Волшебник в одиночестве

Жаль, что с нами нет Ниты. Мне не помешала бы помощь.

Понч стоял, тяжело дыша от жары, и смотрел вниз.

Это похоже на здание, сказал он.

Кит прищурился. Возле каменных россыпей у основания холмов виднелось нечто, напоминающее постройку, темное пятно на ней могло бы быть гигантской дверью.

— Он ушел туда? — спросил Кит.

Думаю, да. Хочешь отправиться за ним?

Кит посмотрел на темное пятно среди длинных угрожающих теней, лежащих рядом с холмами. Хочу? подумал он. Ох, просто не могу дождаться. Тем не менее, он вытащил транзитное заклинание.

— Пойдем, — сказал он.

Несколько мгновений спустя они стояли у подножия самого высокого утеса. Кит посмотрел на него, затем выше, еще и еще, не зная, что и подумать. Вся лицевая сторона холма, состоящая из темно-красного камня, была покрыта резными узорами по меньшей мере метров на десять в высоту. Судя по всему, это и было источником розоватого оттенка, примешивающегося ко всем пескам, которые они пересекли. Кто-то вытесал на утесе множество колонн и арок, галерей и балконов, углубленных в камень, который в итоге выглядел, словно над ним поработало, отбивая кусочек за кусочком, множество ненормально увлеченных резчиков.

В камне были вырезаны ниши и пьедесталы; в них и на них стояли статуи людей и животных, а также существ, неизвестных на Земле, некоторые из которых явно были родом с каких-то незнакомых Киту планет. Иные позы и выражения были действительно жутковатыми; все статуи, человеческие и прочие, смотрели в пространство перед собой продолговатыми отверстиями своих каменных слепых глаз — смотрели на Кита так, как будто вне зависимости от того, что они созданы из камня, они все же могут видеть. И все это выглядело совершенно новым, как если бы кто-то или что-то, выполнивший эту работу, мог все еще быть здесь, где-то за гигантским входом, который маячил, темный и пустой, перед Китом и Пончем прямо сейчас.

Эта идея не порадовала Кита. Какое замечательное место, чтобы мило побеседовать с Дэррилом о причинах его беспокойства, подумал Кит.

— Ты чувствуешь здесь кого-нибудь еще? — спросил он Понча, — Кроме нас, Дэррила и ты знаешь кого?

Нет. Понч замер, пытаясь что-то унюхать. Но я не уверен, что это означает, что никто больше не может быть здесь…

Пора бы мне уже прекратить задавать ему вопросы, ответы на которые априори заставят меня еще больше нервничать, подумал Кит.

— Там, внутри? — спросил он, тут же нарушив данное себе обещание.

Там, внутри.

— Тогда пойдем.

Понч крадучись пошел вперед во тьму. То, как он шел, почти заставило Кита засмеяться, даже несмотря на нервозность; точно так же Понч преследовал белок на заднем дворе: осторожно, на немного напряженных ногах. Последнее, что нам сейчас нужно, подумал он, следуя за Пончем в темноте, это быть атакованными миллионами злых белок.

По мере того, как темнота вокруг них все сгущалась, Кит отбросил эту мысль, которую, вероятно, умнее было бы не развивать.

— Ты хорошо видишь? — сказал он Пончу очень тихо.

Я хорошо чую. Видеть не так важно.

Кит сглотнул, когда темнота стала глубже. Для тебя, возможно, подумал он. Он сунул руку в свой «карман», достал Учебник и быстро пролистал его до заклинания, которое создало бы немного света, не больше того, что мог бы производить карманный фонарик.

После нескольких произнесенных шепотом предложений на Речи он вытянул вперед палец, чтобы убедиться в успехе. Никакого источника света не появилось, но указанное место осветилось мягким белым светом — в данном случае еще одно громадное изображение, вырезанное в стене слева от них. Кит бросил взгляд на него и немедленно переместил свет в другое место, увиденное слишком явно напомнило ему инопланетянина с лазерной мутовкой. Изображенный мог быть его родственником в очень плохом настроении, и он, казалось, смотрел прямо на него — не только всеми своими глазами, но также и всеми своими зубами.

Кит покачал головой и перевел взгляд на другое место, используя волшебный фонарик, чтобы оглядеться, в то время как Понч вел его дальше в глубину холма. Данное пространство, несомненно, представляло собой некоего рода пещеру: длинный холл, обширный коридор своеобразного жилища, украшенный столь же замысловатой резьбой внутри, как и снаружи — как если бы тысячи существ со страстью к безумной скульптуре столетиями трудились здесь. Там, где не было стен, были расставлены статуи в натуральную величину, они были собраны в странные, но отличного качества барельефы, ярко окрашенные, тут и там поблескивали золото и драгоценные камни.

Кит проходил мимо них со смесью нервозности и восхищения, свет скользнул мимо суровых существ с огромными распахнутыми крыльями; мимо высоких неподвижных человекоподобных фигур с оружием, которое те держали неуклюже, но так или иначе многозначительно; мимо странных звериных фигур, чьи выражения были, как ни странно, более человечными, нежели у тех человеческих фигур, которые чередовались с ними. Это место заставляло Кита думать о множестве приключенческих фильмов об исследовании древних гробниц, но выполненных в сто раз более подробно — каждая высеченная отметка имела свое значение, задние части статуй были выполнены так же превосходно, как и фасады, все четко и ясно, вплоть до последней крупинки песка или пыли.

Кто бы мог подумать, что кто-то, страдающий аутизмом, может разглядеть даже такие мелочи, подумал Кит. Но затем он покачал головой. Он почти никогда не думал об аутичных людях, только испытывал неясную жалость к ним, и он никогда не думал о том, что они могут или не могут сделать. Сейчас это изменилось. Что бы еще ни могло происходить внутри Дэррила, он мог видеть окружающее — возможно, более четко, чем когда-либо сам Кит, кроме как при самых необычных обстоятельствах. Если бы был любого рода намек на то, что талант Дэррила в качестве волшебника мог в итоге быть…

Неожиданно Понч остановился и зарычал.

Кит тоже замер, еще более нервно озираясь по сторонам. Ему в голову неожиданно пришла мысль о том, что, когда Дэррил создавал это место, если, конечно, он создавал его для себя, то он вложил в него и обитателей. Только теперь, насторожившись от рычания Понча, Кит начал замечать темные тени, скользящие за пределами освещенного пятна, за спинами статуй, во мраке арочных проходов, ведущих прочь от главного коридора. И когда Кит поднял взгляд, он был уверен, что слышит хлопанье крыльев теней, парящих высоко над их головами, возле темного невидимого потолка.

Что это такое? тихо спросил он у Понча.

Понч принюхался, затем резко выдохнул, словно втянул ноздрями некий неприятный запах.

Страхи.

Кит нахмурился, увидев, как все больше и больше теней собирается вдоль их пути к сердцу горы. Даже когда он пытался смотреть прямо на них, они оставались нечеткими, словно те существа, которые вам скорее кажутся, едва замечаемые краем глаза, крадущиеся в темноте за спиной. Направь на них луч света — и они исчезнут, разбегутся по сторонам, но стоит свету исчезнуть, как они снова тут как тут, опять же более различимые боковым зрением нежели прямым взглядом. Блеск глаз, зубов, мелькнувших во мраке, шуршание множества конечностей…

Понч снова зарычал.

Она здесь. Спереди, справа, и слева. В центре всего этого.

Откуда-то спереди, из глубин горы донесся раскат грома. Звук, казалось, заполнил пещеру вплоть до невидимого потолка. Он пронизывал пол, Кит ощущал это подошвами своих ног.

Темные страхи клубились все ближе и ближе. Понч оскалился и так громко зарычал, что ближайшие из теней шарахнулись в сторону. Кит внимательно смотрел на них, пытаясь с помощью волшебного восприятия определить, не означает ли их появление, что поблизости таится воплощение Одинокой Силы. Сейчас он смог понять только, что рядом с ним Ее точно нет, что все Ее внимание сосредоточено на ком-то еще.

На Дэрриле…

Они достигли конца этого огромного тоннеля — Т-образного перекрестка, стена перед ними была украшена очередным причудливым резным изображением, края которого терялись во мраке. Там были плотно сплетшиеся в клубок человеческие и инопланетные тела, казалось, борющиеся и толкающие друг друга, пытающиеся и неспособные сдвинуться с места, словно в метро в час пик. Кит только покачал головой, в то время как Понч потянул его в правый коридор. Оттуда доносился слабый неясный звук, а по бесконечным гравировкам словно бы пробегали отблески света.

Тоннель, вдоль которого они продвигались, становился все уже, изукрашенные стены словно бы сжимались вокруг них, как в скверном приключенческом фильме. Кит пытался убедить себя, что это просто обман зрения, но как он ни пытался, все же не смог достичь полной уверенности в том, что стены не наползают друг на друга, хотя бы и в малой степени. И, бросив более пристальный взгляд на стены слева и справа от него и Понча, он убедился — впереди был источник света. Тени метались туда-сюда, носились вдоль высеченных изображений, едва касаясь их, постоянно тихонько чирикали между собой, иногда разражаясь хихиканьем и перешептываясь. Своей манерой перемещаться, избегая прямого взгляда, они начали довольно неприятно напоминать Киту тараканов… и он немного помечтал о том, как остановится и растопчет некоторых из них, просто так, для смеха.

Но сейчас для этого не было времени. Понч стремился вперед, опустив голову, чтобы не потерять след, он снова издал тихий рык. Откуда-то спереди донесся непонятный звук, становящийся все громче — монотонный и громыхающий. Я не думаю, что это место поспособствует тому, что между нами и Дэррилом завяжется непринужденная беседа, подумалось Киту.

На углу Понч повернул налево, Кит последовал за ним. Где-то впереди мерцал холодный свет, он напоминал те отблески, которые можно увидеть, проходя в вечернее время мимо приоткрытых дверей кинотеатра во время сеанса. Но ни один земной динамик не был способен воспроизвести громыхание, прокатывающееся по тоннелям в такт отсветам. Они свернули в очередной изукрашенный коридор, несмотря на высокие потолки, этот был довольно узким, но вскоре Кит наткнулся на две приоткрытые двери высотой чуть ли не в несколько этажей.

Кит остановился у одной из этих громадин, стена сотрясалась от громовых раскатов, становящихся все громче, а волосы на затылке встали дыбом от того, что он чувствовал поблизости Одинокую Силу. Если Дэррил и Одинокая Сила или Ее приспешники ожидали его впереди, некоторая защита, вероятно, не помешает.

Теперь держись ближе ко мне, сказал он Пончу. Все, что нам сейчас нужно делать — это понять, что происходит и что с этим делать.

Дай мне знать, когда это случится, ответил Понч, потому что сразу после этого я хочу отправиться домой.

Он выразился необычно четко.

Ты не одинок в этом, это уж точно.

Кит задумался, чувствовал ли Понч то же, что он сам начал чувствовать — утомляющее давление, делавшее его слишком усталым, чтобы смотреть на что бы то ни было, слишком усталым, чтобы обращать внимание на то, что происходит вокруг. И это тогда, когда мне больше всего нужно быть внимательным. Если Дэррил подвергается этому постоянно, тогда, черт возьми, я ему сочувствую…

Было еще одно заклинание, которое Кит держал наготове в глубине своего ума, двадцать шесть слов из двадцати семи уже были произнесены. Сейчас, с выдохом, Кит сказал последнее слово заклинания.

Зримо ничего не произошло вокруг него и Понча, но безмолвное шипение волшебного силового поля с легким щелчком воздвиглось вокруг, создавая полусферу защиты от внезапной насильственной силы. Поле не было чем-то, способным надолго задержать Одинокую Силу, если Она решит стать действительно агрессивной, но оно может дать Киту и Пончу достаточно времени, чтобы подумать о чем-либо или чтобы успеть уйти.

Кит повертел рукой над головой и почувствовал ожидаемый удар и легкий шок от прикосновения к полю, подобно тому электическому разряду, который вы чувствуете, пройдясь по ковру, а затем прикоснувшись к чему-то металлическому.

Работает, сказал он. Ты готов?

Нет, но давай покончим с этим, ответил Понч.

Кит слегка удивился тому, насколько нервно это прозвучало… но ведь и сам он чувствовал себя не лучше. Кит медленно двинулся в сторону слегка приоткрытых дверей.

Понч следовал за ним на небольшом расстоянии. Яркий свет, проникающий из-за створок, очерчивал вырезанные на них изображения: переплетенные между собой создания, полу-люди, полу-звери, их головы либо были повернуты в сторону от смотрящего, либо что-то скрывало их лица, словно они опасались прямого взгляда. Кит начал было размышлять о причине этого, но крещендо грома, донесшееся из-за дверей, отвлекло его. Изнутри долетали ослепляющие вспышки света.

Кит немного сдвинулся в сторону, чтобы он и Понч оставались скрытыми правой створкой двери и избежали немедленного обнаружения кем-либо изнутри. Они встали около скорчившихся фигур, высеченных на огромных бронзовых дверях, силовое поле мягко ныло в глубине разума Кита о том, что на него оказывает давление нечто твердое.

Кит проигнорировал нытье и внимательно всмотрелся в темноту, туда, откуда они с Пончем пришли, чтобы быть уверенным, что за ними не следует что-либо, способное разрушить силовое поле. Затем он повернулся и заглянул, очень осторожно, за край двери.

Несмотря на несколько ограниченное поле зрения, он сумел увидеть достаточно из того, что там находилось, чтобы затаить дыхание в изумлении. За дверью было огромное открытое пространство — замкнутое, подумал Кит от того, как звук отдавался там эхом, но с таким высоким потолком, что он даже не мог разглядеть его. Значительно ниже этой точки невыносимый ослепляющий свет в этом пространстве начинал уступать мраку.

Прямо перед ним раскинулась огромная яма, шириной более полукилометра, облицованная красным камнем, в ее стенках были высечены бесконечные площадки, подобные сиденьям — словно в амфитеатре, верхние места которого были заполнены множеством жутких слепых статуй с взглядами, обращенными вниз, к центральной сцене, они, казалось, наблюдали, хотя и не были способны это сделать. На трибунах амфитеатра находились сотни теней, таких, как те, которые Кит видел во тьме снаружи, возможно, даже тысячи их, все они, как и статуи, были увлечены тем, что происходило внизу в центре пещеры.

Ярость света, сосредоточенная там, должна была бы смыть эти тени, уничтожить их.

Центр амфитеатра был заполнен корчащимися хлыстами электрических разрядов, канатами и пеленой молний, целыми сверкающими завесами из них, такого Кит не видел с тех пор, как побывал в атмосфере Юпитера. Весь этот ужасный натиск сосредоточился на одной цели, набрасываясь снова и снова, как будто пытаясь стереть одну маленькую фигурку, которая стояла в одиночестве посреди всего этого, с поднятыми над ее головой руками, размахивающими из стороны в сторону. С каждым ударом молнии воздух разрывался раскатом грома, сокрушительной нескончаемой барабанной дробью. Понч, тоже заглянувший за край двери, прижался ближе к Киту, тихо рыча, а Кит крепко держался за него, так вместе они всматривались вниз в сердце этого буйства огня и разрушения, пытаясь понять, что происходит.

Всего на несколько мгновений молнии приостановились, и Кит смог рассмотреть, что стояло на дальней стороне всего этого, за маленькой фигуркой, которую мучили молнии.

Там была высокая фигура, темная, отчасти человеческая на данный момент, и обернутая в глубокий мрак, словно в плащ или саван — как бездна, в которую все на свете должно неизменно упасть и быть уничтоженным, холодная, как лед, как вакуум, ненавидящая свет, создавшая черную дыру, впрочем, кажущуюся отзывчивой и щедрой в сравнении с этим.

Одинокая Сила стояла там, смотря вниз на творение своих рук и довольная этим.

Мрак вокруг Нее рос, и от него распространялось все больше молний, ударявших вниз, в центр арены, в маленькую шатающуюся фигурку мальчика, который сейчас обернулся и снова закричал, корчась и падая на колени, сжимая голову, разрывая себя в безумной попытке быть где-либо в другом месте.

Но побег казался невозможным. Стоящий на коленях мальчик скорчился, бессильный, все раскачиваясь и раскачиваясь взад и вперед. Кит подумал в жалости и ужасе о легком покачивании, которое Дэррил совершал в классе, когда смотрел в книгу.

Несправедливость всего происходящего, немыслимая жестокость всего этого приводили Кита в ярость, тогда как переполняющее утомляющее давление в воздухе заставляло его ощущать себя все более обессиленным и усталым. Рядом с ним Понч не переставал рычать. Надеюсь, я смогу сделать хоть что-нибудь, подумал Кит. Но я не уверен, что должен что-то делать. Это не мое Испытание… и прямо сейчас моя работа — просто наблюдать.

Так что он сдерживался и наблюдал — хотя он становился все злее — пока Одинокая Сила хлестала маленькую припавшую к земле фигурку молниями, и Ее смех землетрясением грохотал по всем камням вокруг них. На трибунах пугающие тени шипели, и шептались, и волновались в веселье, а Кит стоял там и молчал, пока не почувствовал, что он просто не может больше молчать. Он начал вставать, чтобы крикнуть: Он не один!

Но Понч толкнул Кита в сторону, снова за дверь, и Кит тяжело сел. Понч поднес свой нос к уху Кита, холодный как обычно, когда он будил хозяина по утрам, и сказал: Его здесь нет.

Что?! воскликнул Кит.

Дэррил. Его здесь нет.

Но ты же утверждал, что его не было и в школе!

Запах изменился! Смотри.

Кит покачал головой и встал, снова посмотрев за дверь. Там по-прежнему находилась маленькая темная фигурка, припавшая к земле в центре всего этого огромного изодранного молниями пространства, она раскачивалась, прикрыв голову руками, пока Одинокая Сила полосовала ее молниями и смеялась, шипение наблюдающих страхов было тихим зловещим сопровождением. Это продолжалось долгое время, почти вечность… но Кит держался. Молнии обрушивались со все большой жестокостью с каждым мигом, пока даже этот последний слабый проблеск Дэррила не исчез в их ярости.

Смотри, снова сказал Понч, его голос прозвучал растерянно, но в то же время в нем было скрыто странное веселье. В воздухе пахло озоном, кое-где камни пола начали сдвигаться и плавиться, а в центре не осталось больше ничего, только свирепый сгусток бледного бело-синего пламени, молний, которые неестественным образом продолжались от вздоха до вздоха, смывали и сжигали это последнее неподатливое место, которое не были способны уничтожить…

…пока и оно не исчезло, и тогда весь этот огромный амфитеатр зашуршал довольным шипением тысяч страхов.

Но чувство удовлетворения быстро испарилось. Величайшая, самая глубокая тьма — высокая фигура, теперь движущаяся вниз к центру, где должно было лежать тело мальчика — вовсе не казалась довольной. Все тени-страхи, постепенно переставая шипеть, начали бояться за себя, пока верховная тьма возвышалась над тем местом, где должен был быть Дэррил… и где его не было.

— Ушел! — закричала Одинокая Сила. — Снова ушел!

Найдите его!

В ужасе зашипев, тени исчезли в порыве ветра. Одинокая Сила в ярости сконцентрировала мрак вокруг себя. Он собрался, как грозный плащ, обернувшись вокруг своей хозяйки. Секундой позже Она исчезла.

А Кит и Понч стояли на краю всего этого, за дверью, в темноте, дрожащие.

Она тебя даже не заметила, сказал Понч смущенно, но с облегчением. Это хорошо.

Без сомнения. Но что насчет Дэррила? Кит был серьезно сбит с толку. Как он мог быть здесь и не быть в одно и то же время?

Понятия не имею, сказал Понч. Но сейчас я хочу домой. И когда мы окажемся дома, я хочу получить собачье печенье.

Хоть целых пять штук, отозвался Кит. Давай выбираться отсюда.

Они начали свой путь обратно сквозь резные коридоры в горе.

— Куда же он делся? — спросил Кит спустя некоторое время, когда смог восстановить дыхание, которое он сдерживал снова и снова.

Одинокая Сила? Она не «девается» никуда. Она все еще там, где и всегда: здесь.

Одна сторона пасти Понча снова скривилась в тихом рычании.

— Нет, я имел в виду Дэррила.

О. Выяснение этого займет у меня некоторое время.

Нос Понча снова заработал. Но я не думаю, что это первый раз, когда он исчезает таким образом, он сделал это слишком быстро. Я могу учуять изменения. Я могу найти, куда он уйдет в следующий раз.

Они вышли из темноты назад, в этот безжалостный день.

— Чего я не понимаю, так это почему он делает это? — сказал Кит, оглядывая бесконечную выжженную бесплодную пустыню. — Почему он просто не покончит со всем этим? Не то что бы он не выглядел так, будто ему от этого действительно плохо. Но убегание от Одинокой Силы — не самый лучший путь для окончания Сурового Испытания. Рано или поздно ты должен встретиться с Ней лицом к лицу… до того, как Она схватит тебя сзади, когда ты не смотришь, и покончит с тобой.

Я не знаю. Я не волшебник. Но я знаю, что это действительно пугает.

Кит расслышал сочувствие в голосе своей собаки и был немного удивлен. Обычно Понч проявлял заботу только по отношению к членам семьи или друзьям.

— Ты уверен, что можешь взять след снова?

В любое время. Но не прямо сейчас.

Понч рысью побежал от подножия скалы, целеустремленно, не оглядываясь. Я устал.