День, когда умерли драконы (Лучшее из чудовищ-2)

Она могла и не ответить, водилась за Иссой такая привычка. Однако сейчас и ей, похоже, хотелось отвлечься от их окружения.

- Энергия, - пояснила девушка. - Все Мертвые земли - это одна большая магическая клетка. Своя энергия есть у чудовищ и у заклинания, которое их сдерживает. Оба вида относятся к темной силе, которая плохо влияет на людей.

- Насколько плохо?

- На полное помешательство уходит от трех до семи дней, - невозмутимо пояснила Исса. - После этого человек не помнит, кто он такой, и заводит очаровательную привычку убивать всех подряд. Прикинув потери к выгоде, твои предки отозвали охрану, понадеялись на заклинания. Правильное решение, кстати. Да и нам с тобой полезно: никто под ногами путаться не будет.

Глядя на горы со стороны, Кирин предполагал, что они лишь кажутся ему черными. Такого камня ведь не бывает! Однако теперь он видел, что то была не игра цвета. Горная порода под его ногами постепенно темнела, из серой превращаясь в черную, как зола. Но это все еще был камень, Кирин не сомневался.

Они поднялись выше по склону, и там, среди валунов, Исса указала ему скрытую тропу. Идти по ней было чуть легче, чем карабкаться по камням, но подъем на высоту все равно давал о себе знать. Кирин быстро уставал, ему было сложно дышать в густом тумане, однако жизнь научила его не жаловаться. Через связь между ними Исса прекрасно чувствовала, сколько сил у него осталось. Просить о привале было бессмысленно до того, как он с ног свалится. Да и потом, Кирину и самому хотелось как можно скорее освободить брата.

Из-за тумана он не сумел разглядеть здание впереди, пока они не приблизились к нему вплотную. Не заметить храм было просто: его не построили здесь, а вырезали прямо в черной горе. Это, впрочем, не делало здание меньше. Перед ними открывалась колоннада, тонувшая в дымке, галереи на втором этаже и три башни, уходящие к небу. За высокими окнами не было света, ворота оставались закрытыми, похоже, сюда давно уже никто не приходил.

Напротив ворот их встречала лишь статуя, сделанная из белого камня - и эта белизна смотрелась вызовом темному миру. Кирин привык, что статуи изображают императоров, великих полководцев или хотя бы героев легенд. Но эта даже человеком не была! Перед ними взвился на задних ногах огромный конь с угрожающе заостренными копытами. Его грива и хвост напоминали Кирину бушующие языки пламени, пожирающего все вокруг, а из центра широкого лба рос острый длинный рог, какого у обычной лошади быть не могло.

На камне, служившем странному коню опорой, на всех языках империи была высечена лишь одна фраза: "Кто хочет сохранить жизнь, не идет в землю смерти".

- Это что? - удивленно спросил Кирин, осматривая статую. Мастер, создавший ее, был гениален, казалось, что перед ними живое существо, готовое в любой момент сорваться в бег.

- Единорог, - без тени восхищения пояснила Исса. - А вон там его храм.

- Не понимаю... Я думал, храмы в этих горах служат печатями заточения, а не восхваляют этих тварей!

- Одно другому не мешает.

- Вообще-то, мешает, - возразил Кирин.

- Храмы - это, прежде всего, магические артефакты. Но тогда, пятьсот лет назад, они были нужны еще и для того, чтобы усмирить гнев людей, возражавших против заточения чудовищ.

- Кто-то возражал?

- А ты думал! - подмигнула ему Исса. - Кто-то и сейчас возражает. Я, например. Но я-то ладно, а люди тоже не все были согласны. До того, как династия Реи промаршировала по этим землям, осыпая себя лепестками роз, люди и чудовища веками жили рядом. Не в мире, конечно, а как получалось. С мелкими чудовищами боролись, как с обычными животными. Крупных, сильных и умных пытались подкупить жертвами и почитанием. Иногда срабатывало, и нам были благодарны. Поэтому храмы, служившие границами, были посвящены самым сильным из чудовищ, запертых внутри Мертвых земель. Те, кому очень хотелось, могли являться сюда и молить о помощи. Сначала желающие были, но долго их преданность не протянула. Хочешь знать, почему, - вспомни о темной энергии.

- А те чудовища, что остались внутри... У них была какая-то связь с этими храмами?

- Не-а. Мы там понятия не имели, что кто-то в нашу честь курицу на алтаре зарезал.

Кирин снова перевел взгляд на статую. Единорог казался воплощением силы и скорости, вольного ветра, летящего вперед без оков и преград. Но он не выглядел опасным!

- Почему единорогов тоже убрали из нашего мира? - спросил Кирин. - Не думаю, что они ели людей...

- Есть - не ели, но убивали - только успевай трупы закапывать!

- Серьезно? Лошадь, убивающая людей?

- Череп человеку пробить даже лошадь может, - рассудила Исса. - А это не лошадь, а единорог, потрудись запомнить. Жрут они в основном траву, фрукты и прочую зеленую пакость. Но они периодически начинали охоту на человеческих девственниц - или девственников, им без разницы. Подходит любой юноша или девушка, который уже может продолжить род, но пока не приступил к этому увлекательному делу.

- Зачем им человеческие девственники? - Теперь уже Кирин смотрел на огромного коня с явным сомнением.

- Кровь людей в этот момент становится для единорогов как лекарство. Они могут надолго сохранять здоровье и молодость. Самые удачливые охотники бессмертия добивались, если часто находили жертв. Естественно, против такой судьбы возражали сами жертвы, а часто и их родственники. Поэтому единороги наловчились быстро убивать людей. Хочу тебе сказать, это резвые коники. Помню, охотилась я на одного единорога, так полдня потратила, прежде чем завалила.

От неожиданности Кирин чуть брата не уронил.

- Ты ела единорога?!

Исса его удивление не разделила:

- Ага, а что здесь такого? Думаешь, я стала бы его убивать, чтобы клыки рогом почистить или что? Но вообще, оно того не стоило, мясо жесткое и травой отдает. Больше я этим не развлекалась.

Кирин давно уже знал, что она охотилась в прошлой своей жизни. Но вспоминать, что она пожирала живых существ, все равно было неприятно.

- Насколько единороги разумны? - поинтересовался он.

- Да уж поумнее людей будут! Вообще, все, кому тут построили храмы, ничем не уступают вашему роду. Так что если считаешь, что видишь перед собой животное, - проверь два раза.

Он собирался пройти к храму, но Исса остановила его и указала на тропу, проходившую мимо и скрывавшуюся в тумане.

- А разве не это наша цель? - смутился Кирин. - Храм, через который мы сможем пересечь границу?

- Нет. В некоторых храмах есть проход, но не во всех. В этом нет.

- Ты уверена? Что-то могло измениться за сто пятьдесят лет.

- Что-то постоянно меняется, - согласилась Исса. - А уж проходы - в первую очередь. Они раз в десять лет, думаю, смещаются, не реже. Но я их чувствую и точно знаю, что в этом храме пусто. Так что продолжай идти. Если тебе тяжело нести Сальтара, брось его на землю и тащи за ногу, будет легче.

- Это не смешно!

- Кому как. Я б посмеялась.

Следовать ее советам Кирин не стал, но в остальном доверился своей спутнице. Исса повела его дальше сквозь туман, мимо храмов, хранивших долину веками.

Они были похожи - все темные, вырезанные в горе, непреступные, словно крепости. И возле каждого храма стояла своя статуя, предупреждавшая, что для людей дальше дороги нет. Кирин видел здесь льва с копытами, рогами и чешуйчатыми крыльями, змею с одним телом и десятком голов, птицу с крыльями, похожими на сотни лезвий, соединенных друг с другом умелым кузнецом.

Но остановились они лишь когда на их пути появился дракон. Кирин сразу узнал его, хоть и не видел прежде - он даже перепутал драконов и скалистых ящеров, которых использовала армия лорда Камита. Но теперь, глядя на статую, он понимал, что имела в виду Исса, когда говорила, что разница между этими существами огромна.

Рядом с настоящим драконом скалистые ящеры смотрелись примерно как чан для кормления свиней рядом с императорской короной. Дракон был изящным существом, даже в его изображении угадывалась грация, которой щедро наделила его природа. Его передние лапы напоминали человеческие руки и были меньше задних, предназначенных, похоже, для нападения. На спине были сложены огромные крылья, способные без труда поднять массивное тело в воздух. Гребень, проходивший от затылка до кончика хвоста, казался ажурным, чешуя образовывала причудливый узор. Голову ящера венчали два тонких изогнутых рога.

- Они все такие? - прошептал Кирин, разглядывая прекрасное создание.

- Не совсем. Есть небольшие отличия, это от клана зависит - у кого-то такие рога, у кого-то - другие, у кого-то - вообще нет. Но все отличия незначительны, в остальном, да, они все одинаковы. Я бы на твоем месте не расслаблялась.

- А похоже, что я расслаблен?

- Я тебя знаю, ты быстро на красоту ведешься, - заявила Исса. - Но дракон - это не танцовщица императорского дворца. То, что они красивы, не делает их менее опасными... Они почти на верхушке в мире хищников Мертвых земель.

- Есть кто-то выше?

- Выше - никого, но кое-кто с ними делит трон. Нам важно не это, а то, что здесь можно войти.

Ворота храма тоже были сделаны из камня. Они казались тяжелыми, вросшими в землю, и Кирин не представлял, как их можно сдвинуть. Но у Иссы получилось, ей хватило одного движения, чтобы открыть им путь в темноту.

Весь храм был отдан единственному залу, просторному, как целая деревня, и пустому. Рассекали его лишь ряды колонн, увешанных факелами, которые сейчас не горели. Все они вели к другому концу зала - и к алтарю, расположенному там.

На колоннах Кирин видел изображения драконов. Исса верно сказала: они были похожи, но и отличить их друг от друга оказалось несложно. Принц невольно засмотрелся на ящеров, пока девушка не потащила его вперед.

- Я же говорила, у тебя слабость перед красотой, - проворчала она. - Будем надеяться, что твое знакомство с ними картинками и закончится. Мы сюда не для того пришли!

Она провела его через зал, и Кирин, привыкнув к темноте храма, сумел разглядеть вторую дверь, скрытую за алтарем. Она была намного меньше главных ворот, но и ее когда-то выточили из камня. Перед этой преградой Исса вдруг остановилась.

- Открывать не будешь? - смутился Кирин.

- Не открою, даже если захочу, - отозвалась девушка. - Сначала нужно отпереть замок.

Он осмотрел гладкую поверхность двери.

- Но тут нет замка!

- Глаза человека, что с них взять, - усмехнулась Исса. - Поверь мне, здесь есть замок. А у нас с тобой есть ключ.

Она подошла к алтарю и, прежде чем Кирин успел сообразить, что происходит, разбила о него кольцо. Последняя капля крови, оставшаяся от ее тела, скользнула на темный камень. Исса добровольно отдала главный запас силы, что у нее был - и последнее, что могло защитить ее в Мертвых землях.

Но она, похоже, ни о чем не жалела. Исса перехватила руку своего спутника, ногтем надрезала кожу на его пальце и дождалась, пока к капле ее крови присоединилась кровь принца.

- Могла бы предупредить, - возмутился Кирин, одергивая руку.

- Можно подумать, ты отказался бы! Пока ты нянчишь свой несчастный пальчик, я тебя порадую: как только мы войдем в эту дверь, твой брат будет свободен. Возможно, конечно, ему все равно захочется ехать у тебя на шее, но это будет уже не обязательно. Ты готов?

- Насколько к такому вообще можно подготовиться...

Исса ничего больше не делала, но капли крови на алтаре словно пробудились. Они живыми существами скользнули вперед, не оставив за собой и следа. С алтаря на пол, оттуда - к двери, они двигались с такой ловкостью, что Кирин едва успевал следить за ними.

Добравшись до поверхности двери, капли крови разделились, оплетая ее алым узором. Мгновение - и он вспыхнул белым пламенем, настолько ярким, что оно ненадолго ослепило Кирина после долгой тьмы.

А когда зрение вернулось, Кирин обнаружил, что дверь в другой мир открыта перед ними.

 

Глава 2

Сальтар привык к темноте, тишине и отрешенности от всего мира. Он понятия не имел, где находится, кто рядом с ним. Его не развязывали, с ним не говорили, он только чувствовал, как иногда его переносили с места на место - как живого мертвеца! Для второго принца, воспитанного воином, это было унизительно. Но в то же время, Сальтар чувствовал, что его поражение злит Таниса, и это стало его единственной отрадой.

Маг не собирался сдаваться так просто. Он то и дело вселялся в тело Сальтара, рылся в его памяти, наполнял сознание самыми горькими и чудовищными воспоминаниями. Но принц терпел - после всего, что он уже вынес, это было несложно. Он научился думать лишь о том, что план Таниса сорвался, и это уже ничто не изменит.

Вскоре Танис стал являться реже. Вряд ли он устал или отчаялся, скорее, что-то важное отвлекало его сейчас, заставляло пустить колдовскую силу в другое русло. Это немного беспокоило Сальтара: что бы ни задумал этот чародей, на благо империи оно не пойдет.

Ирония заключалась в том, что без Таниса Сальтара посещали мысли посложнее, справиться с которыми оказалось не так просто, как отстраниться от иллюзий, посланных врагом. Он думал о своем брате. То, что Кирин, слабый, запуганный, беспомощный, выжил в той резне, уже было чудом. Но когда они наконец встретились, перед Сальтаром стоял совсем другой человек, опытный и сильный.

Отчасти, Сальтар был рад за брата - однако лишь отчасти. Он понимал, что никто не меняется так быстро без особого окружения. Кирин не был дураком, он понимал, что сражается с чудовищами, и все равно не боялся. А значит, он нашел силу, способную противостоять им; только вот Сальтар не был уверен, что это правильно и достойно будущего императора.

В темноте, без звуков, он давно разучился отличать день и ночь. Сальтар не брался сказать, когда он спал, а когда просто тонул в своем прошлом. Поэтому он понятия не имел, сколько времени прошло, прежде чем ему вернули свободу.

Он почувствовал, как сначала снимают повязки с его ушей, потом - с глаз. Свет, окружавший его, был совсем не ярким, однако и его оказалось достаточно, чтобы ослепить принца после стольких дней темноты. Он зажмурился, привыкая к новому окружению, и услышал неподалеку от себя незнакомый женский голос.

- Я б на твоем месте сначала объяснила ему, что происходит, а потом развязывала. А то начнет метаться в панике и лоб себе расшибет - и будешь ты снова его тащить.

- Я все знаю, - отозвался Кирин. - Ты уверена, что колдун больше не управляет им?

- Уверена. Колдун, который на самом деле не совсем колдун, даже не чувствует его здесь. Но он точно знает, что мы утащили его игрушку в Мертвые земли.

- Почему это он знает? - удивился Кирин.

- Иначе и быть не может. Магия, которую он использовал на твоем брате, родом из Мертвых земель, а значит, и сам он отсюда.

Сальтар давно уже знал, что Танис - не человек. Он видел слишком много, чтобы сомневаться. Но откуда столько известно какой-то девице? Да еще и болтающей так нагло, будто она - мужчина!

Когда Сальтар решился приоткрыть глаза, он увидел перед собой брата. Это был Кирин - но вместе с тем кто-то другой. Он, раньше вечно скрытый от солнца, загорел, повзрослел, стал сильнее и жестче. Он даже остриг длинные волосы, хотя традиции запрещали это третьему принцу. Из удачливого беглеца он постепенно превращался в силу, способную вернуть империю.

Причина его уверенности тоже была здесь. В паре шагов от них стояла девица в белом платье, не слишком высокая, тонкая и на вид хрупкая, и все же было в ней что-то, что пугало сразу, с первого взгляда. Желтые глаза, рассматривавшие Сальтара с холодным любопытством, не могли принадлежать человеку.

Увидев их, Сальтар невольно отшатнулся. Веревки все еще мешали ему двигаться, и от резкого рывка он просто оказался на земле.

- Я ж говорила, - хмыкнула девица, скрестив руки на груди. - Все вы, новое поколение Реи, дерганые. Вот Торем с дружками вообще заявился в Мертвые земли, потому что ему скучно стало. Правда, потом они почти все тут благополучно умерли, но мы так далеко в историю не полезем.

- Дай я поговорю с ним, - попросил Кирин, оборачиваясь к ней. - Не мешай пока, ладно?

- Я? Я само смирение.

Сальтар ушам своим поверить не мог: его брат разговаривал с этим существом как с равным себе! Как такое вообще могло произойти?

А потом Кирин рассказал ему все. Его отчаянный побег из дворца, визит в заброшенную столицу, договор с Иссой и новые союзники, а потом - путешествие в Торем-вал, где они и встретились, - все это было нереально. Сальтар знал, что брат не лжет ему, и все равно не мог поверить. Хотя, наверно, стоило бы: старые законы и традиции потеряли цену, мир становился другим. Выжить в нем мог лишь тот, кто умел меняться!

И союз с чудовищем был, пожалуй, мудрым решением, достойным хорошего правителя. Сальтар помнил, с какой уверенностью Танис отправлял его в Торем-вал. Он не сомневался, что легко захватит Кирина, он был слишком силен, чтобы проиграть! Однако он проиграл, и без Иссы этого бы ни случилось.

Но в чем ее цель? Можно ли доверять такому существу или у него есть скрытые мотивы, которые еще больше навредят империи? Сальтар не знал, что и думать, - а должен был. Освободившись от чар, он становился наследником престола, а не Кирин. Получается, и с чудовищем нужно было работать ему.

Впервые с тех пор, как с него сняли повязку, Сальтар решился оглядеться по сторонам. Он никак не мог поверить, что они действительно в Мертвых землях. Пока они остановились в узком перевале, с двух сторон пойманном стенами гор. Справа от Сальтара горы были черными, и в них он видел скрытую каменную дверь. С другой стороны возвышалась серая гряда, исчерченная черными пастями пещер. Туман, застилавший перевал, почти скрывал от них далекое серое небо, нанизанное на вершины гор.

Здесь было холодно, но не слишком. Гораздо больше Сальтара раздражал влажный воздух, которым было тяжело дышать. Это быстро утомляло, и он понятия не имел, как брат сумел донести его сюда.

Насколько же сильным стал за это время Кирин?...

- Где мы? - тихо спросил Сальтар. - Это, значит, и есть Мертвые земли?