Призрак штрафбата

– Молодец! У нас будет другая охота! Ты скользнёшь вдоль кокона небытия, я раздвину чешую брони, и ты выпьешь жизнь странного спрута, который пытается меня раздавить. Только давай побыстрей, в дырку хлынет вода, а мне ещё выбираться на поверхность! Справишься?

Зверь оскалился, радуясь необычной добыче.

Когда Ладар выплыл на поверхность, воздуха в лёгких не оставалось. Сжатые, подобно пружине, они были пусты и не насыщали крови, в глазах потемнело, и первое время он просто дышал, не замечая ничего вокруг. Какое это счастье – просто дышать, с каждым вздохом впитывая живительные силы, разлитые в воздухе, чувствуя, как кровь быстрее бежит по телу, как проясняется голова, и глаза вновь различают небо, воду, реку – и небольшую девичью фигурку, удобно устроившуюся на коряге и поддерживающую человека, не давая ему погрузиться глубже и наглотаться воды.

– Ну как, лорд Тени, Аарх Проклятых земель, очухался? Больше власти не хочется?

Ладар глубоко вздохнул и, отодвинув руки Илис, устроился рядом на ветке, избегая смотреть в смеющиеся глаза.

– Да я и сам понимал, что идёт откат. Зачем так-то… – Было немного обидно – и здорово стыдно. Действительно, как маленький ребёнок. Но стыд прекрасно прятался за обидой.

– А как иначе? Всего несколько встреч со здешними обитателями – и лишняя эйфория ушла, заставив взглянуть на вещи трезво. Ты всё ещё не охотник, просто более крупная добыча. Тебе нужно долго осваивать полученные умения и новые способности, прежде чем ты сможешь зачистить долину, сделав её безопасной.

– А я не собираюсь её зачищать. – Ладар ухмыльнулся, придумав прекрасную месть, и принялся одновременно с разговором аккуратно работать с плёнкой небытия. – Я собираюсь просто сделать этот мир более дружелюбным. Живут же на востоке люди, находят общий язык с моими землями?

– Ну, люди – это неверно. Оборотни. И не живут, а выживают. Постой, что ты делаешь?

Кокон небытия распахнулся, включая в себя девичью фигурку. Броня с железным лязгом сомкнулась у неё за спиной, отрезая от всего мира, а руки Аарха торопливо обняли мягкий, податливый стан, притянув к себе. Губы сомкнулись на губах, обрывая разговор, – и на какое-то время влюблённые словно выпали из пространства. Кокон пустоты надёжно защищал их от всех опасностей – от реки, воды, сомкнувшейся над целующейся парочкой, от странных рыб, пытающихся попробовать броню на вкус, от магов, от проблем и забот, оставив им двоим несколько минут счастья – здесь и сейчас.

Когда же под водой вспух пузырь воздуха, выкинувший кокон на поверхность, Илис поспешно вырвалась из объятий и отскочила в сторону, вся красная от противоречивых чувств.

– Безумец! Ты мог погибнуть! Совсем в Проклятых землях мозги растерял?

Ладар аккуратно встал, формируя каркас жизненных сил и направляя его к коже лица. Чёрная, покрытая странными пятнами, она стремительно приходила в норму. Уже через пару минут он смог говорить.

– Недавно я лечил одну гномку от клейма проклятых. Такая очаровательная малышка, помеченная тьмой. Вначале я небытием вытащил черноту под кожу, а потом с лёгкостью развеял. Правда, когда тащил, разворотил пол-лица и пришлось потрудиться, всё восстанавливая. Но сама идея работать с тьмой практически на поверхности понравилась. Прежде чем обнять тебя, я разделил кокон пустоты, оставив один слой под кожей, а другой отодвинув как можно дальше. В результате я не пострадал, только кожа, но она уже практически восстановилась. Так что никакого риска не было. Повторим?

Илис отскочила, покраснев уже как самая обычная девчонка. Аарх ждал, вытянув вперёд руки. Она помедлила, подошла, уютно устроившись в его объятьях, и аккуратно, кончиками пальцев провела по нарастающей коже.

– Так ты что же… Ничего не почувствовал?

Ладар улыбнулся. Кем бы ни была Илис, в первую очередь она оставалась женщиной.

– Почувствовал, конечно. Возможно, не так сильно, как мог, но – основные нервные окончания как раз на коже и находятся. Пока они не онемели, я всё чувствовал в полной мере.

– Больно было? Бедненький!

– Твои прикосновения никогда не дарили мне боли. Наверное, потому, что ты боишься мне её причинить. Не бойся, будь собой – я сильный, я выдержу!

– Сильный! – Она фыркнула. – А кто от бульвизов удирал во все лопатки?

– А что, нужно было остаться и заняться их укрощением? – Ладар задорно подмигнул. – Когда-нибудь я так и сделаю. В них нет злобы, они как большие дикие коровы, им просто нужна рука хозяина.

– Так ты не шутил, когда говорил, что не собираешься зачищать эти земли? – Илис задумчиво посмотрела на улыбающегося парня. – Знаешь, твой хитроумный дед был прав, когда сумел посвятить тебя в лорды. Посмотрим, что у тебя получится. А сейчас, если ты можешь – поцелуй меня ещё!

Позже, когда они немного успокоились и Ладар принялся вновь восстанавливать сожженную чересчур жаркими объятиями Илис кожу, она задумчиво спросила:

– А как ты хочешь укрощать зверьё?

Аккуратно создавая очередной каркас жизненных сил, он немного растерянно пожал плечами:

– Понятия не имею. Не знаю, почему тут животные такие агрессивные. Наверняка можно как-то это привести в норму, живут же звери возле деревень… Конечно, всякое бывает, но в основном – мирно живут. Особенно если в округе оборотни есть. А у меня их – целых три деревни! Придумаю что-нибудь.

Илис улыбнулась.

– Тебе всё станет ясно, когда ты станешь Аархом не только по названию. Лорд Тени может контролировать потоки энергий не только в себе, но и на своих землях. И тогда он действительно может всё. Это подлинная власть, куда до неё королям, даже эльфы на такое не способны.

Ладар растерянно крякнул. От неожиданности упустил узловые нити очередного каркаса, и кожу на щеке начало стягивать. Торопливо расправляя свои построения, юный маг потерянно протянул:

– Да… мне до такого… Тут точно нужно быть архимагом.

Девушка улыбнулась и прильнула к его крылу. Она уже давно заметила, что крылья способны выдерживать ласку смерти – возможно, потому, что уже умирали и были рождены вновь? А может, потому, что для их создания была использована энергия умершего Творца – они успешно сопротивлялись не только магии, но и изначальным силам.

– Есть разные пути, не спеши опускать руки. Людские маги насилуют мир, заставляя его служить своим желаниям. Конечно, при таком подходе и архимагу не удержать в руках энергии целого края. Однако это не только не единственный, но даже не самый лучший путь. Хотя об этом мы поговорим позднее. А сейчас скажи – а укротить одно-единственное животное ты мог бы?

Ладар задумался.

– Смотря какое. Если мозг достаточно прост – наверное. С троллем у меня получилось, с драконом – нет.

– У тебя получилось со зверем в клинке, а значит, получится и с шуршем. Во всяком случае, есть смысл попробовать.

– Шурши? И что это за питомцы моего графства?

– В пяти минутах отсюда пасётся небольшое стадо ящеров. Их дальние сородичи когда-то были одомашнены и носили людей и грузы. Правда, не в этом мире, не в долине Хаоса. Но то, что получилось раз, может получиться и второй. Они сильны, быстры, неприхотливы и способны бежать даже по таким джунглям, как по ровной дороге. Если сумеешь… подружиться с одним из них, здорово сократишь свой путь. Иначе тебе потребуется не меньше месяца, чтобы добраться до Алзана.

– Алзан? Кто это?

– Не кто, а что. Хотя – уже, наверно, ничего. Когда-то был славный, большой город. Люди в нём редко умирали иначе, чем в своих постелях, и жили долго. Поверь, это очень много говорит о людях, его населявших. Такие города – редкость в любом мире. А сейчас открывай кокон, иначе он окончательно лопнет от злости.

– Он? – Ладар растерянно приоткрыл броню, изучая окрестности – и первое, что увидел – чёрный капюшон смерти, в раздражении уничтожающего какого-то зверя с длинными закрученными рогами. Услышав позади металлический скрежет, перестал вырывать из бока животного куски мяса и обернулся, мановением руки обратив огромную тушу в прах.

– Сети! Я, конечно, предполагал, что, получив моё согласие, вы будете встречаться, но! У тебя есть и обязанности, девочка! Мне пришлось одному мотаться по разным мирам, выполняя работу двоих!

Илис съежилась, виновато глядя на старшего, а Ладар весело рассмеялся, снимая напряжение и переводя огонь на себя.

– Ничего страшного не случилось. Наверняка бывают случаи, когда один из вас занят и остальным приходится его подменять. Немного лишней работы никому ещё не повредило. Если, конечно, дело в ней, а не в банальной ревности.

Чёрный скелет раздражённо фыркнул:

– Мальчишка! Ты выбрал свой путь, путь смертного, а значит, ревновать к тебе просто глупо! Дело не в тебе, дело…

– Дело в том, что тебе приходится делить внимание с жалким человеком? Наставник, которому смотрели в рот, которым восхищались, оказался менее важным, чем какой-то смертный, да?

Скелет особенно глухо ухнул и исчез, напоследок бросив:

– Сети, возвращайся к своим обязанностям!

Илис грустно улыбнулась и, аккуратно разомкнув объятья, отошла в сторону. Уже исчезая, она проговорила:

– А насчёт шурша подумай.

Шуршами оказались здоровые, в холке в полтора раза крупнее лошади, травоядные ящеры. Вернее, Аарх считал их травоядными, пока не увидел, как один из ящеров подхватил вместе с листьями и какого-то небольшого зверька – и меланхолично сжевал и его, не обращая никакого внимания на визги и брызнувшую во все стороны кровь. Они передвигались в основном на четырёх лапах, но при необходимости вполне могли подниматься и ходить на двух задних, передними подгибая к себе наиболее привлекательные ветки. Глаза у них были по-рептильи круглыми, с вертикальным зрачком… И в них плескалась какая-то дымка, делающая обычных травоядных агрессивными и опасными. Ладар, сумевший заблокировать все свои запахи коконом небытия, несколько часов просидел в кустах, изучая стадо, несколько раз пытаясь проникнуть в мозг ближайшего – но всё было напрасно. Кроме головной боли, никаких результатов. Что-то явно мешало всем его попыткам.

– Говорил мне Мариш, готовься, в лесу неизвестно, когда и что пригодится. Не слушал, занят был своими мыслями… Сиди теперь тут, кукуй в ожидании, когда какая-то из этих лошадок на тебя наткнётся.

Ладар поёжился. Когда новоявленный покоритель скакунов выбирал место для засады, он выбрал разновидность росянки, явно агрессивной и ядовитой, которую местная живность избегала, и два часа сидел на пути у медленно идущего в его сторону стада, вздрагивая всякий раз, как очередная ядовитая колючка пыталась пробить его броню. Зато теперь шурши были совсем рядом. Два десятка ящеров-гигантов паслись практически на расстоянии вытянутой руки, полностью игнорируя человека… и его попытки проникнуть в разум одного из них.

И когда человек совсем отчаялся, судьба решила немного поиграть.

Внезапно из кустов совсем рядом с человеком выпрыгнул незнакомый Ладару хищник. Небольшой, даже меньше шуршей, он был полон силы и движения его были стремительны. Иссиня-чёрный, покрытый мехом, с гибким, заканчивающимся костяным лезвием хвостом, тот был похож на странную кошку, которой кто-то придал стремительность и ядовитость скорпиона. Всё стадо, увидев охотника, кинулось наутёк, однако выбранная странным зверем жертва не успела и повернуться. Один удар когтистой лапы – и ближайший шурш рухнул как подкошенный. Не с переломанным хребтом, как можно было ожидать, но оглушённый и не способный к сопротивлению.

Ладар нащупал под кителем давно забытые, зато аккуратно сохраняемые иглы. Необычное и убийственное в умелых руках оружие. Используемое в разведке для скоростного допроса и вызывающее паралич. Это было безумие – использовать их против быстрого, опасного противника, однако… у того был мех, а под мехом обычно скрывается не броня, а обычная кожа. Даже если мех очень густой, с масляным отливом, наверняка способный спружинить и отвести неожиданный удар – лезвие в умелых руках путь найдёт. Вот только насколько умелы руки бывшего разведчика? Ладар вздохнул, аккуратно подхватил иглы за небольшие утолщения, вспомнил все уязвимые точки, которые ему показывал мастер Ичелой, – и события понеслись вскачь. Пять игл, одна за другой, пронзили воздух, выискивая уязвимые места на теле хищника, огромная кошка, уже склонившаяся над добычей, резко извернулась, зашипев, Ладар выскочил на открытое место, и его клинки блестели на солнце, а броня была составлена из всего металла, до последнего зёрнышка выбранного из пространственного кармана. Бой обещал быть тяжёлым.

Но тут кошка захрипела, закачалась, борясь с ядом, сделала несколько неуверенных шажков в сторону врага – и упала навзничь, замерев неподвижной грудой. Иглы сработали. Ладар торопливо убрал клинки и подскочил к неподвижному шуршу, всё ещё лежащему на земле. Для верности он обхватил руками голову – и аккуратно проник в оглушённое, не способное защищаться сознание. К его удовольствию, мозг ящера был довольно примитивен и вполне поддавался управлению, но здорово мешали посторонние, какие-то грязно-жёлтые нити, идущие извне и путающие его разум. Аарх изучил их, чтобы в следующий раз легко находить и убирать эту странную защиту – и решительно оборвал, на всякий случай поставив блокаду от подобного, затем аккуратно стал внедрять в мозг шурша свой собственный образ – друга, наездника, хозяина, которого следует оберегать и защищать, а главное – слушаться. Образ ложился легко и ровно, скорее всего, шурши и вправду когда-то были домашними. Ну, или могли быть. Уже заканчивая, он почувствовал непривычное ощущение, словно кто-то скрёбся в его разум. Повернувшись, увидел открытые, полные боли глаза огромной кошки.

– Не оставляй так умирать. Добей. Не хочу. – И образ хищника леса, заживо обгладываемого мелким зверьём.

Ладар растерялся. Эта кошка разумна? Ну пусть не так, как человек, но мысль была вполне явственной. Вздохнув, Аарх повернулся к зверю. Время, пока Кирк, так он решил назвать шурша, придёт в себя, было, и можно попробовать узнать что-то новое о здешних обитателях. Аккуратно проведя по чёрной шерсти, нашёл всего две иголки, сумевшие проникнуть под шерсть – возле уха и носа. В остальных местах тугой подшерсток спружинил, отбрасывая острую сталь.

– Я уйду. Ты встанешь. – Ладар постарался как можно отчётливей представить себе, как огромная кошка встаёт и, пошатываясь, уходит в заросли. – Мы не враги, просто мне нужна была твоя добыча. Извини.

Недоверчивое, скептическое молчание. Наконец:

– Яд всегда убивает. – И образы самых разных зверей, лежащих возле колючих кустов.

– Это мой яд. А я убиваю, только когда хочу. Такую красивую кошку убить рука не поднимется. – Неожиданно для самого себя Аарх принялся гладить огромного хищника, легко угадывая места, где поглаживания доставляли максимум удовольствия.

Чёрный зверь застыл в изумлении. Вереницы образов затопили сознание человека – казалось, он искал и не мог найти ответ, как, почему всё происходит не так, как должно, как было испокон веков.

– Ты – не враг?

– Нет. Я – Лорд Тени, Аарх. Хозяин здешних мест. Я пришёл сюда не для того, чтобы убивать – а для того, чтобы здесь жить.

– Чтобы жить – нужно убивать. – Слегка насмешливая и чуть укоризненная мысль. Словно приходится объяснять простые вещи несмышлёному детёнышу.

– Нужно. Смерть – это часть жизни. Однако убивать нужно не всегда и не всех.

– Так не бывает! – Грустно и твёрдо.

– Бывает. Только не здесь, а за горами. Но я постараюсь сделать, чтобы и здесь было так. И вообще, хватит лежать, делая вид, что не можешь подняться. По-моему, твой организм давно справился с ядом, и ты просто пытаешься ухватить ещё немного ласки.

Кошка заметно напряглась.

– Игл больше не будет?

– Нет. Прости, что помешал твоей охоте, но ты наверняка не останешься голодной. Такой сильной охотнице легко найти себе ещё добычу?

– Шурш большой! Его мяса хватит на всех. – Скромное, оценивающее предложение. Ладар замер. Хищники редко делятся добычей. И только с теми, кого признают не просто равными себе, а членами стаи. Торопливо пошарив в выхваченном из пространственного кармана вещмешке, он вытащил из него слегка зачерствевший, но довольно внушительный бутерброд гнома и, торжественно разделив его на две равные части, положил половину перед большой кошкой.

– Угощайся. А шурш мне нужен живой.

Чёрный зверь одним текучим движением поднялся на ноги и принялся есть угощение, чуть щурясь от незнакомого блюда.

– Не будешь убивать? Не враг? Хозяин?

– Может, хозяин. Может, друг. Решай. Меня зовут Ладар.

Кошка обернулась и направилась в заросли. Уже у самых кустов она повернулась и послала мысль:

– Мы называем себя – каахи. Я передам сородичам, чтобы не охотились на тебя, пришелец. В стае меня называют Итека, убивающая в тенях.

Чёрная тень растворилась в зарослях, а Ладар, иронично улыбаясь ситуации, принялся приводить в чувство шурша. Нет, ну надо же! Первым встреченным разумным жителем его графства, графства Лорда Тени – оказалась убивающая в тенях. Не слишком приятное совпадение.

Шурш был покладистым. Нет, вначале он пытался сопротивляться и вставать на дыбы, но несколько ментальных ударов по болевым точкам и ярко всплывший в голове образ Хозяина достаточно быстро вразумили новую лошадь Аарха. Всего каких-то полчаса криков, ударов и падений оказалось достаточно, чтобы Кирк смирился с участью и даже стал откликаться на внедрённое в сознание имя. А лакомство, составленное из последних крох съестных запасов, сделало его вполне довольным жизнью. И теперь тот бодро нёс своего всадника сквозь заросли, легко выбирая наиболее удобную дорогу, ориентируясь по направлению, заданному мысленным посылом, обходя опасные места, оберегая наездника – а тот ерзал на жёсткой холке, пытаясь устроиться поудобней, и с грустью думал, что же он будет есть вечером. На кого можно охотиться в лесу, полном ядовитых тварей, Лорд проклятых земель слабо себе представлял. К тому же на шурша без стаи, считая его лёгкой добычей, нападала вся живность окрестных лесов. Обычный, ослабевший одиночка, потерявший поддержку сородичей, неминуемо погиб бы в первые же часы. Кирк же был самцом в полном расцвете сил. Мелочь он игнорировал, полагаясь на броню, некоторыми даже перекусывал на ходу, подхватывая их своими крепкими зубами. От более крупных старался убежать, но тут вступал в дело Ладар, просто и незамысловато перекручивая линии жизни хищников. Обычно этого хватало, хотя пару раз пришлось поработать стигисом. Крупных стай, опасных для их тандема, не встречалось, в этом, оказавшимся довольно сильной командой, человеку и шуршу везло.

К вечеру показалась река – довольно большая, способная задержать любых преследователей. Углядев в её середине крохотный песчаный островок, покрытый зеленью, Аарх направил недовольно фыркающего Кирка в воду. Речные хищники были знакомы обоим, они были более слабыми, чем лесные, и представляли скорее гастрономический интерес. Кирк, недовольно ревя, тем не менее ухватил зубами несколько бросающихся на него рыбин, умудрившись перекусить прямо во время переправы. Ладар, довольно ухмыляясь, вспомнил уроки Айяра и уже у островка, на мелководье, устроил настоящую эльфийскую рыбалку: заточив небольшую ветку, смастерил простой гарпун и легко насаживал на него ничего не боящихся рыбин, выбрасывая их на берег. Невольно стал вспоминать детство, когда босоногим мальцом бегал на реку, потом самого дроу, умеющего и в цивилизованных землях, где рыба предпочитала прятаться на глубине, легко добыть достаточно для сытного ужина…

Впрочем, хорошее настроение как рукой сняло: обернувшись, он увидел Кирка, с самым невинным выражением на наглой морде доедающего его улов. Пришлось загнать быстро освоившуюся скотину поглубже в заросли и вновь поработать гарпуном, уже различая силуэты рыб и выбирая сколь-нибудь знакомые, похожие на те, что ловил дома, в деревне. Таких было на удивление немного. Однако человеку много и не нужно: подхватив пару крупных рыбин, он устремился к небольшой полянке в центре островка, где можно развести огонь и запечь обе: одну на вечер и утро, другую на завтрашний день. Хитро выглядывающего из кустов Кирка, косящегося на не забранный им улов, Аарх игнорировал: пусть скакун отъедается, сегодня у него был тяжёлый день. Впрочем, тот управился быстро: не успели запечься рыбины, как тот уже грустно объедал кусты по краям полянки, косясь на костёр и сглатывая слюну. Пришлось делиться: печёная рыба Кирка явно заинтересовала настолько, что тот улёгся поближе к хозяину, просительно ворча, несмотря на явную опаску: огонь шуршу не нравился.

Рыба была доедена, огонь неспешно тлел, Кирк, убедившись, что есть нечего, возился в кустах, устраиваясь на ночёвку. Ладар пытался оставить его на поляне, однако упрямый зверь наотрез отказался спать рядом с костром. У самого же Аарха встала другая проблема: спать без защиты, в проклятых землях? Пусть даже река и остатки костра отпугнут лесных хищников, неизвестно, как поведут себя крылатые. Спать в броне? К тому же хотя необычное и гибкое, но – железо есть железо. К утру тело так затечёт, что о дальнейшей дороге придётся забыть и заняться самолечением. Или завернуться в крылья, создав небольшую, зато мягкую защиту от всего, в том числе и доспеха? Но тогда, может, пусть стальная чешуя полежит в пространственном кармане, хватит и крыльев?

– Привет! – Илис вышла из сумрака ночи легко и обыденно: не хрустнула ветка, не почуял ничего шурш, и угасающий костёр никак не отреагировал на пришелицу. Сигнальная паутинка, раскинутая Аархом, слабая и небольшая, в меру сил, также осталась недвижимой. Впрочем – у смерти свои пути.

– Привет! – Ладар радостно вскочил, уступая место на набранных ветвях, застеленных плащом. – Как ты смогла прийти?

– Когда безумец вроде тебя собирается спать в проклятых землях, у потухающего костра, без защиты, я не могу не прийти. – Илис улыбнулась… Хищно и чуть лукаво. – Ты правда надеешься на спокойную ночь? Наивный!

Ладар озабоченно посмотрел в сторону кустов, где посапывал его ящер. Потерять только обретённого скакуна не хотелось.

– И что сюда может прийти? Зачем вообще было заводить шурша, если мне придётся его всю ночь охранять?

– Может, и не придётся. – Илис неспешно повела рукой – и внезапно во мраке ночи явственно проявилось странное чудовище, явно речной обитатель – с лапами-плавниками, с огромными клыками, торчащими из пасти, с массивным, крепким телом, приготовившееся к прыжку и замершее на месте. – Посмотри на его жизненные силы. Ты видишь их?

Аарх вздохнул. Похоже, не только Илис умеет подкрадываться незаметно. Серебристые нити вокруг явно показывали, что он уже на тропе тени, а туда выкидывало только при серьёзной опасности.

– Вижу. У него целый клубок нитей, причудливо разбросанных по телу. И нить смерти, нацеленная на меня, не на шурша.