Помоги проекту - поделись книгой:
Мифотворчество, конечно. Я никогда и ничего не слышал о ГПЩ. И не слишком верю в эффективность описанного Вами метода. Слишком уж все вокруг мало, плохо, а то и вовсе не — управляемо. Да и причем здесь ГЛ? Это ведь повесть о том, что жить надо для будущего, но умереть успеть — в настоящем. Иначе — беда.
Борис Натанович, как бы изменился Ваш взгляд на мир, если бы Вы были свидетелем или участником «настоящего чуда» (левитация, превращение воды в вино и т.д.). И вообще, что может Вас сильно удивить в этом мире? Спасибо за Ваше с братом творчество.
Это, знаете ли, тема для хорошей повести. Но писать я ее не стал бы, потому что плохо (а точнее — совсем не) представляю себе, ЧТО ИМЕННО могло бы по-настоящему сильно меня сейчас удивить. Все, что я способен себе представить, либо совершенно невозможно, — а тогда и говорить не о чем, — либо вполне возможно, а потому и не шибко удивительно.
Уважаемый Борис Натанович! Кажется, в книге «Поиск предназначения...» главный герой составлял программу, которая генерировала русские пословицы, поговорки и афоризмы. В примечании Вы сослались на какую-то книгу (не «Компьютерные игры», случайно?), в которой описана эта программа. Я разыскал книгу в библиотеке, и, честно говоря, меня отнюдь не вдохновили их алгоритмы, тем более, что все равно окончательный (и довольно нудный) отбор афоризмов остается за человеком. А теперь (как в «Что? Где? Когда?»-), внимание! вопрос! Известны ли Вам какие-нибудь другие персоны, которые занимались лингвистическими утехами? Что у них из этого получилось? Можете ли Вы помочь связаться с этими людьми?
Я знаю только одного такого «творца афоризмов», это Дмитрий Любич. Именно его афоризмы я использовал в романе «Поиск предназначения». Недавно он выпустил книжку «1000 афоризмов», я читал ее с большим удовольствием. Его адрес liubich@place.spb.ru.
Борис Натанович, во многих Ваших произведениях упоминается город Канск. Насколько я знаю, в России есть только один город с таким названием — в Красноярском крае. Скажите, что Вас связывает с ним? Уважаемый Борис Натанович. Я уже задавал вопрос о том, что связывает Вас с г. Канском. Но прочитав биографию Аркадия Натановича, узнал ответ на него... Хотелось бы только уточнить, это действительно Канск Красноярского края? Просто я часто бываю там и надеюсь найти людей, знавших Аркадия Натановича... Мне кажется несправедливым, что там нет даже мемориальной таблички в память о нем. И еще вопрос. В «Хромой судьбе» есть эпизод, в котором Вы описываете ужин в клубе. Читаешь его и, что называется, слюнки текут :-) Вы гурман?
Действительно, в Канске Красноярского края АНС прослужил довольно долгое время в качестве преподавателя в школе военных переводчиков. Изображенные в романе «Хромая судьба» сцены сожжения императорской библиотеки — это описание реальных событий. Я не настоящий гурман (правильнее говорить: гурмэ), но вкусно поесть люблю. И АН был такой же. Поэтому наши герои — и положительные, и отрицательные — так часто и с таким удовольствием едят.
Борис Натанович, здравствуйте! Моя любимая книга с детства — «Понедельник начинается в Субботу». Возможно, именно она повлияла на мой выбор профессиональной деятельности (13 лет программирования — все-таки, кое-что). Другие Ваши ранние книги — реальные хроники будущего — просто незабываемы. Я не спорю, Ваши самые поздние вещи — гораздо глубже «Возвращения», «Обитаемого Острова», но все-таки не планируете Вы когда-нибудь ЕЩЕ РАЗ ВЕРНУТЬСЯ назад (или еще раз посмотреть в будущее — как хотите) и написать что-то новое о Каммерере, Комове, Горбовском, а? «Белый Ферзь», «Парадоксальная планета Морохаси»... «Манхэттенский проект»... о том, как Следопыты исследовали старые, засыпанные голубой пылью, чужие города... Сознайтесь, это было бы и Вам самим очень интересно! Я уж про нас (а нас миллионы) и не говорю!
Увы, нет. Не планирую. Мне это сейчас вовсе не интересно. Гораздо интереснее тот реальный мир, который грузно и страшно ворочается сегодня вокруг, как потревоженное чудовище. И никто не знает, что может произойти завтра — при том, что в общем-то понятно, что будет через 30-40 лет. Какая «парадоксальная планета Морохаси» может сравниться по загадочности своей и непредсказуемости с невероятной планетой Земля?
Борис Натанович, здравствуйте! Давно собирался Вам написать, все никак не получалось... Мои любимые книги «с детства» — «Пикник на обочине» и «Жук в муравейнике». «Жука..» я вообще долго собирал по библиотекам из публикаций журнала «Знание-Сила». Да, было время... Сейчас все проще — пошел на Книжный рынок, купил серию (мне больше нравится Черткова...) и можно смело отключаться от внешнего мира... :-) Так вот, мучает с детства меня один вопрос, (особенно он меня начал мучать после прочтения сборника «Время учеников») насчет Вашего _реального_ смысла, вернее самой идеи — что Вами подразумевалось, что должно было произойти после воссоединения Льва Абалкина и его «детонатора»? Если не считаете нужным давать ответ «в этом людном месте» — напишите мне лично на мой E-mail. Мне действительно нужен этот ответ, не «для прессы», а для себя лично. ...Да и откровенно говоря, совсем мне не нравится идея «продолжения» Произведений. Ведь ни у кого не возникает желания подрисовать Мадонну Рафаэля, так почему же можно заниматься «дописыванием» Произведения? По-моему, к Вашим Произведениям такие «дописки» не требуются и никогда не потребуются. Иначе это уже будет не то — будет просто очередной «мыльный» сериал, например: «Как мы помогали Льву Абалкину» :-( Извините, если что не так написал, зато написал правду. Заранее спасибо за ответ, причем _любой_.
Ничего не должно было произойти. Лева Абалкин — такой же человек, как и мы с Вами (ну, со скидкой, конечно, на его «кроманьонское» происхождение). В том-то трагедия и состоит, что Сикорский, запуганный и сам всех запугавший, убил ни в чем не повинного, да еще и несчастного вдобавок, человека. Хотя с другой-то стороны, а что ему еще оставалось делать? Он же — в отличие от авторов — не знал правильного ответа на Ваш вопрос.
Уважаемый Борис Натанович! Вы уже начали писать мемуары? Уверена, что Ваша жизнь достойна этого... Спасибо.
Мемуаров я не пишу, ибо нет у меня для этого занятия никаких оснований. Но что-то ВРОДЕ я уже написал — это так называемые «Комментарии к прошедшему», предназначенные для очередного (вероятно, последнего) собрания сочинений АБС. Отрывки из этих комментариев собирается публиковать журнал «Если».
Уважаемый Борис Натанович! Надо сказать, что из Ваших с Аркадием Натановичем книг мне наиболее близки вещи, не пронизанные оптимизмом, вещи, рвущие душу к клочья («Град обреченный», «Хромая судьба» и Ваше произведение «Поиск предназначения»)... Получив возможность задать вопрос человеку, во многом сформировавшему мой характер, хочу узнать, каково было Вам создавать ТАКОЕ?! Приходилиось ли авторам самим погружаться в настроения героев?
Безусловно. Писатель сродни актеру — он тоже должен вживаться, перевоплощаться, превращаться в своего героя, если хочет достигнуть эффекта достоверности. Далеко не всегда это перевоплощение оказывается таким глубоким, как это было с Гюставом Флобером, совершенно вжившимся в свою Эмму Бовари, но в какой-то мере перевоплощение обязательно — хотя бы на две минуты, хотя бы для того только, чтобы найти правильную интонацию или нужную реплику в диалоге.
Уважаемый Борис Натанович, несколько лет назад в АиФ была заметка, что из прогнозов известных людей на один год событий в России Ваш оказался наиболее близок к произошедшему. Можете ли Вы сейчас, исходя из нынешней ситуации, предположить, что нас ждет в ближайшие год-два?
Боюсь, ничего хорошего. Инфляция, процентов 40-50 в месяц, мучительная с ней борьба — словом, повторение сценария 92-95 гг. При этом нельзя исключать «красного реванша» — тогда чисто экономические трудности осложнятся вдобавок еще и политическими: охота на ведьм, возвращение цензуры и прочие прелести тоталитаризма, ныне уже основательно подзабытые. Через 10-15 лет все выравняется, мы вернемся на торную дорогу цивилизации, но эти годы ведь еще надо прожить!
1. Уважаемый Борис Натанович, что Вы думаете о Нострадамусе и его предсказаниях? Можно ли это как-то объяснить или понять? На Ваш взгляд, с каких позиций следует подходить к таким, паранормальным явлениям? 2. Знакомы ли Вы с творчеством Даниила Андреева и его книгой «Роза мира»? Что Вы думаете по этому поводу?
С творчеством Даниила Андреева я не знаком и ничего сказать по этому поводу не могу. Что же касается Нострадамуса и предсказаний-пророчеств вообще, то отношусь я ко всему этому весьма скептически. Доступный мне опыт позволяет предположить, что сколько-нибудь серьезные и конкретные подробности будущего предсказать можно только чисто случайно — как сами АБС «предсказали» какой-нибудь «метод Каспаро-Карпова», например. Явления же социального масштаба удается предсказать, просто исходя из здравого смысла. Интуиция здесь тоже играет определенную роль — так Уэллс, ошибившись практически во всех частностях, гениально предсказал сам дух ХХ века — кровавого, бесчеловечного, чрезвычайно далекого от прекраснодушных мечтаний тех, кто видел в ХХ продолжение XIX — «века цивилизации, прогресса и процветания». «Поразительные» же предсказания Нострадамуса, как и предсказания Апокалипсиса суть просто проекция наших сегодняшних представлений на смутные и совершенно неоднозначные формулировки прорицателей, имевших в виду совсем-совсем не то, что имеем в виду мы, их читатели, сегодня и сейчас.
Уважаемый Борис Натанович! Огромное Вам спасибо за Ваше творчество! Меня мучает один вопрос и я вот я решился его задать: Как Вам с АН, будучи чертовски гениальными писателями, создав столько ДОБРЫХ (именно добрых, это одно из главных их достоинств!!!) книг, имея сотни миллионов обожающих Вас читателей, удалось не заболеть «звездной болезнью»?! Ведь успех так легко кружит голову. Говорят, у Била Гейтса в офисе висит портрет Форда, этот портрет якобы помогает ему справиться с подобным «недугом». Есть ли у Вас нечто подобное?
Нас всегда удовлетворял тот уровень известности, которого нас удостоили читатели. Это довольно высокий уровень, выше среднего, конечно, но отнюдь не такой уж запредельный, чтобы приводить к «звездной болезни». Так что среди множества проблем, с которыми приходилось нам сталкиваться, этой не было совсем.
Уважаемый Борис Натанович! Примите искреннюю благодарность от Вашей преданной поклонницы. Ваши книги мне кажутся пророческими, многое из описанного в них сбылось. Как Вам это удается? С уважением, Лана.
Я уже ответил на этот вопрос — в той мере, в какой на него вообще можно ответить. Добавлю только еще, что мне всегда смешно, когда читатели восхищаются: «Как это вам удалось в «Обитаемом острове» предсказать то, что мы имеем сегодня — разруху, «идеологическую ломку» и даже инфляцию...» Но ведь все перечисленное — ОБЯЗАТЕЛЬНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ каждой проигранной войны, а мы как раз и есть страна, воевавшая со всем миром 70 лет и войну эту проигравшая — экономическую, идеологическую, политическую. Вот мы и имеем то, что должны иметь. Здесь нет пророчества, здесь — только логика.
Уважаемый Борис Натанович! Хотя, знаете, Борис Натанович звучит слишком сухо для человека (людей), которые так глубоко вошли в мою жизнь, сердце, сознание и душу... поэтому разрешите мне звать Вас, несмотря на разницу в возрасте, просто Борей. Ваши книги научили меня понимать, ценить жизнь, дружбу и любовь... Они выручали и помогали мне в самые критические ситуации в жизни... Два брата — Аркадий и Борис — стали моими самыми близкими друзьями, которые не подведут, не обманут и не предадут... Я люблю Ваши книги все — от А до Я; будь это просто сказка или глубокая вещь о смысле существования... У меня нет к Вам, Борис, вопросов, т.к. на все вопросы можно найти ответы в ваших книгах... главное повнимательнее вчитаться... Но если Вы прочтете это письмо, то, пожалуйста, не оставляйте его без внимания.
Спасибо за добрые слова. Эту свою искреннюю благодарность я адресую ко всем авторам многочисленных писем, не содержащих вопросов, но — теплых, благожелательных и радующих душу. Спасибо вам всем, дорогие читатели. Что бы мы были без вас?
Уважаемый Борис Натанович! В «Поиске предназначения» Вы вложили в уста одного из героев несколько «военных» афоризмов (мой любимый: «вместо того чтобы с вечера начистить сапоги, а с утра их надеть на свежую голову, у всех офицеров морды красные как огурец»). Все до одного «военафоры», приведенные в книге, я записал почти два десятка лет назад, будучи в рядах РККА, и тогда они приписывались начальнику штаба 7-й танковой армии гвардии генерал-майору Сурадееву. С тех пор те же военафоры неоднократно цитировались другими людьми со ссылками на иные авторства (то это был якобы какой-то комполка, то командир училища...), и, конечно же, каждый цитирующий (включая и самого первого) уверял, что слышал эти перлы самолично. Любопытно, откуда они дошли до Вас? (Не удивлюсь, если сейчас выяснится, что их лично слышал АНС :-) )
К сожалению, я совершенно не способен вспомнить, когда и от кого слышал я все эти «военафоры». Такое впечатление, что я знал их (и многие аналогичные) всегда — как пословицу «не плюй в колодец, пригодится воды напиться». Наверное, что-то услышано было мною во времена военной кафедры, что-то — от дружков, что-то (вполне возможно) от АН. В отличие от Вас я никогда и ни от кого не слышал «ссылок» на какую-либо конкретную военную личность — «военафоры» всегда преподносились и существали, как сугубо народное творчество, вроде анекдотов.
Уважаемый Борис Натанович, 1. Каковы на Ваш взгляд законы литературы? То есть что ни при каких условиях писатель не должен нарушать, работая над текстом?
Боюсь, таких законов, ОБЩИХ ДЛЯ ВСЕХ ПИСАТЕЛЕЙ, просто не существует. Например, для АБС одним из основных законов было неукоснительное сохранение достоверности описываемых людей и событий. Такое именно представление об «основном законе» характерно также и для множества читателей, и именно поэтому (в частности) у АБС оказалась такая большая аудитория. Однако, существуют (и всегда существовали) авторы, исповедующие совсем другой принцип — «фантастика должна быть фантастична», — они создают литературу совершенно иного вида, вкуса, стиля, и эта литература находит своих обожателей, хотя с точки зрения АБС это и не литература вовсе.
2. Что является движущей силой истории? Составляющие этой силы? Вопрос, конечно, не простой :)) и даже где-то вечный, но очень интересно Ваше мнение!
«История есть равнодействующая миллионов воль» (приблизительная цитата из Л.Н.Толстого). Подписываюсь под этим утверждением и мало что имею к нему добавить.
3. Подразумевает ли писательский профессионализм умение работать при любой внешней ситуации и (самое главное!) в любом душевном состоянии, настроении? ...Если честно, на этот вопрос ответ у меня есть, но из Ваших уст он бы прозвучал как хорошая поддержка.
Теоретически — безусловно ДА. Практически — тут уж как получится в каждой конкретной ситуации.
4. Увидим ли мы Вас в московском клубе «Стожары»?
Вряд ли. Я «невыездной» — не люблю никуда ездить.
Уважаемый Борис Натанович! Прошу меня извинить, но вопросы мои явно «критиканские», поэтому хотелось бы сразу расписаться в глубоком к Вам уважении, поскольку я не просто Ваш почитатель, а, буквально, вырос на книгах братьев Стругацких, учитывая мой возраст. Вопрос 1: Так что же все-таки было в тетради Изи Кацмана?!! Это один из элементов технологии создания интриги или вы действительно хотели раскрыть содержание в дальнейшем, да так ничего и не придумали? Поверьте, на мой взгляд, этот эпизод далеко выходит за рамки обычных приемов нагнетания напряжения и я, боюсь, несколько отвлекся от восприятия идей книги, когда понял, что тайна так и не будет раскрыта.
«В тетради», а точнее, в папке, у Изи Кацмана абсолютно ничего интересного не было. Вы зря поверили Гейгеру — как и все политики, он умелый лжец. На самом деле он выпытал у Кацмана некую важную тайну, которую сами авторы определяли для себя, как Главную Тайну Города. Конечно, я мог бы ее Вам (и всем) сейчас сформулировать, но я этого делать не стану, потому что, во-первых, Воронину ведь эта тайна осталась неизвестна, а Воронин — «глаза читателя», и читатель по идее не должен знать (о Городе) больше того, что знает Воронин. А во-вторых, я знаю случаи, когда сами читатели, без всяких подсказок с нашей стороны, догадывались, о чем идет речь — тем более, что тайна эта мимоходом, но таки формулируется в тексте.
Вопрос 2: История с предательством Иуды в «Отягощенных Злом» перекликается с рассказом Юрия Нагибина «Любимый ученик» («Огонек», 1991 г. N 47). И здесь и там сногсшибательная гипотеза о запланированной самим Иисусом расправе над ним. Как Вы заметили в беседе с Аллой Боссарт в «Огоньке»: «Христос сам руководит логикой событий». Однако у Нагибина Иуда — самый верный и преданный ученик Христа, более других постигший смысл его учения. Именно поэтому на него пал выбор. Соглашаясь на предложение Христа, он делает сознательный выбор, понимая, что приносит себя в жертву идее, которой посвятил свою жизнь. Разговаривая с Иудой, Христос мысленно обращается к нему: «Обреки себя на свой страшный подвиг, Иуда, обреки без надежды, и ты станешь выше меня, ибо я... восстану в славе и силе... каково же будет тебе, обреченному на муки вечные и вечный позор в памяти людей». В ночь перед арестом Иисус опять думает об Иуде: «Иуда, брат мой и жертва, прости меня». Совсем иная ситуация в «Отягощенных злом». Жалкий недоумок, «дрисливый гусенок» ничего не понимает в высоких материях, владеющих умами других апостолов. Он предан Христу как верный пес, именно пес, спеша старательно выполнить данное ему поручение и не имея ни малейшего представления о его страшном смысле и последствиях. Да Христос просто-напросто использует его как слепое орудие своих замыслов! Так вот, не кажется ли Вам, что здесь нарушено что-то крайне принципиально важное, нравственное, и этим перечеркивается весь смысл деятельности Христа, ибо здесь сам Учитель предает ученика, бессловесного и неведающего, используя его, как используют людей в самом грязном смысле этого слова. Этот эпизод чуть ли не единственный в Вашем творчестве вызвал во мне не желание обсуждения, может быть, полемики, как любая интересная идея, каких у Вас не меряно, а чувство острого непонимания и неприятия. Благодарю за внимание, которое, надеюсь, Вы уделите моим вопросам, желаю Вам еще долго будоражить нас своими произведениями. Юрий Виноградов, 36 лет, г.Челябинск.
Намек на идею о том, что Христос сам «донес на себя» с помощью Иуды, почерпнут нами из Евангелия от Иоанна: «Тогда Иисус сказал ему: что делаешь, делай скорее» (гл.13, стих 27). Я не берусь серьезно полемизировать с Вами об этической стороне вопроса. Для нас Иисус — это прежде всего замечательный человек и «носитель великой идеи», отдать которую человечеству было для него задачей номер один — ради этого можно было и на крест, если иначе не получается. «Дрисливого гусенка» он таким образом не только не предает, но даже спасает, причем во всех смыслах: и физически (от мечей первосвященниковых воинов), и нравственно, ибо мальчишка-недоумок остается в счастливом убеждении, что сделал все «как было сказано», а значит, правильно, значит — угодил любимому человеку. Если же такого рода соображения кажутся Вам неубедительными, тогда хотя бы оставьте Иисусу право на ошибку — священное право каждого, даже самого великого, человека. Такую трактовку ситуации (Иисус принял неверное решение) я тоже готов принять, тем более, что для АБС главным в этом эпизоде было все-таки не написать еще одну светлую страницу из жизни Иисуса, а — еще и еще раз доказать один из важнейших тезисов всего романа: «Нэ так все это было. Савсэм нэ так...»
Сегодня я впервые попала на эту страницу (в Интернете я новичок, даже e-mail нет), но не могу не выразить своего восхищения. Мне 24 года. Около восьми лет назад я прочла первую Вашу книгу. И с тех пор вошла в огромный мир читателей Стругацких. Я просто хочу выразить свою огромную благодарность, за то, что Вы пишете эти книги, и, вообще, за все!!! Я еще соберусь с мыслями и задам Вам свои вопросы, это было так неожиданно для меня, обнаружить эту страницу. Но вот что я хочу спросить сейчас: Вы когда-нибудь могли себе представить, что в душах стольких людей (а их миллионы, я уверена) отзовутся ваши мысли, что стольким людям Вы будете так близки, что целые поколения вырастут на Ваших книгах и будут чтить Вас, как учителей? Конечно, это может показаться несерьезным и банальным, но сегодня, когда я поняла, что могу сейчас задать вопрос Вам, для меня это было равнозначно тому, чтобы побеседовать сейчас с Моцартом.
Поделиться книгой: