Пункт назначения – бесконечность

Двумя этажами ниже лейтенант Вольфганг Диц выпрямился и бросил на стол игральные карты:

– Группа! За мной!

Четверо бойцов спецподразделения швейцарской гвардии «Скорпион» мгновенно повскакали с коек, расхватали оружие и сгрудились у двери.

– Вперед. – Тихо скомандовал Вольфганг, и пять фигур в камуфляже бесшумно выскользнули на улицу.

* * *

Фрэнк осторожно выглянул в темный коридор блока и замер. Все тихо. Но только он собрался выдвинуться, и уже поднял было руку, привлекая внимание своей группы, как произошло то, что он потом будет долго вспоминать. В коридоре открылась одна из дверей, и из нее вышел подросток. Мальчишка шел и уплетал мороженое. Фрэнк окаменел.

Невысокая фигурка прошла совсем рядом с вжавшимся в стену Фрэнком и стала удаляться по коридору. Фрэнк уловил даже запах фисташкового мороженого. Прежде чем исчезнуть в дальнем темном конце коридора, подросток оглянулся и взмахнул рукой. С легким дребезжанием захлопнулась дверь, из которой он вышел. Фрэнк привалился к стене, закрыл глаза и досчитал до пяти. Господи, что это? Сделав несколько глубоких вдохов, он рванул в коридор. Подбежав к двери № 4, он с ужасом осознал, что это именно та дверь, из которой вышел этот призрак. Черт, черт, черт! Протягивая руку к ручке, он уже знал, что там увидит.

Невдалеке раздался громкий взрыв, а за ним автоматные очереди. Фрэнк не знал, что и думать. Кто стреляет, в кого? Обернувшись в темный коридор он громко прошептал:

– Хосе, Дидье – на крышу!

Бойцы стремительно взобрались по лестнице и исчезли в потолочном люке.

Зайдя в лабораторную комнату, Фрэнк убедился, что ни аппарата, ни документации нет.

* * *

Протаранив и завалив ворота, Хаммер с грохотом разляпился в секторе КПП и, пыхнув пробитыми шинами, уткнулся в стену. Из машины выскочили люди в камуфляже, открывшие шквальный огонь. «Скорпионы» на въездном посту не остались в долгу. Короткая автоматная очередь свалила одного из нападавших. Но и швейцарской гвардии досталось: из четверых охранников уже двое лежали на асфальте, еще одного придавило упавшими воротами. Последнему из оборонявшихся ворвавшиеся не давали высунуться, стреляя по окнам и двери здания КПП.

Двое из нападавших воспользовались суматохой и, отделившись от группы, короткими перебежками направились вглубь базы.

Из-за угла корпуса, расположенного в пятидесяти метрах от КПП, по Хаммеру ударила длинная пулеметная очередь – подоспело еще несколько бойцов «Скорпиона». Взорвалась граната. В ближайшем строении лопнули и посыпались стекла.

Тем временем двое отделившихся от оставшейся у КПП группы быстро приближались к лабораторному корпусу № 6. С другой стороны к нему выдвигалась тревожная группа гвардейцев, ведомая Вольфгангом.

* * *

- Отход через первый этаж. Работаем запасной вариант! – Прошипел в рацию Фрэнк и побежал вниз по лестнице.

На крыше корпуса дважды с секундным интервалом чмокнула снайперка Хосе. Спустя секунды три – еще раз. Можно было не сомневаться, что ни одна пуля не потрачена зря. Дидье, сидевший на корточках позади него, дернул Хосе за ремень и, пригнувшись, побежал к люку. Хосе успел лишь слегка приподняться и тут же получил несколько пуль. Дидье обернулся на выстрелы и увидел обмякшего снайпера. Возвращаться не имело смысла, все и так было понятно, и он нырнул в черный проем.

На первом этаже Карл высадил окно, и вся группа высыпала на улицу и стала свидетелем завязавшегося боя между двумя хаммеровцами и гвардейцами.

Что здесь происходит? – металось в голове у Фрэнка. Кто этот мальчишка? Что это за отряд? Русские? Американцы? Хезболла? Кто? Зачем они здесь? Напрашивался самый неприятный вывод: они здесь за тем же, зачем и он. Только тут он заметил, что их пятеро.

– Хосе?..

Дидье развел руками.

* * *

При первых выстрелах, донесшихся с улицы, профессор оторвался от хайбола и замер. Ухнул взрыв, второй…

Среди немногочисленных посетителей бара, было несколько военных, которые мгновенно вскочили и бросились к дверям. Оставшиеся – в основном ученые, лаборанты и обслуживающий персонал, всего человек десять, молча, напряженно переглядывались. Бармен машинально, как робот, протирал полотенцем стаканы и ставил их на стойку.

В голове Армона зашевелились смутные подозрения: а не из-за его ли прибора весь сыр-бор? На улице, тем временем, продолжались выстрелы, взрывы, звон разбивающихся стекол, звуки возни, и топот тяжелых ботинок, но что самое удивительное – не было никаких криков, стонов и воплей. Люди убивали друг друга и умирали молча.

С треском распахнулись и повисли на сломанных петлях входные двери бара. В помещение ворвались три человека в защитной форме с автоматами и оптикой ночного видения на головах. Один остался у дверей, второй подбежал к окну и, присев, занял позицию. Третий приблизился к замершим посетителям, сдвинул на лоб оптику и завертел головой, вглядываясь в лица. Остановив глаза на Дени, он скомандовал:

– Профессор, за мной. Без разговоров! – И, схватив остолбеневшего Армона за плечо, поволок его к выходу. По окнам полоснула автоматная очередь, и брызги стекла дробинами сыпанули по стенам и потолку. Лопнула неоновая вывеска под потолком и пара бутылок за спиной бармена, продолжавшего протирать стакан. Посетители бросились на пол. Боец у окна, привстав, ответил двумя короткими очередями.

Подталкиваемый в спину, профессор, спотыкаясь, выскочил на улицу и тут же попал вместе с незнакомцами под плотный автоматный огонь. Его схватили за шиворот и поволокли в сторону, но, вывернув голову, он успел заметить, как один боец из их группы спрятался за парапет крыльца и швырнул что-то в проем между домами напротив. Громыхнуло.

Бойцы молча бежали, слегка пригибаясь, улочками научного городка. Спустя минуту они подбежали к участку внешней стены. В этом месте один из галогеновых прожекторов не горел, и было достаточно темно. Группа, тяжело дыша, остановилась, и командир достал небольшой прибор.

Вчера ночью два снайпера-арбалетчика подобрались в этом месте к внешней стороне охранного периметра на расстояние прицельного выстрела и всадили аккуратным кружком в стену несколько коротких стрел с пластидом. Заряды были снабжены дистанционными детонаторами. Прибор в руках Фрэнка был пеленгатором. Пройдя несколько метров вдоль стены, он остановился, когда загорелся зеленый индикатор, и позвал не оборачиваясь:

– Рене!

Один из бойцов подбежал к Фрэнку, на ходу отстегивая от ремня плоский круглый предмет. Оторвав с тыльной стороны защитную пленку, освобождая липкий слой, Рене с силой прижал диск к стене там, где указал Фрэнк. Отбежав метров на десять, все распластались на земле. Раздался негромкий взрыв, и в стене образовался овальный проход.

Оказавшись у проема в облаке оседающей пыли, Фрэнк обернулся и схватил за руку одного из своих:

– Где Серж?..

– Остался вместе с Дидье…

– Ясно. Уходим. Я замыкаю.

Бойцы, подталкивая Дени, скрылись в проходе. Фрэнк включил рацию:

– Первый, пятый! – Рация молчала. – Первый, пятый!!! – Только шипение и хрип помех.

Последний раз бросив взгляд в сумрак базы, Фрэнк, пригнувшись, исчез в проломе стены, вслед за своей командой.

Оказавшись за периметром, они сразу же провалились по колено в наметенный у стены сугроб. Бежать до спрятанных в низкорослом ельнике квадроциклов Судзуки предстояло метров 300–400 вниз по заснеженному склону, на котором тут и там уже появились большие проталины.

Хуже всех приходилось Армону: мало того, что его кроссовки сразу же промокли, он ощутимо чувствовал холод, проникающий под мокрую от пота ковбойку. Ведь его теплая куртка и горнолыжная шапка так и остались на вешалке в баре.

Наконец они добежали до трех спрятанных мотовездеходов, окрашенных в белый цвет с коричневыми и серыми пятнами. На фоне пейзажа они были практически не видны.

Впрыгнув на сиденье, Фрэнк запустил мотор и махнул рукой Дени. Профессор взгромоздился на сиденье сзади. Рене и Карл запрыгнули на два других вездехода, и кортеж рванул с места, разбрызгивая снег и скальную крошку.

* * *

В это же время двое оставшихся в живых хаммеровца отрабатывали отход с базы. Один из них, в слегка обгоревшем камуфляже, заметно прихрамывал. Они отбежали от опрокинутых ворот уже метров на пятьсот, а погони все еще не было. Гвардейцы понесли серьезные потери, но рассчитывать на то, что они будут долго перегруппировываться не стоило – это были бойцы опытные, умелые и упорные. А сейчас они были еще и очень злы. Кроме этого, не пройдет и получаса, как, несмотря на ночь, прилетит и вертушка.

Две фигуры в камуфляже спешили изо всех сил. Вдалеке послышался звук натужно ревущего мотора и металлический скрежет.

– Оттаскивают ворота! – выдохнул хромой.

– Вперед, блин! – второй выплюнул слова вместе с кровавой слюной и, перекинув руку товарища через спину, стал помогать ему карабкаться вверх по скользкому склону.

Вскоре они добрались до скалы, отвесно уходящей в слепое ночное небо. Сверху свисали несколько фалов с карабинами. Быстро пристегнувшись, они дистанционным управлением привели в действие электролебедку, установленную на гребне, и заскользили вверх, отталкиваясь от скалы ногами. Наверху их ждали портативные парапланы.

Оказавшись на гребне скальной стены, высотой около 200 метров, хаммеровцы убедились, что и остальные фалы втянуты на вершину, и ничто внизу не выдаст направления, в котором они скрылись. Помогая друг другу, они надели парапланы, проверили все лямки и ремни трапеций и, сделав несколько шагов, канули в пропасть.

Теперь на вершине скалы о пребывании людей напоминала наглухо принайтованная к камню пиропатронами лебедка с пятью намотанными на вал фалами и три свертка – парапланы, которыми уже не воспользуются их владельцы…

Несколькими минутами ранее в заведении «У Эйнштейна» открылась дверь, и в зал вошел подросток. Лавируя между поднимающимися с пола посетителями, опрокинутыми столиками и разбросанными стульями, паренек, поглощая фисташковое мороженое, подошел к стойке и спросил у потерявшего дар речи бармена:

– Бертран, скажите, а профессор Армон случайно не заходил?

Глава 4. Новая хронология

03 мая 20.. года, 12 часов 17 минут.

Главный Штаб Федерального департамента

обороны Швейцарской Конфедерации, г. Берн

Начальник Генштаба полковник Кристиан Воган слушал доклад коменданта военной базы «Муари-2000» капитана Антонио Ванцетти и командира спецподразделения «Скорпион» лейтенанта Вольфганга Дица и все больше мрачнел. Судя по информации на базе произошло из ряда вон выходящее ЧП. В результате ночного нападения четверо убито, семеро ранены, из них трое тяжело, профессор Дени Армон вместе с аппаратом и чертежами погиб или украден. Правда, у нападавших тоже потери – пять трупов и один в коме в реанимации госпиталя города Сьерр, но это слабое утешение. Судя по всему, террористы действовали двумя группами. Одна, отвлекая внимание, пошла напролом через КПП, в то время как другая скрытно приземлилась на парашютах на лабораторный корпус, выкрала документы и аппарат, а затем захватила и профессора в баре.

Был еще один момент, который его сильно беспокоил. Скрыть происшедшее не получится. Прокуратура кантона Вале возбудит (если уже не возбудила – у них масса своих осведомителей) уголовное дело по факту вооруженного нападения и покушения на убийство. Научные круги тоже поднимут такой шум – мертвых подымут… Полковник, пожалуй, впервые в жизни почувствовал, что не он диктует правила игры, что он если и не пешка, то уж не ладья – это точно. И этого здесь еще терпеть приходится – представителя ЦЕРНа…

Воган поднял глаза на капитана, продолжавшего доклад.

– … и первая группа – которых мы условно назвали парашютисты – ушла в составе четырех человек на квадроциклах. Направление на север – вдоль озера вниз по ущелью в сторону Грименца, где на окраине и были найдены три мотовездехода. Сейчас они переданы экспертам на предмет обнаружения каких-либо следов и выяснения места, время покупки и личности покупателя. Судя по кадрам видеокамеры наблюдения – аппарата при них не было. Прибор достаточно объемен и тяжел, чтоб его не заметить. Отсутствие прибора подтверждают и видеоматериалы камер в районе боестолкновения второй группы – отвлекающей – с гвардейцами у КПП. Дым от горящего «Хаммера» не дает четко разглядеть отходящего противника, но, похоже, что их двое и они налегке. Эти двое пока бесследно исчезли.

Буквально час назад я получил очередной доклад моего заместителя. Так вот, датчики движения на крыше корпуса № 6 сработали в 23 часа 53 минуты 45 секунд, а в 23 часа 51 минуту 15 секунд, то есть, за две с небольшим минуты до этого, сработала система разблокировки двери бокса № 4 в шестом лабораторном корпусе. Причем вскрыта она была личным кодом профессора Армона. Но сигнал этот не вызвал у дежурных подозрений – профессор частенько заходил в лабораторию и поздно вечером. Подтвердить свое присутствие в лаборатории он должен был по телефону в течение трех минут. Их не хватило…

– И какой из этого следует вывод? – поднял брови Воган.

– Не вывод, а предположение, мой полковник.

– Ну, и…

– В бокс № 4 проникла третья группа, которая нигде не засветилась. Она и унесла прибор.

– Вы это серьезно, капитан? Тогда потрудитесь объяснить, как они в обход всех систем безопасности попали на сверхсекретный объект, а главное – как они ушли незамеченными, да еще с прибором впридачу?

– Не могу знать, мой полковник. Но другого объяснения я не вижу. Обе группы, которые мы обнаружили, выполняли, судя по всему, отвлекающий маневр.

– Если бы это было так, то они не приземлялись бы на крышу именно шестого корпуса, а где-нибудь в другом месте – как можно дальше от него, капитан! Это понятно даже ребенку! А что вы думаете, лейтенант?

Диц вскочил и вытянулся по стойке смирно:

– Мой полковник! Несмотря на все неправдоподобие версии, высказанной господином капитаном, я вынужден признать, что она имеет под собой и основания, и логику. Я тоже склоняюсь к мысли, что групп было три. Однако я не уверен в том, что все группы действовали сообща. Если в действиях двух первых можно найти единую логику, то действия третьей в нее не укладываются. Более того – с учетом близкого расположения шестого корпуса от места прорыва второй группы, допускаю возможность, что все три группы никак не связаны между собой.

– Час от часу не легче, лейтенант! По-вашему выходит, что три различные боевые группы – очень серьезные боевые группы, можно сказать элитные – решают, совершенно независимо друг от друга, предпринять сложнейшую и опаснейшую акцию в один и тот же день, в одну и ту же минуту, в одном и том же месте! Это бред!

– Мой полковник! Разрешите? – вскочил капитан.

– Сидите, капитан, да и вы лейтенант не стойте, как соляной столб, – махнул рукой Воган.

Офицеры сели.

– Выбор места нападения понятен – на базе сверхсекретный действующий образец прибора СИТ, – продолжил Ванцетти. – А вот время… Хотя… Если они были информированы об окончании работ над аппаратом и о том, что на 3 мая, то есть на сегодня, назначена операция «Исход», то вчера был последний день, когда можно было заполучить все: и аппарат, и чертежи, и самого профессора в одном флаконе. Ведь уже сегодня профессор был бы в Гренобльском центре нанотехнологий[13], чертежи размножены, а аппарат готовился к испытаниям в крайне труднодоступном месте – подземном хранилище ЦЕРНа в Женеве.

– Но почему не провести операцию раньше?

– Мой полковник, – взял слово Диц, – они были абсолютно уверены и правы в своей уверенности, что накануне «Исхода» все «составные части» будут собраны вместе.

– Ими достигнута еще одна цель, – подал голос до сих пор молчавший представитель ЦЕРНа профессор Ален Дюмон, горбоносый человек среднего роста и возраста в очках. – Изобретение утеряно, и монополией на него обладает сейчас кто-то неизвестный и, по-видимому, очень опасный. Я не берусь судить, кто это, но вот, посмотрите, еще один необычный факт.

Профессор надел очки и поднес к глазам лист бумаги.

– После разблокирования дверь бокса № 4 открывалась дважды: во второй раз датчики объема, установленные в помещении, зарегистрировали уменьшение объема свободного пространства, а затем идентичное увеличение. Проще говоря, кто-то зашел и вышел, причем ничего крупногабаритного не вынес. Этот кто-то ушел ни с чем. А вот первое открывание… как бы это сказать, необычно. Датчики зарегистрировали лишь увеличение свободного объема, словно кто-то, давно и недвижно находившийся в помещении, взял да и вышел. Однако дверь-то разблокирована снаружи, а не изнутри… внутри и сканера нет для считывания карточки.

– Что это значит, профессор? – напрягся Воган.

Ванцетти и Диц замерли, догадываясь, что сейчас прозвучит нечто фантастическое.

– А это значит, господа офицеры, что прибор и чертежи просто исчезли из бокса, в который никто не входил.

Профессор снял очки, протер их замшевой тряпочкой, повертел в руках, положил в клапан пиджака и взглянул на притихших военных близорукими умными глазами.

На столе полковника зазвонил телефон, но хозяин кабинета его не слышал. Внутри он весь заледенел…

Глава 5. Горизонт событий

03 мая 20.. года, 15 часов 25 минут,

г. Тонон-Ле-Бэн, департамент

Верхняя Савойя, Франция

Ничем не примечательный «Фольксваген Гольф» серого цвета съехал с департаментской дороги № 1005 около Тонона и вырулил на 26-ю. Проехав несколько километров, «Гольф» остановился в пригороде Тонона, в деревушке Л'Эрмитаж у заросшей плющом ограды неприметного коттеджа цвета беж с красной черепичной крышей и невысокой белой трубой, пыхавшей дымком. Из машины вышел мужчина и, повозившись немного с замком, распахнул ворота. Загнав машину во двор, он пошел закрывать створки, а из «Гольфа» вылез второй и, прихрамывая, поднялся на крыльцо, толкнул дверь и скрылся в доме. Спустя минуту в доме исчез и первый.

– Так что же все-таки произошло, Феликс? – повесил вопрос седовласый человек, сидящий у камина в кресле-качалке.

На вид ему было под шестьдесят – аскетичная внешность, худой, среднего роста. На колени был накинут плед шотландской расцветки, будто даже у камина в этот теплый день было холодно. В одной руке он держал погасшую трубку, в другой – стакан виски.

– Мы тебе все рассказали, Макс, – устало проговорил один из сидящих в кресле рядом с ним. – Прибор и чертежи были украдены за несколько минут до нас другой группой. Найти самого профессора не получилось – сами еле ноги унесли. Боб, который был в шестом корпусе вместе со мной, подтвердил бы это, но он погиб при отходе. Билл, – кивок в сторону хромого, который тоже сидел в кресле и потягивал виски, – мало что может прояснить. Он остался один и бился со взводом «Скорпионов» у КПП, был ранен, обгорел. Но к корпусу не ходил. Так что, Макс, тебе придется поверить мне на слово.

– У вас не сложилось впечатления, что нападение не было неожиданностью для охраны?

– Ни в коем случае! Если бы это было так, нас бы сожгли из гранатометов на подъезде к базе.