Путешественники по временам и измерениям

Подойди поближе, – высокий старик протянул к Сережке руку.

– Мы тебя позвали для того, чтобы удостовериться, что ты тот, кто нам нужен.

– Нужен для чего? И вообще, что вы все делаете в моей комнате ночью, да еще что-то жжете на столе. Так и до пожара недалеко.

– Помолчи и послушай. Я буду краток. Настолько краток, чтобы ты смог уловить главный смысл сказанного.

И так. Вы люди, а точнее – лысые обезьяны, а еще точнее – лысаки, являетесь существами первого порядка. Не спеши радоваться, первого не значит высшего, скорее наоборот. В своем развитии вы находитесь в самом начале вселенской эволюции.

Ты называешь себя хозяином Васанта, этого уважаемого крысодава? А давай просто сравним вас? Летом тебе жарко, а зимой холодно – без одежды ты умрешь. Крысодаву одежда не нужна. Без огня ты не сможешь приготовить пищу и поесть, попив сырую воду из лужи, ты отравишься и заболеешь. Васант всю жизнь пьет, откуда только может, и ест сырых мышей, жуков и птиц. И все это только в вашем, родном измерении. Я уже не говорю про твое несовершенство в других измерениях! Можно еще долго перечислять отсталость лысаков, но пока ограничимся этим.

– Зато мы летаем в космос и изобрели телевизор и компьютер! – парировал Сережка.

– Да если бы вы были чуть более развиты, поняли бы, что в космос летать не надо, поскольку он здесь и никуда от вас не убегал.

Посмотри на это, – старик указал в сторону свистка Гунтаса, который тот нежно полировал бархатной тряпочкой. – С помощью этого устройства, которое мы называем «эрат», можно забраться гораздо дальше, чем могут все ракеты и самолеты вместе взятые. Ваша проблема, лысаки, в упертости и в том, что вы верите только в очевидные вещи. Для вас железо – это твердое и тяжелое, а лед – холодный и ломкий, и никак иначе. Вам невдомек, что всё может быть абсолютно ВСЕМ.

Сейчас это вода, а через мгновенье огонь! Камень становится цветком и так далее.

Ты же не удивляешься, когда видишь, как в фильме по телевизору, скажем, дом превращается в дракона или танк в самолет. Ты должен понять главное, всё и везде – это просто определенный объем энергии. Например, вот эта колба – это сто миллионов частиц. И в пределах этих ста миллионов ты можешь творить, что пожелаешь. Колесо, тарелку, подушку и так далее. Все ограничено только твоим воображением.

– И что, манную кашу можно превратить в чипсы? Или школьный дневник в футбольный мяч? – спросил, не веря, Сережка.

– И даже проще, чем ты думаешь, – ответил старикашка, недавно упавший со стула от смеха.

– Ну да ладно, не затем мы тебя сюда позвали, – прервал смелые мечты паренька высокий старик – верховный маг, как его про себя окрестил Сережка.

– Как ты уже мог слышать от Гунтаса, ваша планета Земля не одна такая. Вернее, она одна, но существует одновременно во множестве времен и измерений. Сколько их, точно не знает никто.

Мы постоянно обнаруживаем всё новые, и заносим их в «Великую книгу всех времен и измерений». Основная сложность обнаружения измерений заключается в следующем: в пределах одного измерения со временем все понятно. Проще говоря, 14 часов 30 минут и 45 секунд 1 декабря 1900 года – это 14 часов 30 минут и 45 секунд 1 декабря 2000 года и даже 3000 года, выражаясь на вашем языке. То есть, зная точную временную точку, можно легко перемещаться и в прошлое и в будущее. Время движется по спирали, и с этим мы разобрались.

С измерениями все значительно сложнее. Никогда не знаешь, в какой временной точке «вылезет» то или иное измерение и появятся его обитатели. За многие тысячи лет нам так и не удалось раскрыть главный секрет измерений. Вот почему и сегодня бывают такие досадные вещи – как например появление снежного человека из 32-го измерения «Мохногрудых древоедов», и жившего много миллионов лет назад, в вашем измерении в ХХ веке.

Мы – стражи времен и измерений, как ты уже понял, очень обеспокоены этой проблемой. Фактор «случайности поведения» измерений существенно затрудняет нашу работу и приносит много неприятностей местным жителям.

Только представь, что в измерение «микродонов» – микроскопических динозавров случайно занесет слона или крокодила из вашего измерения. И все, конец малышкам! Кого не перетопчут, того сожрут и не подавятся.

А недавно случилась настоящая неприятность. Дело в том, что некто из пока неизвестного нам измерения случайно или намеренно попал в четвертое измерение Земли – Пятиречье, и оттуда пытается изменить другие измерения, в том числе и твое.

И вся сложность в том, что как раз в четвертом измерении собрались все, кого вы величаете «чокнутыми» волшебниками, знахарями и целителями.

Они стекаются туда из всех времен и измерений, потому что там их никто не преследует, не сжигает на костре и не тычет пальцем. В большинстве своем они живут в одиночестве, замкнутой жизнью, и целыми днями практикуются в магии и волшебстве.

Но бывает, что они сбиваются в магические отряды и нападают друг на друга, доказывая превосходство в магической силе.

До настоящего времени все эти стычки носили локальный характер и ничем серьезным другим временам и измерениям не угрожали.

Однако недавно мы заметили, что в измерении стали пропадать маги. Очевидцы, которые видели их последними, утверждали, что те добровольно вступали в какое-то тайное общество и уезжали с насиженных мест. Больше их никто не видел. Однако, транспортные работники доложили, что пределов Пятиречья пропавшие маги тоже не покидали.

И вот, когда четвертое измерение недосчиталось уже более двух сотен магов, мы решили направить к ним своих разведчиков. Хотелось узнать, в чем дело, и не грозит ли другим измерениям опасность. К сожалению, наши помощники не вернулись. И теперь мы обеспокоены еще сильнее. Поэтому ты должен нам помочь.

– Но причем тут я? Я ничего не знаю ни о других измерениях, ни тем более о магах и колдунах. И вообще, везите меня обратно, мне завтра рано в школу идти!

– Школа подождет. А вот если мы не остановим этих фанатиков, то может статься, что тебе некуда будет возвращаться. Ты даже представить себе не можешь, с какой легкостью уничтожаются измерения. Достаточно незначительного изменения в далеком прошлом, и всё! Будущего уже не будет. А поскольку у каждого измерения есть прошлое, которое можно изменить, то можно изменить и всё измерение в целом. Понял теперь?

– Понял. Но почему я? – понуро спросил Сережка.

– Потому что ты – потомок Сервоета Лучезарного. Твой дед – величайший исследователь времен и измерений, был одним из главных специалистов в своем деле. Он потратил три своих жизни. Да, да, ты не ослышался, одну земную и две, которые любезно подарили ему мы.

Он потратил все свое время на изучение измерений и времен. Еще в далеком детстве, во время Второй мировой войны в вашем измерении, его случайно спасли от смерти пелины. Они как раз наблюдали за военными действиями. Чтобы кто-то случайно не взорвал или не залез в Нерусы, и не переместился в другие измерения. И вот однажды ночью, когда целиком был разбомблен один из домов на окраине города, в его обломках укрывался маленький мальчик – твой дед. А поскольку, именно в подвале этого здания и находился один портал, то пелинам ничего не оставалось, как забрать мальчика с собой в другое измерение, а на Нерус наложить чары блокировки и невидимости.

После этого порталом уже никто не мог воспользоваться, а твой дед оказался сначала в измерении пелинов, а потом уже его доставили сюда, к нам.

– Я не очень вам верю, – пробурчал Сережка. – Родители мне рассказывали, что мой дед, действительно, на какое-то время пропал во время войны. Но потом его нашли и отдали в детский дом, потому что его родителей убило бомбой. А потом он работал, то ли геологом, то ли биологом, я уже не помню, много ездил в командировки. Его почти никогда не бывало дома. А в старости стал много выпивать и ругаться матом.

– Это всё для маскировки. Не мог же он рассказать правду. Тогда бы его забрали в сумасшедший дом.

– Вот только из последней своей командировки он так и не вернулся. Пропал где-то на стыке измерений. Есть такие места, перекрестки, по-вашему, где вместе сходятся несколько разных измерений. И неподготовленного путешественника может разорвать на части, поскольку он одновременно окажется сразу во всех этих измерениях. Нога в одном, рука в другом и так далее.

– А как этого избежать? – Сережке не хотелось искать свои части тела по разным измерениям.

– Не так сложно. Надо выбрать то измерение, от которого на этом перекрестке исходит наиболее сильное энергетическое поле. Главную дорогу, так сказать. И по ней двигаться. Ясно?

– Куда уж яснее… – Сережке на миг показалось, что его деда все-таки забрали в психушку. И теперь он его навестил и общается с соседями по больничной палате, такими же сумасшедшими стариками.

– Перед своим последним путешествием Сервоет Лучезарный сказал, что если ему не суждено вернуться, то в случае необходимости мы можем обратиться к его потомку, то есть к тебе. Он сказал, что передал тебе часть своих знаний, и теперь ты являешься их хранителем.

– Ничего я нигде не храню, – заупрямился Сережка. – Я Сергей Поляков, ученик 6 класса. Я алгебру с геометрией с трудом понимаю, а Вы говорите – другие измерения! И дед мой был пьяницей и чудиком, как называла его мама. А под старость лет он вообще пропал куда-то. И лучезарно от него только водкой и луком пахло.

– Не передавал, говоришь? А вспомни, как он тебе каждую ночь рассказывал сказки и при этом долго гладил по голове?

– Не помню, я тогда совсем маленький был. А сказки, действительно, он рассказывал длинные и не всегда понятные. Зато под них отлично засыпалось. Но там, не было никаких тайных знаний!

– Не спорь, всему свое время. Скоро сам все узнаешь. А пока мы тебя направляем на курсы «молодого путешественника», где тебя обучат основным навыкам выживания при перемещении по измерениям и временам. Да, и с сегодняшнего дня ты не Сергей, а Сервоет Младший.

После этих слов верховный маг махнул рукой, и Гунтас, взяв Сережку за руку, снова трижды дунул в свой золотой свисток.

Глава 3. Не можешь – научим, не хочешь – научим

На этот раз Сережка, теперь уже Сервоет с обидной приставкой Младший, и Гунтас оказались посреди океана, на небольшом острове.

– Вот и прибыли. Ты пока оглядись по сторонам, а я свяжусь с местными хранителями, – сказал Гунтас и стал шарить в своей сумке, пока не извлек на свет трубочку, совсем отдаленно похожую на мобильный телефон, только очень тонкий и совсем круглый. Он быстро набрал комбинацию на чуть видимых серебряных кнопочках, и трубочка засветилась зеленоватым светом.

– Все в порядке. Они скоро будут, велели ждать здесь, – сказал Гунтас и лег на песок, удовлетворенно вытянув маленькие ножки.

– А кто это были? Ну, те старики и их главный маг?

– Это не маги, а старейшины, хранители тайны измерений и времен. Они ведут специальный дневник – «Великую книгу всех времен и измерений», которую кроме них никто не вправе изучать. Да если бы и захотели подглядеть, не смогли бы – на нем магическая защита. Все они, и их главный – верховный хранитель Джинта, принадлежат к давно исчезнувшей цивилизации пацараев. Говорят, она была настолько могущественной, что ее представители могли одновременно пребывать во всех измерениях и временах.

– Как Бог? Он, типа, везде и нигде. Живет в каждом времени и смотрит с неба за всем, что происходит на Земле. Мне про это бабушка рассказывала, – сказал Сервоет.

– Да, у вас их называют богами. У нас попроще – пацараями. Но смысл ты верно уловил. Короче, дальше произошла какая-то мутная история, и они все исчезли. Куда, зачем – никто не знает.

Остались только эти старцы. Да и они перемещаются по измерениям с невероятной скоростью, и встретить их крайне непросто. Считай, что тебе очень повезло, что ты их видел, а тем более общался. Это великая честь для тебя. А вот и наши проводники…

К ним навстречу двигалось, а точнее ползло на брюхе существо, напоминающее смесь носорога, бегемота и большого джипа. На его спине сидел мужик с синей кожей, ростом с баскетболиста. В руках у него сверкало длинное копье, за спиной виднелся круглый щит.

– Я рад приветствовать в нашем измерении Соларх пелина первой степени Гунтаса Великолепного и потомка великого Сервоета Лучезарного, – и незнакомец оскалился в белоснежной улыбке, обнажив довольно длинные и острые зубы. – Меня зовут Асая, я вождь этого измерения. Чтобы было легче привыкнуть к обстановке вокруг, представь, мальчик, что ты на Карибских островах. По правде говоря, мы на них и находимся, только в другом измерении.

– Я тоже рад вас приветствовать, – неожиданно прорычал бегемотоджип. – Я – Скариус, еще один вождь Соларха.

– У вас тут что, все вожди? – Сервоет с любопытством осматривал неведомого зверя. «Интересно, а бензина он много жрет?» – подумал мальчуган про себя.

– Да, – сказал Асая, – так проще. Все вожди, которые обязаны заботиться о процветании племени, и каждый чувствует себя лицом ответственным. Поэтому ни войн, ни раздоров, ни карьерной грызни у нас нет. Все и так вожди, все и так наверху. И пенять не на кого – всё зависит от каждого.

– Асая, – прервал его монолог Гунтас, – у нас очень мало времени, и нам очень много надо всего успеть. Ты не забыл, зачем мы здесь?

– О да, конечно, – спохватился синекожий, – конечно. Забирайтесь на Скариуса и быстрее поехали в сантуку, по-вашему, школу, – и он сбросил вниз веревочную лестницу.

Забравшись на спину Скариуса, Сервоет впервые после прибытия смог осмотреть остров с высоты бегемотоджипа, который по размерам не уступал крупному слону.

Надо сказать, что увиденное понравилось мальчику. Остров был небольшой, но удивительно правильной формы. Воды океана омывали пляжи с белоснежным песком.

Вдоль берега росли невысокие кокосовые пальмы. Вглубь острова уходили деревья побольше и трава повыше. На другом конце острова виднелся небольшой и давно потухший вулкан. Солнце хоть и было ослепительно ярким, но не жгло, а приятно согревало. В воздухе пахло морем и какими-то травами. Сережка-Сервоет вспомнил, что дома зима, снег и ветер, и широко улыбнулся, радуясь такому приятному путешествию.

«Жалко, что мамы с папой со мной нет, им бы здесь точно понравилось», – подумал он про себя.

Местная школа – сантука оказалась большим деревянным бараком с крышей из пальмовых веток. Гунтас, Асая и Сервоет вошли внутрь через невысокую дверь. Скариус же на улице стал валяться в луже, удовлетворенно похрюкивая и потирая себя толстыми лапами. Потом он нашел какие-то объедки, и с аппетитом их съел, не переставая похрюкивать и причмокивать. Наевшись, снова лег в лужу, громко рыгнул и захрапел.

Внутри сантуки было всего одно помещение, почти пустое, если не считать небольшой столик и два стула в дальнем углу.

Асая быстро прошел к столику и сел на стул, приглашая Гунтаса последовать его примеру. Сервоету он велел встать в центр комнаты.

– Итак, начнем! – торжественно произнес Асая. – Урок первый: «Ламбарии»!

После этих слов комната наполнилась вонючим синеватым дымом. Когда Сервоет прокашлялся и протер глаза, увидел, что рядом с ним стоят три существа, похожих на мартышек, но почему-то с шестью ногами и двумя хвостами.

– Это ламбарии – самые большие хулиганы во многих измерениях. Они незаметно забираются в багаж путешественника, и потом устраивают сущий бардака в другом измерении.

Однажды эти «шутники» пробрались в 16-е измерение, к достопочтенным слизням.

Пользуясь тем, что у последних нет рук и ног, они ловили их и кидали в яму с какашками, где бедные слизни чуть не умерли. А в измерении 108, где живут радиатосы, они украли какое-то очень токсичное и радиоактивное вещество и накормили им ящерицу в твоем измерении, Сервоет.

Ящерица выросла до гигантских размеров и чуть не стала уничтожителем всго живого. Естественно, когда ее убили, ваши правители всё это превратили в выдумку, и даже сняли смешной фильм про это, кажется «Грофилла».

– «Годзилла», – поправил Сервоет. – Я его помню, там огромный динозавр ходил и всё крушил на своем пути.

– Вот-вот, поэтому эти твари очень опасны.

Слушая рассказ о себе, ламбарии стояли смирно, игриво помахивая хвостами, и с любопытством поглядываю на Сервоета. Они совсем не казались ни злыми, ни опасными.

Мальчику даже захотелось погладить их. Но как только он протянул руку к одной ламбарии, другая молниеносно прыгнула на спину Сервоету и, мгновенно схватив за край трусов, тут же почти натянула их на голову мальчишке. Пока Сервоет очухался от такой наглости и приводил себя в порядок, ламбарии уже куда-то исчезли.

– Где эти мерзкие обезьяны? – задыхаясь от злости, прошипел он. В комнате снова стало пусто, если не считать Асаи и Гунтаса за столом в дальнем углу.

– Проверь карманы! – поучительно произнес Гунтас.

Сервоет посмотрел сначала в кармане штанов – пусто. Потом заглянул в пижаму – тот же результат. Хотя нет, постойте, что это за три маленьких значка? Он достал находку из кармана и внимательно рассмотрел. На них были изображены ламбарии, точь-в-точь как живые. Сервоет с пренебрежением бросил значки на пол, которые, едва коснувшись досок пола, мгновенно превратились в старых знакомых – ламбарий. Они стали громко кричать, строить рожи, потирая ушибленные при падении задницы.

– Будь очень внимателен. Всегда проверяй личные вещи и карманы. Как ты уже понял, ламбарии могут принимать облик практически любого предмета, – учил Асая. – Управлять ими, тем не менее, достаточно просто. Сейчас покажу.

Он достал из своей сумки небольшое круглое зеркальце и, подняв его над головой, покрутил так, чтобы ламбарии его заметили. Шестиногие обезьяны тут же перестали кричать и гримасничать, подбежали к столику и просительно протянули лапки к зеркальцу. Асая отдал им его. Одна из ламбарий нежно взяла его, и все трое тут же убежали в противоположный угол, сели в кучку и как завороженные стали смотреться в зеркальце.

– Ну, теперь они заняты месяца на два, пока не разобьют зеркальце. А они его обязательно разобьют, иначе они бы не были ламбариями. И упаси тебя небо, Сервоет, попробовать отобрать у них эту безделушку.

– А что тогда будет? – спросил мальчик.

– Дело в том, – продолжал Асая, – что зеркало – это предмет обожания и поклонения для всех ламбарий. И если у них отбирают зеркальце, то они автоматически делают из того, кто у них его отобрал, такой же предмет обожания и поклонения. Потому что они считают, что божество у них может отобрать только другое божество.

Поэтому, если отберешь у них зеркальце, они будут боготворить тебя пару месяцев, а потом разобьют вдребезги.

– А зачем они разбивают зеркальце?

– Может, от безумной любви, а скорее, потому что через пару месяцев начинают понимать, что это не божество, а просто кусок стекла. Правда, потом они забывают про это и начинают снова боготворить зеркало.

Ну да ладно, нам надо еще много успеть. Сейчас тебя отведут в комнату, где ты будешь жить следующие две недели и постигать различные премудрости.

– Две недели? А как же родители, как же школа? Я не могу оставаться здесь так долго, – вспылил Сережка-Сервоет.

– Не волнуйся, – успокоил его Гунтас. – Дома ты будешь отсутствовать ровно 8 часов. Никто ничего не заметит. Просто в разных измерениях время течет по-разному. Пацараи тебе об этом уже рассказывали. Собственно, в этом и заключается основная сложность работы с измерениями.

Поэтому и не удается совместить приборы так, чтобы можно было попадать из одного измерения в другое в одно и то же время. Хотя где-то нам удалось вычислить течение времени, как например в этом измерении. Поэтому я тебе и говорю: будь спокоен. Всё под контролем. Сейчас твоя главная задача – забыть обо всем и сосредоточиться только на том, чему тебя здесь будут учить.

Так Сервоет и поступил. Уютно устроившись в маленькой хижине почти рядом с морем, он постарался поменьше пореже вспоминать о родителях, школе и прочих лысаковских хлопотах и буквально превратился в губку, впитывающую вселенские знания о временах и измерениях.

В следующие две недели Сервоет узнал, чем лакатоки отличаются от серкатоков.

Почему одних стоит бояться, как огня, а от других просто держаться подальше.

Почему нельзя прерывать транспортных работников, когда те перечисляют свои регалии.

Причем испытал он это на собственной шкуре, когда прервал вопросом пелина, прибывшего из другого измерения к Гунтасу за советом. Пелина звали Янтус. И когда Сервоет его прервал на полуслове, он выкрикнул какое-то ругательство и «закинул» Сервоета в измерение к огромным пожирателям плоти, которые его чуть не съели.

Хорошо, что к тому моменту Сервоет уже был знаком с небольшими хитростями и всегда носил с собой «вечный кусок колбасы». Это такой батончик вареной колбасы, который никогда не заканчивается. Чем несказанно порадовал вечно голодных пожирателей плоти, наевшихся колбасой и уснувших. Тогда Гунтас смог быстренько переместить Сервоета обратно. К сожалению, кусок «вечной колбасы» пришлось оставить пожирателям плоти.