Сага о Тёмных Героях. Дилогия (СИ)

Расставив ноги на ширину плеч, выпрямившись, хозяин льда с отвращением смотрел на разомлевших Арийцев. Сильнейшие воины того времени, в данный момент производили довольно жалкое впечатление. Скрестив руки на груди Суб-Зеро бурчал проклятия в адрес Суда Величайших, Логана и этого «вшивого мирка, населённого исключительно умственно отсталыми дегенератами, в силу крайне низкого уровня интеллекта называющих себя воинами.» Воин древнего, как само время, мира очень хотел кого-нибудь убить. Обычно холодный как лёд, почти не испытывающий никаких из свойственных человеку эмоций, сейчас он был зол как все демоны ада, вместе взятые. Правда никто не мог этого видеть — лицо воина как всегда оставалось холодным и бёзучастным, но в его уже давно не человеческой душе бушевала буря. Причины такого не обычного состояния повелевающего холодом, имели крайне простое объяснение. Суб-Зеро патологически не переносил тепло. Нормальная температура его тела, равнялась десяти градусам выше нуля, и хотя жара ни как не влияла на организм — он легко мог контролировать температуру своего тела — всё же было противно чувствовать на себе ласковые лучи благодатного солнца. К тому же, теперь он должен был служить человеку, которого в своём мире, не задумываясь, убил бы, просто из жалости к столь ущербному и бесполезному существу. Он с удовольствием вспомнил покрытые снегом равнины Стратгорна, где очень давно служил совсем другому хозяину и где командовал огромной армией, сея смерть и разрушения повсюду. От приятных холодному сердцу воина воспоминаний, он даже зажмурил глаза…

Острая боль в спине заставила его открыть их. Перед взором воина, предстала не слишком приятная картина: всю поляну заполнила свора, до зубов вооружённых личностей, со зверским рожами вдоль и поперёк покрытыми десятками шрамов. Рожи ехидно улыбались и хихикали, а воины Логана ошалело вертели головами — настолько неожиданно появились гости. Логан же в этот момент вдохновенно храпел: сказались мытарства последних трёх дней.

Мгновенно оценив ситуацию, не теряя ни секунды времени, Суб-Зеро с резким выкриком подпрыгнул высоко вверх. Одновременно в его руках с огромной скоростью стали собираться сгустки неизвестной субстанции светло-голубого цвета. Находясь в наивысшей точке своего прыжка, он что-то выкрикнул на родном языке и резко выбросил руки вниз. С ладоней воина сорвались сгустки чистого холода бесконечной вечности, отдалённо похожие на падающий с крыши сугроб, плотным ковром они накрыли опешивших разбойников. Приземлившись на ноги Суб-Зеро, без всякого сожаления нанёс удар назад пяткой, превратив того, кто посмел уколоть его мечом в груду льда, подкрашенного красным. Очнувшийся ото сна Логан с интересом принялся разглядывать ледяные статуи, разбросанные по всей площади поляны. В мозгу бывшего короля зрела великолепная идея, кстати говоря, никогда бы ни посетившая его в иной ситуации.

— Пора Логан, нужно идти дальше — спокойным ровным голосом произнёс повелитель холода, уже не испытывающий гнева.

— Повелитель он прав, нужно уйти отсюда — поддержал его Радон, вскакивая на коня. Его примеру последовали остальные воины. Им было жутко и страшно. Такой смерти они никогда не видели даже в кошмарных снах и не смогли бы пожелать такое даже своему заклятому врагу. Всё их существо стремилось скорее покинуть горную поляну сначала встретившую их ласковым теплом, а через некоторое время остро заточенными клинками.

Думаю, стоит добавить кое-что, на мгновение, отклонившись от линии повествования этих замечательных событий. Тем, что воины смогли вскочить на лошадей они целиком и полностью были обязаны Суб-Зеро. Долгий переход через горы чуть не убил и тех и других, лишь исключительная способность пришельца из другого мира, на огромных расстояниях чувствовать близость тепла, вовремя вывела их на зелёные предгорья Катхена. Не смотря на это, воины павшего города всей душой ненавидели и боялись нового слугу Логана. Он был для них столь же близок и понятен, как принцип действия коротковолнового лучевого дезинтегратора с автономным магнитно-силовым источником питания.

Не обратив внимания на реплики друзей, Логан неторопливо поднялся на ноги, продолжая разглядывать, уже начавшие источать пар статуи. Не отрывая взгляда от них, он спросил:

— Суб ты можешь вернуть их к жизни?

— Да — удивлённо вскинув брови, ответил воин.

— Верни их к жизни — не терпящим возражений тоном произнёс Логан.

Не понимая, зачем Логану понадобилось оживлять тех, кто намеревался их ограбить и, возможно даже перебить, Суб-Зеро, тем не менее, выполнил приказ.

Встав в низкую кибадачи, воин клана ниндзя обладающий исключительными способностями, мягким движением выставил вперёд ладони скрестив указательный и безымянный пальцы. Спустя мгновение с протяжным хрипом, он начал медленно подтягивать ладони к груди. Одновременно, от замороженных, к его раскрытым ладоням, потянулись голубоватые ниточки, вскоре превратившиеся в мощные тугие потоки. Когда пальцы воина коснулись груди, потоки, источаемые замороженными бандитами, иссякли, а сами они без сил повалились на землю. На лицах, в буквальном смысле слова, восставших из числа мёртвых, людей читались ужас и удивление: мало кому доводилось быть обращённым в лёд, а затем вновь возвращённым к жизни. Собственно Суб-Зеро такого не припоминал.

Встав под одним из деревьев, воин-колдун, махнул рукой со словами:

— Они твои Логан.

По-змеиному улыбнувшись, выше упомянутый, добрый и великодушный король варваров, левой рукой поднял на ноги одного из воскресших, безошибочно угадав в нём главаря.

— Ты пёс, главный среди них — прошипел он ему, в искажённое ужасом лицо. Получив утвердительный ответ, он продолжил вежливую беседу — как ты падаль, осмелился напасть на Логана из Тара? Сейчас ты умрёшь за своё преступление!

Бросив полуживого от страха бандита на землю, он демонстративно медленно достал из-за спины меч, и всё также медленно занёс его над головой, сохраняя при этом зверскую физиономию. Вдруг он кинул, в сторону Суб-Зеро хитрый взгляд, украдкой подмигнув. Мгновенно сообразив чего, хочет хозяин, колдун поддержал игру:

— Подожди, Логан. Не убивай его — с усмешкой, скрытой маской, произнёс Суб-Зеро.

— Это ещё почему? — Возмутился Логан, — я хочу вырвать ему сердце и съесть его — добавил он, бешено вращая глазами, и с аппетитом облизнулся.

Валяющийся в траве воин и так уже похожий на раздавленную мокрицу, сделался белым, как мел, утробно икнул и уж совсем не к месту шумно испортил воздух.

— А-а-а-а-а-а… С-сучий потрох — заорал Логан, кровожадно скалясь. В ту же секунду он отбросил меч и достал отцовский кинжал — лучше я ему живому сердце вырежу ха-ха-ха, а потом его людям!

Увидев склоняющегося над ним Логана, с ножом в руке, главарь банды, наконец, пришёл в себя. Усилием воли поборов ужас, сковавший тело он вскрикнул и попытался поднять с земли меч. Впрочем, безуспешно: получив нежным кулаком Логана в лоб, он впал в состояние полной апатии. Его люди выглядели в данный момент не намного лучше.

— Но они могут нам ещё пригодиться Логан — продолжил свою игру Суб-Зеро — может, они захотят тебе служить и вместе с тобой вкушать радость побед. А? — Обратился он с вопросительным возгласом к ближайшему разбойнику, от души пнув того под зад: видимо, чтобы лучше понял. В ответ бандит лишь хрюкнул и упал лицом в траву. Голос повелителя льда заставил всех без исключения, конечно из тех к кому он обращался (воины Тара уже успели не много привыкнуть к Суб-Зеро), мелко дрожать всем телом. Не услышав ответа на свой вопрос, воин холодно проговорил — есть, конечно, альтернатива…

Глаза бандитов широко распахнулись от страха — теперь они уже не дрожали: их трясло, словно в лихорадке. Поднятая вверх, раскрытая ладонь воина, вспыхнула, синим огнём.

— Ну, так уж и быть — пряча кинжал в ножны сказал Логан, и вдруг вперив в полумёртвых от страха бандитов налитые кровью глаза прорычал — если вы будете служить мне, ублюдки!

Получив дружный хор заверений в вечной преданности чем-то напоминающий блеяние овец, Логан вскочил в седло и, стеганув лошадь специальным кожаным ремешком, поскакал в расстилающуюся далеко внизу, долину.

Суб-Зеро пинками подгоняя новобранцев, смотрел вслед Логану. До того момента пока все не разместились в сёдлах (у местных бандитов, лошади тоже имелись), он размышлял о своём новом хозяине. Логан повёл себя в этой ситуации как стратег, думающий о будущем, а вовсе не как кровожадный варвар, живущий тем, что у него есть сегодня. В глазах Суб-Зеро, Логан поднялся на одну ступеньку выше. «Пожалуй этот варвар может стать достойным того, что бы служить ему… В нём есть черты присущие Раахнону…» — к такому выводу пришёл воин, обдумывая события прошедшего дня.

А Логан не дожидаясь, пока его новая армия соизволит тронуться в путь, лёгким галопом направлял свою лошадь вниз в долину. На сердце воина было легко — его переполняла радость, а душу заполнило спокойствие за будущее.

Логан ликовал: завоевание Катхена началось…

* * *

Сытно рыгнув, Логан опрокинул в глотку ещё один кувшин с довольно мерзким вином. Осушив посудину, он бесцеремонно бросил пустой кувшин на усыпанный огрызками, до предела загаженный стол и громогласно потребовал добавки. За тем же столом не менее эстетично и цивилизованно пили и ели его товарищи по оружию: его собственные воины, чудом, выжившие в резне, учинённой при взятии Тара, да не состоявшиеся разбойники — теперь преданные своему новому хозяину словно собаки… Особенно, после трагической кончины их главаря: в процессе воспитательной беседы, интенсивно проводившейся на протяжении всего пути до этого места, бедняга, по неизвестным причинам, сошёл с ума — пришлось добить. Все присутствующие, утолив зверский голод, самозабвенно напивались уже третий час, при этом значительно сократив запасы винного погреба хозяина местного трактира.

Не пил только Суб-Зеро, в общем-то, он и ел то совсем не много. Это объяснялось крайне замедленным обменом веществ, что, кстати, совсем не делало его медлительным — совсем наоборот. Парадокс! Но согласитесь, человек повелевающий царством холода тоже не совсем обычное явление. Сейчас, воин из другого мира, сидел в самом тёмном углу первого этажа трактира, за отдельным столом и хладнокровно разглядывал постояльцев. Таковых было немного: Торговец, монах, два пилигрима и необычайно красивая девушка в дорогих одеждах, окружённая внушительной свитой.

Радон, последовав примеру Логана, одним духом осушил кувшин с вином… и уткнувшись лицом в кучку костей, громко захрапел. Ему подпевали ещё трое воинов свалившиеся под стол, занимающий почти пол зала. Остальные доблестные солдаты Логана выглядели ничуть не лучше тех, что уже «накушались» — все они самозабвенно предавались пороку пьянства.

Изрядно захмелевший Логан, хлебнув ещё вина (по неизвестной нам причине), вдруг вскочил на стол с мечом в руках. Размахивая огромным куском железа над головой, он с воплем набросился на свиту юной красавицы, неизвестно как очутившейся в этом захолустье.

Прежде чем меч в стель пьяного Логана коснулся охранников девушки, стальной клинок почти надвое рассёк одного из посетителей: торговца, и не останавливая своего движения, легко снёс головы двух воинов, даже не успевших понять что происходит. Опьянённый вином и лёгкой победой Логан утратил над собой всякий контроль: дико вопя и брызгая пеной, он сильным ударом насадил, словно на вертел, на свой меч ближайшего и всадил в другого кулак. Рука воина покрылась кровью: чужой и своей — кулак сплющил железную кирасу телохранителя, вдавив, искорёженный метал в его грудь. Но безболезненно крушить голыми руками металл невозможно. Кожа на казанках превратилась в лоскуты — сие немного отрезвило Логана и возможно спасло ему жизнь. Спустя мгновение Логан был вынужден проявить все свои способности владения мечом, что бы остановить град обрушившихся на него ударов. Охранники девушки оказались отнюдь не белошвейками — они сражались умело и яростно. В первый же миг схватки Логан положил ещё одного, но и сам обзавёлся десятком мелких порезов обильно сочащихся кровью.

Его воины, тем временем увидев льющуюся кровь, в пьяном восторге побросали пищу и подключились к схватке… Правда не все. Половина новых соратников Логана не нашли в себе сил оторвать задницы от скамеек, в силу объективных причин, конечно. Переполненные вином они попадали под стол, где присоединились к мирно храпящему Радону. Марс, взобравшись на стол, вскинул над головой свой боевой топор, выпустил его из рук и всей массой своего тела распластался на этом самом столе. Стол не выдержал и раскололся по середине, накрыв обломками спавших под ним воинов. Впрочем, их это не особо огорчило — ни один даже не пошевелился. Домен, пытаясь вытащить меч из ножен, запнулся о скамейку и, ударившись головой об пол, надолго покинул мир бодрствующих. Пожалуй, из всех товарищей Логана лишь Суб-Зеро проявил себя как прекрасный воин своего повелителя, а не пьяным животным. Суб-Зеро молча бросился на помощь повелителю. Разбежавшись, он прыгнул и прямым ударом пяткой в грудь отправил ближайшего противника на тёплую встречу с его праотцами. Легко увернувшись от секущего удара двуручного меча, он плавным движением всего тела зашёл за спину облачённого в сверкающие доспехи воина и молниеносно переломил ему основание черепа. Ни один из защитников юной красавицы — в силу стремительности нападения, — не успел одеть ни шлема, ни стальных рукавиц. Если бы на парне был шлем, повелителю льда пришлось бы гораздо тяжелее: не так то легко голыми руками крошить людей с головы до ног облачённых в сталь доспехов. Суб всё также легко уворачиваясь от ударов мечей способных разрубить человека пополам так же легко как нож режет масло, методично, словно цыплят на бойне принялся уничтожать врагов одного за другим, преимущественно возле своего хозяина. Другие подданные короля без королевства были менее удачливы: в первую же секунду схватки трое окрасили пол своей кровью. Пьяные, через одного сносно владеющие своим оружием, конечно кроме старых соратников Логана, они вступили в бой со свежими прекрасно обученными солдатами. Будь Логан хоть немного трезвее, он бы трижды подумал, прежде чем нападать на столь сильный отряд. Впрочем, в первые же мгновения схватки, очутившись под градом из остро заточенных лезвий он уже пожалел о своём пьяном порыве. Но получив первую рану, Логан уже не был способен жалеть о чём бы то ни было — теперь он хотел только крови противников, бывший повелитель Славного города впал в бешенство. Его перекошенное яростью лицо заставило врагов на секунду дрогнуть: видимо с подобным они сталкивались впервые, что дало Логану секундное преимущество и возможность отправить на тот свет ещё одного рыцаря. Правда, лишь на секунду: вновь воину пришлось обороняться. В процессе битвы, требующей от него всего внимания, ярости и умения Логан, тем не менее, краем глаза видел, что творилось вокруг него. Внимание на происходящем не заострялось: лишь какая-то часть мозга воспринимала всё чётко. Конечно, пока события на поле битвы не угрожали ему. Положив ещё одного, он отметил, что к трём первым воинам из его команды присоединилось, пять свежих трупов.

Всё так же яростно отбиваясь от наседающих противников Логан, зарубил зазевавшегося и поспешил отреагировать на только что увиденное. Слева в дальнем конце трактира, Хант, потеряв оружие, свалился на пол, а один из врагов занёс меч для последнего удара. Не долго думая, Логан отпрыгнул в сторону от противников и, перехватив оружие на подобие метательного копья, бросил его, в рыцаря собравшегося прикончить Ханта. Огромный кусок металла, со свистом рассекая воздух, пригвоздил извивающееся тело к стене. Трое врагов в этот момент сражавшиеся с ним, не теряя времени, атаковали оставшегося без меча варвара. Логан их несколько разочаровал: отцовский кинжал великолепно украсил лицо одного рыцаря, богато инкрустированной рукоятью торчащей из глазницы. Оставшись без оружия воин не растерялся: взревев, как дикий зверь он начал работать руками. Резко сорвав дистанцию, не дав тем самым врагам возможности эффективно использовать громоздкие мечи, он расколол одному череп, будто гнилую дыню. И затем, сжав горло другого, навсегда лишил его возможности потреблять еду через пищевод, превратившийся в кашу из артерий, кадыка и собственно пищевода…

Тяжело дыша, Логан осмотрел поле боя, заваленное трупами и обильно политое кровавым соусом: живых врагов не осталось, даже остальные посетители трактира лежали мёртвые (включая немногочисленную обслугу и хозяина). Что называется — попали под горячую руку. Вдруг его взгляд остановился на побелевшей как полотно девушке. Она осталась совсем одна, такая беззащитная, такая хрупкая… Усталость битвы как рукой сняло. Масляно улыбаясь, он подошёл к девушке. Одним движением отбросив в сторону тяжёлый стол, он набросился на кричащую особу знатного рода и, повалив на окровавленный пол, принялся срывать с неё богатые одежды…

Несчастную девушку насиловали двое суток. Над юным созданием надругались все выжившие воины Логана, кроме Суб-Зеро. Почему? Нет не из-за высоких моральных принципов короля вечной зимы. А почему — стало понятно лишь, когда полуживым тельцем насытились все. Навалившись на уже не сопротивляющееся тело, Суб-Зеро начал делать то, что с ним, с этим телом, проделывали в течение всех двух последних дней и ночей. Молчавшая до сих пор девчонка, безучастная ко всему, подавленная, сломленная, вдруг дико заорала, всеми силами пытаясь отбросить от себя холодное как лёд тело. Душераздирающие крики, издаваемые девушкой, привели бы в содрогание любого нормального человека, но у людей Логана и у него самого они вызвали лишь лёгкое удивление и улыбку. Им нравились её вопли…

Закончив своё гнусное дело Суб-Зеро не торопясь, отошёл от корчащегося на полу тела. Крики девушки стали стихать, движения замедляться, перекошенное адской болью лицо приобретать восковой оттенок. Комнату огласил знакомый хруст… Перед сворой зверей в человеческом обличие лежала ледяная статуя. Через несколько минут, оправившись от удивления Логан разрубил статую. Куски льда с хрустальным звоном разлетелись по комнате, уже давно очищенной от трупов. Да бы не воняло: их выбросили в находящийся невдалеке колодец.

На следующее утро отряд Логана, значительно поредевший (почти втрое, так что лошадей хватило с избытком), покинул трактир. Предварительно опустошив погреба и запалив деревянную постройку ставшую адом на земле для одной из знатных и самых прекрасных девушек того времени…

* * *

Бессильная ярость переполняла душу Логана.

Уныло глядя перед собой, он бесцельно правил лошадью. Уже две недели его отряд бродил по новой для Логана стране, ни встретив, ни одной живой души. Расправа над знатной девчонкой и её свитой не прошла для них даром: спустя несколько дней они подверглись нападению крупного отряда. Неизвестные воины были точно также облачены в доспехи и не были настроены разговаривать. Они напали внезапно, глубокой ночью. Четверо людей Логана так и остались там, в лагере, даже не успев проснуться. Остальным пришлось бежать. Более по нраву им было принять бой, но с такой смешной армией? У них конечно, был Суб, но он не был богом и не мог перебить всех. Кроме того, попытка отбиться, истребив врага с помощью Сил Магии Суба, могла привлечь к их следу не только рыцарей, но и Магов. В таком случае у них был только один выбор: самим повеситься. Неделю они только и делали что убегали, а теперь оторвавшись от преследователей, оставив их далеко позади — они заблудились. Ни кто из отряда не был знаком с местностью, даже разбойники с предгорий, с такой неподдельной радостью вступившие в отряд последних свободных воинов Тара, в этих местах являлись новичками. Чуть не загнав лошадей, воины скрылись от преследования под сенью обширного леса… Равнины остались далеко позади, а варварам из старой команды Логана лес казался клеткой, из которой нет выхода. Привыкшие к бескрайним равнинам Арии они чувствовали себя именно так. И хотя Тарцы умели выжить в лесу и знали его очень не плохо… всё же с тех пор как закончилось их обучение, по этой части, в лесах они не задерживались ни когда, больше чем это было необходимо. Лес они откровенно ненавидели, но теперь ни чего поделать не могли. От этого парни просто приходили в бешенство. Плюс ко всему они уже давно устали бегать…

Питаясь ягодами и редкой дичью, постоянно двигаясь вперёд сквозь неприветливый лес, воины постепенно зверели. Нервозность в отряде достигла астрономических масштабов. Один лишь Суб-Зеро обходящийся без лошади, сохранял воистину Олимпийское спокойствие. Лошадки боялись его как огня, впрочем, воин из другого мира прекрасно обходился и без копытного животного: способный сутками бежать быстрее любой коняги он не особо расстраивался. Всю дорогу — особенно в лесу — воин клана ниндзя находился впереди отряда, разведывая местность. Вот и сейчас на секунду мелькнув между толстых стволов деревьев, он вновь пропал из виду. Прошло ещё несколько часов: воины, утратив всякую осторожность, здорово измотанные многодневным походом и бесконечной тряской в сёдлах преспокойно дремали, ухватившись за луку седла. Вокруг щебетали птицы, шелестела листва — в общем, тишь да благодать…

Неожиданно для всех из сплетений зелёной листвы и веток многовековых деревьев выскочил Суб-Зеро. Точнее, надо бы сказать вылетел: сильным ударом ноги сбив Логана с лошади, объяснив сие действие громким криком:

— Спешиться! К бою мать вашу!!!

Старые соратники Логана всю жизнь проведшие в кровавых схватках, когда всего одна секунда могла решить, сколько из них падут пронзённые стрелой или мечом среагировали мгновенно. Ещё не успев скинуть дремоту, они уже спрыгнули наземь, обнажая оружие. Разбойники предгорий Катхена таковыми не были. В тот же миг десять из них с проклятиями и предсмертными криками по вылетали из сёдел, утыканные короткими дротиками с синим оперением, словно ежи иголками. На оставшихся в живых, тут же накинулись орды злых как все демоны ада и черных, словно сажа карликов, вооружённых короткими кривыми мечами. Дальнейшие события развивались стремительно. Часть лошадей, сбросив всадников, в страхе испарилась в лесу, а те, что не бросили хозяев, обагрили своей кровью зелёную траву, окрасив её в ярко красный цвет. Неожиданное нападение оказало сокрушительный эффект: на ногах с оружием в руках, остались лишь шестеро, не считая Логана и Суб-Зеро. Остальные воины оказавшиеся менее расторопными поднялись на ноги далеко не все: половина из них даже не успев встать, потеряли свои жизни, оставив их на блестящих лезвиях коротких мечей карликов. Те, кому посчастливилось избежать смерти в первые секунды, вступили в жаркий кровавый бой, в котором мечи для нескольких из них сыграли роковую роль. Логан поднявшись на ноги сразу же обнажив меч, насадил на его острие непонятно откуда вынырнувшего карапуза. Карлик, взвизгнув, забился в агонии и, оскалив частокол из прекрасных остро заточенных белых зубов сдох. Не теряя времени даром, чтобы снять негра с меча, Логан отбросив его в сторону, выхватил кинжал. Это оружие против такого рода врагов оказалось гораздо более эффективно, чем огромный клинок. Как говорится, чтобы давить клопов незачем вооружаться лопатой — достаточно рук. Блеснув на солнце, острый как бритва клинок впился в живот карлика, потрясающего своим игрушечным, но крайне опасным оружием. Прикончив ещё нескольких, Логан был вынужден взвыть от боли и закрутиться на месте подобно юле: в спину ему вцепился спрыгнувший с дерева карлик. Держась одной рукой за волосы воина, он, что есть сил, орудовал кривым мечом, в мгновение ока изрезав спину Логана в лоскуты. Наверное, здесь история Логана вполне могла бы закончиться счастливым окончанием: его смертью. Но не так то легко уничтожить того, кто родился варваром Арии. Изловчившись, Логана перехватил руку карапуза и резко дёрнул её вниз, чуть не вырвав из плечевого сустава. Маленькое визжащее чёрное тело со свистом улетело в густую листву и, судя по глухому удару, предшествовавшему громкому крику боли — негр врезался в ствол дерева, где видимо, имел счастье напороться на сук (в смысле: сухую острую ветку). Покончив с противником Логан, испытывающий в данный момент, адскую боль взревел, словно стая одновременно, больно так, раненных хищников. Это напугало карликов и даже заставило их на секунду замереть. Секундный ступор нападающих сделал то, чего не смогли сделать ловкость и сила в открытом бою: он позволил воинам легко расчистить лесную тропинку. Схватка перешла в другое русло. Вскоре тропинка и прилегающая часть леса были усеяны трупами карликов как улицы города в листопад кленовыми листьями. Последний из них яростно рыча, вцепился в ляжку Ворса, как бультерьер, но, получив обитым сталью прикладом арбалета в лоб — скоропостижно скончался.

Злые как черти, израненные воины, отойдя метров на пятнадцать от места битвы, к ближайшей лесной поляне, принялись зализывать раны. А ран, кстати говоря, оказалось очень много. Упав на траву, воины, стараясь быть по тише, осматривали полученные повреждения. Наименее пострадавшие немедленно встали по периметру вынужденного лагеря, не без оснований опасаясь повторного и такого же внезапного нападения. Ещё двое развели небольшой костёр со всеми предосторожностями: ни к чему что бы один из полоумных карликов учуял запах дыма. Судя по всему мелкие поганцы, были способны на это. Вскипятив воду — благо рядом оказался ручей, вернее ручеёк — воины промыли и перевязали раны. Обессиленные полученными ранениями и самой схваткой, покончив с перевязкой, они как один, кроме дозорных, конечно, попадали на траву. Лишь Суб-Зеро не последовал их примеру: встав в тени дерева, он, судя по всему не очень доверяя дозорным, внимательно осматривал кустарник и близлежащий лес. Казалось, жаркая схватка совсем не утомила его, впрочем, это действительно соответствовало истине: мышцы повелителя льда не могли устать. А его кровь настолько отличалась от обычной, что ему, чтобы истечь кровью из раны, полученной после сильного удара мечом, потребовалось бы не меньше пары-тройки часов. Но сие в принципе было невозможно: его кровь имела свойство свёртываться почти мгновенно.

Отдых длился довольно долго. Наконец, Логан вскочил на ноги и оглядел свой значительно поредевший отряд. Бой здорово измотал и без того едва живых от усталости людей. Старые товарищи Логана выжили все — это утешало, но вот бандиты предгорий, однажды замороженные, погибли почти все. Выжило лишь восемь из них: двое были тяжело ранены и не могли передвигаться самостоятельно. Недолго думая, Логан вынул кинжал и уверенным отточенным годами практики движением перерезал глотки тем из-за кого отряд терял мобильность. Их товарищи на смерть друзей, не обратили ни какого внимания: те двое на их месте поступили бы точно также. В походе тяжело раненный товарищ становился обузой, которая могла стоить тебе жизни, а это не приемлемо. В подобной ситуации, возня с раненным, могла погубить весь отряд, да к тому же ни кто горевать по безвременно усопшим не собирался. Покончив с добиванием и так уже почти мёртвых солдат, Логан скрылся в листве. Молча поднявшись, полуживая банда — лишившаяся лошадей и оставившая на лесной поляне половину собратьев — двинулась за углубившимся в лес главарём.

Тихая злоба снедала тёмные души…

* * *

Остолбенев от удивления; открыв рты и широко распахнув глаза, телохранители Логана, как и он, сам, созерцали раскинувшийся далеко в низу город. Впервые в жизни они видели нечто подобное. Отсюда — с вершины горы, город был виден как на ладони. И его вид поражал даже с такого расстояния.

Окружённый высокой стеной белого камня, с боевыми башенками и зубчатым краем город поражал великолепием дворцов, храмов… даже простые дома у стены превосходили дворец Логана в Таре по всем показателям. За исключением оборонительных, конечно. Единственным входом в город были огромные, двустворчатые ворота, обитые листами стали.

— Я не верю… — сдавленно прошептал Логан, увидев то чем, были украшены гигантские ворота.

Очень крупные камни в изобилие были встроены в облицовку ворот, создавая причудливый узор. Десятки рубинов, брильянтов, сапфиров изумрудов переливаясь всеми цветами радуги, до боли резали глаза. Сердце Логана сжалось. Ярко вспыхнув в солнечных лучах, жёлтым светом загорелись купола храмов. Великолепные башенки, тянущиеся к самому небу, поражали своей красотой. Даже оборонительные сооружения сказочного города, были украшены столь богато, что казались всего лишь неземным сном. Чьей-то фантазией.

Всё это было столь прекрасно, так хватало за душу, что у любого нормального человека, несомненно, вызвало бы бурю положительных эмоций. Чаще забилось бы сердце, прояснился разум. Ощущался бы небывалый душевный подъём, вызванный восхищением, пред этим торжеством архитектуры и истинной красоты… Именно это сейчас испытывал Логан, но вовсе не от любви к прекрасному, а от того что купола храмов были сделаны сплошь из золота. Драгоценные камни небывалых размеров так и кричали: «Приди и возьми!». И он хотел их, он хотел владеть этим городом!!!

Его люди горели примерно теми же желаниями — правда, не столь грандиозными. Им хватило бы и просто отколупать от ворот, пару камней, да чуток потрясти жителей города.

Лишь Суб-Зеро, как всегда хладнокровный, безучастно, смотрел на город, раскинувшийся внизу. Зачем ему алмазы и золото? Алчность, как и множество других человеческих чувств, давно уже его не беспокоила. Красивый город. Ну и что? Его величие поражает воображение! Гигантские цитадели Стратгорна, по сравнению с ними этот город смотрелся жалкой деревенькой…

— Кир, — обратился Логан к одному из шестерых выживших бандитов — Что это за город?

— Пиреней. — мрачно ответил воин, его глаза горели лютой ненавистью, сменившуюся горечью — Правитель этого города держит в своих руках большую часть страны. Он правит справедливо, железной рукой. У него большая хорошо обученная армия, а его сын — глаза Кира налились кровью, а голос превратился в шипение — этот щенок выгнал нас с равнин, перебив пол банды!

Выслушав столь не утешительные речи, Логан решительно зашагал вниз, к воротам. Мозг воина напряжённо работал. Он думал, он размышлял. Сильная армия; сильный город; сильный правитель — но как показал его собственный опыт, не существует непобедимых армий, городов которые нельзя захватить, не сильных правителей, что не могут в одночасье потерять всю свою силу…

Когда отряд добрался до ворот Логан смог по достоинству оценить профессионализм гарнизона и его оборонительные укрепления. Прямо в воротах десяток рослых парней в шлемах и кольчугах преградили им путь. Лица стражников не выражали ни чего: холодные, будто стеклянные глаза, казалось, ощупывали воинов с ног до головы. Логан осматривал их не менее внимательно — это были сильные воины. Лица покрытые шрамами и, то как легко стражники двигались в своих доспехах и носили на поясах длинные прямые мечи, красноречиво говорило о высоком уровне подготовки и не малом боевом опыте. Пожалуй, они без особого труда могли бы разделаться с бандой Логана, даже не вспотев. Один из стражников сделал еле заметное движение рукой. Его подчинённые среагировали мгновенно и абсолютно синхронно. Спустя мгновение Логан со своими людьми очутился в кольце из десяти острых как бритва клинков.

— Сдайте оружие. — Безапелляционно заявил начальник стражи. Заметив негодующие гримасы на лицах воинов, он не меняя выражения лица и тона, добавил — оружие вам вернут, когда вы покинете стены Пиренея.

Без особо энтузиазма воины отдали оружие страже. Логан взбешённый местными порядками, даже хотел перебить всех и прорваться в город с боем, но спокойный голос Суб-Зеро, легко угадавшего намерения своего буйного господина, остановил его. В купе с голосом рассудка, который не без оснований осуждал подобный порыв, слова ледяного короля охладили его ярость. Варвар сдал оружие, грязно ругаясь сквозь сжатые зубы, что нисколько не смущало стражей. Они делали вид, что ничего не слышат. Видимо успели привыкнуть к таким ярким проявлениям безудержной радости приезжих, относительно порядков Пиреней. Проходя внутрь, Логан мысленно поблагодарил своего слугу, не чувствуя, правда, особой благодарности. В стенах, к которым крепились мощные ворота, на уровне головы Логана располагались узкие бойницы, а на углах бреши в стене, образованной самими воротами, выступали две маленькие башенки. Если б воины решили прорываться с боем, в надежде потом затеряться где-нибудь в городе, они потеряли бы половину своих товарищей в схватке со стражей. А те, кто смог бы прорваться дальше неминуемо окончили бы свой жизненный путь здесь, поражённые стрелами Пиренейцев. Штурм этих ворот, окончился бы чудовищными потерями, для любой армии. Логан это запомнил: на будущее.

Проследовав внутрь, выбравшись на улицы огромного города, Логан, вдруг остановился как вкопанный. Повсюду по улицам бродили десятки богато и не очень богато, но всё же роскошно, одетых людей. Богатство Тара здесь казалось, просто смехотворным. Для жителя бедной Арии, терзаемой постоянными войнами, это было ново и незнакомо. Логан вдруг почувствовал себя маленьким мальчиком, заблудившимся в лесу.

Его старые соратники ощущали себя не лучше. Только бандиты предгорий излучали ненависть: вид жителей и самого города их не особо трогал, они уже бывали здесь и не раз. А один и вовсе здесь родился и вырос.

Открыв рты, бестолково вращая головами, воины двигались по широким улицам среди высоких и прекрасных зданий столицы огромной Империи. Пиреней был великолепен не только снаружи — внутри город был ещё прекраснее. Обитель Богов! Не иначе! Его гордые жители сторонились воинов, бросая презрительные взгляды в их сторону (Субу доставались удивлённые и насмешливые, в основном из-за его странного одеяния), но они этого не замечали. Шок длился долго. Тар, великий Тар, казался игрушечным старым замком по сравнению с этим монстром архитектуры… Вскоре эйфория прошла, причём самым неожиданным эпизодом. Да-да, вы не ошиблись, именно эпизодом, а не образом как следовала бы на писать, следуя законам литературного языка. Очень многое в нашей жизни происходит, благодаря странным эпизодам которые мы не способны ни объяснить, ни понять. Таков закон жизни. Где бы ты ни жил. Любой мир подчиняется одним и тем же законам… Прошу прощения… Пожалуй продолжим наше маленькое повествование о добром и нежном варваре Славного города.

На встречу воинам шёл молодой высокий парень. Стройный юноша шёл твёрдо, держась неестественно прямо, гордо подняв голову. Богатые одежды, без лишних украшений — спокойный мудрый взгляд, говорящий о несоответствие его возраста и молодости тела. За его спиной виднелся меч, какие в те дни увидеть можно было крайне редко, как и тех, кто их носил. Гордый народ Пиреней, легко кланяясь, расступался перед ним. На высоких чёрных сапогах парня, золотом был вышит символ — хорошо знакомый на всём континенте. Небесно голубой клинок, пронзающий солнце.

— Колдун Меча! — прошипел Логан, отходя подальше в сторону.

Его воины поспешили сделать то же самое, они хорошо помнили Колдунов.

— Кто он такой? — спросил Суб-Зеро, не понимая ненависти и страха в одно мгновение охватившие всех восьмерых Арийцев. Он тоже отошёл в сторону, но не из страха или ненависти — в юноше ощущалась огромная сила.

— Колдун Меча, поганая тварь! — прошептал Логан в ответ.

Он вспомнил прошлое, день, когда чуть не лишился жизни. Обладающие огромной силой Колдуны Меча, боролись со всем что имело хоть какое-то отношение ко злу. Носители добра, мать их! Были известны случаи, когда всего один из этих парней превращал в пыль целые армии. Их боялись и уважали… И убивали при первой возможности — и они обязательно мстили. Мало, что было известно, о том кто они, откуда и сколько их, но ни разу ни один из них не совершил бесчестного убийства, ни кто из них не стремился к власти или богатству и ни кто из них никогда не служил ни одному правителю. Они были справедливы, почти всегда одиноки и очень сильны…

Тогда они пришли в Арию, чтобы сокрушить Славный город и его варваров. Они хорошо помнили тот день — битва обескровила Славный город на несколько лет.

После преждевременной и скоропостижной кончины Кемера прошло чуть более года, когда в границах Арии случилась беда. В один из солнечных дней в тронный зал Тара привели воина… Логан, тогда был поражён до глубины души: он хорошо знал этого воина. Бесстрашный и свирепый — один из лучших бойцов Славного города, со временем обещавший стать неплохим Предводителем.

Когда воины ввели Талиторга в тронный зал Логан, чуть было не упал с платформы, на которой трон собственно и стоял. Воин, отчаянно смелый, даже по меркам Тарцев, трясся от животного ужаса. Он в испуге шарахался от собственной тени.

Воина бросили к ногам Логана — брезгливо с презрением. Впоследствии его, кстати не убили. Он стал известен как отшельник Тал. Воин Тара — олицетворение силы и первобытной мощи, ползал по полу, пуская слюни и что-то бессвязно лепетал. Гора мышц он будто сдулся, его тело казалось дряблым и истощённым.

Добиться мало-мальски связной речи от него, удалось лишь спустя пару дней. И вот тогда воин поведал странную историю. То, что можно было разобрать, в общих чертах выглядело примерно так. Отряд Талиторга, перейдя границу земель, селения на которых Тарцы не трогали, а да же старались защищать — крестьян этих областей предпочитали облагать продовольственной данью, нежели бездумно разграблять — они напали на небольшой городок. У мелкого Тарского военачальника Талиторга было всего сто пятьдесят солдат, но этого вполне хватало для небольших боевых операций. Не даром каждый ребёнок Тара с детства обучался военному искусству. Подобные отряды десятками непрерывно потрошили земли вокруг и в дальних походах — это тренировало людей и помогало поддерживать дисциплину. Люди были довольны, а потери в таких походах всегда были незначительны. Очень редко Тарская армия совершала походы, собрав более полутора тысяч воинов, лишь для нападения на хорошо укреплённые города или для сражения с вражеской армией, вышедшей против Славного города в порыве мести. Но и тогда потери были восполнимы. Ни когда они не угрожали силе варваров. В этот раз всё было иначе. В том городке Тарцы одержали победу, но на обратном пути они столкнулись с противником, которого не смогли одолеть. Логан чуть не свернул шею Талиторга, когда услышал, что это был за противник: три человека. Он не мог поверить: всего три человека! Они предложили Тарцам сдать оружие и покинуть земли Арии в разных направлениях небольшими группками. В ответ воины атаковали. Здесь рассказ воина вновь стал мало понятен. Всё что удалось вытянуть из него о том, что же произошло дальше, сводилось к тому, что он единственный кому сохранили жизнь. Он должен был передать Логану слова этих троих. Король Славного города отчётливо помнил их до сих пор.

— Логан, повелитель Тара должен умереть. Его воины и все подданные могут покинуть Арию навсегда. Если они этого не сделают, то будут уничтожены без всякой жалости. Но Логан умрёт в любом случае. Колдуны Меча идут да бы покарать исчадье ада!

Сообразив от кого послание Логан несколько успокоился — ситуация действительно была серьезной. Колдуны Меча — о них слышали многие, многие их видели, но немногие имели возможность остаться среди живых, вступив с ними в схватку. Кое-кто даже высказывал предположения, будто они бессмертны. Кемер, однажды хвалился будто своим Лазрагорном, ещё когда не был королём Тара, отсёк голову одному из них. Словам Кемера можно было верить и это значило, что и Колдунов Меча можно убить…

Спустя три дня стены Славного города покинула внушительная армия из четырёх тысяч варваров — почти все, что в тот момент мог выставить город. В стенах Тара редко находилось постоянно более пяти-шести тысяч воинов.

Логан никогда не сможет забыть той схватки.

На бескрайних равнинах Арии воины встретились. Четыре тысячи лучших воинов тех времён с одной стороны и всего три человека с другой. Они долго стояли друг напротив друга: воины Тара не решались напасть — они боялись сверхъестественной силы, которой обладали их враги. Логан во главе отряда тогда имел прекрасную возможность рассмотреть их. Одежда колдунов была одинаковой (точно такая же, как и у Пиренейского колдуна). Даже лица их казалось, идентичны: спустя несколько минут он понял почему. Черты лиц колдунов были различны, но их молодость, мудрость в глазах и небывалая гордость красивых физиономий, делали их очень похожими. Стройные высокие они казались очень слабыми, по сравнению с воинами Тара…

— Логан из Тара ты умрешь сегодня! — голос одного из колдунов далеко разнёсся по равнине — остальные останутся жить, если навсегда покинут эти земли. Иначе…

Колдун сделал красноречивый жест рукой по горлу.

По первым рядам войска прошёл ропот возмущения: так с варварами Славного города разговаривать было нельзя. Через пару минут то что видели первые ряды войска было передано остальным. Общий дикий рёв сотряс окрестности. Воины были в бешенстве.

— Стоять! — подняв руку, проговорил Логан достаточно громко, что бы его слышали все — Я сам разберусь с этими недоносками!!!

Спрыгнув с лошади, Логан обнажил меч и небрежно двинулся к своим врагам. В тот момент, сгорая от ярости, он, почему-то совсем забыл, что более сотни варваров исчезли с лица земли решив разделаться с этими тремя… А зря, кстати.

Поигрывая гигантским мечом Логан не торопясь, двинулся к своим врагам. Когда расстояние между ними сократилось достаточно, колдуны нанесли удар. Дальнейшее происходило столь стремительно, что чуть не стоило жизни всем варварам.

Улыбнувшись один из колдунов, резво сорвался с места. Разбег, прыжок, сальто и обе ступни колдуна с хрустом впечатались в широкую грудь короля Славного города. Взвыв от боли, Логан кубарем прокатился по земле и всем своим весом влетел в плотные ряды своих воинов. Удар был столь силен, что тело короля, прежде чем остановиться, сбило с ног четверых воинов. Хрипя от боли, Логан поднялся на ноги — он не мог поверить в происходящее. Рёбра были сломаны. Мощная мускулатура выдержала удар колдуна ровно на столько, чтобы сохранить ему жизнь — другой умер бы на месте. Такого тумака Логану, получать ещё не доводилось. И от кого?! Колдун казался слабым физически, но, тем не менее, он обладал силой, какая и не снилась Логану.

Войско бесновалось. Вопя от ярости, первые ряды варваров двинулись вперёд.

А колдуны вновь стояли на прежнем месте — все трое. Все трое обнажив мечи, подняли их высоко над головой. Потеряв дар речи, воины на миг замерли — мечи колдунов горели красным огнём. С криком на незнакомом языке, как по команде они вонзили мечи в землю. В тот же миг варвары бросились вперёд…

Наконец, оправившись от боли в сломанных рёбрах, Логан заорал во всё горло.

— Стоять!!! Идиоты, назад!

Результат нулевой — потеряв голову от ярости уже всё войско двигалось вперёд… а земля под их ногами горела! Языки красного пламени взметнулись вверх, охватив несколько сотен солдат, опередивших своих собратьев. Страшная смерть ждала их. Вдруг остановившись на месте, они как один дико завопили от ужаса и боли. Тела воинов заживо горели, но горели несколько необычно. Колдовской огонь охватил их с головы до ног. Красные языки огня не лизали кожу, превращая её в уголья — они проходили сквозь неё. Обугленное мясо кусками опадало с ещё живых воинов. Волосы на головах тех, кому посчастливилось избежать смерти, пришли в движение. Те, кто не пал в красном огне поспешил отступить. На горящей земле, в страшных муках корчились их собратья. Через несколько минут на почерневшей траве лежало несколько сотен обугленных скелетов, скрюченные костяшки пальцев всё ещё сжимали бесполезное теперь оружие.

Отступив подальше, воины, трясясь от ужаса и гнева, смотрели на умирающих товарищей. А колдуны, держась за рукояти своих мечей, по-прежнему не двигались с места. Красный огонь, покончив с первой волной воинов, двинулся вперёд. Его граница успела добраться до первых рядов, прежде чем воины очнулись. Вновь войско отступило, оставив на горящей равнине своих собратьев. Логан понял, что битва проиграна… и отдал приказ.

Остатки войска расступились: около двух тысяч рабов подгоняемые пинками и оружием побежали к колдунам. Женщины, дети (дети рабов, конечно), старики, вопя от ужаса, ступили на горящую землю. Часть из них погибла, но именно это и спасло тогда Тар от мести колдунов.

Скривившись от ярости колдуны, вырвали свои мечи из земли — огонь немедленно потух. Носители добра не терпели невинных жертв, придурки.

Завязался бой. Кровавый бой. Колдуны Меча не даром носили такое имя: сотни воинов погибли в той битве…