Призрак штрафбата

– Найди сосредоточение нитей. Центральный узел, где всё причудливо переплетено. Теперь рассеки его!

– Как?

Илис пожала плечами.

– Так же, как ты работал с нитями и раньше. Мне не хочется тебя торопить, но время тут не бесконечно.

– Опять твои игры! – Ладар расслабился, скользнул вдоль линии смерти в тело непонятного существа. Зверь был молодым, силы бурлили в нём, заставляя броситься на самую опасную добычу. Где-то сзади были те, кто наблюдал и был готов присоединиться. Стая речных обитателей, способных выходить на сушу? Эти земли поражают всё больше. Ладно, как рассечь нити жизни? Раньше он мог их порвать – силой воли и за счёт собственных сил, но рассечь… Ему нужен клинок! Астральный, не имеющий аналогов в реальности, но способный справиться как с магией, так и с жизненными силами тварей. Единственный инструмент, которым он обладал до сих пор, был его собственный феербол – созданный из всех энергий, едва начавших подчиняться его рукам, обычный огненный шарик умудрялся приобретать самые разные свойства в разных ситуациях. Структура намертво запечатлелась в его памяти, и теперь вызвать свое творение начинающий маг мог за долю секунды. А можно ли, не меняя энергий, изменить форму оружия? Феербол можно держать в руке, значит, и меч, созданный по тому же принципу, удержится. Закачав побольше энергии в свой шар, принялся вытягивать его, одновременно формируя лезвие. Тот негодующе взвыл и принялся плеваться маленькими жалящими искрами. Часть энергии исчезла, соскользнув с клинка, часть стала тянуть что-то из самого создателя. Тот терпел, продолжая придавать оружию нужную форму. Наконец, когда лезвие заблестело, становясь видимым в тени его тропы, взмахнул им, целясь в странного монстра, но тут узкая ладошка легла ему на плечо.

– Погоди. Я удержу зверушку ещё немного, дай поглядеть на твоё творение получше.

Илис аккуратно обошла напряженного парня, хмыкнула, разглядывая узкий клинок. Прикоснулась рукой, ойкнула, поспешно убирая обожжённый палец. Тихими воздушными касаниями изучая периметр влияния нового формирования, она улыбнулась, не прерывая своего занятия.

– Интересно. Вот так глупые и наивные мальчики, не имеющие никакого понятия о теории, на одном энтузиазме и интуиции и совершают невозможное… Правда, рано или поздно подобные опыты плохо заканчивается, но сейчас тебе удалось удержать собранные силы под контролем.

– Однако если это было так опасно, стоило ли рисковать попусту?

Невинный взгляд чёрных лукавых глаз.

– Так я думала, ты вначале подумаешь, а затем будешь создавать всё с нуля. А ты поленился, пошёл путём трансформаций. Воистину, лень – великая сила! Ладно, давай действовать. Сейчас аккуратно разрубай узел сосредоточения нитей, перехватывай на себя и пей.

– Ты опять? Пить жизненные силы? Я не вампир!

– Успокойся, тебе это не грозит! Ты уже прошёл этот этап. Но стоит ли постоянно одалживать их у тёмного клинка, продолжая считать себя белым и пушистым? Прими как данность: тебе нужны и магические, и жизненные силы, чтобы идти по твоему пути. Твои собственные слишком слабы. И лучше брать их у бессловесных тварей, у природы, чем вытягивать из разумных. Хотя, помнится, когда ты лечил принца, тебя подобные мелочи не останавливали. Тянул из себя и из окружающих, чуть сам не помер и друзей не уморил. В чём разница? Для себя или для других – важнее то, как ты используешь полученное, а тех, кого не жалко, хватает!

Решившись, Ладар рубанул клинком по застывшей фигуре – и та рассыпалась клочьями тумана под насмешливый смех Илис.

– Ни один зверь не будет неподвижен так долго, милый.

– Так значит, опасности нет? – Чуть разочарованно сказал Аарх, опуская вновь созданный клинок.

– Ну почему же! Просто настоящие – вон они, на бережку. Экспериментируй! – и отголосок затихающего смеха. Обернувшись, Ладар увидел странные тёмные фигуры, идущие к нему от воды. Астральный клинок задрожал в руке, почуяв добычу. Бой!

Тёмные фигуры мечутся, они быстры и тут, в тени тропы, значит, в действительности они просто молниеносны. Жизни в них много, новый клинок с некоторой натугой рассекает жгуты нитей – и течёт, клубится чужая сила, Аарх собирает её – жадно, быстро, оставляя за собой высохшие, скорчившиеся тела. К тому моменту, когда стая почувствовала, что её просто истребляют, и в панике повернула назад, под кожей человека клубились комки чужих жизненных сил, мощные, яростные, требующие действия.

В растерянности он опустил растворившийся в ночи клинок, пытаясь совладать с полученной энергией. Часть её тут же пустил на охрану острова, создав колодцы смерти – нечто подобное тем ловушкам, которые видел когда-то. Но силы было ещё слишком много. Она бурлила, билась в жилах, грозя выйти из-под контроля. Единственное место, пришедшее ему на ум – пространственный карман с бронёй был торопливо раскрыт и вся добыча аккуратно переправлена туда. После этого всё пришло в норму – только тонкая струйка энергии шла к человеку из так и не закрывшегося до конца небытия. Подумав, он пустил её в дело, подпитывая мощную защиту, сформированную из дармовой силы.

Вот теперь Аарх позволил себе расслабиться, удобно устроившись на мягком плаще и завернувшись в крылья. Рука словно поглаживала рукоять невидимого клинка.

Утром шурш долго принюхивался, прежде чем подпустил к себе человека. Тот и сам чувствовал – броня, побыв в пространстве, заполненном жизненной силой, изменилась. Она стала словно живой, её чешуйки потеряли стальной отблеск, став более тёмными, лёгкими и чуть шершавыми. Она плотно, словно вторая кожа, облегала тело, добавляла в избранный облик что-то своё. Легко меняла свою конфигурацию… и удивительно гармонично сочеталась с крыльями. Это радовало – и пугало одновременно! Заглядывая во все водоёмы, мимо которых проезжал, он видел размытую рябью морду, покрытую чешуёй, с большими змеиными глазами и длинной вытянутой пастью, из которой торчали клыки… Едва дождавшись вечера, обустроил стоянку, щедро ставя защиты за счёт дармовой силы. Кирк недовольно ворчал, жалуясь на отсутствие добычи, но удовольствовался очередным кустом, грустно поглядывая на чёрствого хозяина. То, что по дороге ему на зуб не раз попадались мелкие твари, решившие напасть на них, шурш решительно не хотел вспоминать. Впрочем, сейчас Ладар был слишком зол, чтобы оценить просительное выражение на морде питомца. Наскоро потрепав его по шее, он уселся поудобней, настраиваясь скользнуть на тропу, как услышал:

– Привет! Ждал меня?

– Ждал! – Ладар хмуро посмотрел на Илис, внешне строгую, но с бесенятами в глазах. – Что ты в очередной раз затеяла? Решила соорудить живой доспех? Я слышал о таких, способных взбунтоваться и не выполнять приказы хозяина.

Илис звонко расхохоталась, затем подошла и протянула руки. Ладар невольно улыбнулся, раскрывая свою защиту, – и его возлюбленная скользнула в кокон небытия, закрывшись от всего мира и удобно устроившись в объятьях любимого. После нескольких поцелуев она положила голову ему на плечо и нараспев начала рассказывать:

– Живые доспехи делали очень давно. Это было сложное, и, увы, ныне практически забытое искусство, в котором сочетались силы друидов, эльфов и гномов. Большей частью они были деревянные, лишь местами, в самых уязвимых местах, на них были кольчужные сетки, но при этом были крепче любой стали. Для создания такого доспеха нужно было собрать трёх архимагов трёх народов, и лишь совместные усилия позволяли превратить обычную кожу, дерево и сталь в нечто живое. Хотя все они хором обижались, когда их материалы называли обычными. Там были особые, секретные сорта стали, хитро выделанная кожа и какие-то чуть ли не в плоде выращенные куски дерева. Деталей я не знаю, для смерти этот процесс был неинтересен. Хотя бы потому, что жили и умирали подобные доспехи без нашего вмешательства. И жили они согласно тому, что вкладывали в них их творцы, а те вкладывали очень многое. Они могли зарастить раны, могли драться, даже если хозяин был без сознания, хотя чаще всего лишь с целью вынести его из боя, в безопасное место. Могли сопротивляться магии и стихиям, да много чего могли. Не могли только пережить смерть своего хозяина. Именно поэтому они и не получили большого распространения: слишком дорогая получалась игрушка. Хотя было несколько моментов, когда именно вмешательство рыцарей, закованных в живые доспехи, меняло ход сражений, переписывая историю. Увы, возможностей у тебя получить что-то подобное – никаких. И сделать тоже. Извини, но ты вряд ли когда-нибудь поднимешься до таких высот, чтобы превзойти в мастерстве трёх архимагов трёх разных народов, действующих согласованно.

– Но почему тогда мой доспех меняется?

– Потому что ты его меняешь! Подсознательно ты хотел превратить груду железной крошки в нечто изящное и убойное, создать свой образ. И, после того, как у тебя появилась сила, процесс пошёл. Вряд ли ты сможешь создать что-то наделённое не то что жизнью – собственной силой, однако изменить металл, придав ему новые свойства – вполне. Вспомни, с самого начала ты начал работать со стальной крошкой, превращая её в тонкие пластинки. Это было разумно и практично. Сейчас они превратились в чешуйки, заодно изрядно убавив в весе, но прибавив в прочности.

– Проблема в том, что я не то чтобы этого не делал, даже не представляю, как вообще подобное можно сделать! – Ладар задумчиво перебирал в голове варианты, заодно аккуратно восстанавливая кожу: Илис огорчалась, когда видела на нём чёрные разводы.

– Небытие совместно с жизненными силами способно на многое! Даже изменять свойства материи! Это же две первоосновы, меняющие мир по своему усмотрению! Конечно, понимай ты суть процесса, всё было бы быстрей и лучше, но и так получается интересно. А разве неприятно почувствовать себя чуточку творцом: когда одно твоё желание изменяет мир?

– Илис, скажи… – Ладар помедлил, набираясь решимости. – Я становлюсь демоном?

Девушка, тихонько рассмеялась и потянулась губами к лицу парня. После довольно продолжительного поцелуя она задумчиво обронила:

– Ты такой забавный, когда чего-то пугаешься. Во-первых, демоном тебе, как ни крути, не стать, форма брони – ещё не вторая кожа, максимум – образ мыслей. А во-вторых, ты что думаешь, меня это испугает? Я видела тебя, когда ты кинулся спасать меня – за грань, за пределы Вселенной! И ведь спас! Наверное, никто в мире не может похвастаться подобным! Ну а в-третьих… Нет, об этом я говорить не буду, пусть останется сюрпризом!

Илис предвкушающе хихикнула и, прижавшись к парню, решительно отстранилась.

– Мне пора. Иначе опять влетит от наставника. Выпускай меня из своего мира – он довольно уютен, но в нём нельзя просидеть вечность.

– А жаль! – Эти слова вырвались у Ладара непроизвольно, зато его пыл вызвал новую, лукавую улыбку на лице Илис:

– Надеюсь, Лорд Тени, Аарх проклятых земель сможет соорудить более достойное и шикарное убежище для девушки, чем кокон небытия, пусть даже в железной броне.

Старая дорога нашлась неожиданно. Просто в один прекрасный момент шурш закапризничал, не желая принимать слишком далеко вправо. Ладар насторожился, выискивая опасность, и обнаружил слабый след магического воздействия, отпугивающего все живое. Заинтересовавшись, он, как мог, соорудил своему скакуну защиту от внешних воздействий, просто создав вокруг его тела очередную плёнку небытия, старательно поглощающего любую энергию, – и через полчаса ехал по заброшенной, покрытой листвой, но вполне удобной дороге, идущей параллельно предгорьям. Старые, высокие деревья растут по краям, тесно переплетаясь ветвями, создавая живой частокол – и смыкаются где-то далеко вверху, образуя прекрасную защиту: как от дождя, так и от крылатых хищников. Прямая, как полёт стрелы, аккуратно выложенная ровными, подогнанными друг к дружке камнями, вполне способная вместить конную роту на марше, это учитывая, что по уставу арьергард должен состоять не менее чем из восьми всадников, скачущих рядом! И такую дорогу он обнаружил совершенно случайно! Аарх ехал по самой середине, вдали от опасных веток, впервые не беспокоясь о хищниках, зато жутко жалея, что у него нет карты этих мест, и с грустью понимал, что лорд из него никакой, ведь настоящий аристократ как минимум настоял на детальном описании владений, а то и денег на налаживание хозяйства у короны ссудил. Конечно, в его случае нужно было бежать от массы врагов, жаждущих его голову, но хотя бы карту! Если можно неделю провести в этих зарослях, так и не заметив древнего тракта, то что говорить о более мелких сооружениях? Быть может, он проезжает мимо укреплений, небольших замков, заброшенных деревень, даже не подозревая об этом. Впрочем, дорога наверняка должна поворачивать к чему-то подобному.

Аарх принялся внимательно изучать кусты на обочине – и к вечеру действительно обнаружил небольшую развилку: от прямой и ровной дороги отходила также магически защищённая, но гораздо более узкая колея, шириной максимум для одной телеги, ведущая в сторону гор. После некоторого колебания повернул шурша на неё, надеясь всё разведать до темноты. Развилка была удобной и широкой, здесь можно спокойно заночевать, приготовив пару подбитых в дороге тушек, здорово смахивающих на обычных свинок, только с более длинными и крепкими ногами.

«…Полчаса до гор, полчаса на поиск возможных дверей – найти здесь гномов было бы заманчиво. Затем – либо остаться у них, либо быстренько вернуться обратно на развилку. До темноты успеть должен».

Рассуждение было логичным, очевидным, взвешенным, но в корне неверным. Если основная дорога, проложенная по лесу, была практически ровной, её явно прокладывали гордящиеся своей силой маги, то колея, ведущая к горам, петляла и изворачивалась, стараясь по максимум упростить задачу строителям. К горам Аарх выехал уже в сумерках, убедился, что вход в подземелья, если таковой и был, основательно завален оползнем наверняка искусственного происхождения, плюнул и повернул назад. С проклятыми землями явно никто дел иметь не хотел. Солнце уже наполовину село за горизонт, освещая только верхушки деревьев, возможность нормально обустроить засветло стоянку и нормально поесть исчезала на глазах, и Ладар пустил своего Кирка напрямик, по лесу, помня о его способности находить самый короткий путь и легко бежать по бурелому, как по тропинке. И только когда огромное дерево ожило, поднимая стволы-руки, на которых блеснуло по три метровых когтя, он понял, что допустил массу ошибок.

Отважно прыгнув прямо навстречу древесным объятьям, он торопливо послал шурша вперёд, уводя от опасности, А сам, укрепив броню, принялся бомбардировать дерево феерболами, надеясь на заключённую в них струйку огня. Древесная кора обугливалась, крошилась, но огромные руки держали крепко. Дыхание свело от обручей, обхвативших тело, в кровавом тумане мелькнул коготь, нацеленный Аарху в живот. Удар! Всё вокруг замерцало от призрачных нитей, тропа тени укрыла своего последователя от смерти. Как во сне, Ладар наблюдал на застывший в нескольких сантиметрах от его лица коготь. Случайно или нет, однако древесное чудовище нашло наиболее уязвимую точку доспехов – тонкий, зелёный слой стекла, имитирующий глаза. Куски древней мозаики, найденные в башне и перемешанные с металлом, могли выдержать удар стрелы, если скользящий – меча, но никак и таранный удар огромного, похожего на копьё когтя длиной с приличный мечный выпад. Хорошо, что огромные лапы не смогли поймать в свои объятья мелькающие в попытках освободиться руки.

Яростно выхватив стигис и тёмный клинок, принялся отчаянно рубить – вначале коготь, затем, убедившись в бесплодности попыток, обхватившие его стволы-лианы. Тут дело пошло лучше. Тёмный клинок выпивал из ствола жизнь – и стигис рубил окаменевшее дерево. Он едва успел. Стоило лопнуть последнему волокну и тяжело опасть на землю, освободившись от объятий, как время вновь рвануло вперёд со скоростью призового рысака. Когти свистнули над головой – и глубоко вонзились в почву. Странный монстр глухо застонал, – а Аарх, лорд Проклятых земель, удирал во все лопатки от столь непонятного и мощного противника. Хорошо, шурш нашёлся сразу – тот стоял в двух шагах, дрожа всем телом, но уйти не мог – на холке его лежала узкая ладошка Илис. Девушка сидела на скакуне и протягивала парню руку. Торопливо вскочив позади неё, тут же перехватил управление Кирком, дав мощный посыл – двигаться назад, к дороге. Упрашивать перепуганное животное не пришлось: он и без того развил бешеную скорость, показывающую, насколько опасный противник встретился им на пути.

Илис молчала, аккуратно поправляя несущееся животное, и через несколько минут показалась колея, затем древняя дорога, широкая развилка – и небольшой костёр, явно разведённый заботливыми девичьими руками.

Поспешно соскочив с шурша, Ладар отправил его пастись к ближайшим кустам, – а сам сел поближе к огню, приходя в себя. Его всё ещё лихорадило. На другой стороне костра села Илис, и глаза её сверкали: девушка была явно недовольна. Впрочем, в отличие от большинства женщин, она была достаточно мудра, чтобы вначале помочь, затем дать успокоиться, и лишь потом выплеснуть эмоции.

– И это Аарх? Или, почувствовав безопасность, кстати, весьма сомнительную, этой дороги, ты решил устроить обычную прогулку в парке? Мало того что сам не отслеживал линии смерти, напрочь отказавшись от возможности видеть ловушки и избегать хищников, так и шурша закрыл коконом небытия, полностью лишив его природного чутья. Вы практически оказались моими подопечными!

Ладар прикрыл глаза, заново переживая случившееся. Лицо тут же бросило в жар, краска стыда, казалось, покрыла всё тело.

– Я вёл себя глупо. Очень хотелось отдохнуть!

– Ещё немного – и отдыхал бы всю оставшуюся вечность!

– Извини, что заставил волноваться. И спасибо, что помогла. А теперь успокойся и расскажи, что это было?

– Энт. Обычный энт. Просто искорёженный магией Хаоса. – Голос Илис вновь стал ровным, вот только говорила она словно нехотя.

Ладар только схватился за голову.

– Обычный энт! Добродушный древесный великан превратился в такое чудовище!

– А ты видел энтов? – В голосе Илис зазвучали нотки иронии. Она практически пришла в норму.

– Нет. Просто истории рассказывали.

Девушка звонко расхохоталась, запрокидывая голову.

– Просто те, кто корёжил лес и заслужил их гнев, уже никогда и никому ничего не рассказали. Энты не такие милые и славные, они – воины, стражи леса. И убитых ими людей всегда утаскивают под землю, для удобрения. Хотя, конечно, злыми они никогда не были и никогда не нападали просто так, без причины.

– И в самых страшных историях они не были такими мощными и неуязвимыми, с такими опасными когтями. Их всегда можно было отпугнуть огнём, или задобрить, пообещав посадить на опушке с десяток юных деревцев. – Ладар мрачно глядел на огонь, прикусив губу. – Как мне сделать эти земли вновь обитаемыми, если даже духи деревьев здесь превратились в монстров?

– Убери то, что заставляет их быть такими, и через пару тысяч лет всё вновь придёт в норму. Ну, или будет не таким опасным. А пока – найди таких жителей для своего графства, которые смогут выжить и тут.

– Предлагаешь заселить все деревни демонами? – мрачно пошутил Ладар, постепенно оттаивая и потянувшись к седельным сумкам – за нарванными по дороге травами. Но Илис восприняла его слова неожиданно серьёзно.

– Сейчас именно они – наиболее вероятнее кандидаты для переселенцев. И твоя задача – это изменить.

– Изменить? Как? Подскажи!

– Боюсь, пока ты сам не почувствуешь причину, разговор будет бесполезен. Стань Аархом не по имени, а по сути – и ты сам поймёшь, что делать.

– А подсказать мне не можешь?

– Могу. Именно я. И ещё – драконы. Наверняка – архимаги, хоть и не все. Однако будет правильней и лучше для тебя, если ты сам разберёшься.

– Разберусь – с чем?

– Ну, для начала – с едой. Она у тебя пригорает, и даже шурш, вначале приплясывающий от нетерпения, начинает медленно отходить в сторону. Затем – с дорогой: насколько она опасна, как сделать её пригодной для людей и не только… а там поглядим.

Ладар подхватился и кинулся спасать жаркое при молчаливой, но горячей поддержке Кирка. А когда обернулся – Илис уже не было.

Дорога была… спокойной. Лапы, шурша, мягко взрыхляли прелую листву, качка, невыносимая в первые дни, со временем стала помягче, то ли Ладар привык, то ли Кирк сумел уловить пожелания хозяина. Хотелось спать, полностью отрешиться от всего, однако Аарх помнил вчерашний позор – и теперь держал под контролем не только окрестности, но и собственное состояние. Да и с чего бы ему хотеть спать? Ночь прошла спокойно, утром он ел немного, зажарив и разместив большую часть остатков мяса в сумках. Возможность поохотиться на дороге, отпугивающей всё живое, была чистой фантазией, так что следовало растянуть запасы хотя бы на один день. А потом – либо сходить с тропы, либо надеяться, что по дороге встретится река. Шурш оказался большим любителем рыбы – хотя явно не любил воду, заходя туда только по прямому приказу, так что рыба оказалась для него деликатесом. Из-за этого она исчезала куда быстрей мясных запасов, но и наловить её, если попадётся хоть сколь-нибудь крупный водоём, довольно просто – рыба в здешних местах была не просто непуганой: она предпочитала нападать, а не прятаться. Что было удобно, практично – и весело!

Однако в сон всё ещё тянуло, и даже предвкушение рыбалки сонную одурь не прогнало. Что это – воздействие здешней магии на человека? Ладар расслабился, внимательно изучая потоки энергий, оберегающие дорогу. Они были практически идеальными! Никаких кругов, пересечений и нагромождений потоков. Ровные, аккуратные каналы силы, идущие под каменным настилом. Ладар хлопнул ладонью по Кирку, давая ему знак остановиться, спрыгнул на мостовую и приложил руки ладонями к камню. Так было проще. Знакомо. Привычно. Еле заметные, слабые касания, которыми так удобно вскрывать ажурные защиты магических ловушек у сундуков аристократов. Изучающие. Проникающие. Перехватывающие управление.

Так, вот этот канал – отпугивает зверьё. Естественно, напитан силами земли. Интересно, подземные жители умудрились перевести грубую энергию камня в тонкую ментальную магию. Впрочем, гномы – мастера работать именно с силой земли, они вылепят из неё всё, что угодно. Кстати, этот канал самый новый: его явно делали уже после того, как в долине начались изменения энергетического фона, и сохранился он лучше других. Хотя и другие – ровные, без зазоров и протуберанцев. Великолепная отладка, а ведь сколько тысяч лет прошло!

Ну, смотрим дальше. Ого! Канал подпитывает лошадей энергией, нужно шурша к нему подключить, по идее должно получиться. Бежать будет быстрее, а уставать меньше. Правда, и жрать будет ещё больше, оторва эдакая, где на него добычи набрать? А никуда не денешься, законы природы никто не отменял – если при такой подпитке не кормить скакуна как на убой, тот быстро зачахнет. Ладно, подумаем.

Так, а это уже явно для удобства пассажиров. Вот откуда сонливость… Какой интересный канал! Он не просто даёт возможность отдохнуть, но и подстёгивает выработку собственных, личных жизненных сил. А если жизненных сил избыток, однако на движение и любые другие внешние проявления они не тратятся, что получается? Верно, регенерация. Естественно, слабая, ничего серьёзного без направляющего каркаса и изменения силой Творца не получится, но даже такая – неплохо. Значит, те, кто часто ездит, меньше болеют. Для гонцов это особенно важно – они могли скакать без устали день и ночь, отдыхая в седле. Умно! Опять видна старина – значит, телепортов и разговорников, когда делали эту дорогу, ещё не было.

Ещё один интересный канал… совсем слабый… Ладар мысленно нырнул поглубже, стараясь разглядеть, понять устройство очередной загадки древних, спрятанной под обычной дорогой, и почувствовал, как падает – ничком, прямо на камни, а рассудок стремительно растворяется в белом, слепящем потоке.

Сознание кружилось, приходилось ставить ментальные щиты, уберегающие его от внешних воздействий. Поток нарастал, унося разум человека всё дальше от тела, всё глубже. Но вместе с тем враждебности не чувствовалось – просто странный энергетический канал внезапно активировался, уводя от дороги куда-то вглубь. Небытие соткалось пузырём, выталкивая сознание на поверхность, ещё усилие – и он взлетает над землёй, удивлённо оглядываясь по сторонам.

Когда Ладар поднимался над деревьями на собственных крыльях, дорога была не видна. Сейчас же, паря в вышине сгустком энергии, он видел не саму дорогу, а потоки сил, идущие под нею. Несколько тонких ниток уходили к горизонту, туда, где слабо виднелась проплешина города в лесном массиве. Несколько иных потоков крутились по окрестностям – слишком хаотичные и размытые, скорее всего, природные. Зато и у противоположной стороны долины слегка просвечивала столь же длинная нить, уходящая к горизонту. Ещё одна дорога? Неплохо. Однако что за поток белой энергии, из которого пришлось бежать столь быстро и высоко? Ладар задумчиво изучал вязь энергий под ногами, выискивая, что же вызвало всплеск энергии. Но всё было спокойно, три основных канала – и лишь слабая дымка, ведущая куда-то вниз. Аарх вспомнил один из рассказов учителя… Прибаутку, которую ученик воспринял как сказку на ночь. Воспоминание удивило и наполнило восторгом пополам с опаской – неужели?

Так, нужно срочно проверить. Где тело? Еле заметная метка человека и чуть более сильная – шурша оказались неожиданно далеко. Это подтверждало последнее предположение, вызывая новый шквал эмоций. Энергия переноса! Говорят, в древности к таким линиям цеплялись экипажи, и они двигались без лошадей, правда, только вдоль энергетической линии. Но и линий можно было прокладывать сколько угодно – не имеющая материального воплощения силовая струна могла быть развёрнута на маленькие расстояния практически мгновенно, на большие – также достаточно быстро. Всё зависело от мастерства амулетов, работающих с токами земли, и профессионализма магов, ими управляющих. Жаль, подобные знания давно утеряны: природных токов земли много, и не использовать их – преступление. Ведь при этом не тратятся ни силы мага, не нужны никакие внешние толчки: ни лошади, ни элементали, а то самые одиозные из гномов умудрялись создавать механические повозки, отравляющие атмосферу и тратящие драгоценные природные ресурсы. Правда, гномы первые и забили тревогу: в пещерах, где каждая крупица свежего воздуха на вес золота, подобная «техника» объявлена преступлением с самым строгим наказанием – высылкой на поверхность.

Вернуться обратно оказалось неожиданно сложно: сознание было вырвано неожиданно и мощно. Впервые Ладар смог рассмотреть связующие нити духа и тела. Зависнув над собственной фигурой, застывшей над землёй, он стал разглядывать тонкие, но прочные нити, соединяющие две части человека. Нитей оказалось достаточно много: ажурная паутина повисла в воздухе, создавая сложную вязь аурного пространства. Ладар с интересом разглядывал её, пытаясь понять суть мелькающих в ней процессов.

– А маги говорят, что сознание и тело разделяет лишь одна нить. – Насмешливый голос Илис, удобно устроившейся рядом, прямо на воздухе, искрился довольством. – Слепые, они не видят многоуровневости строения Жизни – и потому не способны осознать глубины работы смерти. Разделить нити, не повредив души – работа ювелира, довольно сложная и жизненно важная для каждого человека.

– Постой, а почему ты здесь? Мне что, грозит опасность?

– Нет! Однако ты впервые подошёл к сути моей работы достаточно близко, и я не могла удержаться. Никто не понимает главного: смерть насильственная, особенно когда сопровождается значительными повреждениями, всегда нарушает не только тело, но и сознание, и саму душу, – Илис заговорила серьёзно, даже с горечью. – Почему-то считается, что душа бессмертна. Теоретически – возможно. Если человек в течение жизни совершенствуется, напитывая энергией душу, она способна существовать и дальше… пока не войдёт в новое тело или не присоединится к иным сферам, способным поддерживать её существование. Однако для того, чтобы это произошло, много должен сделать сам человек – и не меньше смерть. Насильственная смерть калечит не только тело, но и его энергии, что сильно затрудняет мою работу и резко понижает шансы человека на дальнейшее существование. Недаром во все времена, во всех религиях самым страшным грехом было убийство – неважно, убиваешь ты другого или самого себя. Посмотри на эти нити и представь, насколько усложнится работа, если их спутать, а то и разорвать не так и не в тех местах. Вместо полноценной души в Ирий отправится спутанный комок энергии, не годящийся ни на что, кроме развоплощения. Зачастую, если видишь, что перед тобой практически уничтоженная грехами душа отъявленного злодея, не огорчаешься и оставляешь всё как есть. Если душа рядового обывателя, слабенькая и полудохлая – вздыхаешь и надеешься на лучшее, хотя она и не способна существовать сколь-нибудь долго. Даже если такая и сможет попасть в новое тело – она искалечит его ещё в утробе. А потом люди удивляются, почему рождается столько неполноценных детей после войн! Хуже всего – видеть полную энергии, просветленную душу творца – мощную, но искорёженную насильственной смертью. Приходится тратить бездну сил, штопая те нити, которые смогут дать ей ещё один шанс. Это не наше дело, однако так жаль…

– Не ваше? А чьё?

– Ваше! – Илис гневно тряхнула головой, отчего на кончиках её волос зашипели, приподняв головы, еле заметные змеи. – Вы сами, поколение за поколением, убиваете, калечите себе подобных, а вместе с ними калечите свои и чужие души! Мы – лишь принимаем то, что есть! И не надейтесь переложить эту ношу на кого-то ещё! Вы сами делаете свою судьбу! Сами творите свой ад, своё небытие ещё на земле!

– А когда я пью жизненную силу… Ведь ты сама меня учила! Я тоже забираю силу души, лишая её энергии на воплощение?

– Как раз нет, – Илис улыбнулась. – Ваши церковники вопят, что подобное – от дьявола, однако на самом деле происходит что-то похожее на обычную смерть от старости, только мгновенную. Силы тела кончаются, но душа не страдает.

– Поэтому ты меня и учила выпивать жизнь?

– Нельзя калечить чужие души и сохранить в чистоте свою. – Голос Илис стал мягким, словно извиняясь за что-то. – Я старалась дать тебе возможность остаться собой.

– Прости, я подумал иначе. – Ладар подлетел и поцеловал темноволосой девушке руку, извиняясь за собственные опасения. Несмотря на то что парень был вне тела, прикосновение было полным, чувственным – и нежным. Илис зарделась и невольно улыбнулась.

– Иди уже! А то все свои идеи растеряешь! – Толчок ладонью, Аарх только успел увидеть, как натянулись ажурные конструкции – и он уже смотрит на землю, понимая, что не усидел-таки и чувствительно ткнулся носом.

– Ладно! – Аарх вскочил, отряхиваясь, и позвал Кирка, аккуратно обгладывающего ближайший куст. То, что куст был ядовитым и периодически покалывал своими иглами броню, эту странную помесь лошади и древнего ящера явно не волновало. Пустив его неспешной рысью, Ладар принялся строить конструкты энергий, объединяющие в единое целое сразу Кирка, его наездника – и идущие под землёй энергетические нити. Это было практически невозможно: без опыта и теоретической подготовки. Всех знаний – пара древних легенд и несколько вскользь брошенных намёков. Экспериментатор промучился до вечера. К тому моменту он не только создал единый кокон небытия для себя и шурша, но и добился того, чтобы тот запускал и выпускал идущую под землёй энергию, не разрушая своей структуры. Пора было останавливаться и обустраивать лагерь, но Кирк довольно резво трусил, получая жизненные силы от земли, а решение загадки вертелось где-то в подсознании, никак не выходя на поверхность. Монотонная дорога расслабляла, броня закрывала человека, и шурша сложным непонятным коконом, растянувшись до минимальной, не больнее волоса, толщины, глядя на заходящее солнце, хотелось спать.

Аарх сам не понял, как, по-особому потянувшись сознанием, он ухватился за нить силы и потянул. Внезапно шурш резво пошёл вниз, погружаясь в землю, деревья слились в зеленую стену, а ветер, разбивающийся о броню, стал сильным и хлёстким. Впрочем, стоило нырнуть поглубже, садясь непосредственно на энергетический поток – как неприятные ощущения пропали. Земля расступалась перед всадником намного легче воздуха, не причиняя и малейшего неудобства, слилась в единую массу, не позволяющую отслеживать скорость, и лишь внутренние часы отсчитывали секунды по ударам сердца, пытаясь уловить момент, когда слабое человеческое тело не сможет вынести мощи проходящего через него потока, и нужно будет выныривать на поверхность.

Внезапный удар выдернул шурша и его всадника из земли.

Искусственные энергоканалы, пусть и рассчитанные на неограниченно долгий срок службы, уязвимы. Особенно если на их пути строят большие города со своей магической структурой, подземельями, порталами и башнями магов. Данный не был исключением. От участи оказаться вмурованным в землю Ладара спасло лишь то, что транспортная артерия не резко обрывалась, а постепенно истончалась, поднимаясь к поверхности. Скорее всего, её энергия была задействована службами города для каких-то своих целей: на поверхности стоял магический преобразователь, работающий с дармовой силой. Именно об него и ударился со всего маху Кирк, вызвав возмущения энергий, разрушивших плёнку небытия. Удар – и всё поглотила тьма. Впрочем, ненадолго: Ладар привык к беспамятству, а ещё к тому, что оно всегда связано с опасностью. Небольшой конструкт в сознании, сотворённый им после очередной отключки, позволял экстренно прийти в себя… Ну, насколько это возможно, используя силы организма. Сейчас процесс шёл медленно, и только с рассветом Аарх смог открыть глаза. Увиденное оптимизма не прибавило.

Он с шуршем влетел в густые заросли лиан-кровососок. Подобные растения попадались и в обычных лесах, правда, всё, что они могли там – тянуть энергию из присевшего неподалёку путника, заставляя его уснуть. Случайный охотник или грибник, поддавшийся их чарам, рисковал и вовсе не проснуться – спать неделями, пока последняя крупинка силы не покинет иссохшее тело. Поэтому в лес всегда ходили минимум вдвоём-втроём, хотя охотники, не любившие делиться добычей, негласные правила частенько нарушали. В любом случае – опасные для невежественных крестьян кровососки никак не оправдывали своё название, служа скорее пугалом… в отличие от здешних.

Метрах в двадцати возвышалась серая каменная стена города. Поточенная временем, но несдавшаяся – всё ещё крепкая, без единого пролома. Вот только ров перед ней давно высох, практически сравнявшись с землёй, и теперь в нём расплодились целые заросли опасных растений.

Несколько лиан плотно обвивали руки-ноги Аарха, полностью его обездвижив. Живой кокон держал плотно, нигде не жал, вызывая исключительно положительные эмоции – тепла, уюта и неги, желания закрыть глаза и уснуть, пусть даже и навсегда. Часть усиков у кровососок плотно входила под кожу, выискивая нервы – и стимулируя нужные эмоции. Ещё часть откачивала кровь, да и плоть в местах их проникновения словно усыхала, одновременно становясь водянистой. Вся нервная система человека была блокирована, лишь сознание по чьей-то извращённой прихоти было не тронуто – человек чувствовал, что медленно умирает, лишаясь сил, даже сквозь забытьё. Возможно, покорность засыпающего, сдавшегося разума придавала блюду из жизненных сил человека какой-то особый, приятный для кровососок аромат.

Вот только Аарх о сдаче даже не думал. Вначале он нашёл глазами Кирка: тот также был опутан ворохом лиан, на нём их было намного больше – фактически тот был жив только благодаря большой массе своего тела. Но всё же какое-то время протянуть ещё был должен. Затем занялся собой. В отличие от шурша, при ударе всадник не потерял свой кокон небытия, напрямую зависимый от его тела, просто когда огромный ящер всем телом ударил изнутри о броню – та разошлась, выпуская охраняемый объект, функций внутреннего сдерживания в броне не было. Этим воспользовались несколько лиан, проскочив к телу человека. Небытие не могло уничтожить живые стебли – лишь плотно обхватило их, ощетинилось стальными чешуйками, не допуская новых захватчиц.

Ладар ухмыльнулся. Справиться с парой стеблей, пусть даже особо прочных, когда в распоряжении доспех, управляемый как раз сознанием? Не вопрос! Ряд чешуек слипся, образовав нечто вроде пилы, – и опустился на кровососку. Несколько решительных взмахов – и зелёный обрубок забился внутри брони, наставляя синяков и вырывая усики-присоски. Вторая лиана напряглась, завибрировала, отток крови и жизненных сил усилился, но вновь образованная пила уже принялась за своё дело, и вот второй обрубок в бессильной ярости бьёт тело человека, заставляя того морщиться от боли и радоваться возвращающимся ощущениям. Быстрый анализ повреждений, несколько каркасов жизненных сил, сформированных на наиболее повреждённых участках – и кровь остановилась, нахлынула слабость. Аарх ухмыльнулся, оглядываясь: лианы плотно обвивали его броню, всё ещё пытаясь забраться вовнутрь. Мощные, упругие, полные сил. А не хотите ли попробовать своего же лекарства?