Герои по ту сторону. Дебют

– Нет. Скорее, они как дети – кто лучше, сильнее, умнее…

Они одновременно обернулись и посмотрели на столпившихся в дальнем углу братьев и сестёр. Они о чём-то громко спорили, показывая друг другу на листки договора, и молочная дымка расходилась оттуда волнами, успокаиваясь возле Видящего кристалла.

Ведущая битву вздохнула.

– И зачем я во всё это ввязалась?

– С такой нагрузкой тебе стоит иногда развлекаться, – Порождающий тьму улыбнулся. – Кстати, ты уже выбрала подопечного?

– Не говори ерунды, – отрезала Сиири. – Мой подопечный – академия.

– Ну нет, это ты говоришь ерунду. Милая, ты как никто знаешь своих студентов и кто способен победить в этом состязании. Ну же, присоединяйся, вдруг понравится?

– А ты? – Ведущая битву упрямо взглянула на собеседника. – Сам-то выбрал?

– Честно? – Деланей взглянул на кристалл и провёл пальцами по гладкой поверхности. Изображение подёрнулось дымкой и переменилось; теперь в центре хрустального шара показалась рыжеволосая девчонка, мирно дремавшая в своей постели. – Я бы хотел выбрать её. Из всех студентов она – единственная, в кого я мог бы настолько поверить. Но, думаю, ты понимаешь, что мироздание может неправильно расценить мой поступок, – бог тьмы помолчал несколько мгновений. – Тем более, какое моё благословение пойдёт ей на пользу?

Сердце обожгла жалость. Деланей, с тоской смотревший на дочь, которую не имел права признать, выглядел потерянным и одиноким. Сиири никогда не чувствовала ничего подобного – чего уж там говорить, она влюблялась-то всего раз, какие там дети – но почему-то ей казалось, что она понимает брата. Страшно представить, что было бы, не имей она права заниматься академией и городом, созданными собственными руками.

– Позволь мне просто побыть наблюдателем, – прошептал бог тьмы, коснувшись кончиками пальцев поверхности кристалла. – В какой-то мере мне кажется предательством возможность взять в подопечные другого героя.

– Хорошо, – Ведущая битву вздохнула.

Высший закон Создателя, их отца, запрещал богам заводить ребёнка от человека. Ценой тому было бессмертие, Дар и место в Мире грёз. Но небожителей тянуло к людям, порой чересчур сильно. Полубоги, плоды запретной любви, всё же появлялись на свет, и расплата не наступала. Быть может, причиной тому были отказы от детей. Каждый ребёнок бога ни разу не виделся со своим бессмертным родителем, и тот наблюдал за чадом из Мира грёз… если, конечно, интересовался его судьбой. Вечная жизнь, молодость, красота по-прежнему были дороже любви. А для кого-то – Дар и его могущество.

А ведь братья и сёстры не могли не контролировать себя, вдруг подумала Сиири. Ведь их тела устроены так, что человеческая природа никогда не берёт верх над природой божественной без желания самого бога. Они не нуждались в пище и воде, не спали, почти не менялись со временем. И только любопытство заставляло их почувствовать себя человеком.

А значит, каждое дитя было по-своему желанным, раз боги допускали их появление на свет. Догадка казалась безумной, и именно потому походила на правду.

Но для чего же им нужны были дети? В утешение возлюбленному? Или чтобы хоть ненадолго увидеть продолжение себя?

Может быть, эти воспоминания и размышления повлияли, а может, и откровенность Порождающего тьму, Сиири не знала. Она протянула руку и вернула изображение спортзала. Может быть, вновь взяв подопечного впервые за полтора века, богиня войны сможет понять зачем, да и каково это – иметь незаконное дитя на земле?

– Если честно, я бы сделала ставку на главного жреца, – задумчиво протянула Сиири, разглядывая двух парней, сражавшихся на деревянных мечах. Один из них явно был лучше, противник едва успевал уклоняться. – Он превосходно справляется со своим делом, всегда всё успевает, и Дар у него невероятный… Жаль, правила академии не позволили присвоить ему статус героя. Единственное исключение, для которого стоило бы сделать исключение.

– Милая, ты поступила правильно, что не стала вмешиваться, – сказал Деланей. – Иногда руководитель должен принимать сложные, но правильные решения, чтобы его авторитет не пошатнулся.

– Пожалуй, ты прав, – Сиири сдвинула изображение, чтобы взглянуть на красивую блондинку в углу зала, сидевшую в окружении подруг. Настоящая королева и её подданные… что, впрочем, было недалеко от истины. – Вот эта студентка – гордость академии, но, боюсь, Лилиан не оценит, если я возьму её.

– Зря ты так думаешь, – Деланей покачал головой.

– Нет, не зря. Лилиан в последнее время не в себе. Не хочу с ней лишний раз связываться, у меня и так проблем много. Посмотрю ещё…

Изображение сдвигалось влево, показывая новых дуэлянтов. Большинство схваток длилось не дольше минуты, и соперники выглядели жалко. Ведущая битву дожидалась конца каждого сражения прежде, чем перейти к новой паре, но ни один мечник ей не нравился так, чтобы сделать на него ставку.

Ох уж этот во всём идеальный Элиот Кэмпбелл. Привыкаешь работать с ним и ждёшь, что все вокруг такие же.

Наконец Сиири перевела изображение на другой зал, где студенты работали с огнестрельным оружием. Несколько молодых людей упражнялись с пистолетами, но богиню войны заинтересовал высокий красивый мексиканец в дальнем конце зала. Он держал в руках снайперскую винтовку, казавшуюся огромной даже для такого крепкого парня.

Грянул выстрел. Ещё один. Ведущая битву сместила изображение на мишень, затем снова к парню. В расчерченной картонке не было ни одного отверстия, хотя рядом на полу лежали две отстрелянные гильзы.

– Ого! – Деланей оглянулся на Ведущую Битву. – Он что, промахнулся с такого расстояния?

– Нет, он никогда не промахивается, это иллюзия, – Сиири улыбнулась. – Знаешь… похоже, я нашла того, на кого смогу поставить.

Грянул третий выстрел. На пол со звоном упала третья гильза. Получается, парень научился копировать не только мелкие детали, но и звук. Неплохо. Он точно заслуживает внимания богини войны.

Ну что же, пути назад нет. Сиири оглянулась, отыскала взглядом Сета и шагнула к нему. В голове уже роились тысячи мыслей о будущем подопечном, в глубине души трепетало предвкушение.

Уходя вглубь главного зала, она не заметила, что Деланей едва сдержал победную улыбку.

“Наконец-то!”

Глава III

У всего есть свой предел. У душевных сил, у мечтаний, у возможностей. Даже у математических функций. Чего уж там говорить о терпении? Кажется, Вероника достигла своего предела, и ей отчаянно хотелось, чтобы несносный дух раньше неё узнал, что будет, если перешагнуть за него.

– Придушу!

– Духи не дышат.

– Прибью!

– Духи не чувствуют боли.

– Ах, чтоб тебя… Тогда… Четвертую!

– Интересно, каким образом?

– Пока не знаю, но…

В паре сантиметров от носа мелькнуло огромное белое пятно, подхватив синий отблеск от светившихся глаз. Подушка, что ли?

– Да заткнитесь уже!

Вероника протянула руку и включила висевший на стене ночник в виде маленького улыбающегося солнышка. Мягкий золотистый свет залил просторную комнату, позволяя рассмотреть недовольную русоволосую девчонку лет пятнадцати, сидевшую на кровати в дальнем углу.

– Прости, Алин. Это всё он, – Вероника кивнула в сторону Кайла.

– Я тут вообще не при чём, – недовольный дух покачал головой.

– Пользуйтесь телепатией! – буркнула Алина и швырнула в Кайла плюшевого медвежонка. В этот раз вышло хуже – игрушка ударилась о выкрашенную белой краской стену и провалилась за кровать Вероники.

Кайл состроил недовольную гримасу и растаял в тени. Алина хмыкнула и потянулась за одеялом. Закуталась, оглянулась на Веронику. Та поморщилась.

Глаза перестали светиться. Раздражение испарилось вместе с духом, оставив после себя тягучее послевкусие. Зараза. Знал же, что сегодня начинаются экзамены, и всё равно решил показать свой дурной характер…

– Что на этот раз? – Алина зевнула.

– Он научился уходить тайком, – Вероника указала на кровать возле себя. – Видишь? Я не отбрасываю тени, и глаза у меня не светятся. И он меня не слышит, когда уходит.

– Вижу. Жуть. – Алина потёрла глаза. – И что ты собираешься теперь делать?

– Не знаю, – Вероника посмотрела на часы. Начало седьмого. Она пожала плечами. – Наверное, на тренировку пойду. Проветрюсь хоть немного…

– Я не об этом.

Подруга упрямо смотрела в глаза, и Вероника отвела взгляд в сторону. Посмотрела в окно, как будто могла увидеть несносного духа на улице.

– Не знаю.

– Вот отдала бы его мне на перевоспитание, а там…

– Думай лучше об экзаменах, – буркнула Вероника.

– Прошу прощения, Алина-тян, Ника-тян! Не могли бы вы поговорить в коридоре? Сессия начинается, потом не выспимся, – послышался сонный женский голос.

Вероника оглянулась на третью кровать. Соседка закуталась в одеяло с головой. Посмотрела на Алину – та демонстративно растянулась на кровати. Хорошо хоть храпеть не начала.

– Извини, Мэй. – Вероника соскочила с кровати и метнулась к огромному двустворчатому шкафу в дальнем конце комнаты. Еле слышно скрипнула дверца. Вероника скрылась за ней и вышла на свет через полторы минуты, уже одетая в чёрный спортивный костюм. Просто чемпион по сборам на время. – Досыпайте, девчонки. Не буду мешать.

Стоило ей выйти за дверь, как в коридор вылетели сразу две подушки. Мимо. Захотелось обернуться и показать язык, но тогда девчонки точно не отпустят её просто так. Вероника хихикнула и поспешила к лестнице.

Интересно, они остынут к её возвращению?

На улице веселье испарилось без следа. Небо захлестнули тучи, моросил дождь, дул пронизывающий ветер. Вероника застегнула куртку и ускорила шаг. До спорткомплекса триста метров по аллее, и этот путь показался вечностью. Не испорть Кайл настроение, она бы с удовольствием прогулялась, полной грудью вдыхая свежий воздух, и даже дождь не показался бы противным. Но нет. Складывалось ощущение, что капризная погода и мерзкий сосед сговорились.

А ведь здесь было, на что посмотреть и где прогуляться.

Академия героев собрала под своим крылом людей со всего света. Никто не понимал, каким невероятным образом жители города умудрялись ладить друг с другом. Даже штормы политики волшебным образом бушевали где-то вдалеке, обходя стороной Священную землю. Магия мироздания замешана, не иначе. Как ещё объяснить, что здесь расцвела своя собственная культура, как паззл вобравшая в себя особенности разных народов и стран?

 Администрация старалась сохранить этот дух единства многообразия. Даже в парке при академии – его засадили деревьями, привезёнными со всего света. Правда, из-за близости Антарктиды и капризной погоды прижились только вечнозелёные виды. Желтеющие к осени деревья росли только в садах жителей – тех, кому не лень было за ними ухаживать – так что зима и лето в этом месте отличались только температурой. Ах да – зимой ещё дожди шли чаще. Чуточку чаще.

Оказавшись в спортивном зале, Вероника на мгновение растерялась. Отделанное панелями из золотистого дерева помещение, выглядевшее просторнее за счёт висевших на стене зеркал, впервые на её памяти было пустым. Ну да, а чего ты хотела, уныло подумала она. Вряд ли найдётся ещё один чокнутый, решивший сходить в спортзал в шесть утра в первый день сессии.

Впервые она почувствовала себя одиноко и неуютно в месте, где раньше находила покой. Именно его не доставало в последние дни, и виной тому был несносный дух. Мало того, что вечно спорил и лез не в своё дело, теперь ещё и научился незаметно уходить…

Может, прогнать его, в отчаянии подумала Вероника, взглянув в одно из зеркал. Отражение не спешило отзываться, только печально смотрело в ответ. Она глубоко вздохнула, собрала волосы в хвостик. Надо размяться. Кто знает, вдруг если задать себе нагрузку потяжелее, ответ найдётся сам?

– Не спится? – послышался мужской голос.

Вероника вздрогнула и обернулась.

– Джереми? А ты тут откуда?

Высокий худощавый парень широко улыбнулся и отложил в сторону чёрную спортивную сумку.

– Я за тобой слежу, ты разве не в курсе?

Этого ещё не хватало. Вероника прекрасно понимала, что приятель шутит, но, зная его, можно подумать, что он говорит всерьёз. За тобой надо следить круглосуточно, как-то хмыкнул Джереми, и стал с тех пор слишком часто попадаться ей на глаза.

– Не говори глупостей, – буркнула она.

Джереми был всего на год старше Вероники, но выглядел минимум на двадцать два. Мексиканец, проживший полжизни в Америке – смуглый, жгучий брюнет на голову выше ростом – он обладал неистощимым запасом оптимизма и весёлым нравом. Несмотря на некрасивое родимое пятно на правой щеке, этот парень считался одним из самых симпатичных в академии. Хорошо, на Веронику его чары не действовали, и они обрели друг в друге отличных друзей.

– Честное слово. Я же знаю, что без меня ты натворишь дел, – Джереми заулыбался ещё шире. – Ну-ка, сознавайся, натворила же?

Вероника отвернулась к стойке с тренировочными мечами. Зараза. То ли чувствует, то ли шутит…

– Как знать.

– Поверь, я всё о тебе знаю, – невозмутимо отозвался приятель и взял со стойки два деревянных меча, один бросил Веронике. Та отреагировала не сразу, но поймать смогла. – Сделаешь меня?

– Ты же в классе огнестрельного?

– Ну и что? Я же говорю, подглядывал за тобой и кое-чему научился, – Джереми отступил на шаг назад и положил меч на плечо. – Идёшь?

Вероника опустила вхгляд. Рассеянно покрутила меч в руках.

– Знаешь, я…

– Ну же, не стесняйся. Если выиграешь, я выполню твоё желание.

Ещё один… Вероника глубоко вздохнула.

– Ещё скажи, любое?

– Любое.

– Какие же вы, мужчины, все одинаковые, – она закусила губу.

– Неправда, – Джереми вытянул руку, коснувшись кончиком меча носа Вероники. – Долго думаешь. Сейчас засчитаю тебе техническое поражение, и…

Вероника подхватила свой и с силой ударила по мечу приятеля. Джереми с трудом удержал его в руках.

– Я не договорил, – он недовольно поморщился, но его взгляд оставался насмешливым.

– Мы сюда разговаривать пришли? – Вероника тщетно пыталась скрыть разочарование в голосе.

– И то верно, – хмыкнул Джереми.

Мечи встретились с глухим стуком. Вероника попыталась сосредоточиться на происходящем, но навязчивые мысли о Кайле, всколыхнувшиеся после слов Джереми, не давали покоя.

Может, он не так уж плох? Дать ему второй шанс?