

Инара сердито сдвинула брови, чего, впрочем, под шлемом никто не увидел. Даррена Данилова она знала несколько лет – приходилось пересекаться – и к его манере вести с ней разговор она уже привыкла. Но позволять ему продолжать в том же духе Инара вовсе не собиралась.

– Не наглей, Череп! – сурово произнесла денгарийка. – Ты что, забыл, с кем разговариваешь?!

– Разве можно такое забыть?! – раздалось в ответ. – С самой прекрасной убийцей в обозримой части Галактики – вот с кем я сейчас разговариваю!

Инара в ответ на эти слова кальдеронца лишь покачала головой.

– Грубая лесть, Череп. Я – не убийца.

– Скажи это тем соко с Селестины, которых ты и твои штурмовики оставили лежать с дырками в их тупых бошках в посадочном доке орбитального терминала Галвестона! – хохотнул Данилов. – Или Форагу Сси, которого выловили вблизи двенадцатого спутника Хицта с разбитым лицевым щитком шлема! Список, вообще-то, длинный…

– … и мне нет нужды напоминать всех этих ублюдков! – перебила кальдеронца Инара. Причём таким тоном, что Череп сразу заткнулся. – Ты хочешь попасть в этот список, Данилов? Сомнительная честь, но, по крайней мере, ты сможешь гордиться тем, что на тебя обратила внимание самая прекрасная убийца в обозримой части Галактики… правда, посмертно. Возможно, тебе это придётся по нраву – а возможно, и нет. Решать тебе.

В наушниках что-то неразборчиво пробормотали – Инара, во всяком случае, разобрала несколько весьма непотребных ругательств на языке обитателей Андура-XII.

– В общем, так, Данилов – раз Нальто тебе тоже не чужой и ты понёс некие расходы и неудобства, связанные с поисками хассианца, Синдикат возместит нанесённый тебе моральный ущерб, – не терпящим возражений тоном проговорила Инара. – Полагаю, что сумма в семьсот тысяч денгарских марок будет вполне достаточной для этого. Но хассианец отправится на Тобин. А своему нанимателю с Дармала можешь передать, что Тирик Нальто получит заслуженное от Тёмного Синдиката. И чтобы у него не возникло сомнений в том, что ты говоришь правду, а не посыпаешь ему уши космической пылью, я передам тебе свою личную голографическую подпись. Ты прекрасно знаешь, что подделать её невозможно.

Несколько секунд в наушниках не было слышно ни единого звука, затем кальдеронец с притворно-тяжёлым вздохом произнёс:

– Только лишь потому, что в твоём присутствии у меня сердце начинает стучать сильнее, я соглашаюсь на эти условия! И даже готов понести некоторые финансовые потери!

– Что-то лично мне кажется, что у тебя стучит вовсе не сердце, а кое-что другое, и это кое-что другое расположено гораздо ниже сердца! – усмехнулась Инара. – А насчёт финансовых потерь – уж не хочешь ли сказать, что озвученная мною сумма недостаточно велика для того, чтобы компенсировать твои затраты?

– Я этого не говорил, Инара! – Данилов снова помолчал. – Хорошо, пусть будет так, как ты говоришь. Я сажаю корабль…

– Не здесь, Данилов. Поднимайся на орбиту и стыкуйся с крейсером. Борт своего корабля не покидать, жди меня. Я передам тебе деньги и голографическую подпись.

– И больше ничего? – в голосе кальдеронца Инара явственно услышала ироничные нотки.

– Ты не в моём вкусе, Череп! – усмехнулась денгарийка. – Мне не нравятся лысые мужики! Так что губёнку-то не раскатывай – закатывать обратно иногда бывает очень больно!

– Узнаю дочку Бульдозера! – расхохотался наёмный убийца. – Вся в папашу! Ладно, пусть будет так – мне недосуг спорить с дочерью Шепарда! Так можно и без башки остаться! Я поднимаюсь на орбиту!

– Очень мудрое решение! – спокойно прокомментировала слова Данилова Инара.

«Прометей», подняв тучу пыли, резко взмыл в холодное серое небо Джемисона и спустя пару секунд исчез из виду.

– Так, все за дело! – Инара жестом приказала солдатам двигаться по мосту через канал в сторону полуразрушенного пакгауза. – Если этот хассианский инвалид от нас ускользнёт – вы все целый год будете собирать дерьмо летучих мышей на Рустуме!

Зная, что у Инары Шепард слова никогда не расходились с делом, солдаты Синдиката торопливо принялись перебираться через канал по узкому мосту из альфабетона. «Рапторы», порыкивая турбинами, покатили в том же направлении, прикрывая пехотинцев своими лазерными орудиями. Денгарийка, оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто более не угрожает её людям, махнула рукой Халрону Дане и тому самому винзили с Каламира, которого все почему-то звали на людской манер – Джим, хотя настоящее имя инопланетянина было Джафатту Пермин, чтобы те следовали за ней. Оба помощника шефа СБ Тёмного Синдиката, перехватив поудобнее свои лазганы, зашагали по бокам от Инары, прикрывая её от возможного нападения.

Система оранжевой звезды Меннара,

четвёртая планета – Рисса,

окрестности вольного города Висталин.

Мне не нужно твоё прощение.

Мне не нужна твоя ненависть.

Мне не нужно твоё согласие.

Так что же мне делать?

Ты сказал, что я пожалею.

Но это не так.

Бах! Ты труп!

Сдохни, гнида, сдохни!

Сдохни, гнида, сдохни!

Сдохни!

(Из песни группы Dope «Die, motherfucker, die»).

Что такое вольный город? На этот, казалось бы, простой вопрос сейчас, в LXXXVII веке Атомной Эры, ответить не так просто. Если отталкиваться от основ немецкого права, существовавшего на планете-прародине человеческой расы задолго до того, как первый человек сумел выйти за пределы поля тяготения Терры, то получается, что этим термином называется город, являющийся самостоятельной территориально-политической единицей, независимой от государственного образования, территорией которого он был окружён. Однако в случае с Висталином такое толкование было верно лишь отчасти, ибо этот город, построенный представителями различных галактических рас на планете Рисса около 7780 года А. Э., хоть и являлся самостоятельной административно-территориальной единицей, расположенной вблизи космопорта Ашшарва, принадлежащего планетарным властям (надо заметить, что Риссу населяла негуманоидная кислорододышащая раса земетту – земноводные существа с радиальной симметрией, стоящие на высокой ступени развития), но своего правительства не имел. Он вообще не имел никакой администрации, в привычном нормальным разумным понимании этого слова, поскольку его население состояло, в основном, из тех, кого на любой планете Корпоративного Правления без промедления бы запихнули в криокамеру тюремного транспорта. Городом управлял так называемый Совет Круга, состоящий из наиболее авторитетных криминальных деятелей, обосновавшихся в Висталине. Законники земетту в происходящее в городе не вмешивались, что было его жителям только на руку. Но пришельцы из других систем ни о чём подобном не говорили и никому из обитателей Висталина ничего такого не обещали. И сидящий в приближающемся к городской черте со стороны космопорта антрацитовом шестиколёсном вездеходе не был исключением из этого правила. Тем более, что он, этот сидящий в вездеходе, являлся охотником за головами, которого на Риссу привели некие обстоятельства. Для него – вполне нормальные, для того, кого он разыскивал – не очень нормальные. Но ведь как известно, всем не угодишь.

Охотника за головами, который приближался к городу, звали Рауль Торрес, и происходил он с планеты Онтарио, что располагалась почти на самом «верхнем» краю Внешнего Рукава, а на Риссу его привели дела. «Дела» звались Рой Ройе и сей вызывающий сожаление господин разыскивался властями пары десятков систем за различные преступления, как-то: вооружённое ограбление, убийство, рэкет, контрабанда незаконных технологий и вооружений – словом, список этот, если мерить критериями Полиции Безопасности Корпоративного Правления, тянул на виселицу/газовую камеру. Однако Торрес выслеживал Ройе совсем по другому поводу. Онтарийца для поисков и поимки изворотливого мерзавца с Алмистона нанял один из банковских воротил планеты Лагри. Ройе всегда отличался чрезмерно большой любовью к плотским удовольствиям, а на Лагри он, так сказать, совместил приятное с полезным. Если быть кратким – алмистонец совратил несовершеннолетнюю дочь этого самого воротилы (лагрианцы, к слову, являлись родственной людям расой) и при этом основательно подчистил активы почтенного господина Сегера Бето. Надо ли говорить, что лагрианец основательно рассвирепел, причём потеря внушительной денежной массы, эквивалентной – в пересчёте на амавийские дензнаки – двумстам пятидесяти миллионам лир, здесь играла второстепенную роль. Сегер Бето поклялся душами предков, что обязательно найдёт и собственноручно прибьёт мерзавца, совратившего его дочь, но супруга банкира уговорила его не совершать необдуманных поступков. В конце концов, в Галактике немало разумных, занимающихся выслеживанием и поимкой таких негодяев, и Бето, чуток поостыв, согласился с этими доводами. Его доверенное лицо вышло на Рауля Торреса и предложило онтарийцу от имени семьи Бето пятьдесят миллионов амавийских лир за поимку Ройе. Что затем станет с алмистонцем делать охотник за головами, Бето не волновало – за одним-единственным исключением: банкир с Лагри потребовал от Торреса прислать ему труп мерзавца, неважно, в каком виде. Услышав это требование заказчика, Торрес лишь пожал плечами и сказал доверенному, что господин Бето получит мерзавца. В каком виде – это уже будет зависеть от обстоятельств.

Мощный шестиколёсный вездеход известной байкальской марки «Горностай», тяжело вздохнув пневматическими тормозами, остановился в десятке метров от устья неширокой и темноватой улицы – на этой широте южного полушария Риссы уже наступал вечер, однако уличное освещение пока ещё никто не включал. Хотя, быть может, его здесь и не было вовсе, хотя зоркий взгляд Торреса заметил расставленные через неравномерные промежутки кривые покосившиеся столбы с обшарпанными плафонами, в которых сиротливо торчали не совсем подходящие для освещения городских улиц маломощные криптоновые лампы. Ну, иного от Висталина онтариец и не ожидал.

Несведущие в подобных делах разумные могут спросить – а как именно охотник за головами собирался искать в этом довольно немаленьком городе, чьё население составляло, без малого, триста тысяч жителей, относящихся к различным разумным расам, этого самого Роя Ройе? Но именно несведущие. Для Торреса же такой проблемы не стояло. Существовали различные источники информации – от самых обычных сплетен до межзвёздной информационной компьютерной сети Интерстар, которая, правда, в этой части Галактики работала с глюками и безбожно тормозила. Сказывалось отсутствие мощных гиперпространственных ретрансляторов, что, впрочем, не мешало копаться в безбрежном информационном океане, пусть и с глюками и багами.

Торресу было известно о наличии у Ройе собственного космического корабля – скифа амавийской постройки класса «двадцатитонник», тип «Гермес». Войти на сервер диспетчерской космопорта на Лагри, откуда стартовал Ройе, для Торреса не составляло труда благодаря одной хитроумной программке, которую изготовил по его заказу четыре года назад один весьма одарённый в области компьютерных технологий с Латакии – планеты, входящей в Ганианский Эмират. Каким образом программа позволяла входить в компьютерные сети ксеносов, Рауль не знал, да ему это было и неважно – достаточно было того, что программа работала. Сам Торрес был неплохо подкован в информационных вопросах, но написать даже простенькую программу было выше его способностей. Вот нагрузить какую-нибудь игру читами, кодами и прочими файлами он мог – онтариец был большим поклонником компьютерных игр и больше всего предпочитал гоночные симуляторы наподобие «Тура двенадцати планет», которая была основана на реальной гоночной серии для реактивных каров, и «стрелялки» по типу хассианской «Batahal tjy Prakatt» («Честь воина» в переводе на стандартный галактический) и известной дакотской игры «Фактор тирана», РПГ-шутера. Но на большее его способностей не хватало.

Итак, подключившись с помощью программы-трейсера к серверу диспетчерской лагрианского космопорта Кайзанн, Торрес выяснил, что Ройе поспешно стартовал с планеты буквально через час после того, как служба безопасности Банковского Картеля подняла на уши всю полицию Лагри. К сожалению, лагрианцы поначалу думали, что имело место быть банальное ограбление, а когда Сегер Бето и совет Картеля поняли, откуда ветер дует, алмистонца уже и след простыл. Получив нужную ему информацию с сервера космопорта, Торрес запустил ещё одну программу – анализатор, которая, сверяясь с загруженными в неё данными, выдавала варианты маршрута искомой персоны. Пожужжав своими электронными мозгами и продемонстрировав различные загрузочные панели, программа выдала охотнику за головами три возможных варианта конечного пункта назначения – Рисса, Пертейн и Каридэль. При виде выданных машиной вариантов Торрес задумался над ними. Каридэль навряд ли привлёк бы Ройе, так как планета располагалась довольно далеко от Лагри, к тому же, там периодически появлялись для контроля астраханские космические полицейские. Пертейн, населённый колонистами-тонгами, вряд ли тоже мог привлечь Ройе, по той причине, что тонги очень плохо относились к залётным соко и запросто могли расстрелять такого. Поэтому выбор Торреса остановился на Риссе, а точнее – на вольном городе Висталин. Здесь точно Ройе мог рассчитывать затеряться и избежать заслуженного наказания. Но вот только Торрес не собирался давать ему такой возможности.

Ещё раз внимательно осмотрев окрестности и запустив скан-программу, охотник за головами просмотрел поступающие на трёхмерный монитор бортового компьютера данные и удовлетворённо кивнул сам себе. Ничего подозрительного сканирование не выявило, за исключением нескольких типов, подпиравших стену одного из домов метрах в шестистах от текущего местоположения Торреса. Но представлять для бронированного «Горностая» угрозу эти молодчики вряд ли могли. Поэтому онтариец, переключив на всякий случай управление тяжёлыми лучемётами в автоматический режим, плавно тронул машину с места, направляя её в пределы городской черты.

ГЛАВА 3.

Улицы Висталина, удалённые от городской черты, мало чем отличались от окраин. Те же тусклые редкие фонари, дающие света ровно столько, чтобы можно было увидеть распахнутый канализационный люк под ногами, те же обшарпанные здания и те же кучки разного сброда, кучкующиеся возле стен. Редкие прохожие, торопливо идущие по улицам вольного города в этот вечерний час по своим делам, старательно избегали этих подозрительных компаний; впрочем, оные персоны не обращали на них никакого внимания, занятые какими-то своими делами. Немногочисленные наземные кары проносились по пыльным мостовым, покрытым спрессованным слоем из смеси дасфальтовой крошки, полибетона и слинкса, поднимая за собой облака густой пыли серо-коричневого цвета – в Висталине явно никто не занимался уборкой городских улиц, оставив это дело на произвол природных стихий.

Торрес покачал головой – вот что означает отсутствие власти! Хотя, если брать в качестве примера некоторые планеты, входящие в Галактическую Федерацию (она по-прежнему существовала, хотя от её былого величия осталась лишь бледная тень), то ещё неизвестно, что лучше – полное отсутствие власти или власть, которой на всё, кроме своего кошелька, насрать. Раулю довелось побывать на Митре, Аланде и Новой Окинаве – впечатление от увиденного онтариец смог бы выразить фразой «я знаю три слова – три матерных слова». По сравнению с этими планетами самый зачуханный мирок Корпоративного Правления выглядел эталоном управленческого дела, но на Эльсиноре шуток не понимали и если чиновник вдруг путал свой карман с государственным, то его, в конце концов, ждало лишь одно наказание – публичная казнь через повешение с поражением семьи в правах, причём пожизненно. Хотя в меритократическом обществе брать взятки никому и в голову не могло прийти… разве только где-нибудь на недавно присоседившейся к Правлению планете, наподобие Ра’Эффана или Мефрида.

«Горностай» въехал на довольно широкий перекрёсток, и почти сразу же Торрес с руганью надавил на педаль тормоза, одновременно выворачивая руль вправо, чтобы уйти от столкновения с неожиданно выскочившим откуда-то слева здоровенным внедорожником амавийского производства, который в нарушение всех мыслимым правил дорожного движения вздумал проскочить перекрёсток. Попади «хаммер» под колёса «Горностая» – а несмотря на свои внушительные размеры, амавийский кар однозначно проигрывал байкальскому вездеходу с его двухметровыми колёсами и мощному таранному корпусу, участь его была бы печальной. А так «хаммер», дико взвизгнув тормозами, лишь ткнулся носом в заднее левое колесо «Горностая» и замер в таком положении.

Тихо выругавшись сквозь зубы, охотник за головами отстегнул ремень безопасности и полез из-за пульта управления, одновременно открывая дверцу со своей стороны. Импульсный пистолет покоился в набедренной кобуре, но вытаскивать его Торрес не спешил – в конце концов, очень часто хватало одного вида онтарийца, чтобы перестать качать права и строить из себя супермена, которому море по колено и горы по пипиську. Да и уложить любого придурка одним ударом он мог без особых затруднений.

– Ты, козёл вонючий – ты куда смотришь, падла пархатая?! – услыхал он, едва лишь тяжёлая бронированная дверь «Горностая» начала выдвигаться наружу на мощных гидравлических поршнях. – Ты свои глаза в жопе забыл, что ли?! Ты знаешь, сколько мне стоила покраска?!

– Чего шумишь? – вполне добродушно прогудел Торрес, спускаясь по короткой металлической лесенке. – Помеху справа и требование уступить дорогу тому, кто по главной дороге едет, на этой планете отменили? Или только в этом городе?

– Здесь обе дороги главные! – выскочивший из-за руля внедорожника молодой хлыщ в пёстрой и дорогой на вид одежде, сильно смахивающий на представителя нетрадиционного сексуального меньшинства, выхватил из кобуры, что висела у него на поясе, иглопистолет, смотревшийся в его руках довольно нелепо – Торресу почему-то пришла на ум ассоциация с пьяным вдрызг глипом, тащащем на плече тяжёлый стационарный пульсатор. – Так что давай, плати бабло!

– А помеха справа как, не катит? – усмехнулся Торрес. Обычной своей усмешкой, при виде которой самые отъявленные головорезы задумывались, а стоит ли продолжать и далее. Но у самых отъявленных головорезов, в отличие от этого пижонистого гомосека, в голове были мозги и они прекрасно понимали, что следующий шаг онтарийца может стать для них последним. Здесь же мозгами и не пахло. – Или ты скажешь, что я должен был тебе уступить?

– Какая помеха, ты совсем охренел?! – выпучил свои водянистые глаза пижон, одновременно с этим принявшись размахивать оружием. – Я по главной дороге ехал!

– Ну естественно! – Рауль понимающе кивнул, при этом его импульсник спокойно находился в кобуре. – И почему каждый мудак думает, что всё на этом свете принадлежит именно ему? А?

От таких слов хлыщ едва не подавился воздухом, однако, судя по всему, его не так просто было сбить с ритма.

– Ты у меня тут не умничай, дылда лысая! – сказать по правде, Торрес не был лысым – просто он всегда стриг волосы очень коротко, по военной моде. Но для дурака это всё равно, что лысый. – Ты мне должен десятку за ободранную краску, говнюк!

– Десятку? – прищурился охотник за головами.

– Да, десятку! Или ты настолько туп, что до тебя всё доходит, как до лонира – на вторые сутки?! Десять тысяч дакотских шиллингов!

– Покраска вон того кусочка, которым ты приложился о моё колесо, обойдётся тебе всего в двести шиллингов! – отрезал Торрес, терпение которого уже начало таять, словно снег под лучами весеннего солнца. – Тем более, ты сам виноват в случившемся! Так что убери своё корыто с моей дороги и вали нахер, покуда я ещё не потерял остатки своего терпения!

– Ах ты… – взъерепенился было хлыщ, но тут же заткнулся, так как кулак весьма внушительного размера сунулся ему под нос.

– И что дальше, паскудыш? – почти ласково спросил охотник за головами. – Будешь и дальше пищать, или заткнёшь пасть и уберёшь своё дерьмо с моей дороги?! Я ведь могу и сам подвинуть, только вопрос, что потом от твоего сраного «хаммера» останется!

Хлыщ как-то по-новому посмотрел на Торреса и до него, кажется, стало доходить, что в таком вот тоне разговаривать с типом почти двухметрового роста и с бицепсами профессионального культуриста, в общем, опасно для здоровья. Он перевёл взгляд с фигуры охотника за головами на импульсный пистолет известной онтарийской модели «питон», одним выстрелом из которого можно было запросто снести голову или высадить дверь из бронесплава, и как-то нервно передёрнул плечами. Ещё бы ему не передёргивать!

– Я… э-э… наверное, я слегка отвлёкся… мне позвонили…

– За рулём нехера болтать по комму! – отрезал Торрес. – Глаза в жопу засунут – и прут напролом! А потом пищат! – охотник за головами сплюнул на пыльную мостовую. – Вали отсюда, чмо!