Пропаганда войны в кинематографе Третьего Рейха

1. Организационных отдел министерства пропаганды (Haushalts-Abteilung)[41]

Данный отдел имел две группы обязанностей:

А) управление делами центральной организации Б) контроль за ведением финансовых дел министерства в служебной сфере и в обществе.

2. Отдел персонала (Personal-Abteilung)[42]

Отдел занимался контролем за служащими министерства, выполнением приказов и поручений. Отдел имел влияние абсолютно на все сферы деятельности всех остальных министерских отделов и с пристрастием следил за их работой. Только один этот отдел насчитывал около 1000 служащих. И в нем, как и везде, также существовала своя иерархия власти. На каждом уровне были свои фюреры и подчиненные.

3. Правовой отдел (Rechtsabteilung)[43].

Основной задачей данного отдела являлся контроль за правовой стороной отделов прессы, музыки, пропаганды, радио, фильмов, театров, печатных изданий и искусства, дабы они не шли вразрез с имперскими нацистскими законами и чтобы были преисполнены идеологическим духом.

4. Отдел пропаганды (Propaganda-Abteilung)[44].

Данный отдел являлся самым большим и важным в министерстве. Он задавал тон всем последующим отделам министерства – прессе, кинематографу, музыки и т. д. А также использовал их с помощью влияния на массы посредством того же кинематографа, радиовещания, прессы, плакатов, флагов, брошюр и других. Именно здесь создавались необходимые лозунги, развивались идеи национал-социализма и разрабатывалось, каким образом их лучше преподнести народу. В свою очередь, отдел пропаганды делился на специализированные подразделения, затрагивающие все важнейшие сферы общественной жизни. Важнейшими задачами отдела пропаганды были следующие:

А) Просвещение в отношении политики Третьего Рейха, пропаганда программы НСДАП, а также претворения ее в жизнь. Сотрудничество с аналогичным министерскому отделом пропаганды в НСДАП.

Б) Пропагандистское направление «народного духа» в интересах национал-социализма. Просвещение немецкого народа по проблемам, напрямую связанным с этим. Руководство и контроль над областями Рейха, находящимися рядом или недалеко от его границ, а также за их населением.

С) Разъяснение немецкому народу и всему миру еврейской проблемы. Пропагандистская борьба против национального врага и распространение в мировых масштабах своего взгляда на этот вопрос.

Д) Направление и контроль за работой пропаганды для «зимней помощи»[45].

Е) Организационное обслуживание международных конгрессов, которые могли проходить в Германии.

Ж) Пропаганда в области политики по отношению к населению и «расовой гигиены», просвещение населения по вопросам расовой политики. Инициатива проведения социальных мероприятий.

З) Проведение унифицированной пропаганды в области всеобщей экономической политики и политики в области питания. Пропагандистская поддержка выполнения четырехлетнего плана, финансовой политики, политики зарплат и цен, политики по трудоустройству и всех других, связанных с этим вопросам.

И) Управление пропагандой в вопросах проведения массовых спортивных мероприятий. Пропаганда немецкого спорта за границей. Поддержание спортивных связей с другими странами в пользу немецкого спорта.

К) Пропаганда и поддержание мероприятий, связанных с развитием и существованием Гитлерюгенда.

Л) Просвещение в духе национал-социализма подрастающего поколения в школах в сотрудничестве с национал-социалистическим союзом учителей (NS-Lehrerbund), имперским министром образования. Народное воспитание и образование. Пропагандистское сотрудничество с «трудовой повинностью»[46], национал-социалистическим союзом студентов (NS-Student bund), имперской организацией противовоздушной обороны (Reichsluftschutzbund), и т. д.

М) Разработка и воплощение в жизнь сценариев государственных праздников, манифестаций, памятных дней истории движения.

Н) Контроль над предотвращением возможного нанесения ущерба рабочими объединениями.

О) Планирование и проведение крупных и государственно-важных выставок. Разработка и организация подобных немецких выставок за границей. Конструирование и развитие различных технических приспособлений для пропаганды.

5. Отдел немецкой прессы (Abteilung Deutsche Presse)[47]

Отдел немецкой прессы объединял одновременно немецкую прессу, издаваемую внутри Третьего Рейха, а также издания за рубежом. Он контролировал около 2300 ежедневных немецких газет и 18000 различных журналов.

6. Отделение зарубежной прессы (Presseabteilung Ausland)[48]

Оно контролировало проникновение зарубежной прессы на территорию Третьего Рейха, форматировало ее, отфильтровывало ненужное, подвергало жесточайшей цензуре и допускало к народу в ограниченных количествах.

7. Международный (иностранный) отдел (Auslandsabteilung)[49]

Отдел занимался разведкой и защитой власти как внутри страны, так и за ее пределами.

Контролировал действенность возможной иностранной агитации посредством книг, журналов, брошюр, граммофонных пластинок, радио и т. п.

8. Отдел по передвижению иностранцев (Fremdenverkehrsabteilung)[50]

Назначение отдела понятно из названия. Однако немаловажно, что он функционировал в прямом сотрудничестве с юридическим комитетом по передвижению иностранцев (Reichsausschuß für Fremdverkehr), союзом международного туризма Reichsfremdenverkehrsverband), центром управления германскими железными дорогами для немецкого туризма (Reichsbahnzentrale für den Deutschen Reiseverkehr), национал-социалистическим обществом «Сила через Радость» (NS-Gemeinschaft «Kraft durch Freude»), и др.

9. Отдел радиовещания (Rundfunkabteilung)[51]

Данный отдел в свою очередь поделен на более мелкие подразделения:

A) Иностранное радио и культурные вопросы (Kulturelle Angelegenheiten und Auslandsrundfunk).

Б) Подразделение, занимающееся выполнением специальных заданий (Sonderaufgaben). Например, организация работы радио во время войны.

B) Юридические и экономические вопросы деятельности радиовещания. (Rundfunkwirtschaft, – Recht, Werbung).

Г) Радиотехника. (Rundfunktechnik)

10. Отдел кинематографа (Filmabteilung)[52]

Отдел контролировал три направления кинематографа – новостной еженедельник (Wochenschau), документальные фильмы и художественные. Все они подвергались строгой цензуре на идеологической основе. Это направление являлось одним из важнейших способов пропаганды, поэтому ему уделялось особое внимание.

11. Отдел литературы (Schrifttumsabteilung)[53]

Данный отдел занимался вопросами, связанными с культурно-политическим влиянием немецких письменных изданий как внутри страны, так и за ее пределами.

12. Отдел театра (Theaterabteilung)[54]

Задачи отдела работы театра состоят в следующем:

A) Решение кадровых вопросов

Б) Контроль над драматургией

B) Контроль танцевальных постановок

Г) Организация постановок

Д) Контроль за правовой деятельностью театра

Е) Деятельность немецкого театра за рубежом

13. Отдел изобразительного искусства (Abteilung Bildende

Kunst)[55]

Организация «немецкого искусства» в Третьем Рейхе и распространение его влияния на другие страны.

14. Отдел музыки (Musikabteilung)[56]

Контроль за функционированием оперных театров, оперетты, дирижеров, солистов, оркестров, разнообразной камерной музыки и иными музыкальными проявлениями.

15. Отдел иных особенных задач в области культуры (Abteilung Besondere Kulturaufgaben)[57]

До 1937 года отдел являлся частью Имперской Палаты Культуры, но после 1937 был включен в состав Министерства Пропаганды. Он занимался вопросами, связанными со всеми вышеперечисленными отделами, но которые не входили в их сферу обязанностей. А также отдел брал на себя ответственность за выполнение каких-либо неформальных срочных партийных поручений в области культуры.

2. Имперская Палата Культуры

Политика в области культуры (Kulturpolitik) составляла крайне важный элемент в жизни немецкого народа, и нацисты были первыми, кто систематично организовал, подчинил своим целям всю культурную жизнь нации. О создании Имперской Палаты Культуры было объявлено законом от 22 сентября 1933 года.

С 1939 года Имперская Палата Культуры официально подчинялась Геббельсу и контролировалась Министерством Народного Просвещения и Пропаганды, фактически являясь его составной частью. В Третьем Рейхе занятие любой творческой деятельностью требовало разрешения одной из палат Имперской Палаты Культуры, а все творческие работники должны были стать ее членами. В противном случае на них распространялся запрет на профессию. Президентом центрального органа палаты являлся Йозеф Геббельс, а генеральным секретарем К. Кинкель. В состав Имперской Палаты Культуры входило 7 отделов, объединявших творческих работников в различных отраслях:

1) Имперская палата кинематографии, президентами которой являлись в разное время О. Лених и К. Фрелих.

2) Имперская палата печати, президентами которой являлись М. Аман (1933—38) и О. Дитрих (1938—45).

3) Имперская палата радиовещания (во время войны была упразднена).

4) Имперская палата театра во главе с О. Лавбрингером.

5) Имперская палата литературы, во главе с президентами Г. Блунком (1934—35) и Г. Йостом (1935—45).

6) Имперская палата музыки, которой в 1933—35 руководил Р. Штраус.

7) Имперская палата изобразительного искусства, во главе с президентом А. Циглером (1936—43).

Ключевой задачей каждого отдела было регулирование условий работы в своей сфере. А необходимость творческих людей обязательно являться членом данного органа позволяла ему легко контролировать их деятельность. Никто не мог получить работу, не являясь членом Имперской Палаты Культуры. А для того чтобы стать таковым, необходимо было пройти множество проверок, убедить чиновников, что он является абсолютным сторонником режима и разделяет идеологию, готов ее прокламировать и бороться за нее, а также необходимо было доказать немецкое происхождение. Это исключало возможность допуска несогласных с режимом к средствам массовой информации и культуры и позволяло избежать их тлетворного влияния на народ.

Глава VI. Нацификация культурной жизни общества

Министерство пропаганды и народного просвещения не имело аналогов в мировой истории. Принципы, сформулированные его шефом, реализовывались в ежедневной работе огромной империи средств массовой информации. После запрета либеральной прессы ставка была сделана на согласованность пропагандистских кампаний, не только сопровождавших, но и предварявших принципиальные внутри– и внешнеполитические решения. Одной из первых организованных сверху «спонтанных акций протеста» было сожжение неугодных новому режиму книг студентами университетов 10 мая 1933 года. Позже в качестве субъектов идеологической цензуры выступало около полусотни партийных и государственных учреждений, список запрещенных и изымаемых из библиотек книг исчислялся десятками тысяч названий.

«Пропаганда должна доходить до каждого,»[58] – реализуя этот принцип, геббельсовский аппарат проявлял неистощимую выдумку. Сюда относилось и использование технических средств: радио, позволявшего напрямую воздействовать на настроения миллионов домохозяек, проводивших свое время на кухне, и обязательные пропагандистские журналы (Wochenschau) перед киносеансами. Книгу «Майн Кампф» в качестве обязательного подарка дарили молодоженам. Пропаганда воздействовала даже на гастрономические вкусы населения – в условиях курса на автаркию и экономию валюты была развернута кампания за отказ от натурального кофе, а сливочное масло попало в разряд продуктов, подрывающих обороноспособность Германии (rüstungsfeindlich)[59].

1. Пресса

Под контролем министерства находилась немецкая пресса. В Веймарской республике издавалось около 10 000 газет и журналов независимых, различной партийной принадлежности, общегерманских, региональных и местных. После прихода к власти нацисты запретили газеты КПГ, СДПГ, многие либерально-демократические издания. Со свободой прессы было покончено. 6 апреля 1933 года, после встречи с иностранными журналистами и дипломатическим корпусом, Геббельс записал в дневнике, что они с Гитлером «впервые открыто выступили против представлений о так называемой свободе печати»[60]. 4 октября был принят «Закон о редакторах»[61], по которому редакторскую должность мог занять только ариец по происхождению. Нацисты провели чистку журналистских рядов, изгнав из редакций к 1939 году более 1400 неугодных журналистов. Заниматься журналистикой могли фактически только члены НСДАП. Монопольное положение в издании газет перешло в руки нацистской партии.

В 1934 году НСДАП владела 2,6 % из общего числа издаваемых газет, а их тираж составлял 7,5 % общего тиража германских газет[62]. Через 10 лет количество нацистских газет выросло до 36 %, а их тираж – до 82,5 % общегерманского тиража[63]. Официальный орган нацистской партии – газета «Фелькишер Беобахтер» (Völkischer Beobachter) в конце 30-х годов выходила в берлинском, мюнхенском и венском изданиях. Ранее независимая буржуазная пресса стала составной частью нацистской системы пропаганды и резко сократила свои тиражи. Крупнейшие германские газеты, широко известные за рубежом – «Франкфуртер Цайтунг» (Frankfurter Zeitung), «Кельнише Цайтунг» (Kölnische Zeitung), «Дойче Альгемайне Цайтунг» (Deutsche Allgemeine Zeitung) сохранили свое существование, ибо нацисты видели в них источник влияния на мировое общественное мнение. Но контроль над их политической лояльностью оставался в руках министерства пропаганды.

Ежедневно в министерстве пропаганды высшие чиновники, нередко и сам Геббельс, проводили закрытые пресс-конференции, явка на которые представителей центральных органов немецкой пропаганды была обязательной. Собиралось около 200 человек. На пресс-конференциях сообщалось о внутренних важнейших и международных событиях и их оценке нацистским руководством, давалась указания о необходимых комментариях, а также определялись основные тактические и стратегические задачи пропагандистских кампаний. Материалы закрытых пресс-конференций по специальным телефонным каналам передавались в 32 местных отделения министерства. Все указания министерства подлежали обязательному выполнению. Отдельно проводились пресс-конференции для иностранных журналистов, аккредитованных в министерстве пропаганды. В министерстве имелись специальные службы, которые готовили сводки и материалы для различных пропагандистских кампаний, а также по экстренным и политически острым вопросам. Далее эти материалы по специальным указаниям руководства направлялись на радио и в прессу. С началом Второй мировой войны министерство ввело систему «лозунгов дня»[64], которые определяли объект, язык и стиль пропаганды, т. е. тактическую пропагандистскую линию.

«Унификация» средств массовой информации позволила создать эффективный аппарат тотальной пропаганды национал-социалистической идеологии и обеспечить поддержку агрессивного внешнеполитического курса фашистской Германии со стороны большинства немецкого населения.

Еще до своего прихода к власти Гитлер рассматривал прессу как одно из самых мощных орудий в борьбе за установление в Германии нацистского режима и личной диктатуры. Став канцлером, он, вслед за радиовещанием, кинематографией, музыкой, театром, литературой и изобразительным искусством, объявил прессу Третьего рейха объектом политики унификации. Газеты и журналы Германии также оказались под жестким контролем министра народного просвещения и пропаганды Геббельса. Все оппозиционные нацистскому режиму издания были запрещены.

Закон о прессе (Schriftleitergesetz), принятый 4 октября 1933[65] объявлял по сути «расовую чистку» журналистики. Из газет изгонялись либерально настроенные или еврейского происхождения редакторы и журналисты. Оставшиеся обязаны были пройти проверку на «расовую чистоту» и доказать с целью получения разрешения на работу, что они не состоят в браке с евреями. От них требовалась лояльность по отношению к нацистскому режиму. Важным шагом нацистских властей стала экспроприация газет и журналов, принадлежавших евреям. На владельцев-евреев было оказано давление с целью вынудить их продать свои издания. В случае отказа их газеты запрещались на несколько дней, затем недель, – до тех пор, пока они не оказывались на грани разорения. Издательский дом Улльштейна был куплен нацистским издательством Эхер ферлаг (Eher Verlag). Среди газет, приобретенных Максом Аманом, была знаменитая, основанная еще в 1703, либеральная газета «Фоссише цайтунг» (Vossische Zeitung). «Берлинер тагеблат» (Be rline r Tageblatt) удалось продержаться до 1937.

Поскольку министерство иностранных дел Германии было заинтересовано в том, чтобы оказать влияние на мировое общественное мнение и представить нацистский режим в выгодном свете, Геббельс разрешил сохранить некоторую независимость широко известной в мире газете «Франкфуртер цайтунг» (Frankfurter Zeitung). Однако весь персонал еврейского происхождения был из газеты уволен.

Оказавшись под монопольным нацистским контролем, многие газеты при отсутствии конкуренции поначалу процветали. Приобретенная НСДАП в первые годы нацистского движения «Фелькишер Беобахтер» (Völkischer Beobachter) стала наиболее значительной официальной газетой в Третьем рейхе. Ее возглавлял главный теоретик национал-социализма Альфред Розенберг. Она выходила в Мюнхене как утренняя ежедневная газета и распространялась по всей стране огромными тиражами. Качество ее материалов значительно уступало уровню журналистики, достигнутому в период Веймарской республики. В Берлине Геббельс начал издавать собственную газету «Ангриф» (Angrif).

Паразитируя на высокой репутации прежней германской прессы за рубежом, Геббельс сохранял название, структуру и общий внешний вид некоторых старых газет. В то же время он тщательно следил за тем, чтобы их содержание неукоснительно соответствовало нацио нал-социалисти ческой политической линии. Редактором старейшей берлинской «Берзе Цайтунг» (Börse Zeitung) он назначил личного советника Гитлера по экономическим и финансовым вопросам Вальтера Функа. Геббельс осуществлял неусыпный контроль над более чем 3600 газетами и сотнями журналов Германии. Каждое утро он принимал редакторов ежедневных берлинских газет и корреспондентов отделов новостей из других городов и давал им четкие указания, чему уделять внимание в новостях сегодняшнего дня. Аналогичные указания он отправлял телеграфом или почтой в небольшие газеты в провинции. Геббельс требовал от журналистов действовать строго в соответствии с партийной линией и, прежде всего, никогда не подвергать сомнению слово фюрера. От них ожидали восхваления Гитлера и демонстрации сочувственного отношения к членам партийного руководства, указанным министерством пропаганды. Посредником между ведомством Геббельса и прессой стал опытный журналист и радиокомментатор Ханс Фриче, назначенный в 1937 году начальником Германской пресс-службы.

Особую заинтересованность Геббельс проявлял в отношении иностранных корреспондентов, работавших в Берлине. С целью создать благопристойный образ нацистского режима в зарубежной прессе он не останавливался перед прямым или завуалированным подкупом: выделял иностранным корреспондентам роскошные квартиры, автомобили, щедро угощал их во время приемов, устраивал увеселительные и экскурсионные поездки и т. д. Однако в целом ему так и не удалось завоевать иностранный пресс-корпус. Особой проблемой для Геббельса стала крайне реакционная газета «Дер Штюрмер» (Der Stürmer), издаваемая Юлиусом Штрайхером. Геббельс вполне осознавал тот вред, который она наносила нацистскому режиму, но ее поддерживал сам Гитлер, который, несмотря на собственные заявления о высокой морали, прочитывал каждый номер этой газеты от «корки до корки» и прежде всего из-за постоянных фанатичных нападок этой газеты на евреев. В 1940, после падения Польши, Геббельс основал еще одно еженедельное партийное издание «Рейх» (Reich), к каждому номеру которого он писал передовую статью. Первый номер «Рейха» вышел 26 мая 1940[66], а через два номера газета «тихо скончалась».

В конце Второй мировой войны, когда газеты стали выходить нерегулярно, Геббельсу все-таки удалось добиться закрытия штрайхеровского «Дер Штюрмера». Большинство немецкого населения не испытывало интереса к невыразительным нацистским средствами массовой информации. В период с 1933 года по 1937 год число газет сократилось с 3607 до 2671. Официальные газеты, такие как «Фелькишер Беобахтер» или «Ангриф», несмотря на солидную финансовую поддержку, также теряли читателей, очень скоро понявших, что в Третьем рейхе не существует независимой прессы.

2. Радиовещание

Как и другие средства массовой информации Третьего рейха, нацистские власти подчинили национальное радиовещание интересам политики унификации. Вскоре после прихода Гитлера к власти он предоставил министру народного просвещения и пропаганды право полного контроля за работой немецких радиостанций. Заявив о том, что устное слово оказывает на население более сильное воздействие, чем печатное, Геббельс выбрал радиовещание в качестве основного орудия нацистской пропаганды[67]. «То, чем была пресса в девятнадцатом веке, радиовещание станет в два дц ат ом»[68], – говорил Геббель с, перефразируя слова Наполеона о том, что «пресса была восьмой великой силой государства», и применяя это в отношении радио[69].

В период Веймарской республики, как почти во всей Европе, германское радиовещание было государственным. В марте 1933 году Геббельс переподчинил национальное радиовещание, переведя его из Главного почтового управления в ведение министерства пропаганды. С этого момента и до последних минут Третьего Рейха работа германских радиостанций до мельчайших деталей контролировалась лично Геббельсом и его аппаратом. Во главе Имперской радиопалаты, вошедшей в состав министерства пропаганды на правах управления, он поставил Ойгена Хадамовского. 16 августа 1933 Хадамовский издал распоряжение, в котором говорилось: «Мы, национал-социалисты, обязаны проявить достаточно динамизма и энтузиазма, чтобы молниеносно завоевать Германию и остальной мир. Партайгеноссе доктор Геббельс поручил мне 13 июля 1933 очистить германское радиовещание от влияния противников нашего дела. Теперь я могу сообщить, что эта работа проведена полностью»[70].

День и ночь радиостанции Германии твердили о нацистском фюрере как о национальном достоянии, восхваляли нацистский образ жизни, необычайный патриотизм, национализм и величайшие задачи, стоящие перед немцами. Каждый владелец радиоприемника был обязан платить за него ежемесячно в качестве пошлины 2 рейхсмарки[71], которые шли на нужды министерства пропаганды. Германское радиовещание также служило инструментом пропаганды на зарубежные страны. Заботой Геббельса стало произвести благоприятное впечатление на иностранного слушателя. В 1933 году им была утверждена пятилетняя программа вещания на заграницу. На коротких волнах из Берлина, Дрездена и Мюнхена велись радиотрансляции оперных спектаклей, передавались симфонические концерты. В эти передачи искусно вплеталась нацистская пропаганда. Вещание на зарубежные страны осуществляли специально созданные радиостанции: на Эльзас-Лотарингию работала радиостанция во Франкфурте-на-Майне, на Бельгию вещали из Кельна, на Данию из Гамбурга и Бремена, на Чехословакию из Бреслау и Глейвица, на Австрию из Мюнхена. Радиовещание на остальные страны велось круглосуточно на двенадцати языках из громадной радиостудии в Зезене.

После начала Второй мировой войны ведомство Геббельса столкнулось с серьезными проблемами, связанными с радио. Многие немцы, которым изрядно надоела нудная нацистская пропаганда и вечно искаженные новости, предпочитали слушать английское или даже советское радио, чтобы узнать о происходящих событиях. Прослушивание зарубежных радиостанций считалось изменой и строго наказывалось: лишь за первый год Второй мировой войны свыше 1500 немцев были отправлены за это в концлагеря, тюрьмы или на исправительные работы. В 1942 бывший шеф управления печати министерства пропаганды Ханс Фриче был отозван с Восточного фронта, чтобы возглавить отдел радиовещания. «Радиовещание должно достичь каждого или оно не достигнет никого»[72], – говорил Фриче. В конце войны советские специалисты разработали метод синхронного вещания на используемых в Германии частотах, что позволило вторгаться в передачи Немецкого радио. Радиослушатели в Германии неожиданно среди передачи могли услышать взволнованный крик «ложь!», а затем следовало короткое «правдивое сообщение» о том или ином событии[73]. Причем нередко имитировался голос Гитлера или Геббельса. В такие моменты персонал радиостанции был вынужден прерывать передачу, и в эфире звучала патриотическая музыка. Особое воздействие на слушателей оказывали передачи советского радио, в которых зачитывались имена немецких военных преступников.