Мертвый лед

- Если хочешь, а я знаю, что хочешь.

Брент улыбнулся ей, а затем посмотрел на меня.

- Вы прибегаете к вуду, или вудуизму, поднимая зомби?

- Вроде того, - ответила я. - Теоретически люди, не наделенные даром, связанным с мертвыми, могут поднять зомби при помощи ритуала и соответствующей атрибутики. По не знаю никого, кто мог бы это сделать, не будучи одаренным.

- То есть это просто парапсихическая способность, типа телекинеза?

Я кивнула и пожала плечами.

- И да, и нет. Это магический дар. а не природная особенность. То есть эмпату, например, не нужен ритуал, чтобы ощутить эмоции, а некоторым магическим способностям он необходим, чтобы настроиться и открыть свой разум для них.

- Медитация помогает большинству экстрасенсов показать лучшие результаты на тестах. Возможно, это что-то подобное, - предположил Брент.

- Возможно, - ответила я.

- Вы используете вуду, чтобы поднимать мертвых, - произнесла это Мэннинг, как общеизвестную истину.

- Меня учили воскрешать мертвых именно так.

- Звучит так, словно вы не уверены, нужен ли вам этот ритуал.

- Я сильно сократила сам процесс, но мне знакомы аниматоры, которые должны выполнить ритуал от и до, чтобы поднять кого-то. По моему опыту, чем слабее твоя сверхъестественная способность, тем больше ты нуждаешься в магическом ритуале.

- Жрец, которому мы доверяем, сказал то же, что и вы: души были каким-то образом пойманы в ловушку, а затем помещены в тело. Но он не был уверен, будет ли тело с душой внутри разлагаться.

- И снова могу передать вам слова Сеньоры. Она нашла способ вернуть душу в тело зомби, и гниение прекращалось.

- Тогда почему зомби на видео разлагаются?

- Видимо, душу вновь изымали из тела, и тогда зомби как обычно начинали разлагаться.

- Но у некоторых из гниющих зомби в глазах души, - она показала пальцами кавычки. – Почему они гниют?

- Доминга изымала душу из тела зомби, позволяя гнить, а затем возвращала обратно, когда доводила его до того состояния, которое было ей нужно. Кроме того, она использовала это в качестве пыток и наказания. Она держала одного, сильно разложившегося, но все еще находящегося в сознании, для предупреждения и запугивания других. Делайте, что я говорю, или то же самое случится и с вами.

- Но зомби кажутся и без того совершенно покорными, зачем ей было угрожать им? – спросила Мэннинг.

- Для зомби это, конечно, было ужасно, и, подозреваю, Сеньора наслаждалась садизмом. Но она использовала это для запугивания своих заклятых друзей, как я. Это должно было заставить меня побояться отказать ей. Похоже, на других людях этот метод работал.

-Нo не на вас? - задала вопрос Мэннинг.

- Вы видели страх в глазах этих жертв только на видео. А я смотрела в их глаза лично, - я вздрогнула, ничего не могла с собой поделать. - Это было и до сих пор остается самым тревожным моим воспоминанием. Тогда я хотела смерти Доминги не для того, чтобы защитить себя, а чтобы освободить тех двух зомби. Это было настолько неправильным, настолько злым, что было необходимо остановить ее.

- Когда вы рассказываете об этом, ваше лицо... Вы выглядите так, словно навсегда запомнили это, - подметила Мэннинг.

Я поняла, что смотрела в никуда, вспоминая тот подвал и двух несчастных с пойманными в ловушку душами. Их глаза были такими напуганными, так молили о помощи, а мне пришлось оставить их там, чтобы спастись самой. Но были и другие дни, и другие возможности... И, в конце концов, я сделала то, что должна была. Доминга Сальвадор больше никогда и никого не будет так мучить.

Я посмотрела на остановленный кадр на экране ноутбука. Теперь в городе был новый игрок, и он со всем разобрался сам. Черт.

- Что Сальвадор хотела от вас. Блейк?

- Она хотела, чтобы я помогала ей поднимать больше зомби, чтобы развивать свой бизнес сексуального рабства.

- Вроде того, что мы смотрим сейчас?

- Возможно. Если вы достаточно сильны, ваши зомби будут очень похожи на людей. Они не будут разлагаться, потому что у них есть души, а значит не будет неприятного запаха. У вас будет абсолютно покорный сексуальный раб, которому не нужно ни есть, ни спать, который будет исполнять все прихоти владельца.

- Но рядом должен быть аниматор, чтобы отдавать им приказы, - сказала Мэннинг.

- Не думаю, что таков был план Доминги. Полагаю, она собиралась поступать так же, как я иногда делаю со своими клиентами: они входят в круг, и я привязываю к ним зомби, чтобы он выполнял их приказы. Мы договариваемся о встрече, когда я смогу забрать зомби обратно и похоронить его. Так я могу направиться к следующему заказчику и не нянчиться с каждым поднятым мною мертвецом.

- Как много зомби вы можете поднять за ночь? - спросил Брент.

- Зависит от давности смерти. Чем дольше человек мертв, тем больше сил нужно, чтобы поднять его. Если смерть по-настоящему древняя, возможно, я смогу поднять только одного, а если недавняя, то около пяти-шести за ночь. Иногда удается больше, но редко.

- Почему редко? - спросила Мэннинг.

- Я не поднимаю мертвых без веской на то причины. И эта услуга не дешевая. Ночи, когда у меня больше шести заказчиков на одном кладбище, очень редки. Иногда приходится поездить, чтобы выполнить несколько заказов, но только если я в городе. Когда человек, готовый заплатить за эту услугу, за городом, я успеваю выполнить только его заказ.

- Тогда почему зомби на видео управляет аниматор?

- Возможно, он не знает, как передать кому-то другому контроль над зомби. Меня этому не учили. Пока мертвому задают вопросы и прощаются с ним, вы должны ждать у могилы, а затем упокоить его. Даже сейчас я крайне редко передаю кому-то контроль над зомби.

- Почему? - спросила Мэннинг.

- Однажды кто-нибудь из клиентов может не вернуть его. Представьте, вы любили этого человека, а я достаточно сильна, чтобы какое-то время он выглядел и вел себя как живой. Этого достаточно, чтобы вы поверили, будто мама или папа воскресли. До поры до времени вы будете обманываться.

- И как долго?

- Пока его тело не начнет гнить. Все зомби разлагаются, агент Мэннинг, даже мои.

- Католическая церковь утверждает, что аниматоры посягают на деяния Иисуса, поднимая мертвых.

- Ага, и пока мы не прекратим, мы отлучены от церкви. Но они не понимают, что, если некоторые из нас не используют свои метафизические способности, они дают о себе знать другими способами.

- Так же, как с необученными телепатами, которые сходят с ума, не в силах заблокировать чужие мысли, - сравнил Брент.

- Ага, только в моем случае это было сбитое на дороге животное, преследовавшее меня до дома. И моя собака, которая воскресла, после смерти.

Зебровски смотрел на меня огромными глазами. Кажется, я никогда не рассказывала ему об этом.

- Звучит ужасно, - сказала Мэннинг.

- Так и было. Мой отец и мачеха были не в восторге.

- Да уж наверно, - протянул Брент.

- Вам нужна для этого человеческая жертва? - спросила Мэннинг.

- Чтобы поймать душу или чтобы вернуть ее обратно в зомби?

- И для, и для другого.

- Жрец ответил бы на эти вопросы лучше меня, но я не думаю. Если зомби умер не так давно, то в такой большой жертве нет необходимости.

- Что значит «большая жертва»? - спросила она.

- Многие из нас приносят в жертву цыплят, чтобы поднять обычного зомби. Если смерть была старой, тогда коз, иногда овец, но в основном коз. Если и этого недостаточно, тогда корову.

- То есть буквально большая, физически, а не интеллектуально развитая? - подвела итог Мэннинг.

Хороший вопрос, очень хороший.

- Знаете, я никогда не задумывалась над этим. Меня учили, что «большая жертва» означает буквально большая, то есть теоретически слон мог бы поднять более старого мертвеца, но от жертвы коровой мы перепрыгиваем сразу к человеческой, хотя люди физически не больше крупного рогатого скота, - я задумалась. - Думаю, просто нет приемлемого способа убить кого-то крупнее коровы или лошади, хотя не знаю никого, кто бы приносил в жертву лошадь в этой стране. Некоторые заменяют

цыплят голубями, по человек считается самой большой жертвой.

- Свиньи разумнее коз и коров, значит эта жертва больше? - спросил Брент.

- Не слышала, чтобы кто-то использовал свиней. Может поросят, но не взрослое животное.

- Почему? - спросила Мэннинг.

- Честно сказать, не знаю. Но я выросла на ферме и знаю, что свиньи могут съесть человека, в отличии от коров, цыплят и коз.

- На самом деле, свиньи не едят людей, если только какой-нибудь маньяк не скармливает им останки, - ответил Брент.

- Кабаны утаскивают детей, оставленных на краю поля, и съедают их.

- Да это просто бабушкины сказки.

- Вовсе нет, - возразила я. - И если вы будете настолько ранены, что не сможете самостоятельно выбраться из свинарника, вас съедят к черту.

- Я в это не верю.

- Мой отец ветеринар, и иногда он брал меня с собой на выезд. Поверьте мне, некоторые свиньи могут вас съесть.

- Смерть шимпанзе или дельфина была бы больше жертвы коровы, но меньше человеческой? - спросил он.

Я обдумала это и наконец ответила:

- Возможно, но взрослый самец шимпанзе может вырвать руку человека из сустава, а насчет дельфина... Даже не представляю, как доставить его на могилу, чтобы перерезать горло для поднятия зомби.

- Значит розыск без вести пропавших, которых могли принести в жертву, не поможет нам выйти на этих ублюдков? - спросила Мэннинг.

- Думаю, нет. Даже уверена в этом.

- Тогда как нам поймать их?

- Доминга собиралась продавать зомби, выглядящих как можно более свежими, как сексуальных рабов, но она и не подозревала о возможностях порно-онлайн. Думаю, должны быть клиенты, что за это платят.

- B большинстве штатов это больше не считается преступлением, потому что законы о некрофилии были изменены. Теперь они гласят, что, если мертвец может двигаться и способен дать свое согласие, их действие расценивается как консенсуальный секс, а не некрофилия. Но это все равно ужасно, - сказала Мэннинг.

- Слышала, что некоторым штатам пришлось пересмотреть свое законодательство, когда вампиров юридически признали гражданами, потому что по существующим законам за секс с ними все еще арестовывали.

- Некоторые копы превратили арест супругов вампиров в свое хобби, - сказал Мэннинг.

Я кивнула.

- Ну да, первые годы, после изменения законов, были интересными.

- И не говори, - согласился Зебровски, и я посмотрела на него. - Эй, я же и тогда был копом. Еще вчера мы могли убить вампира на виду у всех, а сегодня они уже были признаны легальными гражданами под защитой закона. Это были очень странные времена для правоохранительных органов.

- Я училась на четвертом курсе колледжа, когда все изменилось. Я и не задумывалась, как много пропустила.

Он закатил глаза.

- Иногда я забываю, что ты совсем малышка.

- Ты всего на десять лет старше.

-На тринадцать, но спасибо.

Я усмехнулась ему.

-Ну да, три года, это же так много.

- Иногда и ты так считаешь.

Я посмотрела на него, прищурившись. Тема отношений с некоторыми моими молодыми любовниками была очень личной, а личную жизнь мы уже обсудили.

- Да я просто старик по сравнению с тем твоим щенком.

- Не расстраивайтесь, сержант. В этой комнате не вы старше всех, хотя и меньше, чем на три года, - сказала агент, улыбнувшись.

Он протянул ей кулак, и, всего на мгновенье замешкавшись, она ударила по нему.

Я обратила внимание на непривычно притихшего Брента.

- Когда вы моложе всех детективов и агентов в комнате, вы просто не болтаете об этом.

Я улыбнулась ему.

- Плавали, знаем.