Седьмого не стрелять (сборник)

Бойчее других ложкой работает Санёк. Он крепкий, как кочан белой капусты. Голова круглая, щёки розовые, русые волосы давно покинули своё место расположения, освободив хозяина от заботы носить расчёску. Так и хочется Саню назвать богатырём Водолеем.

Аркадий, подмигнул Ромашову, оба уставились на друга:

– Ну, как, водная процедура на аппетит не повлияла?

– Нет! – не отвлекаясь от работы ложкой, отвечал Санёк.

– Ну и давно ты начал заниматься обливанием?

– Я, мужики, по системе Порфирия Корнеевича Иванова занимаюсь второй год.

– Ух, ты!.. Друзья, держа ложки в руках, с серьёзным видом заметили. – С тех пор ты, наверно, много картошки с салом приел?

– Конечно, отсутствием аппетита не страдаю, – отвечал Санёк, запивая кушанье молоком. – И не хвораю.

Аркадий с Ромашовым вновь переглянулись.

– А вообще-то, ты мог бы рассказать про этого Порфирия?

– С удовольствием. Порфирий Корнеевич разработал методику обливания холодной водой и всю жизнь этим занимался и долго прожил. Я вам расскажу о всех 12 пунктах его системы.

1. Два раза в день купайся в холодной природной воде, чтобы было тебе хорошо. Купайся в чём можешь: в озере, речке, ванной, принимай душ или обливайся. Горячее купание завершай холодным.

2. Перед купанием или после него, выйди на природу, встань босыми ногами на землю, а зимой на снег. Вдохни через рот несколько раз воздуху и мысленно попроси себе и пожелай людям здоровья.

3. Не употребляй алкоголь и не кури.

– Ага! – воскликнул Ромашов. – А сам-то ты водку хлещешь!

– Я только, по чуть-чуть, для дезинфекции кишок. Вот слушайте дальше:

4. Старайся хоть раз в неделю обходиться без пищи и воды с пятницы 18 часов до воскресенья 12 часов. Это твои заслуги и покой. Если же тебе трудно, то держись хотя бы сутки.

5. В 12 часов воскресенья выйди на природу босиком и несколько раз подыши и помысли, как написано выше. После этого можешь кушать всё, что тебе нравится.

– Вот это мне нравится! – отметил Ромашов. – Давай дальше.

6. Люби окружающую тебя природу. Не плюйся вокруг и не выплёвывай из себя ничего. Привыкни к этому – это твоё здоровье.

7. Здоровайся со всеми везде и всюду, особенно с людьми пожилого возраста. Хочешь иметь у себя здоровье – здоровайся со всеми.

8. Помогай людям, чем можешь, особенно бедному, больному, обиженному, нуждающемуся. Делай это с радостью. Отзовись на его нужду душой и сердцем. Ты приобретёшь в нём друга и поможешь делу мира.

9. Победи в себе жадность, лень, самодовольство, стяжательство, страх, лицемерие, гордость. Верь людям и люби их. Не говори о них несправедливо и не принимай близко к сердцу недобрых мнений о них.

10. Освободи свою голову от мыслей о болезнях, недомоганиях, смерти. Это твоя победа.

11. Мысль не отделяй от дела. Прочитал – хорошо. Но самое главное – делай.

12. Рассказывай и передавай опыт этого дела, но не хвались и не возвышайся в этом. Будь скромен.

– Вот, друзья мои, я передал вам опыт Порфирия Иванова, оставаясь при этом очень скромным товарищем. Если вы будете соблюдать условия выполнения этой системы, то везение в делах вас стороной не обойдёт, – закончил речь розовощёкий крепыш.

Аркадий тоже коренаст, тоже атлет, но предпочитает омываться только в ванной.

Ромашов бывший офицер ОМОНа. Многое ему приходилось испытать на службе, даже в наше неспокойное время после развала Советского государства, воевал в горячих точках. Его списали по ранению, но Владимир Ромашов не потерял интереса к жизни, остался улыбающимся оптимистом и хорошим другом.

Иван Мишин частенько встречается с друзьями, помогая им своим опытом промысловика. Их сдружила природа и охота, без которой жизнь потеряла бы основной интерес.

После завтрака, укладывая оружие и необходимую амуницию в Г азик, охотники советовались о предстоящем маршруте, куда, в какую сторону поехать?

– Так, вот же лицензия на лося в кармане, чего ещё? – буркнул Аркаша.

– Это, понятно, но по какому путику колёса покатим? – спросил Саня.

– Я думаю, надо осмотреть угодья в районе кабины, затем проверим место, где прошлым разом топор забыли, а после этого заглянем на болото, где зимой Газик засадили.

– Про это болото вспоминать не охота. Всю ночь там по колено в грязи машину вытаскивали, – сокрушался Мишин.

– Да, уж, – вздохнул Ромашов. – Я на том месте, когда кустарник рубил, командирские часы потерял. Замок расстегнулся и… тю-тю часов, с руки слетели, не заметил.

– Ночью свежего снега не было, свежих лосиных переходов – естественно нет, – рассуждал промысловик. – Остаётся ездить вдоль болот, где кусты ивняка и заросли подрастающего осинника, и искать зверя на узёрку.

– То есть, ты предлагаешь, Иван, прокатиться по кормовым местам копытных? – уточнил Ромашов.

– Так точно! – товарищ капитан, – улыбнулся Мишин, – и, обведя всех взглядом, добавил, – другие предложения будут?

– Нет, не будут! – за всех ответил Александр. – Заводи мотор – погнали наши городских!..

Машина с охотниками выехала со двора и оказалась в лесных угодьях. Снегу ещё было мало, ходить по лесу, минуя кусты, стволы деревьев, а также валёжник – работу ветровалов – было не трудно, даже романтично.

Ехать не близко. Машина гудит на ухабах, но охотники, протерев стёкла, зорко смотрят по сторонам на скучный предзимний пейзаж. Кто-то от скуки начал зевать, кто-то припоминает сон прошедшей ночи.

Аркадий уверяет Ромашова, что чувство возбуждения острее бывает от чужой женщины, чем от своей жены. Бывает, в троллейбусе прикоснешься к пуговице какой-нибудь незнакомки, так сразу это чувство проникает в голову, физиологию шевелит.

– Я тебе, Аркаша, так скажу, – спокойно отвечал Ромашов.

– На чужом сеновале и своя баба в охотку.

– Я вам вот что расскажу, – продолжал Аркаша. – В старину был праздник Купала – то есть, ночь свободной любви. Народ большой деревни поздним вечером собирался на берегу реки, разжигали большой костёр, водили хоровод с песнями, а в полночь хватали – кого попадя, и тащили в кусты. Там занимались любовью до утра. Вот жизнь интересная была.

– Да, уж! – сочно чмокнул Ромашов, – а если жена увидит?..

– В это время жена сама ищет партнёра – помоложе, да покрепче! – успокоил Володю Аркадий.

– А что, может в нашей госдуме проголосуют за такой праздник раз в году, ведь были же возгласы о многожёнстве? Это разнообразит жизнь народа, прекратятся бракоразводы по ревности. Стоит поработать толпе с подобным лозунгом и дело решится положительно, – предложил Аркаша.

– Не знай, не знай! – засомневался Ромашов, а если кому-то не понравится эта сеновальная любовь?

– Ну, что ж, сеновал, конечно – не театральная ложа. На вкус и цвет – товарищей нет. Но на сеновале человек преображается в сфере чувственных инстинктов: не нравится сеновал, сиди на скамейке под окном, щёлкай семечки.

– Но тогда для такой дружбы организмами одного дня маловато будет?! – воскликнул Санёк.

Санёк договорить не успел. Газик резко остановился. Мишин объявил:

– Вот она кабина от тепловоза, приехали!

Мужики повылазили из машины, окружили кабину без окон и двери, ободранную изнутри.

– Как это железо сюда попало? – закуривая папиросу, спросил Ромашов.

– Когда-то в этом лесном краю существовала узкоколейная железная дорога для вывозки с лесопорубочных делянок древесину, но всё кончается. Тепловоз, тянувший вагоны, разобрали на металлолом. А здешний бульдозерист кабину от него приволок сюда, прятаться от дождя, он в пойме этой речки сено косил. Теперь и косца давно нет в живых.

– Хоть какая-нибудь да крыша была над головой, – пнул ногой по железу Александр.

– Да, уж! – подытожил Ромашов.

Охотники огляделись по сторонам: болото и мелколесье берёз и осин обласкано стынущим золотом не высокого зимнего солнца. Сверкание снега било в глаза. В другое время через заросшее кустарником болото были переходы лосей… но не сегодня. Походив бесцельно среди кустов, промысловики поехали дальше.

– Э-хе-хе! – громко вздохнул Аркадий.

– О чём задумался – детина, что значит вздох твой, раб Аркашка? – участливо подметил Саня, сидевший от товарища по правую руку.

– Как мне не вздыхать? – трогательно рассуждает Аркадий – уж какой раз приезжаем в лес, сколько выходных потратили, сколько бензину сожгли за свой счёт, и всё без пользы. Просто «невезуха» какая-то!

Мишин, слушая разговор, знал, что происходит в этом охотсезоне у товарищей. Аркадий как бригадир, заключил договор с республиканской охотинспекцией на четырёх товарных лосей со сдачей их в магазин – «Дары природы». Мясо пятой, спортивной лицензии, принадлежит охотникам за работу. Но вот беда, они уже добыли четырёх лосей, а мясо оказалось непригодное для употребления в пищу. Лоси, обитающие вокруг городов, часто болеют финнозом. После обследования в ветлаборатории, мясо признанное негодным, отправляют на мясокостную муку. Данную лицензию продляют, а у охотников начинается всё заново. Бригаде Аркадия уже четыре раза не повезло. И вот они теперь на охоте далеко от города, в чистых лесных угодьях у знакомого Ивана Мишина.

Старых копытных следов немало, но без свежего снега тропить зверя не имеет смысла, остаётся надежда обнаружить зверя на узёрку, то есть увидеть его на кормёжке в кустарниках осин.

Охотники вспоминают: однажды лесную дорогу перекрыла старая вековая ель, не объехать. Хорошо, что в машине оказался топор. Толстый ствол дерева рубили полдня. Прорубили проход, лапник оттащили в сторону, после этой непредвиденной работы пришлось отдыхать. Попили чаю, проехали версты три. На дороге такая же история, не проехать. Стали в машине искать топор, а его нет. Вернулись назад, топор нашли под лапником. День угасал, пришлось ехать домой.

Теперь, проезжая возле этого места, мужики ехидно улыбаются:

– Граждане пассажиры, следующая остановка: «Топор»!

Мужики, покинув кабину Газика, вспоминая труд лесорубов, походили вокруг, потоптались на месте, обсуждая события и дальнейший план охоты.

– Я думаю надо ехать по другому путику в сторону озера, но дорога на озеро начинается от посёлка, придётся вернуться домой, – предложил Иван.

После некоторого молчания, с планом Мишина согласились.

По дороге домой охотники вернулись к заветам Порфирия Корнееича. Об этом попросил Ромашов.

– Саня, а что твой старец советует, чтобы избавиться от курения?

– Старец Иванов учил, что в любой момент, когда хочется выпить и закурить, нужно выйти на улицу босиком, делать «вдохи жизни» и просить, чтобы тебе были посланы силы для избавления от зависимости.

– М-да, совет прост и естествен, – буркнул Ромашов. – А что он говорил о закаливании?

Сане отвечать на такие вопросы приятно. Он помнит слова старца: «рассказывай и передавай опыт этого дела»:

– Закаливание холодной водой надо начинать постепенно. Кто не может преодолеть страх холодной воды, можно начинать с ног и постепенно переходить на грудь и спину. В то же время необходимо знать, что благотворно действует на здоровье человека быстро вылитая на голову холодная вода (лучше ледяная) в количестве не более двух вёдер за один раз. В результате происходит пробуждение всех органов, активизируются обменные процессы, и усиливается общий иммунитет. Так происходит выход застарелых болезней. Не следует останавливаться, надо продолжать обливания. После водных процедур можно слегка протереть тело полотенцем. Но для лучшего эффекта желательно обсохнуть, двигаясь на воздухе…

За разговором незаметно подъехали к дому. Во дворе, весело виляя хвостом и громко лая, вернувшихся охотников встретила хозяйская собака Белка. Положительно отметив экстерьер собаки, Аркадий спросил:

– Что ж ты, Иван, собаку на лося не берёшь?

– Рано ей ещё на крупного зверя ходить, молодая, не за понюшку табака под копыто попадёт. Были у меня до этой Белки собаки…

– Оружие из машины выносить не будем, всё равно сейчас в лес рванём, – предложил Саня.

– Санёк, кому нужна твоя старая горизонталка, – потешались коллеги. – Подарил бы её какой-нибудь хозяйке картошку в ступе толочь, она бы нашла своё место. У всех карабины, а твоего старого ружья наверно чехол стыдится.

– Ну и что? – спокойно отвечал Александр. – Я в неё верю, настанет время, она ещё себя проявит.

– Не знай – не знай! – В большом сомнении покачал головой Ромашов. – В какой куче металлолома ты подобрал свою трубу?

– Хотите – верьте, хотите – нет! – А мне моя двустволка – ИЖ – 58, нравится.

Заслышав во дворе разговоры, на крыльцо вышла Мариванна и пригласила на обед.

У мужиков с мороза аппетит отменный, щи ели с хлебом, вприкуску с дольками чеснока.

Аркадий, разливая водку по стаканам, приговаривал:

– Знаю я, почему вернулись без удачи. Утром не причастились. Не воздали. Не помянули. Не попросили. А Санёк добавил:

– Старец Порфирий заповедовал верить в себя и всё будет хорошо!

– Ну, спасибо, дорогой Санёк, успокоил. Теперь, ради успеха, будем верить тебе и советам старца! – благодарил Аркадий.

– Не – знай, не – знай, – покачал головой Ромашов…

После короткого обеда, сели в Газик. Привычно зарокотал мотор, Александр последним залез на своё место, хлопнув дверью, скомандовал:

– Ну, погнали наши городских! Шеф, трогай!

Сытая компания довольно улыбалась. Если утром ездили в сторону Востока, то после обеда решили поехать на Запад, к далёкому озеру Шаламумер. Газик подбрасывает на ямах и ухабах, Санёк с заднего сиденья предупреждает:

– Шофёр, потише, – не патроны везёшь!

Ромашов, тронув Ивана за плечо, спросил:

– Почему озеро так странно называется?

– О, это давняя история, – отвечал Иван. – Когда – то в этих краях жили крымские татары, высланные сюда по Сталинскому указу. Жил среди репрессированных мужик по имени Шалам. Вот однажды пошёл он рыбачить и умер на берегу. Оттого и пошло – Шаламумер. Вот такая история.

Вскоре Саня попросил остановить машину, по причине только ему известной. Вылезая из салона, Александр прихватил и ружьё. Ему вдогон крикнули: