— Да, я знаю. Но ты хотела улетать рано утром, и я решил позвонить пораньше, до того, как ты рассчитаешься и уедешь в аэропорт. Я просто не смогу спать, пока мы не закончим наш спор.

— Спор?

Кавано представил себе, как Джэми нахмурилась.

— Днем в субботу, в баре. Извини, что я вынудил тебя примириться с тем, что снова берусь за работу. Ты была права. — И Кавано представил, как Джэми нахмурилась еще сильнее. — Помнишь, ты сказала, что у тебя достаточно денег, чтобы позаботиться о нас обоих? Как насчет того, чтобы сделать это прямо сейчас?

Джэми на момент замолкла, пытаясь догадаться, к чему он клонит.

— С удовольствием.

— Отлично. Утром рассчитайся за отель. Как насчет того, чтобы не лететь одной, а поехать на машине и вместе со мной? Полюбуемся природой, насладимся обществом друг друга.

— Звучит хорошо, — сказала Джэми, пытаясь скрыть смущение. — Где взять машину? Напрокат?

— Съезди в Вест-Сайд и купи. Все равно мы собирались. Мне никогда не нравилось, как ездит наша старая.

— Мне тоже. Действительно, пора ее сменить. Что берем?

— Что-нибудь не очень броское. «Форд Таурус» был бы лучше всего. Как насчет темно-синего или зеленого?

— Мои любимые цвета, — ответила Джэми. Ее голос все еще звучал сонно и хрипло. Кавано захотелось обнять ее прямо сейчас.

— Возьми вариант экстракласса.

Мощный двигатель в двести лошадиных сил, на пятьдесят больше, чем у стандартной модели. Конечно, с ними не выиграть «Гран-при», не то что с серьезным гоночным мотором, таким, как ставят в «Таурусы» во «Всемирной службе защиты». В любом случае энерговооруженность повыше. А на дороге, где ездят миллионы таких машин, ты получаешь незаметность, которая в нынешней ситуации важнее грубой силы.

— Поскольку нам предстоит немного попутешествовать, мне понадобится одежда, — продолжал Кавано. Чемодан с одеждой лежал в багажнике «Тауруса», взорвавшегося у ворот склада. — Широкие брюки, спортивная куртка, ботинки. Джинсы, пуловер, «Рокпорты». Ты помнишь, какие размеры я ношу?

— Как же я могу их забыть?

— И ничего яркого.

— Упаси боже. Что-нибудь еще?

— Нижнее белье.

— Люблю, когда ты начинаешь говорить об этом.

— Носки. Зубная щетка и бритва. Комплект первой помощи. Никогда не знаешь, что может случиться в дороге.

— Осторожность никогда не вредит.

— Ты не поняла. Еще возьми сэндвичи и побольше воды в бутылках.

Джэми замолчала, пытаясь осмыслить услышанное.

— Это займет некоторое время.

— Догадываюсь. Именно поэтому надо начать пораньше.

— Где мы с тобой встретимся?

— Пока не знаю. Позвоню тебе в полдень.

— Жду не дождусь, когда увижу тебя.

— Я тоже. Извини, что разбудил.

— Ха! Можешь будить меня в любое время. Лучше, конечно, чтобы в этот момент ты был у меня под боком.

2

Кавано нажал кнопку, заканчивая разговор. Затем он выключил телефон. Надо экономить заряд аккумулятора. Кроме того, незачем, чтобы телефон зазвонил в самый неподходящий момент и привлек к нему внимание. Положив сотовый в карман ветровки, он огляделся, прислуживаясь к шуму машин спасательной службы, ездящих по улицам городка. Пожар произошел достаточно близко, и, вероятно, полиция штата решила на всякий случай эвакуировать жителей. По дороге туда-сюда сновали машины с включенными фарами, и вряд ли он смог бы перейти через нее, оставшись незамеченным. Из подъезжающих грузовиков выходили люди с лопатами и бензопилами. Видимо, эта группа должна была работать на линии дороги, используя ее в качестве барьера против огня. Подъехали большегрузные машины с бульдозерами на платформах.

Услышав звук винтового беспилотного самолета у себя над головой, Кавано инстинктивно сжался. Безусловно, этот аппарат принадлежал пожарной службе. Установленные на нем камеры помогали отслеживать пожар с воздуха. Однако внутри Кавано гнездился иррациональный страх того, что на аппарате могут стоять инфракрасные датчики и этот полет является частью операции по охоте за ним.

Ориентируясь по звукам машин, он стал пробираться сквозь лес. Спустя пять минут он опять инстинктивно присел на корточки, услышав звук приближающегося вертолета. Подумав, он успокоился. Если бы нападавшие вернулись на место происшествия, это было бы очень глупо с их стороны. Этот вертолет — часть пожарной команды. Возможно, он сбросит на очаг пожара воду или реагент для тушения. Но все эти логические построения не могли успокоить Кавано, и он чувствовал себя совершенно беззащитным, даже сидя посреди леса.

Луна светила достаточно ярко. Кавано пробирался между темных пней, отодвигая в сторону еловые ветки. Он двигался в сторону другого городка, стоявшего на этой же дороге в пяти милях к востоку, где шоссе, идущее с севера на юг, пересекалось с ответвлением от магистрали штата Нью-Йорк, идущим на запад. Собственно, на этом ответвлении и находился город, рядом с которым он только что был. Естественно, что полиция перекрыла дорогу, чтобы гражданский транспорт не мешал работе спасательных и пожарных команд. Поэтому встретиться с Джэми можно будет только за пределами блокированной зоны.

Небо начало сереть, и Кавано пошел быстрее. Прошло два часа с восхода солнца, с трудом пробивавшегося сквозь дым, когда он вышел к серенькому дому, обшитому досками, стоявшему среди деревьев. Мгновенно упав на землю, Кавано начал разглядывать дом из-за кустов. Грядки были ухоженными, рядом с домом стояли сарай и небольшой гараж, крашенный такой же серой краской, как и сам дом. Но больше всего внимание Кавано привлекла колонка на заднем дворе. Если бы ему подползти туда и попить...

Он представил себе, как сладкая прохладная вода льется по губам и наполняет пересохшее горло.

Слабость победила волю, и Кавано начал вылезать из кустов. Хорошо, что он не успел сделать этого. Буквально через несколько секунд из дома вышла худощавая женщина, одетая в джинсы, футболку и рабочие ботинки, держа в руках перчатки. Наверняка она бы заметила его, а реакцию на человека, покрытого засохшей кровью, угадать нетрудно — об этом немедленно сообщат властям.

Но вместо этого она хмуро посмотрела на небо, в котором плыли клубы дыма, взяла в руки шланг насоса и крикнула, видимо обращаясь к тому, кто находился в доме:

— Эй, Пэт! Не знаю, пойдет ли в нашу сторону этот пожар, о котором они нам сообщили. Раз ты решил до конца защищать эту старую ферму, лучше бы тебе поставить на стол банку с пивом, взять в руки второй шланг и помочь мне полить водой крышу.

Кавано и так потерял слишком много воды, чтобы позволить себе потеть под лучами солнца, поэтому он медленно отполз в тень деревьев. Затем он прошел мимо дома и нескольких других, стараясь оставаться на безопасном расстоянии от них и не приближаться к городу. Дойдя до дороги, протянувшейся с севера на юг, он спустился к дренажной трубе. Внизу было сухо и прохладно. Выйдя на противоположной стороне дороги, он снова двинулся в лес. Знание того, что скоро у него появится возможность отдохнуть, придало ему сил. Свернув к дороге, которая ответвлялась от шоссе и шла с запада на восток, он ползком забрался в кустарник на обочине и посмотрел на перекресток, который теперь находился на западе от него. Как он и ожидал, полиция заблокировала дорогу, но пост находился на въезде в город, следовательно, перекресток свободен.

«Отлично», — подумал Кавано.

Он отошел обратно к деревьям, росшим у дренажной трубы, и посмотрел на часы. Десять минут первого. Вынув мобильный, Кавано включил его и набрал номер.

Джэми взяла трубку после первого же сигнала.

— Да? — спросила она. В ее голосе слышалось беспокойство.

— Это я, — ответил Кавано негромко.

— Аналогично. Ты не позвонил в полдень, и я...

— Все в порядке.

— Ты уверен?

— И будет еще лучше, когда ты встретишь меня, — сказал Кавано. В трубке послышались голоса. — Ты где?

— Покупаю машину. Сам понимаешь, когда берешь за наличные, не торгуясь, все идет быстрее, но оформление документов... Вот наконец-то, они уже дают мне ключи.

— Что касается наличных... — начал Кавано, сжав трубку покрепче.

— Сколько нам надо?

— Как минимум пару тысяч двадцатками.

— Я возьму три.

— Скажи кассиру, что едешь в Атлантик. Когда соберешь все необходимое, езжай на север по сквозному шоссе штата Нью-Йорк. Примерно через пятьдесят миль, после поворота на Кингстон, будет поворот на Баскервилль.

Ничего не поделаешь. Теперь придется назвать город. Можно надеяться лишь на то, что спасательные службы столь активно пользуются мобильной связью, что сканер не сумеет выделить их разговор по ключевому слову.

— Поедешь на запад, — продолжил Кавано. — Примерно через десять миль будет перекресток на въезде в Баскервилль. Поверни направо. Метрах в ста, не доезжая города, увидишь сухое русло ручья, упирающееся в дренажную трубу. Остановись и выйди из машины. Сделай вид, что у тебя спустило колесо и ты решила их проверить.

— Перекресток, направо, дренажная труба. Запомнила. Ты будешь там?

— Именно, — ответил Кавано. Над головой пролетел еще один вертолет с небольшой цистерной, подвешенной между шасси. «Вода для тушения пожара», — подумал Кавано. — Если, конечно, лесной пожар не внесет свои коррективы.

— Лесной пожар? — переспросила Джэми. Кавано не ответил. — Ты действительно умеешь выбрать способ провести время вместе. Я постараюсь добраться как можно быстрее.

— Перезвони, когда будешь на подъезде. Я оставлю мобильный включенным.

— С тобой действительно все в порядке?

— Со временем. Спасибо за твою помощь.

— Спасибо, что попросил об этом. Я думала, ты никогда в жизни этого не сделаешь.

3

Кавано положил мобильный в карман куртки. Теперь, когда все необходимое было сделано, можно было и оглядеться. Найдя среди деревьев подходящую ложбинку, он накрыл ее опавшими ветками, критически осмотрел созданный камуфляж, а затем вполз внутрь своего нехитрого укрытия. Пахло сырой землей. После всего пережитого это был не самый худший запах. Кавано лег на спину, ногами под уклон. Теперь можно хоть на время расслабиться. «Все, что мне остается, — это ждать Джэми», — подумал он.

Несмотря на то, что ветки закрывали его от солнца, становилось все теплее. Осознав, насколько неудобно отдыхать в бронежилете, Кавано снял его и увидел впившиеся в поверхность жилета осколки одного из огнетушителей, при помощи которых он прошел сквозь пожар.

Он с минуту хмуро рассматривал осколки. Затем проверил ленту, которой была заклеена рана. Под пленкой чувствовалась пульсация, но толстые полосы серебристого пластика крепко приклеились к коже, предотвращая кровотечение. Рана припухла, и попытки вертеть головой вызывали боль.

Кавано вытянул ноги, вернее, попытался это сделать, поскольку они тут же непроизвольно согнулись. «Началось, — подумал он. — Однако намного раньше, чем я ждал». Адреналин держал на ногах его измученное тело, подхлестывал, пока он уходил от пожара и разговаривал с Джэми, и вот наступила расплата.

Теперь, когда предстояло несколько часов ничего не делать, адреналин не расходовался адекватно. Мышцы дрожали, колени подогнулись к груди, хотелось обхватить себя руками и сжаться в комок. Напала зевота, и не только из-за того, что он не спал всю ночь. Это был естественный рефлекс организма, пытающегося снять напряжение. «Хотел побольше повоевать, теперь плати за это», — подумал Кавано.

Обхватив колени руками, он вздрогнул. Чтобы успокоить тело, пришлось принять нечто вроде позы эмбриона. Кавано часто раздумывал по поводу того, что выход из адреналинового шока сродни подготовке к перерождению, а рождение — это всегда боль.

Веки налились тяжестью. Уже почти уснув, он выключил сигнал на мобильном, оставив только вибросигнализацию. Убрав телефон под куртку, он взял в руку пистолет и скрестил руки на груди. Только после этого он позволил себе уснуть окончательно.

4

Вибрация телефона, лежавшего где-то на животе, мгновенно разбудила Кавано. Годы службы приучили его моментально очищать сознание от неразберихи снов, переходя в состояние полной готовности. Телефон завибрировал во второй раз, когда он уже выползал из ложбинки, внимательно прислушиваясь ко всем звукам, и осторожно посмотрел на дорогу сквозь ветки. Телефон дал третий сигнал. Кавано принюхался, стараясь уловить запах дыма, но ничего не почувствовал. «По крайней мере, сейчас я в безопасности», — подумал он.

Соскользнув обратно в ложбину, он убрал пистолет в кобуру и нажал кнопку ответа.

— Тако Белл, — произнес он условленную фразу.

— Отлично. Вы уже открылись, — закончила условленную комбинацию Джэми. — Когда ты не ответил сразу...

— Немного задремал, — успокоил ее Кавано. Прижимая телефон к уху, он посмотрел на наручные часы. Почти полпятого. — Ты где?

— Подъезжаю к городку. Вижу перекресток. А ведь ты не шутил насчет пожара, горы затянуты дымом. Дорога впереди перегорожена.

— На въезде в город? — спросил Кавано. Он надеялся, что пост не перенесли дальше в сторону дороги.

— Да. Впереди меня полицейский завернул пару машин.

— Ты можешь проехать через перекресток?

— Да.

— Придется немного подождать меня.

Выключив телефон, Кавано сунул его в карман куртки и подобрал с земли бронежилет. Еще раз поглядев сквозь ветки, прикрывавшие его убежище, он начал пробираться сквозь лес. Выйдя к кустам, обрамлявшим дорогу, он внимательно посмотрел на нее. Возвышавшаяся вдалеке гора, как и сказала Джэми, была окутана дымом. Судя по всему, пожар пошел на запад, в сторону от городка. Над облаками дыма показался вертолет, сбрасывавший на пожар заряд воды.

Кавано присел, ожидая, пока грузовик с выключенными маячками проедет мимо и звук его мотора затихнет вдали. Он снова посмотрел на дорогу. Никого. Кавано перебрался в кювет, заросший травой, который вел к дренажной трубе. Забравшись в трубу, он стал прислушиваться.

Спустя минуту наверху остановилась машина. Послышался звук открывающейся и закрывающейся двери, затем шаги по асфальту, потом по гравию. Кто-то обошел вокруг машины, как если бы он проверял колеса.

— Где ты? — услышал он спокойный голос Джэми.

— Посмотри на дорогу, в обе стороны. Никто не может заметить нас? — спросил Кавано, сдвинувшись к выходу из трубы.

— Ни души.

— Садись в машину. Трогайся, как только я влезу на заднее сиденье.

Послышались шаги — Джэми пошла к двери машины. Сердце забилось быстрее. Когда Кавано услышал звук открываемой двери, он вылез из трубы, выбрался из кювета и подбежал к стоявшему на дороге темному «Таурусу». Открыв дверь, он бросил внутрь бронежилет и плюхнулся сверху. Затем он закрыл заднюю дверь, не подымаясь с сиденья.

На Джэми была светло-коричневая льняная рубашка, оттенявшая ее пышные темные волосы. Включая передачу, она оглянулась, чтобы посмотреть на Кавано, и ее зеленые глаза расширились. Рваная одежда, перепачканная кровью, грязью и копотью, обожженные волосы и серебристые полосы гидроизоляционной ленты на плече вывели бы из равновесия кого угодно.

— О боже, — всего-то и сказала Джэми.

Кавано оставалось только гордиться своей женой. «Как быстро она справилась с шоком», — подумал он. Джэми повернулась вперед и нажала на газ, разгоняя машину быстро, но не слишком, чтобы не привлечь ненужного внимания.

— Насколько серьезно? — напряженно спросила она, не сводя глаз с дороги.

— Лучше, чем может показаться на первый взгляд, — ответил Кавано. Пересохшее горло заставило его речь звучать, как перекатывающиеся камни.

Увидев на полу упаковку с водой в бутылках, затянутую в пластиковую пленку, он дернул за язычок, чтобы открыть ее.