Как выжить в старшей школе

В субботу мы берем корзину для пикника и отправляемся на пляж. Он втирает мне в спину защитный крем, позволяет выиграть в пляжный волейбол и даже пытается научить меня серфингу. Но как только приближается волна, я начинаю паниковать и переворачиваюсь, и каждый раз у меня перед глазами проносится вся моя жизнь. И раз уж речь зашла об океане – вы можете поверить, что людей по-прежнему туда тянет? Я нет. Это же такая непредсказуемая и опасная штука. Разрывное течение в любую минуту может тебя утопить, волны вдруг могут вырасти до огромных размеров, а еще там живут акулы и, наверное, разлагающиеся тела погибших на «Титанике». Я понимаю, что океан считается прекрасным и грандиозным творением Господа Бога, но на меня он лишь наводит ужас.

– Так, солнце уже садится. Пожалуй, пора выбираться отсюда, пока меня не сожрала какая-нибудь ночная тварь, – заявляю я, вылезая из воды на песок, словно умирающий кит.

– Ночная тварь?

– Ну да, типа морское чудовище. Если они существуют, то должны выходить по ночам.

– Э-э-э, по-моему, это выдумки, – говорит Алексей.

– Я рисковать не собираюсь.

– Ты очаровашка.

– Я знаю.

Алексей опрокидывает меня и прижимает своим телом к полотенцу. Он пытается меня пощекотать, но я сильная, мне удается повалить его на спину самой, и теперь уже я прижимаю его к песку. Естественно, он ошеломлен и наверняка впечатлен тем, что его девушка вполне могла бы оказаться профессиональным рестлером. Алексей начинает страстно целовать меня, и вот мы уже лежим лицом друг к другу в свете заходящего солнца, совершенно одни на пляже, потому что все разошлись по домам. Он принимается спускать лямки купальника с моих плеч, и я почти хочу позволить ему сделать это полностью, но что-то меня останавливает. Достаточно ли хорошо я знаю его, чтобы разрешить ему увидеть себя голой? Если сейчас мы сблизимся так сильно, а потом он расстанется со мной, я буду совершенно опустошена. Мне хочется обнажиться, вместе с ним, прямо здесь и сейчас, но инстинкт самозащиты я подавить не могу.

– Не сейчас, – останавливая его руку, говорю я. – Прости.

– Не извиняйся, детка. – Он опирается на локоть и целует меня в ухо. – Мы подождем столько, сколько тебе нужно. Я не против.

– О, правда?

– Да, конечно! Думаешь, я животное какое-нибудь?

– Ну… о мальчишках-подростках такое рассказывают… ты знаешь.

– Что мы озабоченные? Все время хотим секса? Да, у нас не очень хорошая репутация.

– Так что, правда, ты можешь подождать? И не расстроишься?

Он смеется.

– Может быть, расстроюсь, но подождать могу.

– Погоди-ка, ты просто так говоришь, потому что собираешься спать с другими за моей спиной?

– Что?! Нет! Конечно же, нет. Ты моя девушка.

О боже, он сказал, что я его девушка! В лучшие времена, когда все было проще, он подарил бы мне браслет со своими инициалами, и мы стали бы считаться парой.

– Это все, что я хотела услышать. И знаешь, не то чтобы мне, э-э-э, не хотелось. Хочется. Но еще мне хочется, чтобы все было правильно. Когда придет время.

– Я все отлично понимаю. И тоже не хочу торопить события.

– Это отли… Погоди, но ты уже, ну, делал это раньше, да?

– Нет.

– Что? – Я сажусь. – Но ты кажешься таким… уверенным. К тому же вы с Ниной так долго были вместе.

– Я кажусь уверенным? Да брось. Нет, конечно, я уверен в себе, но у меня нет совершенно никакого опыта. Нина на год младше меня, она тоже была еще не готова. Мы делали остальное, да, но я не собирался к чему-то ее принуждать.

– Ух ты, получается, мы оба…

– Да. Пока что. – Он поигрывает бровями, и мы смеемся. Потом я хлопаю его по плечу.

– Ты водишь, – говорю я и убегаю от него по песку.

Веселый: да.

Забавный: да.

Понимает меня: да.

Отлично целуется: да.

Горячий: да.

Галантный: да

Уважает меня и женщин в целом: да.

Ведет себя как взрослый: нет. Двойку ему с минусом за это в лучшем случае. Уф.

Что же произошло, спросите вы? А я расскажу. После прекрасного и романтичного дня на пляже мы отправились перекусить гамбургерами в «Джек в коробочке», потом пошли погулять в парк Акадия, и в моей голове беспрерывно играла сопливая песенка про любовь годов пятидесятых (наверное, «Earth Angel»). Мы сели на лавочку, примостившись на спинке, чтобы свисали ноги, и Алексей обнял меня за плечи.

И тут, покуривая косяк, подходят Джейк и Брайан, самые настоящие бро, ничего от хипстеров.

– О, привет, ребята, – увидев их первой, говорю я.

Когда Алексей замечает своих приятелей-бро, то сразу же начинает паниковать, дергаться, словно одержимый, и немедленно отдергивает от меня руку. Я, потеряв поддержку, падаю с лавочки, сделав сальто назад. И не какое-нибудь там крутое сальто, а очень даже неуклюжее и нелепое.

– Привет, ребята, как дела? – Алексей встает и дает пять каждому, типа он такой крутой и важный парень, которому не нужны девушки, потому что они только мешают. Ах! Он Дэнни Зуко[37]! Если бы.

– Ой, – говорит Брайан, – это что, Леле? Она только что упала?

Я встаю и вытряхиваю из волос листья.

– Да, это я. Со мной все в порядке. Спасибо, что спросили. Кажется, у меня ничего не сломано. Но это лучше выяснить наверняка. – Я сверлю взглядом Алексея.

– Слушайте, мы как раз собирались пойти в кино, хотите с нами? – спрашивает Брайан.

– Звучит заманчиво, – отвечаю я, – но сегодня мне нужно прийти домой пораньше, чтобы… кое-что сделать. Кое-что очень важное. Так что еще увидимся.

Я перекидываю ремешок сумки через плечо и направляюсь к выходу из парка.

– Леле, погоди! – кричит мне вслед Алексей. – Я должен отвезти тебя домой! Да куда ты собралась?

Он догоняет меня и хватает за руку. Я вырываюсь.

– Ты стесняешься появляться со мной на людях или что? – рявкаю я.

– Что? Нет, конечно.

– Ты меня, считай, со скамейки скинул, когда подошли твои дружки.

– Они просто застали меня врасплох. Это ничего не значит, богом клянусь!

Я верю Алексею и прощаю его, но только не говорю ему об этом. Ведь намного веселее наблюдать, как он мучается всю дорогу до моего дома.

Я игнорирую Алексея все воскресенье, за которое он оставляет мне пять голосовых сообщений, и в каждом длинные извинения, тупые шутки и даже одна на редкость чудная песня. Это так приятно!

В понедельник он приходит на первый урок с дюжиной роз, и весь класс считает это очень романтичным. Ладно-ладно, я тоже так думаю, но не придаю этому большого значения, потому что, если честно, жду, что он будет постоянно так делать, не зависимо от того, облажался он или нет.

– Пожалуйста, прости меня, – говорит Алексей.

– Хорошо, я прощаю тебя. – Все начинают ахать, и я наклоняюсь ближе, чтобы меня слышал только он. – Но если ты снова меня уронишь, то очень сильно об этом пожалеешь.

Он сглатывает.

Тренера Вашингтон сегодня нет. Заменяющий ее учитель бросает нам несколько мячей для игры в гандбол и оставляет нас одних. Целый час мы можем делать, что хотим, и я не жалуюсь.

– Я слышала, вы с Алексеем наконец-то вместе, – говорит Иветт, когда мы медленно идем по стадиону.

– Да, и мне не верится, что это произошло на самом деле. Но так и есть.

– Вы уже делали это?!

– Фу, Иветт, повзрослей, – отвечаю я. – Нет, еще не делали.

– А почему?! Боже, вы должны.

– Сбавь обороты, подружка. Я никуда не спешу. О, посмотри, вот и он!

По диагонали через поле к нам бежит Алексей, петляет между играющими в футбол девчонками, а затем приближается к гигантской игре «Четыре в ряд»[38] (только представьте себе: игра «Четыре в ряд», но только с полем около метра в высоту) и разбегается, набирая скорость, чтобы перепрыгнуть эту конструкцию. Он бежит, прыгает, приземляется на нее верхом, и всё, в том числе Алексей, падает на землю. Фишки размером с фрисби разлетаются в разные стороны. Я морщусь и прячу лицо.

– Что ж, – усмехается Иветт, – возможно, ты упустила свой шанс. Надеюсь, он там себе ничего не сломал.

– Да иди ты, – говорю я. Но втайне радуюсь: теперь мы с Алексеем квиты – оба упали на глазах друзей друг друга.

38. Не верьте журналам… но не всегда / когда тебе не везет больше всех на свете (7 980 000 подписчиков)

– Слушай, а зачем ты вообще побежал через стадион? – Уроки давно закончились, мы с Алексеем в моей комнате. Я расчесываю волосы перед зеркалом, он сидит на кровати, прижимая к промежности упаковку со льдом.

– Хм?

– Когда вы с набором «Четыре в ряд» вдруг так пылко сблизились, ты же бежал ко мне. Будто хотел мне что-то сказать.

– О, точно! Я совсем забыл. Ты первый пользователь Вайн, который достиг одного миллиарда повторов.

Я роняю расческу.

– Прости, что ты сказал?

– Сама смотри. – Он открывает на своем телефоне мой аккаунт в Вайн. Это правда: у меня один миллиард повторов. А это значит, что мои видео посмотрели в общей сложности один миллиард раз. И я первый пользователь Вайн, достигший такого количества. Я глазею на цифры, пытаясь переварить информацию, пытаясь осознать, что это по-настоящему. Но у меня в голове не укладывается, что это правда – должно быть, я сплю.

– Алексей, это реально? У меня уже были похожие сны.

– Ты не спишь, это по-настоящему.

– Ой, да люди во сне все время так говорят, это ничего не значит.

– Леле, ты говоришь глупости, но как хочешь. – Он щиплет меня за руку, больно.

– Боже всемогущий, это было так обязательно?

– Да. Ты несла чушь. Давай уже, разуй глаза и прими тот факт, что ты абсолютно покорила Вайн. Ты побила рекорд, Леле, ты чертовски крутая.

Я на секунду замираю, глядя в пустоту. Все происходящее наконец-то начало доходить до меня, проникать внутрь, впитываясь сквозь мышцы в кровь и пробираясь в мозг.

– Е-е-е-е-е-е-е-е! – во всю глотку кричу я, прыгая на кровати, будто мне пять лет и я снова могу радоваться Санта-Клаусу, Пасхальному зайчику и сиропу на мороженом. Я скачу и танцую, раскинув руки в стороны – и мне плевать, видит меня кто или нет, даже Алексей, который как раз-таки меня видит.

– Потанцуй со мной! – Я тяну его за руки. – Это повод отпраздновать! Открыть шампанское! Обзвонить всех! Оповестить прессу! – С моей помощью Алексей поднимается на ноги и встает рядом со мной, и на одно счастливое мгновение я чувствую себя прекрасной принцессой на балу, которая держится за руки со своим принцем.

– А-а-а-а-а, – стонет Алексей и прикладывает руки к своей промежности. – Как же больно!

Он падает обратно на кровать. Ну вот, а так хорошо все начиналось.

Алексей остается ухаживать за своими ушибленными яичками (простите за подробности, но не я виновата, что он такой идиот), Иветт, Дарси и я отправляемся на наше второе шоу Стива Тао. Иветт услышала, что он будет играть в каком-то клубе в центре города, и спросила, не смогу ли я снова добыть нам пропуск в VIP-зону. На что я ответила:

– Давай проверим. Твой вопрос был представлен на рассмотрение, и ответ следующий: «Ежу понятно, что да». Теперь я мегазнаменита и могу получить все, что захочу!

Иветт с искренним отвращением сверлит меня взглядом.

Но сейчас мы тусуемся за кулисами, и она говорит со мной с благодарностью. Мы сидим на белом кожаном диване и пьем джин с тоником (у меня только тоник), пока техники готовят все к шоу, а мимо с важным видом то и дело проходят какие-то люди.

– Кстати, поздравляю с миллиардом просмотров, – пытаясь казаться беспечной, говорит Иветт. Но у нее не получается скрыть эмоции: я зашла так далеко, где еще не бывала ни одна девчонка. Я даже жду, что с минуты на минуту мне позвонит сам президент. Он такой лапочка.

– О, спасибо, но в этом ничего такого нет. – Я пожимаю плечами и беру лежащий поблизости журнал «Тин Вог».