Помоги проекту - поделись книгой:
Цветущие дары
Какие бы испытания ни выпадали на наш век, всегда есть время для благодарности и новых начинаний.
Для троих моих сыновей год выдался непростой: новый город, новый дом, новые школы, новые друзья, новая жизнь. Приходилось ко многому привыкать, было тревожно и даже грустно. Приближалось наше первое Рождество на новом месте, и я хотела провести его по-особому. Нам нужен был новый взгляд. Новая традиция – но со старым, добрым чувством тепла, единения, надежды и пробуждения. Я разработала план.
Рано утром в Рождество мы натянули на себя все теплые вещи и отправились на пляж в двух милях от дома. Было холодно, но рассвет того стоил. Мы припарковались, взяли сумку-холодильник, забитую горячим шоколадом и сладкими булочками, и пошли по пляжу в сторону каменистого волнореза, который закрывал вход в бухту. План был прост: устроиться на скалах, смотреть на великолепный океан и ценить восхитительные дары, которые нам каждый день преподносит этот мир.
Мой средний сын Питер заметил его первым.
– Мам, смотри! Цветок! – воскликнул он и побежал по камням.
Среди серого гранита лежала одинокая белая лилия – символ чистоты, красоты и изящества. Питер поднял ее и рассмотрел, пока мы подходили ближе.
– Как думаете, откуда она? – спросил он.
Мы огляделись по сторонам, но на пляже никого не было.
Собравшись в кружок, мы расселись на камнях, положили лилию рядом и стали любоваться ею. В голове у нас роились вопросы: кто ее здесь оставил? зачем? ждала ли она именно нас? Потягивая горячий шоколад, мы говорили о надежде и о новых начинаниях. Когда холодный ветер согнал нас с пляжа, мы положили лилию обратно на камни и пошли к машине, по пути собирая ракушки и камушки.
Вернувшись домой, мы открыли подарки. Обычное возбуждение в этот раз немного приглушили разговоры о лилии. Вечером мы выложили наши пляжные находки на кухонный стол и с помощью лент и клеевого пистолета сделали из них игрушки для елки. На обратной стороне каждой из них мы написали дату и слова: «Год первый. Год лилии».
Наша прогулка по пляжу стала ежегодной рождественской традицией. Но теперь мы приносим на волнорез собственные дары. За день до Рождества мы отправляемся к флористу и каждый выбирает по цветку. По дороге с пляжа мы находим подходящий камень и оставляем цветы на нем. Шагая обратно и подбирая камушки для новых игрушек, мы гадаем, кто найдет – и получит – наши дары новых начинаний.
Колядки
Каждый день приносит новые подарки. Раскрывайте их.
Ничто так не радует сердце, как рождественские колядки. Праздники всегда приносят суету, и дух Рождества легко теряется в спешке и желании сделать все «как надо». Однажды мы объединились с соседями и отправились колядовать вместе с детьми. Чтобы поднять настроение у всей округи, мы делились духом Рождества, пока не устали и не промерзли до костей.
Последний дом, решили мы, и снова расселись по машинам. Казалось, старичок, который одиноко сидел возле кухонного окна, только и ждал нашего прихода. Мы припарковались возле его дома и договорились, какие песни будем петь. Половина детей к этому времени уже ныла от холода, а блестящий снег Юты потерял свое очарование, хотя намерения у нас были самые что ни на есть благие.
Наконец выбрав репертуар для старичка, мы позвонили в дверь и подождали, пока он нам откроет. Уже думая о том, как буду укладывать детей спать и доделывать все дела, я автоматически запела вместе с остальными «Желаем вам Веселого Рождества». Но стоило мне увидеть, как глаза старичка наполняются слезами, как все лишние мысли тут же пропали. Пока мы пели, я слышала, как дрожат голоса моих друзей. В конце концов мой собственный голос тоже дрогнул и я запела тише, с трудом сдерживая слезы.
Старичок стоял на пороге, и свет висящей в коридоре лампы серебрился вокруг его седой головы. Когда мы закончили первую песню, он с удовольствием зааплодировал, и мы тотчас перешли к следующей. Из дома на улицу уходило тепло. Он как будто не обращал на это внимания – так он был рад нашему визиту. Казалось, он воплощал в себе Дух Рождества.
Для этого человека я пела от всего сердца, чувствуя, как в душе разливается радость. В тот вечер никто больше не приветствовал нас с таким восторгом. Никто не дал нам почувствовать себя такими долгожданными и любимыми. Я была безмерно благодарна старичку и счастливому случаю, который привел нас к нему на порог.
Последней мы запели «Тихую ночь», и дрожащий голос хозяина тоже влился в наш хор. По моим замерзшим щекам текли слезы, и я понимала, что никто из нас никогда не забудет этого человека. Песня закончилась, но мы остались стоять на крыльце, боясь разрушить волшебство момента. Старичок улыбался нам сквозь слезы, а мы улыбались ему.
Горячо поблагодарив нас и пожелав веселого Рождества, он ушел обратно в свой теплый дом. Мы медленно пошли прочь, оставив старичка, который своей радостью сделал тот вечер незабываемым, как и все Рождество. Казалось бы, этот человек нуждался в нас в своем одиночестве, но он и представить не мог, как он был нужен нам и какой подарок преподнес нашей маленькой группе. В нем мы нашли истинный дух Рождества.
Моя рождественская птичка
Песни отгоняют болезнь.
«Ох, мороз, мороз» стоял в нашем маленьком сонном городке в Вирджинии. Мы не привыкли к такому холоду и блестящему инею, который покрывал все вокруг. На земле лежало шестьдесят сантиметров снега, дороги покрылись льдом, а температура не поднималась выше ноля. Мы стучали зубами от холода и с нетерпением ждали прихода весны. Одно утешение, что Рождество не за горами, а Санте должна понравиться эта зимняя сказка.
Как и многие матери, я работала на полную ставку, растила полуторагодовалую дочь и каждый день пыталась сделать как можно больше. Муж часто задерживался на работе – он был заместителем директора в школе, – поэтому мы с дочкой Саванной по вечерам прибирались, готовили ужин и занимались повседневными делами.
В тот особенно холодный декабрьский вечер мы быстро заскочили в магазин и приехали домой. С продуктами и непоседливым ребенком на руках я осторожно прошла по обледеневшему дворику, а потом по кухонному полу. Сбросив пальто, шапку, перчатки и зимние ботинки, я сказала Саванне, что сбегаю к машине за сумочкой и сразу вернусь. На это у меня ушло секунд двадцать. Я подошла к дому, взялась за ручку кухонной двери и… обнаружила, что дверь захлопнулась! Что же делать? Открыть снаружи защелку стеклянной двери можно было только ключом…
Я запаниковала. Дочурка танцевала на кухне, напевая что-то себе под нос и ничего не замечая. Я попробовала открыть окна, но они, конечно, тоже были заблокированы. Аккуратно постучав по стеклу, я подозвала Саванну. Она подошла, улыбнулась, встала на цыпочки и гордо показала, что она уже большая девочка и умеет «заклывать» дверь на замок. Увы, она была еще слишком маленькой, чтобы повернуть защелку обратно и «отклыть» дверь. Мы попались! И на улице стоял такой холод!
Тогда еще не было мобильных телефонов, чтобы позвать кого-то на помощь. Я начала думать, как мне пробраться в дом. Саванна тем временем отвлеклась на стоящую в гостиной елку. Блестящая, сияющая, эта елка была для нее настоящей мечтой! Я всегда боялась, что Саванна качнет ее и уронит на себя, поэтому мы много вечеров любовались елкой и учились «смотреть, но не трогать». Но теперь мама стояла снаружи, а елка манила мою дочурку к себе. Когда Саванна направилась в гостиную, я начала петь рождественские песни. Веселый мотив песенки «Колокольчики звенят» не может не привлечь внимание малыша! Саванна снова подбежала к двери, села на пол и стала громко мне подпевать. Мы спели еще множество песен, а потом Саванна посмотрела на меня и сказала:
– Мамочка, там холодно. Заходи.
Она и не подозревала, что наше рождественское приключение согревало мне сердце, хотя на улице бушевал холодный ветер.
Муж вернулся примерно через полчаса. Я топталась возле стеклянной двери, а Саванна сидела внутри и распевала «Санта-Клаус едет в наш городок». Когда я наконец попала домой, окунулась в уютное тепло и обняла мою певчую птичку, я поняла, что Рождество в тот год пришло раньше срока!
Глава 3
В хлеву
Что всего важнее
Воистину подобен чуду ум ребенка.
Моей дочери Джессике было всего восемь, а она уже успела сменить три школы в трех разных странах. Мы с мужем работали на государственной службе, и нас как раз перевели в Мэриленд. Дочь и сын были рады возможности наконец-то пустить корни.
Мы поселились в небольшом городке неподалеку от Вашингтона. Местная церковь показалась нам очень приветливой, и в ней мы сразу почувствовали себя как дома. Каждое Рождество шестиклассники, самые старшие ученики начальной школы, устраивали представление. В нем участвовали ангелы, пастухи, мудрецы, трактирщик, Мария и Иосиф и даже настоящий младенец, которого им по такому случаю доверял кто-нибудь из прихожан.
Три года монахиня, возглавлявшая образовательное отделение нашего прихода, твердила Джессике, что та станет прекрасной «Марией», если будет хорошо учиться и подавать пример остальным. И вот Джессика перешла в шестой класс. В октябре приход начал готовиться к долгожданному и всеми любимому представлению, рассказывающему древнюю историю Рождества.
Однажды вечером, после занятий по религии, сестра Марджи попросила меня задержаться для разговора. В ее голосе звучали нотки волнения и даже паники. Это заметили все присутствующие. Учителя, родители и ученики притихли в надежде узнать, что такого важного она хотела мне сообщить.
Тихим шепотом сестра объяснила мне причину своего беспокойства: Джессика очень вытянулась и теперь была чуть ли не на голову выше мальчика, который хотел играть Иосифа.
– Когда они пойдут по проходу, сопровождаемые хором ангелов, – прошептала она, – Мария должна будет в одной руке нести младенца Иисуса, а другой опираться на локоть Иосифа. Не представляю, как это будет смотреться, раз она настолько выше его.
Она встревоженно покачала головой. Я тоже запаниковала, стараясь не смотреть на дочку, которая не сводила с нас глаз. Я постаралась объяснить сестре, что отказ в долгожданной роли может разбить моей девочке сердце.
Джессика вдруг подошла к нам. Оказалось, она слышала наши «тайные» переговоры и не стала ходить вокруг да около.
– Простите, сестра, – вежливо сказала она. – Ведь Иосифа не остановило, что Мария была беременна, когда он взял ее в жены. Думаете, он бы сильно переживал из-за того, что она выше ростом?
Мудрая, добрая сестра Марджи обняла Джессику и повела всех актеров в церковь на вечернюю молитву. Представление прошло замечательно, и мы с мужем гордо смотрели, как Мария заботливо несет ребенка, а другой рукой мягко и уверенно опирается на крепкое плечо Иосифа.
Идеальный подарок
Любовь – сама по себе подарок.
За две недели до Рождества я покинула свой уютный пригород и с группой друзей отправилась в Лос-Анджелес. «Динь-дон, динь-дон, в город пришло Рождество…» – напевала я про себя, шагая по тротуарам. Дальше в известной песне Ливингстона и Эванса пелось о «смеющихся детях и улыбающихся прохожих», но вокруг я видела совсем иное.
Улицы богатого города были полны бездомных – несчастных людей, измученных тяжелой жизнью, алкоголем и наркотиками. Они тащили пластиковые пакеты со своими скудными пожитками, а в нескольких кварталах от них покупатели спешили домой с сокровищами из дорогих дизайнерских бутиков.
Этот контраст поразил меня. Я молила Бога вмешаться и напомнить мне истинную причину праздника.
На второй день нашего путешествия в реальную жизнь гид повел нас знакомиться с мобильной миссионерской организацией «Метро Кидз». Мы следовали за их обеденным фургоном, покрытым рисунками на религиозные темы, пока он кружил по бедным кварталам. Из колонок лилась веселая музыка, на звуки которой сбегались сотни местных детей. Как только фургон остановился в тихом тупике, все, от мала до велика, бросились обнимать пастора как лучшего друга. Пастора эти объятия словно окатили волной энергии.
Через несколько минут на асфальт постелили коврики, и все расселись кружком.
– Кто хочет поиграть? – громко спросил молодой пастор у притихшей толпы.
– Я, я хочу! – воскликнул один мальчишка и вскочил на ноги.
– И я! И я! – раздался целый хор голосов.
Их радость была заразительна, и я тоже улыбнулась.
– Хорошо, – сказал пастор. – Сейчас мы разыграем призы, а потом я расскажу рождественскую историю. Кто из вас слышал историю о младенце Иисусе?
В воздух взлетели почти все смуглые руки.
Я сидела скрестив ноги среди хохочущих детей. Вдруг ко мне подобрался мальчишка и тут же заснул у меня на коленях. Липкая карамельная тросточка выпала у него изо рта и запачкала мои джинсы. Затем кто-то навалился на меня сбоку, и я обнаружила рядом милую девочку с темными кудрявыми волосами, заплетенными в косички со множеством разноцветных резинок. Она смотрела на меня большими карими глазами.
– Привет, меня зовут Сэнди. А тебя? – сказала я.
– Эрика, – смущенно шепнула она и опустила глаза.
– Сколько тебе лет? – спросила я, приобняв ее за плечо.
– Пять, – с улыбкой ответила она.
– Хочешь, поиграем в какую-нибудь игру? – предложила я.
Она схватила меня за руку, потрясла головой и сказала:
– Нет, не надо.
– Хорошо, тогда давай просто посидим и посмотрим, – согласилась я, и она вздохнула с облегчением.
Опытные волонтеры веселились вместе с детьми. Призы – еда, игрушки, конфеты и книги – разыгрывались в бесчисленном количестве конкурсов. Победители поднимали трофеи высоко над головой.
– Смотрите, что мне дали! – кричали они друзьям.
Наконец пришла пора послушать рождественскую историю и кое-чему научиться.
– Слушайте, – сказал пастор сотням неугомонных детей. – У нас есть еще несколько призов. Взрослые будут наблюдать за вами и выберут восемь мальчишек и девчонок, которые получат награду за внимательность.
Все тут же замолчали, но тишина продолжалась всего пару секунд. Чем больше дети старались сидеть тихо, тем сильнее им хотелось смеяться. Меня тоже тянуло хихикнуть, но пришлось сдержаться.
Сидя среди бедных детей на улице Лос-Анджелеса, я была счастлива! Я чувствовала приближение праздника. Я слушала историю о родителях, которым пришлось остановиться в хлеву, потому что на постоялом дворе для них не нашлось места. Я смотрела на спящего у меня на коленях мальчишку и представляла себе младенца в пеленках, прижатого к материнской груди.
Эрика внимательно слушала историю о Сочельнике и даже не шевелилась. Она терпеливо ждала соревнования по запоминанию стихов из Библии.
– Сегодня мы возьмем стих 1:17 из Послания Иакова. Я прочитаю его, а вы повторите за мной, – сказал пастор. – «Всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов», – произнес он по-английски и затем повторил по-испански.
– «Всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов», – повторили дети.
Через несколько минут взрослый волонтер похлопал Эрику по плечу.
– Спасибо, ты слушала очень хорошо и долго. Ты заслужила один из наших призов, – он протянул девочке подарок, завернутый в красно-зеленую бумагу.
– Спасибо, – ответила Эрика.
У нее на лице засияла радостная улыбка. Другие дети разорвали бумагу, чтобы увидеть подарок, но не Эрика. Она посмотрела на мальчишку, спящего у меня на коленях, и прошептала мне на ухо несколько слов, от которых у меня перехватило дыхание.
– Теперь мне есть что подарить братишке на Рождество, – сказала она.
Не зная, что внутри, и не надеясь получить ответный подарок, Эрика готова была отдать свою награду.
Я поняла, что моя мольба о божественном вмешательстве только что была услышана, и у меня на глаза навернулись слезы. Христианская щедрость и самозабвенная любовь Эрики к братишке открыли мне истинный дух Рождества. Уже в пять лет Эрика понимала, что любовь – идеальный подарок и нет больше счастья, чем возможность отдать ее другим.
Корзина надежды
Надежда – это вера, которая протягивает нам руку в темноте.
Машина остановилась в нескольких кварталах от нужного места. Я жестами велела троим нашим детям тихонько выбираться на улицу и идти к небольшому, тускло освещенному домику в стороне от шоссе. Чувствуя себя главарем семейной банды, я кралась вдоль кустов у занесенной снегом обочины.
Мы срезали угол и прошли через церковную парковку. Пока мы огибали здание церкви, я с улыбкой вспоминала нашего грузного пастора. Знал бы он, как мы «реализуем» на практике его слова о том, что дети однажды последуют по нашим стопам! Что-то подсказывало мне, что наше снежное приключение не совсем соответствует его представлениям о благочестии. Я на секунду остановилась, решив напоследок удостовериться, что мы ничего не забыли. Все в порядке – мы с девочками несли свои сумки, а наш юный джентльмен тащил по снегу пустую ярко-красную корзину.
Мимо пронеслась очередная машина, и мой светловолосый сынишка замер на месте. Я подошла и положила руку ему на голову, жестом повторяя приказ пригнуться и стараться не попасть в свет фар. Девочки сами спрятались, дожидаясь, пока белый луч скроется за поворотом.
В конце концов, они сами это придумали. Для рождественской пьесы Лори заучила наизусть стихи 2:8–14 из Евангелия от Луки, и история младенца, у которого даже не было дома, поразила ее. В преддверии Рождества она не раз рассказывала ее брату и сестре.
Рассудительная Шери всегда готова была всем помочь. Мы сразу все поняли, когда она пару недель назад села в машину без варежек и на вопрос отца кивнула на новых соседей. Стеснительная маленькая девочка в красных рукавицах и ее мама брели по заснеженному полю к тому самому старому домику, который сейчас стоял перед нами.
Наверное, Шери все решила еще тогда. Каждый декабрьский вечер мы с детьми читаем новую рождественскую историю. Новелла «Дары волхвов», в которой муж и жена отдают дорогие сердцу вещи, чтобы купить друг другу подарки, только укрепила ее в этом решении. Детям хотелось отдать по одному из своих подарков тем, кто мог остаться совсем без подарка. Так родился наш план. Разве могут родители запретить своим детям бескорыстный поступок, который принесет кому-то новую пижаму и чашку горячего какао в Сочельник?
Добавьте к этому теплые перчатки, куклу для девочки и грузовик для ее братишки, простой рождественский ужин – все это мы тащили от куста к кусту, перешептываясь и прячась за деревьями вокруг домика.
Кевин поставил на крыльцо корзину. Я опустила в нее пакеты с едой и отбежала вместе с сыном за большой всклокоченный куст на краю двора. Девочки тем временем уложили поверх еды красиво упакованные подарки. Затем Шери подошла к нам, а Лори, как и планировалось, дважды громко стукнула в дверь и со всех ног кинулась в укрытие. Мы затаили дыхание.
Дверь отворилась. На пороге появился отец семейства. Стоя на костылях, он посмотрел по сторонам и позвал жену. Она вышла на крыльцо, тоже огляделась и подняла корзину. За спиной у родителей возникли два детских личика. Послышался восторженный шепот, все потянули руки к подаркам – а потом дверь закрылась.
Поделиться книгой: